Оставив позади главную подъездную аллею, мы въехали на слишком тихие улочки столицы. Редкие прохожие провожали нас подозрительными взглядами. Часть лавок была закрыта. По-прежнему работали продуктовые, все же даже на осадном положении жителям нужно было что-то есть.

Когда я уже хотела обрадованно выдохнуть, поверив в нашу удачу, мы нос к носу столкнулись с одним из патрулей.

– Куда направляетесь, леди? – вполне вежливо спросил высокий мужчина с особыми нашивками.

– Приветствую, господа. Преподаватель Межрасовой Магической Академии Шандолы, Шиана Нарвус, – представилась спокойно и вынула из-за ворота цепочку с кулоном-артефактом, моим пропуском в академию, демонстрируя патрулю. – Это моя ученица, Лиана Рашмир.

Услышав родовое имя советника, вравшего в немилость, стражи напряглись.

– Мы направляемся в загородное имение семьи Рашмир, – продолжила я, заметив первые ростки подозрения на лицах магов. – В свете последних событий необходимо позаботиться о домочадцах, выдать распоряжения. Леди Лиана – единственная наследница. Вы же понимаете, о чем я? – добавив в голос таинственности и уверенности в осведомленности стражей, добавила в конце.

Мужчины переглянулись, и старший из них кивнул.

– На дорогах может быть опасно, – все же заметил один из них.

– Мы не можем сопровождать вас, леди, у нас приказ, – проговорил капитан. – Но вы можете отложить поездку и подать заявку в управление стражей на сопровождение…

– Благодарю за заботу, но мы не можем больше ждать, – неожиданно вмешалась Рашмир. – Там мои люди, и я отвечаю за них, – добавив в голос властных нот, припечатала она.

Интересно, их этому тоже обучают или это врожденное?

– Воля ваша, миледи, – миролюбиво согласился капитан, освобождая нам путь.

У въездных ворот процедура повторилась. Стражи долго выспрашивали нас, кто мы и куда собрались. Даже ворчали, что лучше бы мы сидели за надежной стеной академии, и куда только смотрят наши мужчины, но тут же осеклись, потому как все самые сильные маги были сейчас на передовой, защищая покой мирных граждан и таких, как они. Нам повезло, что столицу все же не закрыли, иначе выбраться было бы не так легко. За городской стеной сверилась с руной-маячком и тронула коня.

К вечеру поясница отваливалась, ног почти не чувствовала, а моя многострадальная пятая точка по ощущениям стала плоской, как доска. Мы спешили изо всех сил, делая короткие остановки в пути, но все же не рискнули передвигаться ночью. И нам, и животным требовался отдых. Да и потом, в такой густой темноте свернуть себе шею ничего не стоило.

Рашмир едва держалась. Я видела, как тяжело ей давался наш поход, но она ничем не выказывала свое раздражение и усталость. Глаза все также горели решимостью, даже несмотря на бледность.

– Я позабочусь о лошадях, – тихо сказала она, разминая ноги, в то время, как я почти свалилась на землю кулем.

– С меня ужин, – прошипела болезненно и, кряхтя, вытащила из переметной сумки припасы и воду.

Костер разжигать не рискнула, хотя с местными артефактами я бы точно справилась с этой задачей легко. А так, кто знает, кого может привлечь огонь. Воду вскипятила в особом самонагреваюшемся котелке прямо на земле. Засыпала туда травяной сбор и сушеные ягоды. Тонкий притягательный аромат коснулся неба, наполняя рот голодной слюной.

Пока настаивался отвар, мы с Лианой растянули полог. Летиция уверяла, что этому магическому аналогу нашей палатки не страшен никакой ветер и дождь. Хорошо бы ночью не пошел снег. У нас, конечно, есть с собой греющий артефакт, но, хоть убейте, не видела я в ночевке в лесу в таких экстремальных условиях ничего романтичного.

Рашмир устроилась на походном одеяле и устало прикрыла глаза. Говорить не хотелось, да и о чем? Молча достала из мешка домашнюю ветчину, яйца, хлеб, овощи.

Соорудив аппетитные сэндвичи, передала один из них Лиане и присела рядом с ней.

– Ночью будем спать по одному, – тихо сказала ей, грея руки о чашку с горячим отваром. – Я первая, а ты поспи.

Девушка удивленно уставилась на меня, словно собиралась возразить, но не рискнула, принимая мою правоту. Вряд ли на нас решится напасть какой-нибудь дикий зверь, разве что от отчаяния он попробует свои силы против магии. Животные, как мне подсказала память Шианы, весьма чувствительны к магическому фону и стараются обходить ее стороной. А мы просто фоним силой, как новогодняя елка огнями. И потом, бояться следует не волков, а людей или нелюдей.

Магические часы показывали полтретьего ночи. От холода, несмотря даже на тёплую одежду и греющий артефакт, зуб на зуб не попадал. Не спасала ни разминка, ни горячий отвар. Глаза отчаянно слипались. Пора будить Лиану и хоть немного поспать. Нырнула в теплое нутро палатки, блаженно выдыхая, и потрясла за плечо беспокойно спавшую девушку. Она вскочила, испуганно уставившись на меня.

– Тише, – пробормотала, успокаивающе сжимая ее плечо. – Это я. Твоя очередь дежурить.

Рашмир потерла лицо и с готовностью поднялась.

– Горячий отвар на одеяле, – бросила ей в спину. – Постарайся не заснуть и разбуди меня в шесть.

– Хорошо, – ответила она.

Когда Лиана вышла, отправила магическое послание Илайе, написав на маленьком листе только один вопрос: он жив?

Письмо исчезло в приглушенной вспышке света. Затаив дыхание, ожидала ответ, надеясь, что целитель не спит. Мне показалось, что прошла целая вечность, пока пальцы закололо. Я начертила в воздухе простую руну, и на моей руке возник ответ: да, поспешите.

Сжала клочок бумаги, судорожно выдыхая.

– Он жив! – произнесла громко, в ответ раздался приглушенный всхлип.

Еще есть время…

Странный день и еще более странная ночь… Впереди примерно две трети пути…

Следующий день порадовал хрупкими узорами инея на траве и холодом, что пробирал до костей даже в теплой куртке. Он с упоением щипал открытые щеки и руки, так и норовя залезть за воротник. Деревья сонно покачивались в такт завываниям ледяного ветра. Опавшая листва громко хрустела под ногами. Изо рта вырывались облачка густого пара.

Рашмир сидела на одеяле, то и дело клоня голову к земле, но мгновенно вздрагивала и просыпалась, стоило только организму отключиться.

– Лиана, – тихонько позвала девушку.

– Я не сплю, – судорожно выдохнула она и поднялась, чтобы размять ноги.

– Перекусим и двинемся дальше. Скажи, когда станет совсем невмоготу, сделаем привал, и ты поспишь, – участливо проговорила я, чем заслужила еще один недоверчивый взгляд.

– Таких, как вы просто не бывает, – тихо прошептала Лиана.

Пожала плечами в ответ и принялась за завтрак. Подкрепив силы и собрав наш небольшой лагерь, снова отправились в путь. Белесое светило натужно взбиралось все выше по бледному небосклону, но, будто устав от непосильной ноши, замерло, не пройдя и половины пути. Лошади, отдохнув за ночь и подкрепившись зерном, которое нашлось в переметных сумках Рашмир, шли бодрой рысью по подмерзшей земле. Каждый шаг отзывался привычной болью в копчике, но, упрямо стиснув зубы, я не позволила себе проявить слабость.

Когда поначалу редкий лес начал превращаться в непроходимую чащу, мы были вынуждены вернуться и забрать вправо, уклоняясь от нужного направления. Я очень рассчитывала обнаружить тракт. Все же мы забрались не слишком далеко от Санэги. Здесь точно должны встречаться поселения. Где есть люди, там обязательно должны быть хотя бы тропы. Не повезло! До самых сумерек мы не встретили ни одного следа цивилизации, но стоило небу потемнеть, как вдалеке на пригорке показалось поселение. В слепых окнах не мигнуло ни одного огонька, и тишина стояла такая, что было слышно зловещее поскрипывание веток. Странно. Ни домашних животных, ни людей.

– Не нравится мне здесь, – зябко поежилась Рашмир, и я была с ней солидарна.

– Возьмем влево и заночуем в лесу подальше, – предложила ей, тронув своего коня.

Гнетущая тишина напрягала и выматывала нервы. За каждым деревом, в каждом едва слышном шорохе и неясной тени мне виделись проклятые создания тьмы. С трудом запихнув в себя ужин, мы с Лианой жались друг к другу возле тусклого магического источника света. Девушка вдруг качнулась и стала заваливаться вперед.

– Лиана! – испуганно воскликнула я, перехватывая ее за талию. – Что с тобой?

Рашмир не отвечала. Ее глаза закатились, дыхание хриплое и поверхностное.

– Да что с тобой такое! – раздраженно рыкнула, встряхивая безвольное тело, и вдруг поняла.

Они с генералом связаны. Находясь на грани между жизнью и смертью, он неосознанно тянет из своей невесты магию. Скорее делает это в забытьи. Уж слишком рвано и неравномерно идет отток сил. Но если стабилизировать подпитку, Лиане станет намного легче, да и Манворд получит отсрочку. Ощутимо хлопнула девушку по щеке. Вздрогнув, она открыла глаза.

– Слушай меня внимательно, – начала серьезно, – тебе нужно стабилизировать магический поток между тобой и генералом. Сейчас он забирает хаотично и в больших объемах, поэтому тебе так плохо, да и ему тоже. Давай же! Как тебя учили! Выцарапай у судьбы еще немного времени для своего мужчины или передумала?

– Нет! – яростно воскликнула она. – Нет, – добавила тише. – Я смогу, я справлюсь, – твердила, словно мантру, она и прикрыла глаза.

Сначала ничего не происходило, и я уже хотела разочарованно цокнуть языком, как вдруг магия внутри Рашмир забурлила, яростно выстреливая протуберанцами во все стороны, но тут же затихла, едва заметно накатывая волнами, и тогда я увидела их связь. Призрачная, но прочная сияющая нить, скорее даже канат, по которому тут же потекли короткие слабые импульсы. Словно тоненький ручеек, капля по капле, он устремлялся вдаль, петляя между деревьями и скрываясь в темноте.

– Умница, – похвалила ее старания. – Только не переусердствуй.

Когда мне, наконец, удалось отправить упрямую девчонку отдыхать, она больше была похожа на живой труп, чем на цветущее юное создание. И в этом была моя главная ошибка, потому как мое пробуждение вышло не из приятных.

Крепкая, пропахшая потом и чем-то кислым рука крепко зажала мне рот, а вторая легко вытащила из палатки. Мутными со сна глазами разглядывала пугающую картину. Пятеро не самых опрятных мужиков с заросшими лицами самого бандитского вида деловито шарили по нашим сумкам.

– Эй, красивая, – похабно хмыкнул один, усаживаясь на корточки перед связанной Рашмир с кляпом во рту. В ее расширенных от страха глазах стояли слезы. – Ну-ка посмотрим, что у нас тут? – в предвкушении облизнулся он и дернул ворот ее рубашки.