Рано утром следующего дня мы свернули лагерь, и мой народ двинулся на восток, а мы – на запад и север. Старый Ныряющий Орёл, его сыновья и молодой человек, отправившийся с посланием к плоскоголовым, сопровождали нас. Из-за нехватки лошадей большинство наших людей всё ещё были пешими. Почти сразу же начались наши неприятности. В течение пяти дней мы поднимались и спускались, поднимались и спускались по очень крутым, высоким горам, в дождь и снег, а затем, на пятый день, нам немного повезло. В тот день после полудня мы наткнулись на большой лагерь плоскоголовых, направлявшихся на равнины с моими людьми, и купили у них лошадей. Сначала они так испугались нас, потому что никогда не видели белых людей, что все женщины разбежались, а мужчины стояли, дрожа, не зная, что делать, пока не убедились, что мы не желаем им зла. Затем они стали очень дружелюбны и долго держали совет с Красными Волосами и Длинным Ножом, и рассказали всё, что знали о стране и племенах, живущих вдоль тропы, которую мы искали. Я обрадовала их сердца, рассказав, что в окрестностях водопада на Большой реке Равнин местность черна от бизонов, и что нигде вдоль этой реки мы не видели врагов.

Покинув плоскоголовых, старый Ныряющий Орёл и один из его сыновей продолжили путь вместе с нами, и вскоре мы оказались в самой суровой, лишённой дичи местности, которую кто-либо из нас когда-либо видел. Через несколько дней наш голод стал таким сильным, что мы начали убивать наших лошадей, чтобы съесть. Потом мы потеряли тропу из-за только что выпавшего снега, и Красные Волосы взял несколько человек и отправился вперёд, чтобы попытаться найти дорогу через огромные горы, которые резко обрывались в синеву во всех направлениях, насколько это было возможно видеть. Мы страдали от холода, сырости, голода, потому что очень экономно убивали наших лошадей. Мы начали отчаиваться: мы думали, что горам не будет конца, что скоро нам придётся убить последних наших лошадей, и тогда, конечно, мы умрём.

Наконец, после многих дней тяжёлого пути и лишений, мы добрались до тёплых краёв и встретили Красные Волосы и его людей, которые принесли нам еду и хорошие новости. Нам больше не нужно было пересекать горы; неподалеку находилось большое стойбище нез-нерсе, и мы могли раздобыть у них еду. Тем вечером мы разбили лагерь там, где нашли Красные Волосы и его людей.

Как мы выяснили, нез-персе состояли из множества групп, разбросанных по огромной равнинной стране и вдоль её рек. У них также было много лошадей и лодок, и в каждом вигваме было огромное количество вяленого лосося, камаса и других кореньев. Мы купили все, что хотели из этой еды, наелись вдоволь, и вскоре после того, как мы поели, почти все наши спутники заболели. Однако, как бы ни были больны наши люди и мои белые вожди, мы перенесли лагерь вниз по реке, туда, где в неё впадала другая река, и начали строить лодки. Четыре очень больших бревна и одно поменьше были разрублены на большие куски, и на них разводили костры, чтобы выжечь внутреннюю часть. Пока это продолжалось, день за днем, Красные Волосы и Длинный Нож заставляли меня переводить для них, а это было нелегко, потому что только двое или трое из нез-персе немного понимали мой язык, и все они очень плохо владели языком знаков. Самой важной новостью, которую мы узнали от них, было то, что, хотя впереди было несколько порогов, мы могли бы спуститься на лодках по этой реке до самой Большой реки Западной Стороны, и вниз по ней к большим водопадам. Белых людей видели у водопадов, которые были не очень далеко от Бескрайней Соленой воды.

Когда лодки были готовы, мы погрузили в них наши вещи, а лошадей оставили у нез-персе, и отправились дальше. На вторую ночь нашего путешествия по реке Ныряющему Орлу приснился ужасный сон. Он рассказал мне об этом, когда мы завтракали, и спросил, не думаю ли я, что это предупреждение о том, что мы должны вернуться к нашему народу. Я ответила, что снег в горах помешает ему отправиться к ним, и он больше ничего не сказал. Но вскоре после этого, когда мы отправились в путь, он и его сын вышли из лодки, в которой они путешествовали, и начали подниматься по берегу; они бежали так быстро, как только могли, и больше мы их не видели. Я всплакнула, когда он ушёл. Он был мне хорошим товарищем, рассказывал по вечерам истории о моём народе. И теперь все переводы и расспросы представителей разных племен, с которыми нам предстояло встретиться, легли на меня. Я молила богов дать мне мудрости, чтобы со всем этим справиться. С нами были два вождя племени нез-персе, оба они немного понимали мой язык, и я надеялась, что с их помощью смогу выполнить все, о чем просили меня мои белые вожди.

Это была неспокойная река; у нас было много трудностей на её стремнинах. Через несколько дней мы добрались до места, где она впадала в настоящую Большую реку, и тогда на какое-то время вода стала лучше. Затем мы подошли к началу ужасных порогов и водопадов, и дважды нам приходилось протаскивать лодки в труднодоступных местах. Всё это время на меньшей реке мы встречались с разными племенами нез-персе. У водопада Большой реки мы встретили первое из других племён; эти люди жили в домах и передвигались на лодках. Как мы в горах бесстрашно путешествовали вдоль высоких скал и по крутым склонам на своих лошадях, так они путешествовали на своих лодках по воде, настолько бурной, что казалось невозможным уцелеть среди этих ужасных волн и водоворотов. Одно время я думала, что люди этих разных племен были очень богаты. У них было много вяленого лосося, лососевого пеммикана и сушеных кореньев. Когда-то я любила эту еду. Теперь я её презирала; и я увидела, насколько бедны эти люди. Единственные богатые люди – это жители равнин: люди Земляных Домов, черноногие, Вороны. Со своими огромными табунами они бродят туда-сюда по своим бескрайним равнинам, и. куда бы они ни пошли, везде их ждет пища, настоящая пища – бизоны, антилопы, вапити, олени – и всех их легко убить, если захочется.

Пройдя последнюю быстрину этой Большой реки, мы обнаружили, что чем дальше мы продвигались, тем шире становилась река. Действительно, как горный ручей по сравнению с Большой рекой на Равнинах, так и та река по сравнению с этой Большой рекой на Западе – всего лишь маленький ручеек и ничего более. Наконец эта река стала такой широкой, что, глядя на неё в ясный день, невозможно было увидеть в человека на другом берегу! И тут начали происходить странные вещи. Дважды, между двумя рассветами, течение этой великой реки поворачивало вспять, и вода, поднимавшаяся и отступавшая назад, была солёной на вкус. Красные Волосы сказал мне, что Бескрайняя Солёная вода была совсем рядом и оттесняла речные воды, но я не могла этого понять. Зачем Бескрайней Солёной Воде бороться с речными водами, хотела бы я знать?

Однажды утром, не успели мы отплыть, и я сидела на носу своей лодки, как страшно свирепое на вид водяное животное высунулось из воды так, что на виду оказались голова и часть его тела, так близко, что я могла бы дотронуться до них рукой; оно широко раскрыло пасть и зарычало на меня, потом так плеснуло, что меня окатило водой, а затем исчезло так же внезапно, как и появилось. Это была водяная собака! Собака-рыба! Да, у него были голова и тело собаки, но гораздо крупнее, и вместо передних ног у него были рыбьи плавники, а тело заканчивалось рыбьим хвостом. Да и звук, который оно издавало, был очень похож на собачий лай. Красные Волосы сказал мне, чтобы я его не боялась; что оно и ему подобные не причиняют вреда людям; но я не могла унять своего страха. Я подумала, что будет с моим маленьким сыном и со мной, если мы перевернёмся: без сомнения, эти животные сразу же схватят нас, утащат на глубину и съедят!

Теперь мы попали в другую страну, где было много дождей и туманов, и это тоже, как сказал мне Красные Волосы, было вызвано тем, что рядом была Бескрайняя Солёная вода. Однажды утром мы плыли на лодке, и вдруг Красные Волосы, Длинный Нож и все остальные мужчины начали кричать от радости и указывать вперед, и пока я гадала, что всё это значит, Красные Волосы знаками сказал мне:

– Вот она, Бескрайняя Солёная Вода!

Я смотрела и смотрела на неё, но ничего не могла увидеть – ничего, кроме широкой реки, которая все бежала и бежала впереди нас туда, где её скрывал тёмный туман, из которого доносился громкий рёв. Вскоре я узнала, что это был за рёв. Мы разбили лагерь, и такие волны, о которых я и не подозревала, что они могут быть, ревели и плескались вокруг нас, намочив нас и все наши вещи и неся вокруг нас деревья и кусты. Это было началом нескольких ужасных дней с дождём, сильным ветром, высокими волнами и голодом. Мы были на северном берегу реки. Некоторые мужчины отправились вперёд, на лодках и пешком, в поисках подходящего места для лагеря, но не смогли ничего найти. Затем, в безветренный день, мы переправились через реку, и ещё несколько человек отправились в путь, и наконец было найдено подходящее место. Оно было на берегу маленькой речки, на некотором расстоянии от солёной Большой реки. ‘Там, на небольшом холме, в густом сосновом лесу, мужчины построили форт, и мы перезимовали в нём. Индейцы из разных племен приходили навестить нас и продавали нам свою плохую еду – рыбу и коренья. Также они привозили женщин, чтобы одолжить их нашим мужчинам. Красные Волосы и Длинный Нож никаких дел с ними не имели, и это часто их злило.

Вокруг нашего форта было довольно много вапити и оленей, и мужчины часто приносили некоторых из них. Мясо у них было тощее, но всё же лучше, чем совсем без мяса. Лучшей едой, которая у нас была, было мясо собак, которое мы покупали у индейцев. Вскоре у нас закончилась соль, и несколько человек были отправлены на берег Бескрайней Солёной воды, чтобы выпарить эту воду и приготовить соль. Вскоре после того, как они ушли, один из них вернулся, принёс немного соли и рассказал об огромной рыбе, которую индейцы нашли на берегу реки Бескрайней Солёной воды. Я с трудом верила, что когда-либо существовала такая крупная рыба, как та, которую они описывали, но, какими бы ни были её размеры, я хотел увидеть её, а также увидеть Великую Воду, о которой постоянно говорили. Красные Волосы и ещё несколько человек должны были отправиться за жиром большой рыбы, и я сказала ему, что тоже хочу пойти, и поскольку мой мужчина должен был пойти с ним, он сказал, что я могу пойти. Я была рада. Я устала сидеть день за днём в этом форте.

Мы ехали три дня по плохой, низменной местности и перевалили через высокую гору на пути к большой рыбе. На второй день мы наткнулись на Бескрайнюю Солёную воду, и, несмотря на то, что я ожидала её увидеть, я всё равно была поражен её размерами. В какую бы сторону я ни смотрела, я видела, что дальше берега нет; что она тянется всё дальше и дальше, до самого края света. Ветра не было, но огромная вода всё равно бушевала, обрушиваясь ревущими волнами, которые были выше форта, на прибрежный песок и скалы! С вершины высокой горы на её краю мы могли видеть ещё дальше, но по-прежнему не видели дальнего берега. Но мы увидели впадающую в нее Большую реку на Западе и несколько посёлков индейцев, построенных вдоль её берегов. В ту ночь я не могла уснуть из-за рёва волн, которые день и ночь набегали на берег.

Наконец, на третий день мы добрались до большой рыбы, вернее, до того, что от нее осталось, только до скелета; индейцы забрали всё её мясо и большую часть внутренностей. Сначала я не могла поверить, что это кости, причём рыбьи. Да ведь позвоночник был толще моего тела, а рёбра, изгибавшиеся вокруг него, были так высоки, что мужчина не мог коснуться их кончиков дулом своего поднятого ружья! Между этими ребрами, там, где раньше был желудок, мы могли бы сложить все лодки, на которых приплыли по Большой реке из страны нез-персе, и даже тогда там могло бы остаться место ещё для одной или двух! Как солнце смотрит на меня с небес, так я говорю вам от его лица, что, действительно, таков был размером скелет большой рыбы! Я не подходила к нему близко. Я боялась его. Его призрак, конечно, витал где-то поблизости, и я усердно молилась, чтобы он не причинило вреда мне и моим близким. Красные Волосы объяснил мне, как там оказалась огромная рыба. Он сказал, что она, без сомнения, охотилась за мелкой рыбешкой, чтобы поесть, и что попало на мелководье у берега, и волны выбросили её на берег, где из-за недостатка воды она вскоре погибла. После того, как он мне это сказал, я боюсь волн больше, чем прежде.

Там, где большая рыба была выброшена волнами на берег умирать, было два селения, и индейцы, живущие в них, и индейцы из других селений, забрали всё её мясо и сало. Я многое из этого видела. Я видела собственными глазами куски её сала толщиной с тушу бизона! Рыжеволосый купил немного этого сала и жира, который индейцы делали из него, и он и его люди сказали, что это вкусная еда. Сама я к ней даже не притронулась. Я считала, что это плохая магия; я просила только, чтобы призрак большой рыбы не причинил вреда мне и моим близким. Однако мне было больно отказываться есть его, когда Красные Волосы пригласил меня присоединиться к пиру. Я его так уважала, что всегда была готовы выполнять его просьбы. Но это было уже слишком. Я была рада, когда я увидела, что он не рассердился из-за того, что я отказалась есть сало. Я подумала о том, что он сделал для меня, а я для него. Он спас меня и моего сына от наводнения у водопада Большой реки на Равнинах. Он купил у моего народа лошадь, чтобы я могла ехать верхом. Он привёз меня сюда, чтобы я увидела Бескрайнюю Соленую воду и кости этой большой рыбы. Я отдала ему свой расшитый бусинами пояс, на который он купил одежду из шкуры выдры, которую захотел, а когда он заболел, я дала ему кусок хлеба, который долго берегла для своего маленького сына. Но лучше всего было то, что я спасла его и всех его людей – от ужасных неприятностей с моим народом Змей. Но я сделала для него недостаточно. В ту ночь я молила богов показать, как мне сделать ещё больше для него, великого вождя, которым он был.

У нас не было настоящей зимы, не было глубокого снега там, где мы были, рядом с Бескрайней Солёной водой. Вместо снега у нас был дождь, почти непрерывный дождь. В середине нашего пребывания там мы отправились посмотреть на большую рыбу. После этого дичи становилось всё меньше, и мы часто ложились спать голодными. Мужчины тоже ослабели и часто болели. Нам всё больше хотелось, чтобы Красные Рыжие Волосы и Длинный Нож приказали нам покинуть форт и вернуться назад, но они продолжали твердить, что мы должны подождать ещё немного, чтобы не приближаться к великим горам, пока летнее солнце не растопит глубокий снег на них настолько, чтобы мы могли пройти через перевал. Однако голод в конце концов заставил нас покинуть форт. Мы нагрузили лодки и отправились в долгий путь, который проделали прошлым летом.

Поднимаясь вверх по Великой реке, мы обнаружили, что все люди, живущие вдоль неё – а там было много разных племён – были такими же голодными, как и мы. Мы взяли у них несколько собак, а время от времени и немного кореньев. Я старалась есть как можно меньше, чтобы мужчинам оставалось побольше. У нас не было особых проблем, пока, после нескольких дней путешествия под дождем и в холод, мы не добрались до подножия плохой воды и водопадов Великой Реки.

Там мы потеряли одну из наших больших лодок, и у нас возникли проблемы с одним из нескольких племён, которые живут у водопадов. Мужчины этого племени пытались украсть что-нибудь из наших вещей, всячески мешали нам и, без сомнения, напали бы на нас, если бы мы постоянно не следили за ними. Покинув этих дурных людей, мы раздобыли у другого племени несколько лошадей, и ещё больше – у ещё одного племени, пока, наконец, у нас не стало около двадцати голов. Затем мы бросили наши лодки и отправились по суше, и вскоре наткнулись на лагерь племени плоскоголовых, которые относились к нам так же плохо, как и племя у водопада. Мы разбили лагерь недалеко от их селения, и они попытались украсть у нас что-нибудь. На следующий день, когда мы проезжали через селение, с лошади, которую вёл мой мужчина, упал вьюк, и индеец убежал, прихватив с собой одежду, которую он из него украл. Это сильно разалило Длинного Ножа.

– Мы должны немедленно остановить это воровство, иначе мы никогда не проедем через эту страну, – сказал он. – Да, мы останемся здесь и будем убивать этих людей, пока они не вернут украденное!

А потом он приказал моему мужчине передать мне, чтобы я скакала вперёд так быстро, как только смогу, и велел Красным Волосам и его людям вернуться и помочь ему напасть на лагерь.

Я был на упитанной и очень резвой маленькой лошадке и пустила её быстрым галопом вверх по тропе. Когда я покидала селение, в нём поднялся страшный шум – женщины бежали со своими детьми, чтобы спрятаться, а мужчины кричали что-то друг другу; они бросились за своим оружием и приготовились дать отпор Длинному Ножу. Слева от себя я увидела человека, который вскочил на лошадь и погнался за мной, и я прекрасно понимала, что если ему удастся поймать меня и убить, то Длинный Нож и его люди будут убиты там, в селении, а затем, позже, Красные Волосы и его люди тоже будут уничтожены. Я скакала впереди плоскоголового, но сразу увидела, что его лошадь сильнее и быстрее моей; он с самого начала нагонял меня. Мой маленький сын, сидевший у меня на спине, не давал мне подстегнуть лошадь, чтобы она бежала быстрее, потому что одной рукой мне приходилось крепко сжимать края накидки, за которую я прижимала его к себе, а другой держаться за веревку уздечки; всё, что я могла делать, – это колотить пятками по бокам животного!

Я не знала, насколько далеко от меня ушли Красные Волосы и его люди. Тропа пролегала через лесные заросли и небольшие холмистые прерии. Я проскакал через две рощи, через две прерии, и когда въехала в третью рощу, плоскоголовый был так близко от меня, что я слышал, как он хлещет свою лошадь.

– Я пропала, – сказала я себе, – но я буду продолжать идти до самого конца!

Та сосновая роща была неширокой. Я прорвалась через неё, выбралась в прерию и поднялась на холм, и, поднявшись на вершину, увидела Красные Волосы и его людей недалеко впереди! Я окликнула их. Они услышали и увидели меня и поспешили мне навстречу. Я оглянулась, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как плоскоголовый поднялся на вершину небольшого холма, развернулся и сразу же скрылся из виду! Затем, когда я встретила Красные Волосы, я знаками сказала ему:

– Иди! Длинный Нож зовёт тебя! Мы должны сражаться!

– Да! – показал он мне в ответ. И мы направились в сторону селения. Мы поднялись на небольшой холм, и я поискала глазами своего преследователя, но его нигде не было видно. Мы продолжили путь. При каждом прыжке моей лошади я ожидал услышать выстрелы Длинного Ножа и его людей, сражавшихся за свои жизни, и боялась, что мы не успеем их спасти. А потом, о, как я была рада, когда мы, наконец, въехали в селение и увидели их, собравшихся у крайних хижин. Один из мужчин нашел одежду там, где её спрятал вор, и, в конце концов, индейцы не осмелились сражаться за неё. Как только мы подошли к ним, Длинный Нож сильно обругал воинов, сказал им, что мы должны будем убить их, если они ещё раз попытаются что-то у нас украсть, а потом мы пошли своей дорогой.

Я увидела Красные Волосы и его людей недалеко впереди

Следующими людьми, к которым мы пришли, были валлаваллы, которые были дружелюбны к нам прошлым летом и так же дружелюбны сейчас. Мы получили от них ещё несколько лошадей и о многом поговорили с ними через их пленника, молодого человека, принадлежащего к далекому западному племени моего народа. Я никогда раньше не встречала никого из этого племени. Его язык несколько отличался от моего, но не настолько, что мы не могли хорошо понять друг друга. Мои вожди, через меня, много раз беседовали с ним и узнали от него многое, чего мы не знали о стране и различных племенах, которые в ней обитали. Я сказала ему, что теперь он может быть свободен; что мои вожди возьмут его с собой в моё племя нашего народа. Но он ответил, что больше не хочет возвращаться к своему народу. Он был влюблен в девушку из валлавалл и надеялся вскоре заполучить её. Он очень хорошо говорил на языке валлаваллов, и поэтому, благодаря нам обоим, мои вожди также много общались с вождями валлавалл и стали с ними ещё большими друзьями, чем прежде.

Мы купили ещё лошадей у валлавалла и отправились к нашим лучшим друзьям с западных склонов, нез-персе. Они хорошо позаботились о наших лошадях, которых мы оставили у них прошлым летом, и вскоре собрали их и передали нам. Красные Волосы и Длинный Нож были за то, чтобы немедленно собрать вещи и отправиться в путь, но нез-персе сказали им, что мы ещё долго не сможем пересечь горы – почти две луны. Итак, мы оставались там, в низинах, посещая то одно, то другое поселение индейцев, охотились и в основном голодали, потому что еды было очень мало. В нашем лагере было много больных. Мой маленький сын тоже заболел, и какое-то время я думала, что он умрёт. Многие индейцы тоже были больны, особенно один вождь, который не мог передвигаться целое лето и целую зиму. Красные Волосы и Длинный Нож вылечили его, как и всех остальных, кто приходил к ним, и это заставило людей полюбить нас ещё больше, чем прежде. Некоторые молодые женщины были очень красивы, поэтому неудивительно, что они нравились нашим мужчинам. Они ходили в селение, чтобы побыть с ними, так часто, как только могли покинуть наш лагерь. Была там одна молодая женщина – высокая, стройная, с длинными волосами, которая влюбилась в Красные Волосы и следовала за ним, куда бы он ни пошёл, и с каждым днем любила его всё больше и больше. Когда мы наконец тронулись в путь, она умоляла его взять её с нами, и когда Красные Волосы сказал ей, что он никак не может этого сделать, она ушла в лес и повесилась на ветке дерева. Её родные обнаружили её как раз вовремя, чтобы спасти ей жизнь, и сказали, что будут внимательно следить за ней, пока она не оправится от своего горя.

Мы покинули низкие земли и поднялись в горы, но обнаружили, что снег всё ещё слишком глубок, чтобы мы могли его преодолеть. Нам пришлось повернуть назад, и ещё некоторое время пожить с нез-персе. Наконец, мы предприняли вторую попытку, взяв с собой пару нез-персе как проводников, и теперь у нас не было проблем с переходом через горы Горьких Корней и подъёмом по реке, которую мы назвали в честь Красных Волос, в страну моего народа Змей. Там проводники из нез-персе оставили нас, и я стала проводником. И потом каждый день, о, с каким же нетерпением я смотрела вперёд, ожидая увидеть свой народ. Мы продолжали путь, поднимаясь по западной стороне – через горный хребет, через перевал и вниз к тому месту, где прошлым летом мы встретили моего брата и затопили наши лодки, и только когда мы добрались туда, я отчаялась. Я не смогла найти даже старых следов своего народа. Я боялась, что после того, как мы покинули их прошлым летом, все они были убиты черноногими или миннетари, когда вышли на равнины поохотиться. Я несколько дней очень грустила, потому что мы шли всё дальше и дальше, но так и не нашли их следов. По крайней мере, ранней весной они должны были появиться на развилках Большой реки. Там я тщательно осмотрела землю и не нашла ни одного старого очага, который был бы сложен с прошлого лета. [только два лета спустя, когда военный отряд миннетари вернулся из набега, я узнала, что ошиблась; отряд обнаружил мой народ, стоявший лагерем у подножия гор, к югу от Большой реки, убил шестерых из них и забрал всех их лошадей.

Итак, мы вытащили наши каноэ из глубокой воды, открыли тайник с товарами, который сделали неподалеку от них, и отправились вниз, к Трём Развилкам реки. Там наша компания разделилась; Длинный Нож и несколько человек отправились на север, к Медвежьей реке, чтобы спуститься по ней до её устья, где они должны были встретиться с другими людьми, которые должны были спуститься на лодках вниз по реке. Остальные мужчины, во главе с Красными Волосами, должны были отправиться на юг, к Йеллоустону, и следовать по нему до самого его устья. Мой мужчина и я отправились с Красными Волосами; я должна была стать его проводником по Йеллоустону. Я хорошо знала тропу, ведущую к нему, потому что в юности много раз ходила по ней со своими соплеменниками.

Вскоре мы добрались до Йеллоустона и бизонов. И снова мы оказались среди бесчисленных их стад; и снова, после многих лун, мы съедали за каждой трапезой столько жирного мяса, сколько хотели, и ложились спать, не опасаясь, что завтра умрём с голоду. Я сказала себе, что никогда больше, если только Красные Волосы не попросит меня об этом, я не отправлюсь в эту далёкую западную страну, где мало дичи, рыбы и кореньев! Я пожалела племена, которые там жили – да, даже тех, кто плохо к нам относился.

Добравшись до Йеллоустоуна, мы спустились по нему к хорошему лесу и там построили две лодки, чтобы часть из нас продолжили путь, пока несколько человек последовали за нами по суше на лошадях. Как только лодки были закончены, несколько лошадей ночью украли Вороны.

Тогда Красные Волосы предупредил конюхов, чтобы те хорошо присматривали за теми, что остались у нас, и мы сели в лодки и расстались с ними. Мы без проблем добрались до устья реки, и там оставшиеся догнали нас в кожаных лодках: после того, как мы расстались с ними, Вороны украли всех оставшихся лошадей и скрылись с ними незамеченными.

Так вот, немного ниже устья Йеллоустона Длинный Нож и его люди тоже догнали нас, и, снова объединившись, мы отправились в путь, двигаясь вниз по Большой реке, и несколько дней спустя, миновав двух белых людей, вольных охотников, мы увидели селения миннетари. Местные охотники заметили нас и разнесли весть о нашем прибытии, и когда мы высадились в маленьком селении Чёрных Мокасин, в устье реки Нож, где нас приветствовала огромная толпа.

В этой толпе была Женщина-Выдра – худая, с посеревшим лицом, выглядевшая такой постаревшей, что я едва узнала её. Она бросилась ко мне и заплакала, взывая ко мне:

– О, Женщина-Трава! Пожалей меня! Утешь меня! Я потеряла своего маленького сына! Однажды ночью он заболел и умер до восхода солнца!

Я утешала её, как могла, рассказывая о встрече с нашими людьми прошлым летом. Но когда она узнала, что на обратном пути я не видела даже их следов, ей снова стало очень грустно. Вскоре она умерла от непрерывного кашля; от него и от скорби по своему маленькому сыну. |

И вот, после того, как мои вожди встретились на большом совете с вождями народа Земляных Домов, они попросили меня и моего мужчину отправиться с ними вниз по реке и навестить великого вождя Длинных ножей. Мой мужчина ответил, что мы должны пойти с ними, и это сделало меня очень счастливой. Куда бы ни отправился Красные Волосы, я была более чем рада пойти с ним. Я сразу же начала выпрашивать у своих друзей красивые и полезные вещи, чтобы у меня было много подарков для великого белого вождя, когда мы прибудем в его селение. Но в тот же вечер мой мужчина поговорил с несколькими северо-западниками, которые приехали торговать из форта на реке Ассинибойн, и на следующее утро он сказал мне, а затем Красным Волосам и Длинному Ножу, что нам не следует спускаться вниз по реке. По его словам, здесь, в стране бизонов, где он прожил так долго, было самое подходящее для него место.

– Но ты можешь поехать как переводчик для вождей, которых мы берем с собой, – сказали они ему. – Тебе заплатят за это путешествие, и несколько наших людей доставят вас всех обратно сюда.

– Нет, я чувствую, что не могу пойти, что это единственное подходящее место для меня, – снова ответил мой мужчина.

И на этом все закончилось. О, как же я была зла на него! Но что я могла поделать? Ничего! Женщины никогда не могут делать то, что им хочется, из-за своих мужчин! Правда заключалась в том, что северо-западники отговорили его ехать с Красными Волосами и Длинным Ножом!

Так что, без особого промедления, мои добрые вожди и их люди сели в лодки и отплыли в свою далёкую страну. Я смотрела им вслед, пока они не скрылись из виду за поворотом реки, а потом я осталась одна и заплакала.

Так заканчивается моя история.