Подъездная аллея академии по случаю бала была празднично украшена магическими светильниками. У главного входа меня ожидал ректор.

– Ваше Величество, – склонился в почтительном поклоне Геноа.

– Фабрициус, – кивнул ему и молча прошел в высокие двери.

В последнее время друг был сам не свой. Что-то мучило его, не давало покоя. Еще и Леоринэль. Отчеты главы Тайной службы никогда не отличались образностью, а сейчас вообще стали сухи сверх меры. Несколько односложных фраз, по которым ничего нельзя было понять, и только. Пожалуй, после бала нам стоит поговорить.

– Сколько прибыло кандидатов? – спросил ректора.

– Больше, чем мы рассчитывали. Сто девяносто восемь потомков славных родов изъявили свое желание попытать счастья в этом году, – ответил Фабрициус.

– И это на сорок шесть адепток первого и второго курсов, плюс двадцать две третьего, – покачал головой. – Как бы эти потомки не устроили здесь бои без правил за внимание невест.

– Мы проследим за этим, – безразлично парировал Геноа. Я нахмурился. – Нарушившие правила лишаются права посещать академию. Это сильный мотиватор.

Как и всегда, мне предстояло открывать бал приветственной речью, в очередной раз напоминая собравшимся об исключительной важности и ценности каждого нового союза. Поднялся по лестнице и вошел в императорскую ложу, располагавшуюся справа. Как по команде, все разговоры смолкли, и сотни глаз уставились на меня, а я не мог вымолвить и слова, утопая в пустом и холодном сером взгляде незнакомки.

Нутро обожгло холодом. С силой вцепился пальцами в каменные перила, едва не сминая их в крошку, и не мог оторваться от нее. Показательно безразличная снаружи, но там, в глубине, надломленная. Кто посмел обидеть тебя? Я покараю этого безумца, причинившего тебе столько боли!

С трудом начал говорить что-то приличествующее случаю, но не сдержался. Нарушая все возможные нормы и правила, скомкав приветственную речь, сбежал по ступеням вниз, словно мощная скала, разрезая собой океанские волны. Поравнявшись с девушкой, под ее изумленно-испуганным взглядом протянул ей руку, приглашая на танец. Хотя по традиции должен был танцевать с одной из дебютанток. Незнакомка несмело вложила пальчики в широкую ладонь, и это было сродни откровению.

Шиана Нарвус

Мне никогда еще не доводилось видеть императора Шандолы. Отстраненно замечала, насколько мужчина привлекателен. Его нельзя было назвать красавчиком, как, например, Леоринэля, но аура власти и еще что-то сокрытое от посторонних глаз глубоко внутри буквально притягивало взгляд. Темно-русые волосы до плеч, пронзительные янтарные глаза. Очень необычный оттенок! Широкие скулы, волевой упрямый подбородок и, словно в пику ему, пухлые чувственные губы. Ровный, чуть крупноватый нос, высокий лоб. Очень характерный, сложный мужчина. Под парадным камзолом скрывалось тело воина: широкий разворот плеч, сильные руки. Хорош! И почему так смотрит на меня? Император что-то говорил, а я слышала только его голос, низкий с хрипотцой, будто взволнованный. Он проникал под кожу, вызывая совершенно неуместные реакции заледеневшего тела. Под изумленные вздохи нарядной публики, мужчина скомкано завершил свою речь и скрылся в ложе. Каково же было мое изумление, когда он стремительно ворвался в зал и, разрезая толпу, словно атомный ледокол полярные льды, направился прямо ко мне. Испуганно замерла, забыв, как дышать. Летиция что-то быстро тараторила мне на ухо, а я не могла сфокусироваться, пропуская все ее слова мимо ушей.

Он так ничего и не сказал. Окружающие меня мужчины и женщины почтительно отошли подальше, освобождая пространство для Его Величества, а он подал мне руку и смотрел, будто пробираясь в самую душу. Не видя иного выхода, осторожно вложила подрагивающие пальцы в теплую ладонь. Мужчина крупно вздрогнул и расширил необыкновенные янтарные глаза, в которых заплясали огоньки пламени. Спрашивать о такой странности императора показалось опасным, лучше сделать вид, что ничего не видела.

Он прижимал меня к себе непозволительно близко, кружа в танце, очень напоминающем венский вальс, и не отрывал взгляда от моего смущенного лица. Я не знала, куда деть собственные глаза. Можно ли вообще так долго пялиться на этого невероятного мужчину. Шиану дворцовый этикет вообще не интересовал, поэтому в ее память не было ответов. А если первой заговорить? Нет, лучше помолчать, тем более, что широкая уверенная ладонь на моей обнаженной спине стала обжигающе горячей.

– Как вас зовут? – прошелестели его пухлые губы, а глаза буквально пожирали меня.

– Шиана, – пролепетала в ответ. – Шиана Нарвус, я преподавательницы зельеварения в академии.

– Интересно, – протянул император и задумчиво так повел подбородком.

И почему в янтарном взоре мне вдруг почудилось предвкушение?

Музыка уже давно смолкла, а император так и не отпустил меня. И это не на шутку испугало меня. Вокруг то и дело раздавались ядовитые шепотки невест. Похоже, мне вообще теперь не дадут житья. Как же! Наглая выскочка посмела завладеть вниманием самого императора! Постаралась высвободиться из смущающих объятий, но мужчина не позволил мне этого. Он был словно не в себе.

– Не желаете ли бокал игристого? – спросил император, а сам уже тащил меня к выходу. И там совершенно точно не было фуршета.

– Нет, – промямлила я, пытаясь вырвать руку из цепкой хватки.

Мои жалкие трепыхания совершенно не впечатлили мужчину. Для верности он еще и руку положил на поясницу, чтобы не убежала. Черт! Вот это я влипла! Что ему от меня надо? Тоже решил любовницей сделать? Вот это молодец! Пришел, увидел и забрал? Да только просчитался ты, дорогуша, я не одна из ваших восторженных дамочек, готовых с радостью запрыгнуть в постель к кому побогаче! Меж тем, его сильные пальцы уж слишком сдавили мою ладонь. С трудом сдержала болезненный всхлип.

– Отпустите меня! Мне больно! – снова дернула рукой и зашипела, наконец, забирая свою пострадавшую конечность из его тисков.

Император на секунду замер, непонимающе глядя, как я, тихонько ругаясь себе под нос, потираю пережатые пальцы. Его взгляд, наконец, приобрел осмысленность, и он виновато пробормотал:

– Прости меня, девочка!

Быстрее, чем я вообще успела среагировать, он снова перехватил мою ладонь, на этот раз нежно и трепетно, и коснулся губами. А в следующее мгновение кожу приласкала теплая волна его магии, смывая болезненный ощущения.

– Прошу тебя, – проникновенно выдохнул он, так и не выпустив мои пальчики, – пойдем со мной. Клянусь, я никогда не обижу тебя! – И в подтверждение серьезности его намерений на широком запястье вспыхнул знак бесконечности. Магическая клятва принята.

– Куда? – лишь спросила обреченно. В конце концов, ему ничего не стоило увести меня силой.

– Во дворец, – серьезно ответил он.

– Пешком? – хихикнула нервно. Его глаза напротив улыбались.

– Зачем пешком? – хохотнул он. – У меня экипаж.

Он отошел на минуту, чтобы дать распоряжения своей охране, и вновь вернулся ко мне.

– Идем, – император снова обвил мою талию и потянул за собой.

– А что в академии игристое закончилось? – не могла не спросить я.

– Хочу угостить тебя особенным вином из императорских погребов, – загадочно протянул мужчина.

– Не много ли чести для простой преподавательницы зельеварения? – прищурилась я, заставив императора замереть.

Он развернулся ко мне и бережно ухватил меня за подбородок, приподнимая лицо.

– Скорее это для меня огромная честь, не сомневайся, – выдохнул мужчина уверенно и коснулся губами губ.

По-моему загрохотал гром, и засверкали молнии, буквально пронзая мое тело насквозь. Мы с трудом оторвались друг от друга и загнанно дышали.

– Что это было? – спросила тихо.

– Прошу тебя, идем, и я все тебе объясню, – повторился император и, больше не утруждаясь уговорами, просто подхватил меня на руки, бережно прижимая к своему телу, и поспешил к выходу.

Поездка во дворец стерлась из памяти, оставляя вместо себя лишь ощущение его горячих рук на моем теле и потрясающего аромата дымной горечи и сладкой фруктовой нотки. Экипаж остановился в прохладе ухоженного парка, мне на плечи лег камзол, согретый теплом его тела. Он утянул меня за живую изгородь, где пряталась неприметная дверь. Крохотный лепесток пламени спрыгнул с широкой ладони и впитался в замок. Император надавил на ручку, и мы оказались в нешироком полутемном коридоре. Смотреть по сторонам и анализировать не получалось. Я пребывала в каком-то странном трансе, не в силах сосредоточиться на происходящем. Боль в груди и распирающее чувство усилилось.

Выбравшись из-за гобелена, мы оказались в просторном ярком холле, в конце которого выделялись высокие двери из темного дерева. Именно туда мы и направились. Стражи, охранявшие вход, почтительно склонили головы и, мне показалось, как-то неуверенно переглянулись. Но императору не было до этого никакого дела, он решительно шагнул внутрь и замер, перекрывая мне обзор, но слышала я по-прежнему прекрасно.

– Я так ждала вас, Ваше Величество, – ручейком журчал приятный женский голос, а мне почему-то захотелось выцарапать глаза этой курице.

– Рисана? – удивленно пробормотал император и по инерции шагнул еще чуть дальше, открывая для меня, наконец, происходящее в шикарной гостиной.

На массивном диване, широко разведя бедра, лежала ослепительно прекрасная блондинка. Девушка была абсолютно обнажена и бесстыдно ласкала себя тонким пальчиком между ног.

– А ты еще кто такая? И как посмела войти в императорские покои? – заверещала она, заметив мою скромную персону.

Мужчина, наконец, отмер и, подобрав с пола огненно-красное платье, зло бросил его в сторону незнакомки.

– Прикройся! – зарычал он, а девица обижено захлопала бездонными голубыми глазами, полными слез.

– Любовь моя, зачем ты так? – очень натурально всхлипнула она.

– Кто впустил тебя? Я же велел не приходить сегодня! – бушевал император.

Прокололся ты, Ваше Величество, не успел вовремя сплавить любовницу. Интересно, и как теперь будешь выкручиваться? Меж тем спектакль набирал обороты.