Погибать Грею сейчас было никак нельзя. В его шлеме хранился тот самый дата-кристалл с записью чего-то большого, рукотворного и явно запрещенного по Конвенции. И хоть полагаться на ее нормы ни Грей, ни тем более его руководство не собирались по причине сильного недоверия всем этим галактическим институтам, но тут, насколько думал он сам, был случай особый. Сверху своей тушей на низкой орбите нависал арбитражный крейсер – блюститель той самой Конвенции, которая по сути растаптывал у него на «глазах». Грей не был силен в политике, но даже для его циничного взгляда на вещи этого, казалось, было бы достаточно, чтобы устроить межгалактический скандальчик с серьезными последствиями для планетатора и ГЛТК-корпорации.

Поросший колкой безлиственной растительностью склон, на который Грея угораздило упасть, вел к высокой местами побитой и пробитой стене той самой воинской части. Логичнее всего было бы обогнуть ее, но, зная приблизительную карту разведанных диспозиций противника, в случае обхода его ждал блок-пост «Воид» и неминуемая смерть вместо плена, как в случае «Комара». Весь фронт сейчас пришел в движение, поэтому шанс проскочить был, но Грей предпочел вариант, который гарантировал как минимум стабильную связь. Зная, что его брат Трой сейчас возможно где-то там за звуками проливного дождя грома и молний атакует позиции «Воид», прорвавшиеся в самой части, был высокий шанс не только оказаться среди своих, но и покинуть недружелюбное место на одном из космолетов свиты родственника.

Грей под проливным дождем, громом и молниями, шарахаясь и пригибаясь к редким стволам чахлых деревьев и кустарника на каждую вспышку, добрался до оплавленного разлома в стене. Из-за энерго-пояса он достал небольшую цилиндрическую матовую сплюснутую сверху и снизу коробку размером с его два кулака в тактических перчатках и швырнул ее в оплавленную щель. Вещица плюхнулась в лужу, почти сразу же вытянула 8 телескопических лап и поползла в сторону вспышек и канонады взрывов отдаленного боя. Где-то там сквозь пелену дождя в паре километрах севернее почти у противоположной границы воинской части кипел нешуточный бой. Развед-дрон словно жук или муравей быстро семенил через плац с его рытвинами, пропаленными воронками, разбитыми остовами машин. Его тело оказалось гибким, и он, словно ящерица без хвоста, нырял в разные прорези и щели, дыры в мусоре и обломках, приближаясь к бою.

Появилась неустойчивая связь с «Гнааром», 34-тонным мех-доспехом, который возглавлял контрудар на захваченные «Воидом» позиции. Грей быстро наладил с ним контакт, и тот перенаправил запрос на установку соединения своему ИИ. Через пару секунд в треске помех от очередной молнии он услышал знакомый голос брата:

– «Муха» на связи.

– Это «Овод». Я у воинской части… Сбит, потерял всю группу, включая твое усиление … Нужна помощь для эвакуации.

– Слышу тебя, «Овод». Сам помочь не могу… В штабе получаю новые вводные и пополнение… У самого потери большие… Сейчас все силы заняты на купировании прорывов. Попрошу «Цикаду» отвлечься на тебя. Она сейчас со своей группой работает в том районе.

Грей услышал про знакомый ему позывной и вздохнул.

– А другого поблизости никого? Может «Шмеля» попроси? – попытался он внести изменения в план собственной эвакуации.

У Грея были личные мотивы не пересекаться с «Цикадой», но выбора, похоже, не было.

– «Овод», прошу, оставь свои личные терки с ней на потом – отозвался брат с нотками недовольства в голосе.

– Не могу! Ты ж знаешь! – вспылил Грей.

– Тогда прибейся к «Касте». Он сейчас со своей механизированной звездой работает там, где ты. Иди к нему, но будь осторожен. У него потери… От этой тучи у нас сейчас много потерь… Я, все же, попрошу «Цикаду» …

И тут Грей кое-что вспомнил и попытался перебить брата:

– «Муха», погоди! У меня важная информация! … Прими передачу!

Однако начались помехи и связь полностью прервалась. Грей внезапно осознал, что потерял контакт со своим 6-лапым развед-дроном, который был еще и ретранслятором. Пилот вздохнул и неспешно полез в щель следом за роботом-малюткой.

Небо просветлело. Казармы и бараки все еще дымили, но выглядели разбитыми и брошенными. Связь с «Кастой» отсутствовала. Вдали испускало огни и вспышки нечто очень сильно горевшее. Грей залег среди какого-то мусора сразу за оторванной полусферой дрона «Гарда» и присмотрелся, используя цифровую оптику и сенсоры шлема. Ярко полыхал тот самый разбитый мех-доспех класса «Гнаар» с напрочь снесенной «башкой». Языки пламени с жадностью, треском и искрами выедали нутро машины. Заметил Грей и остовы других роботов союзных сил. Он снова попытался выйти на связь хоть с кем-то из своих, но тщетно. Грей не собирался рисковать, понимая, что там среди полуразрушенных строений где-то есть присутствие противника.

Дождь почти прекратился. Небо просветлело. Высоко среди разорванных побелевших туч, через которые можно было увидеть даже лоскутки голубого с желтизной неба, некая сила снова начала втягивать в себя разбежавшиеся во все стороны облака. Казалось, сама природа Крона сопротивлялась такому над собой насилию, но некая чудовищная сила где-то там в вышине, следуя некоему заданному алгоритму, готовила силу для очередной «острой непогоды».

Грей плотно прижался к полусфере разбитого «Гарда», чтоб его не было видно со стороны бараков. Тут на «открытке» чем светлее становилось, тем больше Грей ощущал себя беззащитным черно-зеленым пятном. Его такой легкий летный броне-комбинезон с камуфлирующим эффектом как мог мимикрировал под цвет окружения, но все равно слишком выделялся. К сожалению, это был не «Хамелеон» и не «МАСК», чтобы скрыть его во всех диапазонах.

Он, вытаскивая бластер, задел рукой кусок чего-то, похожего на оторванное дуло роторной винтовки. Оно из-за его касания толкнуло что-то еще, и впереди какая-то тяжелая деталь с грохотом скатилась по куску брони прямо на металлизированный плац. Этот лязгающий звук взорвал установившуюся хрупкую тишину и гармонию, нарушаемую лишь треском догорающих машин. Грей весь сжался. Бластер выставил перед собой и немного высунулся, чтобы оценить последствия.

Ярко-голубой пульсирующий луч с характерным «вжиком» полоснул обломки в метре от него и слегка ослепил. ИИ костюма нивелировал последствия для глаз через своевременное затемнение. Грей отполз назад и перекатился в сторону, упав прямо в лужу на дне проплавленной воронки. Луч, пульсируя, прошелся над головой, мгновенно испаряя влагу и металлический мусор. Несколько крупных раскаленных капель металла попали в лужу, вызвав шипящие брызги и резкое парообразование. Грей ощутил себя будто в паровой сауне. Визуальный контакт с окружением на мгновение пропал, вынудив его не на шутку заволноваться. Его маневры несомненно кто-то корректировал импульсным излучателем. Эта яма с лужей спасла его от неминуемого уничтожения. Он снова попытался вызвать хоть кого-то из сил лоялистов. На этот раз его «обрадовал» знакомый женский голос:

– «Цикада» тут. Сейчас буду спасать твою обгадившуюся тощую задницу, «Овод»!

– Аккуратно, «Цикада»! Они только что развалили звезду «Касты»! … И давай оставим любезности на потом!

– Ага-ага! «Каста» такой же унылый рукожоп, как и ты, «Овод» … Не ссы, мамочка «Цикада» сейчас порядок наведет.

– «Каста» погиб! Прояви уважение!

– Не жалко! Он такой же перебежчик, как и ты! … Кстати, «Муха» сказал, у тебя ценные сведения… Запускай передачу, а то мало ли сдохнешь от френдли-фаера! – выпалила она без тени юмора.

– Чтобы ты все себе присвоила!? Еще чего! – отказался Грей.

Парфена Зорич, или «Цикада», была из того же полка, что и он сам. Они «поладили» еще там, на службе. Там же и разругались окончательно, когда на Би-Проксиме случилась революция. Грей ушел к реакционерам, а Парфа выбрала «лоялов» и едва не погибла в первые дни. Чудом было то, что они еще тогда несколько месяцев тому назад не поубивали друг друга. Многим из их подразделения не так повезло. Уже потом, гораздо позже «Грей» перебежал к лоялистам, хлебнув сполна власти чужаков после гибели Делано. Там он, конечно же, повстречал «Цикаду». Она больше всех усердствовала, чтобы его аннигилировали, как предателя. Тогда-то и заступился брат Трой, который был на хорошем счету у командования.

Грея привлек характерный воющий и немного подсвистывающий звук двигателей с парными магнитными отражателями «Гланцетов». Он набрался смелости, вылез из лужи и слегка высунулся как раз вовремя, чтобы заметить пару космолетов с характерными броне-полумесяцами, которые, выскочив внезапно, сразу атаковали. У «Цикады» был ее особый стиль. Космолеты ее группы снижались на безопасную от ПВО высоту, непредсказуемо, резко и быстро кружились над целью в некоем дьявольском танце, вращаясь боком синхронно с напарниками вокруг мишени, нашпиговывали ее раскаленными иглами роторных орудий. Уничтожение гарантировалось даже тяжелым и крепким целям, если не от огня, то от паники.

На его глазах «Цикада» с космолетом-напарником сложила какой-то барак за один виток и уже приступила к следующему, не особо при этом церемонясь и выискивая конкретные цели. Ее космолет выписывал такие изящные и неповторимые фигуры, то снижаясь, то взлетая, то приближаясь, то отдаляясь от цели. Космолет-напарник строго отзеркаливал все ее «пируэты» с совсем небольшой где-то полусекундной задержкой, не нарушая и не ломая красивый и непредсказуемый танец. Оба космолета при этом не сводили дул с выбранной цели, вбивая ее в грунт, в металл, в нано-бетон. Очередная полуразрушенная конструкция громко в пламени и искрах сложилась.

Словно подловив запоздалое отзеркаленное движение космолета-напарника кто-то удачно запустил в него плазмо-заряд. С воем и треском разлетающихся искр он прилетел с крайнего барака, который и без того выглядел совершенно разрушено и мертво. Разряд ударил «Гланцета» в заднюю бронированную часть дуги. Защитная конструкция частично деформировалась, а частично растворилась в тысячах мелких ярких белых точках брызг. Однако космолет выдержал, но его стремительно повело из-за нарушения целостности. «Цикада» увлеклась работой по цели и упустила момент, потому что из очередного разбитого подвала полезли фигурки наемников, которые она начала лихо шинковать своими огненными стержнями.

«Гланцет» напарника под управлением ИИ налетел на нее. И хоть «Цикада» в последний момент задрала нос машины, чтобы избежать удара в кабину, ей это не помогло. Подбитый космолет-напарник все же пригрел снизу. А из-за малой высоты ее «Гланцет», отразившись магнитами от него, скользнул вниз и в сторону. За спиной оказался один из 2 последних бараков, у которого еще имелись какие-никакие стены и каютные перегородки. Ее «Гланцет» кормой налетел на обломок стены окатив вылезших из подвала пехотинцев «Воид» искрами и обломками нано-бетона. Наемники открыли огонь из ручного оружия. Оранжевые лучи полоснули фюзеляж, но не смогли навредить, а лишь высекли яркие искры. Зато нанесла урон мина-липучка, которая прилепилась прямо на верхнюю часть центральной «коробки» космолета и сразу же детонировала. Броня треснула. Изнутри брызнуло пламя. Броне колпак кабины открылся и оттуда кубарем выкатилась горящая фигура. Она, стреляя вслепую вокруг себя из бластера, несколько раз перекрутилась, сбила огонь и прислонилась к стене, чтобы избежать поражения не поди откуда.

В «Гланцет» напарника, который уже переключился на новую опасную цель, прилетел еще один плазменный шар. На этот раз яркий белый сгусток энергии, подобный шаровой молнии, с воем вонзился прямо в кабину. Космолет резко толкнуло, и его повело кормой туда, откуда уже выбирался сам Грей, чтобы помочь «Цикаде». Огненный шар подсветил его забег, как в солнечный день. Он тут же рухнул вниз, повинуясь инстинкту самосохранения. Над головой просвистел роторный патрон, оставив ярко-красную оплавленную выбоину в плацу за его спиной. Впереди в нескольких десятках метров он в зареве горящего «Гланцета» отчетливо увидел «Цикаду», которую сверху из-за стены огрел ЭМИ-гранатой, а потом разоружил наемник. Он тоже почувствовал резкий удар током и отключился вместе со своим броне-костюмом.