Фабрициус Геноа

– Дарион! – рыкнул грозно я, едва только дверь моего кабинета захлопнулась за нами с императором, отрезая от внешнего мира. – Что ты творишь? Какое, к сэйту, выходи за меня?

– Моя магия приняла Шиану, она требует только ее и злится, что девушка все еще не принадлежит нам. Я буквально помешался на ней. Такого еще не было ни с одной женщиной. Уверен, она – моя пара. Почему я не могу сделать ей предложение? Невеста императора обладает высшим уровнем неприкосновенности. Никто в здравом уме не посмеет навредить ей, – настаивал Дарион.

– Неужели? – едко хмыкнул в ответ. – Да ты хоть знаешь, что сотворит с бедняжкой Совет?

– Не стоит меня недооценивать, – жестко припечатал Мораус. – Или ты думаешь, что в своем собственном государстве я лишился власти?

– Не в этом дело, – устало возразил я. – Они не успокоятся, пока не доконают малышку. Вряд ли ее родословная удовлетворит их. Тебе мгновенно предложат сотню более подходящих кандидатур.

– Не посмеют, – зашипел Дарион.

– Попробуй, и ты будешь удивлен, – оскалился в ответ.

– Ни одна девушка в нашем мире не подошла мне, магия молчала, не реагируя, а сейчас буквально заживо сжигает меня, требуя получить наше сокровище, – мучительно выдавил он, растирая рукой грудь.

– Закон един для всех, и даже ты обязан подчиниться. Если нет печати предначертанных, девушка должна обладать достаточным уровнем магии. В случае с Шианой это не так. Совет заставит ее повторно пройти через арку, а сейчас этого ни в коем случае нельзя делать. Слишком опасно для девушки, – попробовал объяснить императору, осторожно обходя запрет магической клятвы.

– Почему, сэйт тебя дери? – не сдержавшись, рыкнул монарх.

– Не могу тебе сказать. Ты же знаешь. Просто поверь мне, – парировал я.

– Зверю под хвост твою веру! – загрохотал Дарион и вскочил с кресла. – Где она?

– Ты про Шиану? – не мог не подтрунивать над другом.

– Нет! Про твою личную помощницу! – взревел Дарион и стремительно вышел из кабинета, я за ним.

– Посмотрим в ее комнате, – бросил в спину мужчине. Он остановился, вспоминая, как попасть в преподавательское крыло. – Направо, – мягко подсказал ему.

Буркнув что-то неразборчивое, император развернулся и почти бегом бросился в нужном направлении. Требовательный стук в одну из одинаковых дверей, и ничего. Дарион выдохнул, успокаиваясь, и прикрыл глаза.

– Ее там нет, – констатировал он то, что мне было понятно сразу.

Что ж, сыграем дальше. Леоринэлю нужно это время наедине с искоркой. Не закрепленная связь тяготит его. Это мучительно, а в случае с главой Тайной службы еще и безрассудно и дальше оттягивать.

– Посмотрим в спальне Трелорина? – невинно предложил я, а услышав низкий вибрирующий рык, не сумел сдержать усмешку.

– Веди! – приказал император.

– Прошу, – взмахнул рукой, указывая направление, и неспешно двинулся в обратную сторону, чем неимоверно злил Дариона, но ему придется взять под контроль свой огненный нрав.

У дверей временного жилища Леоринэля император даже не счел нужным утруждать себя стуком, просто рванул защиту и рывком открыл массивную створку. В небольшой гостиной царила абсолютная тишина. Для верности монарх заглянул в спальню и в ванную комнату.

– Не хочешь проверить под кроватью? – глумился я.

Император только губы поджал недовольно.

– Где еще они могут быть? – хрипло спросил он.

– В рабочем кабинете Трелорина, – пожал плечами неопределенно и, не дожидаясь приказа, первым отправился туда.

Опередив Дариона всего на мгновение, оттеснил его и вежливо постучал – ничего, но все мои чувства буквально обострились до предела, разгоняя по телу кровь, наполняя ее жгучим, нестерпимым огнем желания. Хм, значит, эльф все же добился определенного прогресса. Тем более не стоит их сейчас прерывать.

– Никого, – констатировал уверенно и развернулся к императору с непроницаемым видом.

Он подозрительно взглянул на меня и, потянувшись вперед, дернул ручку – дверь не поддалась. Выйдя вперед, Дарион громко и решительно постучал – снова ничего. Тогда он взялся за запирающее плетение.

– Вот наворотил-то, – недовольно буркнул он, пытаясь распутать хитроумные схемы.

Решение поддержать одного из будущих побратимов возникло спонтанно, и я стал осторожно усиливать еще не тронутые императором узлы своей магией. Спустя какое-то время безрезультатных попыток Дарион подозрительно взглянул на меня. В янтарных глазах сверкнуло понимание.

– Лучше пусти меня туда, Фабрициус, – угрожающе протянул он и зажег в руке яркий огненный шар. – Или я просто спалю эту сэйтову дверь.

С тяжким вздохом снял свой контур и принялся за оставшиеся блоки плетения Леоринэля. Дарион периодически присоединялся ко мне, выжигая силовые линии, но по большей части пытался просто вынести дверь. Еще немного, и у него бы получилось. Я медлил, как мог, но внезапно дверь распахнулась сама, а там…

Леоринэль Трелорин

Растерянная девушка сама прильнула к моей груди и душераздирающе вздыхала, а я гладил ее по волнистым рыжим волосам и не мог надышаться ею. Хорошо бы еще сказать сейчас что-то правильное, успокаивающее, но мысли как-то разом исчезли из головы. Все мое существо сейчас сосредоточилось на одном – ощущениях от близости любимой, желанной женщины. Вот она сейчас в моих руках, жмется доверчиво, словно забывшись, выводит пальчиком одной ей ведомые узоры на моей груди, затянутой в проклятую рубашку. А как бы сейчас хотелось, чтобы кожа к коже. Мягко коснулся ее лопаток рукой и с силой провел вниз до самой поясницы. Лана вздрогнула и подняла на меня невероятные штормовые глаза. Сердце в груди грохотало, грозя вот-вот проломить ребра.

– Я больше никогда не обижу тебя, девочка, никогда, – мягко протянул, почти касаясь манящих пухлых губ губами.

Кончиками пальцев провел по удивительно нежной щеке. Руки дрожали, как у юнца. Некрепко сжал хрупкую шею, погладил под волосами, ощущая тонкие вибрации ее тела. Лана откликалась, тянулась ко мне на каком-то глубинном, животном уровне. Нашей тяге невозможно было сопротивляться, и я, сдаваясь, приблизился к ее губам и коснулся, мягко прихватывая. Девочка вздохнула так чувственно, и я сорвался. Как дикий зверь набросился на ее сладкий рот, урчал и вылизывал ее влажную кожу, толкался языком. Восставший член, оказавшийся в тисках тесных брюк, рвался наружу к своей госпоже. Лана не уступала мне в темпераменте, с треском разрывая полы рубашки, оголяя мою грудь для своих пальцев. Оторвавшись от меня, тяжело и хрипло дыша, она спустилась к груди, лаская мгновенно загоревшуюся кожу языком. Внезапно прихватила зубами сосок, ощутимо сжав. Вскрикнул, не сдержавшись, и запустил пальцы в растрепанные волосы, притягивая мою огненную девочку еще ближе. Ее чуткие пальцы обвели рельефный живот и подразнили полоску кожи у самой кромки брюк, чтобы после решительно надавить на бугор в паху. Лана сжала ладошку под аккомпанемент моего шипения и, провокационно улыбнувшись, расстегнула пуговицы, выпуская раскаленный член на волю. Благодарно промычал, откинув голову назад. Нежная рука обернулась вокруг ствола, так правильно сдавливая, что я выругался. Двигаясь все быстрее и резче, она сжимала кольцо своих пальцев, опускаясь до самого лобка и возвращалась обратно к головке. В глазах замелькали звезды. Если она не остановится, я кончу быстрее.

– Постой… подожди немного… – бессвязно хрипел, отстраняя ее ладонь от себя, – иди ко мне.

Развернул свой соблазн к себе спиной и ловко расстегнул мелкие пуговички на платье, буквально в одно слитное движение стаскивая ненужную сейчас обертку. Персиковые кружева на округлой попке заставили меня захлебнуться собственной слюной, так хотелось попробовать ее на вкус. Легонько шлепнул по сладкой половинке, прогибая малышку под себя. Уперев руки в стекло, она расставила длинные ноги, приглашая, и я не сплоховал. Крепко схватившись за шикарные бедра скользил членом между ягодиц, задевая тонкое кружево. Какая изощренная пытка!

Руки нашарили замочек бюста и сорвали его. Опустил ладони на полную грудь, обвел упругие полушария, взвешивая в руках такую правильную тяжесть. Пальцами прокрутил соски, немного оттянул, чувствительно, но не больно. Лана вздрогнула и поощрительно простонала, еще сильнее притираясь бедрами к моему сочащемуся смазкой члену. Скользнул ладонью вниз, ныряя под тонкие трусики. Любовно обвел напряженный комочек клитора и провел согнутыми пальцами между влажных губ, потирая вход в лоно. Член едва не взорвался в тот же миг, какая она была мокрая, отзывчивая. Сдерживаясь из последних сил, проклиная себя за собственную медлительность, неспешно ласкал промежность моей девочки, проникая совсем чуть-чуть.

– Пожалуйста, Лео! – рвано дыша, стонала Лана.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, любовь моя? – продолжал играть с ней, хотя яйца уже звенели от напряжения.

Она не отвечала, только всхлипывала все громче и сильнее подмахивала бедрами, пытаясь насадиться на мои пальцы чуть глубже.

– Может, так? – спросил ее, сжимая клитор двумя пальцами и потирая его. Девочка замотала головой.

– Тогда вот так? – скатился ниже и резко вонзил в податливую плоть сразу три пальца, упираясь костяшками в лобок и еще чуть глубже.

Она замерла, цепляясь за мою руку, пытаясь ослабить давление и выдохнула с шипением:

– Нет…

– Я знаю, что ты хочешь, – прошептал ей на ушко и прикусил чувствительную мочку.

Руки легко разорвали тонкий клочок ткани, отбрасывая его в сторону. Пальцами провел между половинок, подразнил звездочку ануса и спустился к лону, раскрывая, растягивая для себя. Перехватил член у основания и прислонил раскаленную головку к нежной влажной плоти.

– Леоринэль! – вскрикнула Лана, и со звонким шлепком я резко вогнал себя в нее до самого конца.

– Да, девочка… да… – в исступлении хрипел, продолжая вбиваться в ее податливое тело, – сладкая моя… вкусная…

Она так сжимала меня, до головокружения и спазма в яйцах, готового перерасти в самый потрясающий оргазм в моей жизни. Но нет. Я хочу с ней, вместе, хочу видеть ее глаза в этот момент.

Под разочарованный всхлип вышел из влажного лона и развернул мою малышку к себе лицом, подсаживая на бедра и снова врезаясь в нее до упора. Лана запрокинула голову, застонала, сжимаясь на мне еще сильнее, и вонзила свои коготки мне в плечи. Дикая кошка! Снова впился в ее губы и, легко удерживая ее вес на одной руке, двинулся к столу. Усадил ее на край. Глубокие темные зрачки расширились. Ты тоже вспоминаешь наше сумасшествие одно на двоих здесь, на этом самом столе, девочка. Но сейчас будет еще лучше, и я снова толкнулся глубоко, неистово, до влажного шлепка и с оттяжкой назад, и снова в нее. Уложил девушку на лопатки и подхватил длинную ножку под колено, раскрывая ее для себя еще больше. С каждым глубоким толчком Лана выгибалась дугой, громко вскрикивая.

– Вот так, маленькая, покричи для меня, – шептал ей хрипло, без устали вонзаясь в податливую плоть.

Где-то на периферии сознания контрольная нить противно звякала, сообщая, что мою защиту на кабинете пытаются взломать. Огненная жгучая магия шипела и кусалась, но не могла справиться, тем более, что у меня объявился неожиданный союзник. Камень укреплял ледяную структуру, усиливая прочность. На какое-то время это остановит императора.

Потянул Лану к себе за руку и крепко прижал к своему влажному торсу.

– Давай же, малыш… со мной… вместе, – прохрипел ей в висок, задавая просто недостижимый темп, толкаясь в нее мелко и глубоко.

– Лео… – выдохнула она внезапно.

Длинные ресницы распахнулись, словно в удивлении.

– Смотри на меня, – приказал-попросил я, и девочка подчинилась.

Крупно вздрогнув всем телом, она простонала и сжала меня внутри себя. Влажные стенки дрожали, затягивая мой готовый вот-вот взорваться член все глубже. В несколько коротких рывков я догнал ее. Оргазм накрыл нас обоих с неотвратимостью лавины в горах. На пике отпустил плетение, удерживающее замок. Где-то вдалеке хлопнула дверь, а я все никак не мог остановиться, плавно толкаясь, продлевая наше невероятное удовольствие.