Фабрициус Геноа

– Уже известно, чей особняк пострадал? – потребовал ответа Трелорин, становясь рядом со мной.

– Да, милорд, – с поклоном ответил страж, принесший тревожные вести. – Дом принадлежит советнику Рашмиру. Сам лорд почти не пострадал. Он со своими боевыми магами отправился на поиски злоумышленника.

В груди заныло от другого предчувствия. Неужели все это время моя девочка была у этого старого слизняка?

Внезапно перстень Леоринэля сверкнул зловещим алым светом. Брови главы Тайной службы удивленно взлетели вверх.

– Срочный вызов дежурного офицера с Площади Выбора, – вернув былую невозмутимость, пояснил он.

Арка… Шиана решилась проявить свой дар.

– Куда ты? – крикнул мне в спину Леоринэль, но сейчас мне точно было не до него.

Выпустив хвост, я на максимально возможной скорости летел по коридорам замка. Картинка вокруг смазалась. Площадь выбора располагалась в противоположной от дворца части города. Я спешил, как мог, огибая прохожих и экипажи. Лошади испуганно ржали мне в след, прохожие жались к стенам, восклицая недовольно. Еще пара кварталов, и я буду на месте.

Все пространство перед аркой было заполнено. Пробиться вперёд к помосту не представлялось возможным. Народ волновался. У артефакта-определителя стояла она. «Живая!» – счастливо прошипел змей.

Перед ней стоял офицер Тайной службы, а с другой стороны по лестнице величественно ступал советник Рашмир, и его вид не сулил ничего хорошего.

– Верноподданные Его императорского Величества! – пафосно прогрохотал он на всю площадь, народ благоговейно притих. – Не позволим же преступнице, спрятавшейся под маской, избежать правосудия. Она обманом приворожила императора, лорда-ректора магической академии и главу Тайной службы. Она – посланница тьмы, что призвана уничтожить наш мир! Отдайте ее мне, и мы не допустим возвращения зверя!

Кто-то из толпы, не удивлюсь, если это был прикормленный маг советника, выкрикнул: «Смерть ведьме!»

Тут же со всех сторон полетело: «Смерть… смерть… смерть…»

– Господин Рашмир, при всем моем уважении, но девушка останется здесь со мной до прибытия лорда Трелорина! – настаивал офицер, чуть смещаясь так, чтобы прикрыть Шиану собой.

И тут я заметил невозможное! Один из горожан осторожно выпростал руку из-под плаща, с зажатым в ней маленьким арбалетом. С невозмутимым лицом он прицелился и…

Ярость… дикая, первобытная захватила меня, кости вытянулись, чешуя покрыла тело. Взвившись в воздух, я с грохотом приземлился на каменную брусчатку тяжелым гибким телом, громко шипя. Закричав десятками голосов, толпа волной отхлынула от меня, сбивая с ног не успевшего среагировать убийцу. Кончиком хвоста обвился вокруг его шеи и сдавил, перекрывая доступ воздуха. Мужчина обмяк. Без сожалений каменный змей отбросил тело в сторону и ринулся к своей предначертанной. Пропуская мимо жалкий лепет оправданий советника, уложил кольца хвоста вокруг Шианы, защищая ее, и поднял узкую голову над ее плечом, угрожающе раскачиваясь и выпуская тонкую нервную ленту языка.

– Хранитель! – раздались почтительные шепотки.

Мягкая холодная ладошка скользнула по чешуе.

– Ну, все… все… не шипи, страшный змей, – тихонько прошептала Шиана, пробегаясь чуткими пальчиками по подбородку, совершенно не опасаясь ядовитых клыков. – Ты меня нашел и спас, а теперь верни, пожалуйста, Фабрициуса. Нужно, чтобы он утихомирил советника.

Восторженно закатывая глаза и мурлыча, как самый обыкновенный кот, великий каменный змей скользнул тонким раздвоенным языком по нежной ароматной коже ее запястья и, окончательно ошалев от счастья, уступил мне место.

– Шиана! – с болью прохрипел я, прижимая свою пропажу к себе.

– Фаб, нежности потом. Лорд Рашмир похитил меня и хочет убить, – буркнула малышка мне куда-то в шею, отчаянно прижимаясь дрожащим телом.

Позволил себя еще одну маленькую слабость и прижался губами к ее виску, шумно вдыхая. Мне просто нужно было убедиться, что она здесь, живая и настоящая, а не плод моего больного воображения.

– Советник Рашмир, – тоном, не предвещающим ничего хорошего лично для лорда, начал я, – по какому праву вы похитили мою предначертанную, удерживали силой, пытали, а теперь и вовсе угрожаете смертью?

Мужчина за мгновение спал с лица, но быстро взял себя в руки и вернул на лицо прежнюю невозмутимость и уверенность.

– У совета есть небезосновательные сомнения в подлинности ваших уз, – весомо произнёс он, оглядываясь на пятерых лордов, членов высшего совета, которые также были здесь, я запомнил каждого.

Мужчины с готовностью закивали, как болванчики, а один из них добавил:

– Мы требуем самого тщательного расследования с применением зелья правды!

– Я, как жених и будущий супруг госпожи Шианы Нарвус, отказываю вам в этом. Любые беседы, повторяю, беседы, только в моем присутствии и с моего позволения, – припечатал с угрозой и непрозрачным намеком больше не переходить черту, но советники явно почувствовали себя бессмертными.

– Мы требуем доказательств связи истинных! – визгливо выкрикнул высокий лорд, удивляясь собственной отваге.

– Доказательств? – недобро оскалился я и по щекам пробежала черная чешуя. Змей был в ярости, что жалкий маг сомневается в его выборе.

– Фаб, – дрожащим голосом загнанной в угол жертвы позвала меня Лана. Мне не нравилось, что моя женщина боится, и змей был со мной солидарен. Сейчас был лишь один выход это исправить…

Решительно скинул с плеч камзол, укрывая теплой тканью хрупкие плечи моей искорки, и расстегнул пуговицы рубашки.

– Что ты делаешь? – прошептала она, с интересом разглядывая мою обнаженную грудь.

Змей, заметив ее восхищение, требовал показать себя истинной во всей красе и немедленно сорвать все ненужные тряпки. Весело хмыкнув, представив только реакцию толпы на публичное разоблачение лорда-ректора.

– Они хотели доказательств, любимая, – выдохнул в опасной близости от ее манящих пухлых губ, – покажи им…

Развернулся лицом к многочисленным зрителям и подбадривающе подмигнул своей девочке. Она несмело улыбнулась в ответ, и я почувствовал ее магию, что неспешно, на мягких лапах забиралась вверх по моей руке. Яркая, игривая, бесконечно нежная ко мне. Она обволакивала теплом, заботой, искренним восхищением и любовью. Осторожные ручейки стекли к груди, зажигая мою метку. Она сияла так, что было больно глазам. Лана смело рванула ворот своей рубашки, обнажая ключицу, где ярко пульсировала сложная вязь печати истинных.

Толпа ахнула и загудела: «Предначертанные!»

– Это все происки тьмы! – завизжал советник Рашмир.

– Исключено! – весомо заявил кто-то из толпы и поднялся по лестнице к нам. – Миледи, – поклонился он в низком почтительном поклоне, но не касался моей девочки. Весьма предусмотрительно. Змей и так был взвинчен до предела.

– Лорд Калемар, – ответил я. Невероятная удача для нас. Этот могущественный маг является самым крупным в империи специалистом по магии предначертанных.

– Господа советники, ваши обвинения беспочвенны. Юная леди совершенно точно не является посланницей тьмы и не подвержена ее влиянию…

– Тайная служба императора! – разлетелось над площадью. А вот и Трелорин, наконец. – Расступитесь!

Величественно приосанясь, Леоринэль подъехал к помосту.

– Опять вы, госпожа Нарвус, – брезгливо нахмурился он. – Что на этот раз? Снова попытались напасть на какую-нибудь адептку?

Лана напряглась, а после потянула меня за руку ближе к себе.

Шиана Нарвус

В очередной раз смотрела в абсолютно безразличные и холодные глаза моего, кажется, уже бывшего предначертанного и терялась. Просто не понимала, когда он играл? Обманывал меня с самого начала? А после почему-то решил прекратить притворяться? Или наоборот? Не знала, что и думать. И самое главное – для чего ему все это было нужно? Я – не бог весть какой приз. И тут невероятная мысль пришла мне в голову! Что, если он и есть черный рыцарь? А что? Очень удобно выслеживать самого себя, всегда быть в курсе планов, подобраться близко и держать под полным контролем. Услужливая память безжалостно подкинула мне картинки нашей близости и попытки жуткой фигуры в капюшоне и маске с тысячей лиц меня убить. Просто невероятно, как можно вот так неистово без оглядки любить женщину и в то же время пытаться ее убить!

Бросила взгляд из-под ресниц на Леоринэля и заметила некую странность. На его груди, переходя на плечо и живот, пульсировала какая-то черная пакость. Она маскировалась и пряталась, стараясь слиться с его магическим источником, мелькая в каналах. Я, конечно, не большой специалист, но так точно не должно быть.

Потянула Фабрициуса за рукав, привлекая к себе внимание, и сбивчиво зашептала на ухо о своих наблюдениях. Геноа нахмурился.

– Знаешь, – задумчиво ответил он, – мне не раз приходилось видеть, как тьма отравляет мага, заживо сжирает его изнутри, уничтожая магический источник, разъедая каналы. Несчастный испытывает невыносимые муки, но то, что описываешь ты, похоже на мягкое, ненавязчивое воздействие. Теперь мне понятны внезапные изменения Леоринэля, его холодность и отстраненность по отношению к тебе. Похоже, чужеродная стихия блокирует связь предначертанных.

Фаб замолчал, будто прикидывая и просчитывая варианты.

– Попробуй вытащить из него эту заразу, – наконец, произнес он.

– И как же по-твоему? – растерянно спросила его.

– Представь, что у него внутри пиявка, жирная, ненасытная. Она присосалась к его магии. Направь тонкий ручеек своей силы прямо в нее и потяни, – пояснил змей.

Будто это было так просто.

– Давай же, – подбадривал он меня. – Хуже ты уже точно не сделаешь.

Трелорин тем временем спешился и поднимался по ступеням так, будто на его плечах была вся тяжесть мира. Он прошел по помосту и остановился перед нами. Фабрициус сдвинулся чуть вперед, прикрывая меня своим телом, защищая, вселяя уверенность.

Как он сказал? Хуже уже не сделаю? Я слегка прикрыла глаза, сосредотачиваясь на еще непривычных ощущениях моей магии. Она свернулась теплым пушистым котенком в груди, согревая, подбадривая, довольно мурлыча и радуясь, что обрела, наконец, хозяйку, которую ждала так долго. «Помоги!» – попросила ее, не очень рассчитывая на ответ. Но сила послушалась. Я почти видела, как она выгнула белоснежную спинку и выпустила коготки, словно играя, мягкой поступью сбежала по руке, оттолкнулась и приземлилась прямо на грудь эльфа.