Духи не смогут нам навредить, если правильно подобраны обереги от нечистой силы. Выбор специальных средств зависит от того, с каким демоном мы имеем дело. Порой мы ощущаем чье-то незримое присутствие, испытываем безотчетный страх, боимся наступления темноты, ночь проводим без сна, охваченные ужасом. По утрам находим явные признаки злодеяний: сломанные вещи, погубленный домашний скот; или вдруг к нам прицепится странная хворь, и мы подозреваем, что на нас навели порчу. Люди по-прежнему готовы приписывать все непонятное проискам ведьм, только представление о них со временем поменялось. Сейчас это уже не обязательно «кривоносые и кривозубые бабы с острыми подбородками, обвисшими губами и загрубевшими пальцами»[152], как описывает их приметы Якоб Гримм. Ведьмами могут считать вполне обычных женщин или даже симпатичных и приветливых молодых особ. Наблюдательные люди называют несколько способов опознать их. Некоторые утверждают, что надо внимательно посмотреть в глаза того, кого подозреваешь в колдовстве; если видишь свое отражение перевернутым, тогда точно перед тобой ведьма; еще один верный признак — бегающие глаза. Надежное место для изобличения бесовского отродья, разумеется, церковь: отправляясь на пасхальную службу, необходимо прихватить с собой яйцо, снесенное в Великий четверг, тогда солнце высветит всех дьявольских прислужников; если в храме есть скамейка, изготовленная из девяти видов древесины, то каждый, встав на нее во время рождественского богослужения, увидит повернутых спиной к алтарю злодеек. Сорвавший в воскресенье на восходе солнца лист клевера должен положить его в ботинок и прийти в нем в церковь, тогда он легко опознает колдунью среди тех, кто сидит впереди.
В наши дни ведьм путают с другими мистическими созданиями, например с друдой. Раз уж кто искусен в ворожбе, тот может и легко проникать через замочные скважины и прикрытые двери, если осталась маломальская щель. Ведьму, обратившуюся в лису, черную кошку или трехногого зайца, отлавливают, отсекают хвост или лапу, а наутро вместо отрубленной части находят изящную женскую руку, по ней вычисляют обладательницу. Похожее рассказывают и про духов ночных кошмаров. Проснувшись от удушья, человек замечает, как с его груди спрыгивает нечто, похожее на кошку; недолго думая, он хватает нож и обрубает кончик хвоста или лапу. На следующий день в его спальню входит одна из служанок или родственница с перевязанной рукой или без косы. Другой прием вывести на чистую воду ведьму и друду — вынудить их обратиться к человеку с просьбой. В Верхнем Пфальце, например, одного портного сильно донимала друда; старая женщина посоветовала ему, чтобы в следующий раз, когда та вновь явится, он сказал ей: «Приходи завтра утром за тремя щепками!» Так он и сделал. Утром, когда портной еще лежал в постели, пришла к нему соседка, которая и без того слыла друдой и ведьмой, и попросила у него три щепки. Он встал, дал ей четыре и спросил, зачем ей. Она ответила: «Сегодня я буду сеять лен. Уже много лет пытаюсь я его вырастить, но никак не выходит. Вот я и решила взять у тебя щепки, сжечь их до золы и смешать эту золу с семенами, тогда, говорят, вырастет хороший лен». Больше она не докучала портному. Предлагаются и более простые варианты выявить друду — в частности, ею может оказаться женщина, которая первой встретится на улице после пережитой вами кошмарной ночи или утром придет в ваш дом и попросит что-либо взаймы.
Любое физическое недомогание, наступающее внезапно и необъяснимое с медицинской точки зрения, может трактоваться как неоспоримый признак потустороннего вмешательства. Причиной многих болезней видят демоническое воздействие. Ночной дух, влетающий в спальню в образе бабочки или мотылька (так иногда описывают тоггели и друду), прикасаясь к телу спящего, провоцирует различного рода болезненные ощущения, например жжение, отеки, резь в боку: «Духов артрита тоже представляли себе в облике бабочек или червей, вызывающих опухоли и гложущую боль в суставах рук и ног. Артрит — затяжное заболевание, часто плохо поддающееся лечению, и потому в народе его часто возводят к ведьмовской порче»[153]. Блуждающий артрит, как добавляет Якоб Гримм, на севере Германии называют «скачущим зверем», в нижнесаксонских и вестфальских районах воспаление суставов вызывают «кочующие призраки». Лихорадка возникает, когда подкрадывается дух-альб, он сидит верхом на человеке, трясет его, колотит; недаром люди говорят, что «кого-то взнуздал альб, на ком-то ездит кошмар или всадница-лихорадка». Спутанные гривы у коней и комки грязи на овечьей шерсти тоже связывают с вредительством злых сил, колтуны так и называют — «друдовы косы»; после их ночного визита молоко у коров исчезает или, смешиваясь с кровью, становится непригодным для употребления.
Человек не только на себе испытывает разрушающее воздействие злых чар, но и видит, как порчу наводят на близких или односельчан: на чьей-то свадьбе ведьма бормочет заклинание, чтобы муж был бессильным, жена — бесплодной, а ей самой прибавились годы жизни, или во время венчания перебрасывает замок над влюбленными, тогда между будущими супругами зародится ненависть. Внезапную смерть близкого родственника или тяжелую болезнь соседского ребенка часто списывают на колдовство и тут же находят «виновницу» — живущую рядом бездетную женщину или вдову. Если ничто явно не указывает на ведьму и подозрения подкрепить нечем, то прояснить ситуацию помогут «специальные методы». Например, женщине предлагают сесть на стул с подушкой, под которой спрятаны ножницы, раскрытые в виде креста. Если она отказывается, выбирая другой стул, или вовсе остается стоять, ее считают приспешницей дьявола. Молодая жена ремесленника из небольшой деревни на Нижней Эльбе, где еще в 1950-е годы обитали особенно коварные ведьмы, рассказывает: «Я хотела узнать, продолжает ли госпожа Г. причинять людям и животным зло. Ей уже больше восьмидесяти. Несколько дней назад я увидела, как она вошла в булочную. Я тут же попросила двух школьников положить крестом ножницы под дверной коврик. Когда старуха выходила из лавки, мы заметили, что она оперлась о стену и обошла коврик стороной. При этом она дрожала и беспокойно озиралась»[154].
Среди бесчисленных способов, с помощью которых колдуньи, по свидетельству современных немцев, совершают дьявольские деяния, магия с использованием изображений считается самой опасной, особенно для детей. Ведьма изготавливает тряпичную или восковую куклу, нарекает ее именем того, кому предназначено колдовство, призывая на помощь бесов. Если куклу держат над огнем, опускают в кипящую воду, сжимают щипцами, бьют палкой или колют иглой, воображаемый человек неизменно ощущает боль, мучится и нередко умирает. Чтобы вызвать быструю смерть, куклу пронзают в области сердца. В одной немецкой газете была напечатана заметка с сообщением от постоянной читательницы, деревенской жительницы[155]:
Моих соседей сильно удивляло, что их младший ребенок каждый вечер ровно в одиннадцать часов начинал плакать и кричать, и при этом не удавалось обнаружить ни одной врачебной причины, несмотря на тщательные обследования. В конце концов соседи пришли к выводу, что на малыша кто-то оказывает колдовское воздействие, и подозрение пало на одну местную женщину. Ситуацию нужно было срочно прояснить. Друзья семьи получили задание в назначенное время спрятаться у окна дома подозреваемой и попытаться всеми доступными средствами выведать, что же происходит. Так и сделали. Вернувшись, свидетели рассказали: «Когда пробило одиннадцать, женщина схватила куклу, подняла у нее подол и крепко отшлепала по открытой части». Ведьма как бы наказывала куклу, а страдал от этого невинный ребенок.
Однако чары могут действовать и без куклы; распространено убеждение, что большинство ведьм обладает дурным глазом — на кого падает их взгляд, те начинают болеть, чахнуть. Страх подстегивает суеверия, люди ищут виновника своих бед и недугов. «Я теперь верю во все: в колдунов и ведьм, в гномов и водяных, в крысиного короля и альраунов корень — во все, во что хочешь! Кому так непоздоровится, как мне, тот со всем согласен!»[156] — восклицает в слезах Фабиан, герой сказки Гофмана «Крошка Цахис, по прозванию Циннобер». Сглаз, порча, ночные кошмары, любое нежелательное влияние нечистой силы — верные приметы мира демонического, потустороннего; они указывают, какие подобрать защитные амулеты и заговоры, словно симптомы болезни, по которым ставится диагноз и назначаются лекарственные препараты.
В детективном романе Ганса Германа «Чертова трава» (Teufelskraut) один из персонажей, пожилой мужчина, после рассказа своей внучки о мучившем ее ночном кошмаре вонзает в дверной косяк старый швейцарский нож и оставляет висеть как оберег. На ироничное замечание девушки, наблюдавшей за ритуалом, он с обидой в голосе отвечает[157]: «Это древнее знание, им пользовались еще алеманнские племена, и передается оно от поколения к поколению. Наши предки знали, как вести себя с духами, кобольдами и всякой нечистью. Что тогда считалось полезным, то и сейчас пригодится. Тоггели — не выдумка, поверь мне. Лучше меня никто этого не знает — мне пришлось долго терпеть его ночные издевательства».
Многообразие магических средств, с помощью которых в Швейцарии отгоняют или даже пытаются изловить тоггели, свидетельствует о том, что вера в злых духов жива и сегодня. Чаще всего используют складной нож, который втыкают в деревянное изголовье кровати или кладут лезвием вверх на пороге. Считается, что тоггели, подкрадываясь, поранится и отступит, а по кровавым следам можно будет обнаружить, кто его насылает. Ножи вставляют в щели между балками, в дверные косяки, а также в те места, через которые дух может проползти. Иногда там находят до десятка ножей, повернутых лезвием вверх. Вместо ножа используют ржавые ножницы или штык. Одна пожилая женщина в кантоне Люцерн не соглашалась ехать в дом престарелых, пока ей не позволили взять с собой и держать в кровати завернутый в тряпки штык, унаследованный от отца; она утверждала, что он отгоняет тоггели. Проделывают также отверстие в стене и вбивают в него деревянный дюбель с пучком конопляных волокон. Туда же закладывают церковный воск, конские волосы или листок с молитвой. Даже духовные лица прибегают к таким языческим средствам, чтобы оградить себя от назойливых ночных демонов[158].
До сих пор немцы рассказывают страшные истории о домах, где по ночам на чердаках слышны глухие шаги или из окон выглядывают призрачные фигуры. Для защиты от подобных ночных явлений прибегают к молитвам и окропляют помещение святой водой или приглашают священника, который изгоняет беспокойного духа в потолочную балку. Предостерегают и от использования строительной древесины из ранее разобранных домов: неизвестно, какой энергией пропитано это дерево, существует большая опасность затащить беспокойного духа вместе со старыми бревнами. Старожилы вспоминают[159]:
В деревне Гроссдитвиль, что в кантоне Люцерн, стоит дом, в котором, по слухам, некогда обитал призрак. Он проник вместе с балкой, взятой из старого здания. С самого начала этот призрак не давал покоя обитателям дома, появлялся ночью в образе большого черного человека, вставал у запертых дверей или подходил к окнам, мучил жителей различными способами. Священник изгнал духа, заточив его в просверленную в балке дыру, которую затем закрыл освященной шишкой. Если шишку вынуть, дух вырвется и вновь будет хозяйничать в доме.
Похожую историю о «черном человеке» публикует в 1982 году цюрихская газета «Тагесанцайгер». Читательница описывает один эпизод из своего детства, когда она, будучи двенадцатилетней девочкой, неожиданно столкнулась с призраком. Во время сенокоса ей доверили присматривать за младенцем из соседской крестьянской семьи. Готовя малышу бутылочку с молочной смесью, девочка вдруг заметила, как рядом на кухне возник черный большой мужчина. Он долго стоял и пристально смотрел на нее, а затем внезапно исчез, словно провалился сквозь землю. Охваченная ужасом, девочка схватила младенца и с громкими криками выбежала, чтобы сообщить об увиденном родителям ребенка. Те позвали монаха, который взялся избавить дом от привидения. В том самом месте, где появился черный человек, он приколотил к стене квадратную раму, собранную из четырех коротких досок, благословил ее, весь дом и хлев. Тихо произнося латинскую молитву, монах накрыл раму еще несколькими досками. С тех пор странных происшествий в том крестьянском доме больше не случалось. Дух был надежно запечатан раз и навсегда.
Люди верят, что срубленные деревья не теряют связи с высшими силами, даже когда из них изготавливают мебель или возводят дома. Множество плотнических обычаев направлены на то, чтобы расположить к себе природных духов, проникающих с древесным материалом в здания: в честь окончания рабочего дня принято стучать топором по деревянной поверхности, а для защиты свежевыстроенного дома или хлева вешают бычий череп над входной дверью; помогают и устрашающие маски, которые обычно располагают внутри помещений по центру.
Drudenfuß — магический символ на доме в Арвайлере, 1639.
Ramessos / Wikimedia Commons
Надежным оберегом от любых недобрых духов считается изображение в форме пятиконечной звезды. Помните, как Мефистофель проник в кабинет к Фаусту, приняв облик пуделя, но не смог выбраться обратно:
Нет, трудновато выйти мне теперь.
Тут кое-что мешает мне немного:
Волшебный знак у вашего порога[160].
«Не пентаграмма ль этому виной?» — с издевкой спрашивает Фауст, удивляясь бессилию демона перед обычной магией. В оригинале «волшебный знак» по-немецки называется Drudenfuß, или «друдова лапа». Уже по форме слова видно, что оно связано с ночным кошмаром: «друдову лапу» рисуют на спинке кровати, детской колыбели или на двери, ведущей в спальню, а иногда — на стене дома снаружи и на воротах, выстраивая цепь заграждений на пути нечистой силы. Пятиконечную звезду можно усилить, поместив ее в круг и снабдив инициалами святых. Весь набор магических знаков в комплексе действует следующим образом: друда проникает в дом, но не может обнаружить нужного ей человека — защитные символы делают его невидимым для нее. Чтобы отвлечь ее внимание, у кровати ставят деревянную куклу, с которой друда начинает играть, забывая о причине своего визита.
Мощной магической силой обладает мандрагора (по-немецки Alraun, отсюда старинный вариант перевода на русский язык — «альраунов корень»). И хотя Мефистофель потешается над суевериями, связанными с этим растением («О мандрагорах вздор твердите»[161]), люди по-прежнему верят, что корни, похожие на человеческую фигурку, надо носить как амулеты на шее, тогда ни одна ведьма не страшна, или подвешивать в хлеву, если на домашний скот наведена порча. В чуланах и сенях старых сельских домов находят странных куколок, сплетенных из корней мандрагоры и наряженных в платьице. Их называют «висельники» (Galgenmännlein) и почитают как добрых домашних духов, охраняющих запасы. Такое жутковатое название связано со средневековым поверьем, что мандрагора вырастает под тем местом, где кого-то повесили, поэтому ее корням приписывают особые магические свойства. Например, они помогают в поисках зарытых в земле кладов и даже в любовных делах, когда избранник или избранница не спешат ответить взаимностью: «Ведь любовными напитками, нечестивыми приемами, черной магией можно смутить и завлечь в объятия дьявола даже самую чистую душу. Против корня мандрагоры не могло устоять ни одно самое невинное сердце»[162], [163]. Правда, тогда мы вступаем в область вредоносной магии, а этого делать не следует, дабы не подпасть самому под власть дьявола.
Многие способы защиты от призраков, духов, ведьм, злых людей, которыми пользуются по сей день, были приведены еще в книге «Молот ведьм»[164]. Ее авторы настоятельно советуют охранять себя, «согласно принятым священным обрядам», а именно: «…окроплением святой водой, принятием освященной соли или посредством освященной в день сретения Господня свечи и освященных в вербное воскресенье ветвей (чем и церковь изгоняет бесов), чтобы ослабить власть бесов… <…> …Рекомендуется каждое приличное место, на человеке и животном, с призыванием святейшей троицы и чтением молитвы Господней, окропить святой водой во спасение людей и животных. …Место, окропленное святой водой, становится свободным от всякой нечистоты, освобождается от вины, там не остается никакая нечистая сила… …При необходимости, следует пользоваться и освященной свечой, которая соответствует окроплению, особенно при освящении жилищ. …Очень полезно бывает привязывать освященные травы или окуривать ими или класть их в какое-либо потайное место. <…> Еще большую предохранительную силу для мест, людей и животных имеют слова победного титула, нашего Спасителя, если они на четырех частях какого-либо места в форме креста написаны: Иисус + Назарянин + Царь + Иудейский +; с присоединением имени девы Марии, евангелистов или слов Иоанна: “слово плоть бысть”»[165]. Ношение амулетов не возбраняется, если на них нанесены священные слова, буквы или знаки, одобряемые церковными служителями.