Постоянно увеличивавшееся число туристов посещало наш лагерь. Большинство из них суетились вокруг с фотокамерами, делая множество снимков разрисованных вигвамов, потом садились в свои автомобили и ехали дальше, снимать что-то ещё; но некоторые, которым действительно было интересно, оставались рядом и задавали много вопросов, прося меня их переводить. Для меня это было утомительно, так что я передал эту просьбу старикам, они согласно кивнули и молодой Перья Вороны, хорошо говоривший по-английски, был вызван и занял место переводчика. Наши посетители, знавшие индейцев только по книжкам, испытали настоящий шок: они увидели, что это такой же человек, хорошо воспитанный, который ведёт себя ничуть не хуже многих белых.
Сегодня к нам явился посетитель, который вызвал у нас большой интерес. Мы сидели на берегу озера, курили и говорили о нашем старом друге, Шарле Ривуа, давно скончавшемся, когда к нам подъехал автомобиль из большого отеля, и одна из его пассажирок, дама лет пятидесяти, вышла и спросила, может ли она посидеть с нами, пока автомобиль не вернётся из шале у Двух Талисманов, выше этого места. Я ответил должным образом, и она отпустила водителя. Она села рядом со мной в нашем маленьком кружке, сразу сказав нам, что это третье лето, которое она приезжает в парк Глейсир, и что она очень интересуется индейцами. Перья Вороны перевел эти слова, старики согласно кивнули и пробормотали: «Ах! Ахкси! (Да! Хорошо!)», и она воскликнула:
– У них такие интересные легенды. Есть одна, о горе Уходящего к Солнцу, например – она прекрасна!
– Я никогда ее не слышал, – ответил я.
– Как странно, почему? Мне сказали, что вы о черноногих знаете всё. Хорошо, тогда я расскажу вам эту легенду, – сказала она.
Я достал записную книжку и карандаш, и увидел, что Перья Вороны смотрит на меня. Я попросил её говорить помедленнее, потому что хочу записать.
– Эта белая женщина расскажет нам о Уходящем к Солнцу, – сказал старикам Перья Вороны. – и расскажет, почему наши предки так её назвали.
– Ах! Ах! Ахкси! – снова воскликнули они, и в их глазах загорелись веселые огоньки, а губы задрожали от удерживаемых улыбок.
– Это было очень, очень давно! – начала женщина. – Черноногие тогда жили на озёрах Святой Марии. Бизонов там становилось меньше и меньше, и то же происходило с оленями, вапити и другой дичью. Но ещё до этого воины почему-то утратили искусство изготовления тугих луков, прямых стрел, острых кремневых ножей, а женщины больше не знали, как сушить мясо, чтобы он могло храниться, и выделывали шкуры так плохо, что сделанные из них одежда и мокасины быстро изнашивались. Племя страдало от голода и нехватки шкур.
Наш лагерь у нижней части озера Двух Талистманов
Подготовка к игре «спрячь косточку» перед священным вигвамом Бизоньего Камня
В центре на заднем фоне гора Поднимающегося Волка
– Подождите, пожалуйста, позвольте мне записать, – перебил её я, и, пока я зачиркал карандашом, Перья Вороны быстро переводил сказанное старикам. Никто из них не улыбался, но поднять взгляд на женщину они не решались – все внимательно смотрели на то, как Курчавый Медведь с видимым удовольствием, не торопясь, снова набивает свою большую трубку из черного камня.
– Великий Дух, глядя сверху на страдания бедных черноногих, своих любимых детей, был очень расстроен при виде того, какими бедными они стали, не в силах помочь себе. Он послал большие стада бизонов обратно в их страну, к озёрам, и стада вапити и оленей на окрестные горные склоны, поросшие лесами, но воины могли добыть мало животных, потому что они делали плохие луки и стрелы, а женщины всё хуже и хуже делали свою работу, так что он, Великий Дух, решил помочь им по-другому…
Однажды в лагерь черноногих пришел странный человек, у него была необычная внешность и одет он был в красивую одежду. Он не сказал, откуда пришел; он спросил разрешения остаться в племени на некоторое время, и вожди разрешили. Однажды он стал показывать людям, как им улучшить свою жизнь: он научил мужчин делать хорошее оружие, научил женщин хорошо выделывать шкуры, делать корзины и вялить мясо, чтобы оно не пропало. Знания его были столь велики, что люди скоро поняли, что он не простой земной человек, но так и не смогли узнать, откуда он пришел. Они считали, что его послал Великий Дух, чтобы научить их стать самым сильным, самым богатым из всех племен, живущих на равнинах и в горах…
Однажды чужак сказал людям, что должен их покинуть. Они не могли повлиять на него, чтобы он оставался с ними, и с сожалением смотрели, как он уходит. Они смотрели, как он поднимается на очень высокую гору и исчезает в грозовой туче, накрывшей вершину горы. Потом туча ушла, и они увидели, что на восточном склоне горы, очень высоко, осталось пятно снега, очень похожее очертаниями на лицо ушедшего. Теперь они поняли, что он был богом, они поняли, зачем он приходил, и назвали эту гору в память о нем горой Уходящего к Солнцу…
Вот и всё! Разве это не прекрасная легенда? – спросила гостья.
– Да, очень красивая, – согласился я.
Но Курчавый Медведь сказал несколько резких слов Перьям Вороны, и тот повернулся к рассказчице и сказал:
– Он, Курчавый Медведь, велел мне сказать вам, что ваш рассказ – ложь; здесь сидит Апикуни, мистер Шульц, он дал имя этой горе, и давно, потому что в давние времена он охотился там вместе с нами.
Женщина подскочила, словно от удара по лицу.
– Это правда? – спросила она.
– Да. Я назвал эту гору в 1884 году, – ответил я.
При этих словах наша гостья едва не заплакала.
– О, как же я обманута! – воскликнула она. – Я думала, что это красивая легенда. Я тщательно её записала, так как мне её рассказали, настаивая на том, чтобы я пересказала её в нашем клубе путешественников, когда вернусь домой!
– А кто вам ее рассказал?
– Мужчина, который путешествовал по парку, он известный писатель с востока.
– У него богатое воображение; несомненно, это известный писатель, – сказал я.
– Он рассказал мне ещё одну легенду черноногих, которая рассказывает о том, почему река к северу отсюда получила название Пузатой реки. Вы об этом что-то знаете?
– Мы попросим Перья Вороны спросить об этом одного из наших стариков, – ответил я.
– Скажи это хорошей белой женщине, что у нас все знают, почему наши давно жившие праотцы дали этой реке такое имя, – дрожащим голосом произнёс старый Белая Трава. – Прямо к югу отсюда эта река огибает очень большую скалу, по форме похожую на брюхо животного, например, бизона, когда его убьют и перевернут на спину, чтобы удобнее было свежевать. Наши предки назвали реку по этой скале.
– Дорогие! Дорогие мои! Ещё всего один вопрос: почему река, вытекающая из этого озера, называется рекой Двух Магических Хижин?
Белая Собака оказался единственным, кто знал ответ:
– В полудне пути отсюда у этой реки находится большая лесистая долина, где наше племя, пикуни, любило ставить лагерь. Там наши предки могли добыть много мяса, заманивая стада бизонов на высокий утёс и потом пугая их, чтобы они падали вниз, в большой загон у его основания. Однажды летом они построили в этой долине хижину Его Видений, большую хижину, которую мы каждое лето должны ставить в честь Солнца, чтобы молиться ему и приносить ему дорогие подарки. Тем давним летом, едва наши отцы построили хижину и начали проводить церемонии, которые длились четыре дня, как с севера пришли наши братья, кайна, и тоже построили в верхнем конце долины священную хижину в честь Солнца. После этого эта река и стала называться рекой Двух Хижин Его Видений.
– Люди из компании Гудзонова Залива, которые пришли на запад, чтобы торговать с черноногими и дружественными им племенами, называли эти хижины магическими, – объяснил я.
– Я сильно разочарована, но очень благодарна вам за то, что вы сказали не правду, – сказала женщина. – Этот писатель! Когда я вернусь в отель, то выброшу все записи, сделанные с его слов, потому что там одно враньё!
– Писатель, о котором вы сказали, должен был долго тут работать, сочиняя легенды, которые объясняли бы названия всех мест, которые он посетил, – заметил я.
– Он сказал мне, почему гора Вождь носит такое название. В давние времена, когда черноногие голодали и умирали, большой военный вождь охотился у подножия этой горы, и там обнаружил и убил белого бизона. Он отрубил голову животного и принес её на самую вершину горы, чтобы посвятить Великому Духу, прося его вернуть стада бизонов в его страну и тем избавить народ от голода. Молитва была услышана. Когда вождь был уже рядом с лагерем, большие стада бизонов и антилоп появились там, придя с юга, и люди убили многих из них, и с тех пор у них всегда еды было в достатке. Поэтому гору, на которой молился вождь, они в память о нем назвали горой Вождя.
Когда Перья Вороны перевел этот рассказ нашим старикам, Вождь Ворон сказал, что ему хорошо известно о том, что Гора Вождя (или Гора-Вождь) была названа так в древности из-за своего положения – казалось, что она ведёт длинную процессию гор поменьше на восток по равнинам. И потом Перья Вороны сказал нашей разочарованной гостье:
– Мадам, этот Великий Дух, или Маниту, о котором говорил вам этот писатель, нам неизвестен. Мы, пикуни, и наши братья – кайна, или Кровь, черноногие, разумеется, а также гро-вантры – все молятся Солнцу. Мы молимся и Луне, его жене, и Утренней Звезде, их сыну, и другим богам. У нас много богов. Все они хорошие боги, очень сильные.
– Что касается бизоньего черепа на горе Вождь, – сказал Тяжелый Взгляд, – так его туда принёс молодой кайна, еще когда я был ребенком; время спустя он стал одним из вождей своего племени и получил сильное имя – Старое Солнце. В те времена молодые люди уходили на самое удалённое место, которое могли найти, и там молились и постились, чтобы получить видение. Многие из них использовали бизоньи черепа вместо подушки, потому что бизон – животной священное, и его тень может помочь постящемуся получить священное видение – увидеть во сне животное или птицу, которые на всю жизнь станут его священным помощником. Я знал юношу, который вместо подушки использовал человеческий череп. Это было страшно, но принесло ему сильное видение. Сам Утренняя Звезда в этом сне пришёл к нему и сказал, кто станет его помощником. Так вот, этот юноша стал великим воином и прожил долгую жизнь. Это был не кто иной, как мой дядя, Три Солнца.
– Перья Вороны, а как твой народ назвал реку Святой Марии? – спросила наша гостья.
– Река Многих Похороненных Вождей, – ответил он и перевел остальным вопрос и свой ответ на него.
– Да, так она и называется, – сказал старый Белая Трава. – Несомненно, у реки раньше было другое имя, но оно давно забыто. Давным-давно в большой долине этой реки наши отцы сразились с Воронами и победили их, но в битве потеряли многих своих вождей, чьи тела были потом уложены на помосты, которые сделали их вдовы, и с тех пор эта река стала носить своё новое имя.
– Хорошо, Перья Вороны, а как ваши люди называют индейское племя, которое белые называют гро-вантры? По-французски это означает Большие Животы.
– Мы их называем утсена, Люди Внутренностей.
– Да. Наши праотцы в давние времена так их назвали, потому что те очень любили внутренности бизонов, жарили их на кострах в своих вигвамах. Есть ещё одно племя, которое отцы назвали исапуотсина, Фаршированные Внутренности, потому что жирные кишки, вывернутые жиром внутрь, набитые мелко нарезанным мясом и так приготовленные, были их основной пищей, – сказал Белая Трава.
Когда Перья Вороны закончил перевод, он добавил:
– Исапуотсина -это Вороны.
– Теперь это слово сокращено до исапуо, – сказал я.
– Это было однажды в стране Ворон. Мы выгнали их оттуда, загнали за реку Вапити, или, как вы, белые, её называете, Йеллоустоун. Я думаю, что у этой реки было много имен. Я знаю, что калиспелсы и кутенаи называют ее рекой Отрыжек, потому что каменные образования в ее долине напоминают отрыжку, – добавил Перья Вороны.
– А могу ли я спросить, что такое отрыжка?
– Вторичная, непереваренная жвачка животных, – объяснил я.
Перья Вороны немного поговорил со стариками, и потом Курчавый Медведь сказал ему:
– Скажи нашей белой гостье: не удовлетворившись тем, что отняли у нас нашу великую страну, белые уничтожают имена, которые мы дали её рекам, озерам и горам, и вместо них дают свои глупые имена.
– Какие, например?
– Ну, к примеру, есть ручей, впадающий в Миссури, текущий между Грейт-Фоллз и Хеленой, который белые назвали Волчьим ручьем. Его настоящее имя – ручей, Где Волк Тоже Прыгнул, – ответил Дрожащая Ворона.
– Какое странное название! Почему его так назвали?
– У наших отцов был пискан, загон для бизонов у основания одного из утёсов на этом ручье; туда заманивали стадо бизонов, потом пугали их, чтобы они побежали и сорвались с утёса в ограду. Однажды, когда это происходило, волк, который бежал за стадом, задержался на краю утеса, посмотрел на людей, которые приближались к нему, и увидел, что не сможет прорваться через их густую линию, и тогда он повернулся и спрыгнул с утёса, разбившись насмерть о камни внизу.
– А ручей, впадающий в реку Устричных Раковин, который белый назвали Южным Ивовым ручьем, был для черноногих ручьем Где Играли Лисы, – сказал я.
– Как интересно!
– А нашу реку Уплывшего Щита, они назвали рекой Мэдисон, – сказал Перья Вороны.
– Да, её так назвали Льюис и Кларк, в честь президента Мэдисона. И очень правильно назвали, – сказала женщина.
– Наши отцы дали ей это имя, за много веков до того, как родились Льюис и Кларк, – ответил Перья Вороны.
– Ладно, я вижу, что автомобиль вернулся. Спасибо за прекрасную беседу, До свидания, – сказала наша гостья и ушла.
– Эта река до сих пор должна остаться рекой Уплывшего Щита, – сказал Перья Вороны.