…силоцветы поют…

Эгирна

Раньше я боялась высоты. Я много чего боялась – и потому улыбалась еще шире и веселее. Пусть все считали меня беззаботной, даже легкомысленной. Мне достаточно было жить во дворце, прислуживать принцессе, строить глазки принцу, зная, что мне никогда не занять место видии. Ею уже была Ирис.

Всегда такая особенная.

Сейчас стою на самом верху башни, скорее даже парю, позволяя крыльям за моей спиной тихонько подергиваться. Внизу король Тамур обходит ряды своей новой армии. Те существа, которых он создал… даже у меня кровь стынет в жилах, когда я смотрю на их уродливые лица. Будто тела просто не могут вмещать столько злобы и ненависти.

А мне уже не терпится дать всем тут понять, что скоро я буду править королевством Рут. Самый удачный опыт короля Тамура, его подопечная, его правая рука. Он создал меня такой, какая я есть сейчас – сильная, властная, могущественная.

Осталось избавиться от Ирис раз и навсегда. И заполучить себе Марциана. Я не отдам его просто так. Тамуру не нужно мое сердце, лишь мои способности, и я этим вполне довольна. Если тебе предстоит выживать среди таких, как стратумы, то любовные вопросы и деловые надо разделять.

Ведь в отличие от короля или моего лжеотца, я не стратум. Точнее, не совсем. Я – чудовище, рожденное моей матерью Селестиной от одержимого силоманта. Стратум лишь наполовину. Мой род слишком важен для Тамура, если он хочет выполнить предназначенное и вернуть в мир Галлу. Однако я не согласна прислуживать даже ей. Не будет Ирис, не придет и Галла. И я стану единственной, кому достанется власть Магиваррии.

Витриция

– Быстрее, мы еще можем помочь! – тороплю я брата. – Понятия не имею, куда они забрали Бено, все травы были у него. Но мы что-нибудь придумаем.

Подбегаю к девушке, застывшей в неестественной позе. С Арены ее перенесли в небольшую комнатку, заваленную бинтами и глиняными мисками. Оглядываюсь в поисках чего-то подходящего. Для исцеления мне потребуется некая живительная сила – растение, вода, что угодно. Долго объяснять все Марциану, казалось, мы не виделись целую вечность, и брат сильно изменился. Я даже не знала, жив ли он.

Но это все потом. Мы еще успеем вдоволь наговориться.

Подхожу ближе к неподвижной девушке и будто смотрюсь в зеркало. Видно, что она не из простолюдинок. У нее нежная кожа и шелковистые волосы, изящные черты лица и дорогая одежда. Но перед силомантами все равны. Они всегда забирают тех, кто им нужен. Мама сколько могла берегла меня от них, но мне этого больше не надо. Я хочу пройти по тому пути, что был с самого начала мне предназначен.

На груди девушки зияет огромная рана, нанесенная заколдованным мечом. Я вспомнила то оружие, как только увидела его. Призрачный лорд и меч ему под стать. Но что же случилось между ними с Ирис?

Я кладу руку поверх камня, вшитого мне в кожу, который теплеет даже сквозь платье и накинутый поверх плащ, а второй ладонью накрываю рану девушки. Мое сердце бешено колотится, но я стараюсь замедлить пульс, дышать ровнее, спокойнее. Контролировать ситуацию. Хочу попробовать повторить то, что сделала в нашей с Бено лачуге. Оживить эту девушку, убитую Ирис.

– Марциан, нужно что-то… живое. Найди воды.

Он подходит ко мне спустя несколько мгновений и, ни о чем не спрашивая, протягивает миску с несколькими каплями живительной влаги на дне. Я убираю руку с груди девушки и смачиваю пальцы в воде, но этого слишком мало.

– Разрази меня Сотмир! Принеси еще… – Но тут мои пальцы цепляются за деревянную миску. Дерево, жизнь… – Стой, я попробую с этим.

Обхватываю миску дрожащей ладонью и надавливаю себе на грудь, до боли закусывая губу, но даже это не может перекрыть жжения от моего силоцвета. От напряжения с моего лба стекает капля пота, приземляясь на поверхность миски, и тут же из плотной поверхности пробивается несмелая зеленоватая почка, вдруг лопаясь и распускаясь маленькими нежными листьями.

– При нашей последней встрече ты такого не умела, – хмурится Марциан. – Я знал, что Бено дурно влияет на тебя.

– Он тут вообще ни при чем, – огрызаюсь я, стараясь не растерять настрой. – Не мог бы ты пока помолчать?

– С удовольствием, – отвечает Марциан и складывает руки на груди, чуть отходя от нас.

Мне неловко от того, что он смотрит на меня. Непривычно открывать свою истинную натуру тому, кто должен так хорошо знать меня.

И все же природа моего дара берет верх, принося улыбку на мое напряженное лицо. Стебли удлиняются, оплетая мне запястья, а сама миска падает на пол. Вновь кладу руку поверх раны, подчиняясь внутреннему чутью. Оно словно мой проводник. И то, что я вижу, повергает меня в ужас. На этот раз я имею дело не с обычным человеком, а с силомантом. Сейчас я будто заглядываю внутрь этой силы и вижу, как девушка буквально каменеет изнутри. Ее кровь густеет, кости меняют структуру. Не знаю как, но я вижу это, и сама словно застываю от страха перед чем-то совершенно новым для меня.

– Где ее оружие? – хрипло спрашиваю я у Марциана. – Скорее! Где ее камень!

– Я не видел, чтобы у нее был меч или что-то похожее. Это скорее напоминало кастеты. Но они исчезли, как только она упала замертво.

Возможно ли, что камень так же внутри нее, как он вшит в меня?

Стараясь совладать с паникой, я делаю глубокий вдох и прикрываю глаза. Внутренним взором окидываю все тело девушки, которое сейчас излучает бледно-розовую ауру. Силоцвет где-то здесь… Нужно найти его и… и что с ним делать дальше? Я понятия не имею.

Силоманты не так уж любят общество друг друга, потому что их камни отталкиваются. Пока меня везли сюда, то посвятили в некоторые тонкости, но школа варров – это лишь остановка. Меня отвезут в Башню Ночи, пристанище магов. Как, надеюсь, и Бено, но куда его запрятали, я пока даже не знаю. А главное – зачем. Наши с Бено силы оттолкнули друг друга, и это все из-за камней. Возможно, я каким-то образом навредила ему из-за этого проклятого силоцвета?

Но сейчас я не чувствую отторжения, наоборот, – мой дар тянет меня вперед. Он велит помочь этой девушке, убитой так незаслуженно. Неужели варрам больше нечем заняться, чем растрачивать чужие жизни?

Я очень надеюсь, что в Башне Ночи все будет иначе.

Тонкие зеленые усики растения опутывают тело двушки, словно паутинка, и на мгновение я вижу, как изменения внутри нее замедляются. Даю волю теплой волне, что рвется наружу, грозя захлестнуть каждую клеточку меня. Зеленые стебельки чуть светятся, улавливая эту силу.

– Где же силоцвет… – выдыхаю я.

– Ключица, – раздается у меня над ухом хриплый голос, и, чуть повернувшись, я замечаю, что рядом со мной стоит старуха в красном одеянии. Ее глаза подернуты мутной пеленой, и я понимаю, что она видит то, что сокрыто от других. И даже от меня. Видия…

Без промедлений я смещаю руку выше, нащупываю ямочку между косточками и под кожей ощущаю еле заметную пульсацию. Значит, еще не все потеряно! Вновь наполняю свои руки светом, устремляя его навстречу магическому камню. И внутри меня появляется спокойствие и абсолютная уверенность: я на своем месте. Как же я раньше могла быть такой глупой! Столько капризничать и сомневаться в себе!

– Молодец, девочка, – слышу ободряющий шепот старухи и удивленные возгласы ее спутниц. – Не отпускай, еще немного.

И эти простые слова добавляют мне веры: я смогу. Есть те, кто сможет меня направить и научить. Возможно, зря отец с матерью ограждали меня от этого – я должна была гораздо раньше освоить все это и помогать другим.

Тело девушки вдруг выгибается дугой, а из груди доносится сдавленный вздох.

– Чудо, – бормочет мой брат. – Вита, это настоящее чудо…

Неожиданно для меня девушки в красных плащах опускаются на колени, а вместе с ними и их главная.

– Да явился нам Проблеск! – все разом шепчут они.

Ирис

Этот силоцвет непохож на те, что были у меня раньше. От него веет вечерней прохладой с легким летним шлейфом цветочной поляны. И это настолько непохоже на его обладателя, что я на миг застываю в недоумении. Вновь эта тяга – камень прощупывает меня, но действует осторожно, это не дикий напор Призрака, который буквально поглотил мою волю. И все же магия варров более воинственна, я чувствую это по исходящим от камня волнам. Такой силе нужен постоянный выплеск.

Но я опять обращаюсь к той части себя, которая жаждет боя. И которая не желает погибать.

Под моими ногами вибрирует песок, в воздухе застыло напряжение, а с губ готовы сорваться новые слова.

Хризолит Фортуны – (на алтыни – золотой камень) золотисто-зеленый минерал способен привлечь удачу и повысить веру в свои силы, но он опасен для тех, кто и так мнит себя выше других. Помогает в общении и нахождении союзников, а также позволяет увидеть сокрытые возможности.

Когда я управляю магией силоцвета, то все остальное будто теряет значение. И я становлюсь кем-то другим. Другой. Сам воздух искрится вокруг моей руки, застывшей на древке копья. Золотисто-зеленая дымка расползается по сторонам, показывая мне всех в ином свете. Неужели такими видел окружающих Ромул? Сгустками света? Акира будто яркий зажженный факел, пылает рубиновым огнем. Но в ее глазах я вижу неподдельный ужас. А когда я перевожу взгляд на Ромула, то понимаю, что его свет ровный и серый, он словно одна из безликих теней Сферы. Убитый Ромулом Нексис окутан черным коконом, внутри которого вспыхивают молнии и гаснут. Возможно, так умирают силоманты.

А что же я? Какой он видел меня? Я не могу этого разглядеть, ведь вокруг расползлось бледно-зеленое сияние, созданное силоцветом. Ромул неуверенно шагает вперед, ноги сами несут его, хотя тело подчиняется менее охотно. В глазах варра все еще стоит ужас. Как мог кто-то покуситься на его оружие?

Я бросаю копье вперед, но заставляю его замедлиться. Лениво смотрю, как оно рассекает воздух и зависает посреди Арены, а ударная волна следует дальше, отталкивая от меня Ромула и Акиру.

И хотя я отпустила силоцвет, часть его словно остается во мне, как невидимый след.

Акира рычит, немедленно поднимаясь на ноги.

– Забери свою дурацкую Фортуну, – выплевывает она раздраженно в сторону Ромула. – Даже не можешь удержать свой силоц…

Я не даю ей договорить. Улыбка приходит сама, но это не радость победы, а странное удовлетворение: я могу сделать все что захочу. Прямо сейчас.

Взмах моей руки – и меч Акиры выскакивает из ее ладони, устремляясь ко мне. Когда мои пальцы касаются рукояти, под которым пламенеет красный рубин, меня охватывает энергия ярости. Неудивительно, что Акира такая вспыльчивая. И непонятно, кто же там главный – силомант или же силоцвет. Возможно, пройдут десятилетия, прежде чем она научится контролировать камень. Если он позволит.

Меч звенит и стонет в моей ладони, но я не отпускаю его. Рано. Я хочу, чтобы он подчинился мне. Энергия силоцвета дрожью проносится по позвоночнику, будоражит каждую клеточку моего тела. Я способна его укротить – я действительно это могу!

В подтверждение моих слов клинок вспыхивает алым светом, намеренным поглотить меня. Но я не могу отступить, не сейчас. У меня свои планы на этот силоцвет. Я крепче обхватываю истертую рукоять из белой кости, ощущаю ее тепло, ее податливость. Какое удивительное сочетание – я заглядываю внутрь этой связи: металла, кости и камня. Их энергии так тесно переплетаются, что этот клубок не распутать.

Моя рука скользит по воздуху, описывая дугу и оставляя невидимые другим искорки. Клинок вспыхивает ярче и гаснет, уступая этому танцу. Мельчайшие частицы складываются в алые ленты, что повисают вокруг меня. Они кажутся такими осязаемыми, настоящими, а когда я ловлю потрясенный взгляд Акиры, то понимаю, что она тоже все видит – и прекрасно осознает, что проиграла. Эти ленты извиваются над песком красными змеями, но меня не задевают. Они ускоряют свое движение, образуя вокруг меня вихрь, воронку, водоворот, а в следующий миг устремляются к моим обидчикам, опутывая их, сбивая с ног.

Вокруг нас вздымается густое облако пыли. Да, мои противники повержены, но я уверена, что Акира не сможет признать этого: она будет сражаться до последнего. Она будет искать смерти.

А тьма, что голодным зверем прокрадывается внутрь меня, готова ее принять.

Мои руки наливаются совершенно новой силой, и все внутри звенит от напряжения и предвкушения. Почему сейчас все кажется таким легким? Моя свободная рука рисует в воздухе неизвестный мне символ. Хотя… если так подумать, я все же знаю его. Пусть и старалась забыть. Сияющая дорожка, бегущая к центру. Спираль, уходящая в бесконечность. Символ Творения.

Его нет со мной, но я будто создаю его «призрак».

Стоит пыли осесть на песок, и я вижу, как все застыли в ужасе. Даже Старшая. Она замерла на трибуне, зажав ладонью рот, будто сдерживает рвущийся наружу крик. Я еще никогда не видела ее такой напуганной.

Сначала я слышу звон, тонкие переливы хрусталя, легкое клацание серебра, еле уловимую дрожь силоцветов, а потом вижу: окружающее нас пространство будто само по себе застыло, пронзенное десятками ножей, мечей, копий. Будто я дотянулась до любого оружия, которое было на Арене. Я даже узнаю меч Старшей, но меня это не удивляет так, как всех, – потому что я чувствую их. Силоцветы поют, будто поймав единую ноту или некую волну. Их песня столь волшебна, что с моих щек скатываются слезы. Влагу тут же уносит ветер – единственный намек на движение. Кроме него, никто не смеет пошевелиться. Один мой импульс, и эти клинки, топоры, кинжалы устремятся к любому, кто посмеет обидеть меня.

Да, я смертельно опасна, и теперь знаю это наверняка.

Я и сама оружие, которое все пожелают заполучить, как только узнают про меня. Разящий меч. Что они могут сотворить моими руками, если воспользуются моим именем! Теперь мой черед ужасаться. Как только страх и сомнения просачиваются в мою душу, все орудия с грохотом осыпаются на землю. Это кошмарный звук. И он будто знаменует мой крах – я не смогла удержать эту силу. Я испугалась ее, как и всегда.

Точнее, не так. Мне страшно, что могут сделать моими руками.

– Довольно, – говорю я, не дожидаясь команды Старшей. – Этот бой окончен.

Разворачиваюсь лицом ко входу на Арену, бросая взгляд на единственный меч, с которым мне еще придется повоевать. Строптивый Призрак! Я совершенно не уверена, что смогу сейчас совладать с ним, даже после того, что произошло. Возможно, Алмазу только того и надо – вкусить этой силы.

И все же я беспечна. Не сразу понимаю, что происходит. Мои инстинкты подвели меня, а может, я была так ослеплена силой, что не увидела угрозы.

– Берегись! – выкрикивает Старшая.

С какой-то небывалой скоростью она прыгает на Арену, подхватывая свой меч, безоговорочно находя его среди другого оружия. Она с силой толкает меня, вынуждая упасть на четвереньки. Песок царапает мне ладони, а из легких вышибает весь воздух.

Мириады видений осколками проносятся мимо меня, но я не могу ни за одно ухватиться – эти осколки слишком остры, слишком опасны. Стоит прикоснуться хоть к одному, и я пропала.

– Ирис! Встань! Возьми меч и дерись! – слышу я команду Старшей, а следом из ее рта выплескивается кровь. Острие алого меча Акиры пронзает ее насквозь. Ленты, что держали Акиру в плену, теперь связали Старшую, не давая ей возможности отбиться. Что происходит?

Когда я вижу Акиру, приходит мой черед окаменеть на месте. И если бы не приказ Старшей, я так и стояла бы, словно изваяние посреди Арены, прекрасная скульптура, которую бы можно было поставить в центр фонтана.

– Ирис! – хрипло выплевывает Старшая, не сводя с меня глаз. – Дерись, Избранная! Будь искрой, что разожжет пламя…

Ее глаза закатываются, она падает на землю, лицом в песок, и как бы мне ни хотелось помочь ей, ноги несут меня мимо. Прямиком на Акиру. Я подхватываю меч Призрака, стискиваю зубы от его мощной энергии. Смотрю Акире в глаза, которые сияют белым огнем.

Я знаю, кем она стала. Знаю, потому что боюсь этого больше всего на свете. Боюсь потерять себя так, как потеряла Акира.

Ведь теперь в ней живет стратум.

Я вижу это по подергиванию ее губ, по резким неестественным движениям, но больше всего по глазам, в которых поселилось неистовое пламя. Арена – средоточие варров. Что будет, если сюда хлынут стратумы? Какую мощь они обретут в физическом мире?

Небывалую…

Наши с Акирой клинки скрещиваются, мои руки проворно отбивают удар за ударом, управляя Призраком с неумолимой точностью. Приказ Старшей сотворил со мной странное: превратил меня в воина, которым я боялась стать. В беспощадную убийцу, которая идет напролом. И как это остановить, мне неизвестно.

Возможно, сегодня мы с Акирой погибнем обе. Скорее всего, так и будет.

От столкновения клинков летят искры – Акира, точнее, захвативший ее стратум, действует с невероятным напором. Но и я не отстаю. В какой-то момент одна из таких искр касается кольца на моей ладони, призванного защищать меня от стратумов, и мою руку охватывает настоящее пламя. Акира отпрыгивает в сторону и сердито шипит, оттопыривая губы.

– Разрушительница! – соскальзывает с ее языка. – Ты должна пойти с нами!

– Я вам ничего не должна! – яростно отвечаю я, сжимая ладонь в кулак. Я поднимаю руку, которая теперь горит как факел. Огонь… именно он отпугивает стратумов. Недаром Малые Королевства были окружены Долиной Огня, которую создала Эдна.

– Призрак… – шепчу я, охваченная новой идеей. – Сделай круг…

Дикая энергия выплескивается из Алмаза, посылая рябь по окружающему меня пространству, как по воде. И я вижу рядом с собой свою копию – а потом еще и еще. Множество призрачных Ирис с руками-факелами смыкаются вокруг Акиры плотным кольцом. Я совершенно не знаю, что делать со стратумом дальше, но воздух пронзает свист, а следом я замечаю летящее к нам копье Фортуны. Слишком быстро, чтобы думать, слишком мало времени, чтобы что-то изменить. В дело вмешался Ромул – он отправил это копье мне, зная, что я смогу с ним совладать, вдруг понимаю я. И я не должна медлить. От стратумов нет спасения.

Как только копье оказывается достаточно близко, я выпускаю из руки Призрак. Я не знаю, как он поведет себя. Мгновение, и огонь расползается по древку копья, и я меняю его направление, устремляя прямо на Акиру.

От соприкосновения с огнем тело варры вспыхивает, стратум внутри нее истошно вопит – или же это сама Акира?

Но больше всего меня поражает другое: в это пламя вдруг вбегает Ромул, хватает Акиру за талию, и они оба падают на землю, вспыхивая и сгорая в мгновение ока.

Зачем! Зачем он это сделал?

Я чувствую, как яростно пульсирует силоцвет в пожираемом пламенем копье. И трескается. Я слышу этот отвратительный хруст. И в этот миг я понимаю, что для Ромула все кончено, как и для его силоцвета.

Камень можно разрушить, приходит ко мне страшная мысль.

Камень. Можно. Разрушить.

Мои колени подкашиваются, я до сих пор не могу осознать всего, что произошло. Соленая влага касается моих губ. Опять плачешь, Ирис…

Но кто-то дергает меня за руку, выводя из этого транса.

– Надо уходить, скорее. – Краем глаза я замечаю красный плащ Милосердной, а потом и узнаю голос Аоми. – Идем же! Здесь тебе нельзя оставаться.

– Но Старшая…

– Не беспокойся о ней. Уходим.

На долю секунды рука Аоми вздрагивает.

– Что такое? – безучастно спрашиваю я. Слезы уже готовы затмить мое зрение.

Аоми поднимает руку, подносит ее к моим волосам и подхватывает прядь.

– Твои волосы, видия. Они как живой огонь! С тобой будет нелегко прятаться. Но, может, нам это лишь пригодится там, куда мы отправляемся.

Сейчас я никуда не хочу, все прежние планы Аоми кажутся мне пустыми. Мне ничего из этого не нужно.

– Ты отдала много энергии, но тебе нужно собраться, – уговаривает Аоми. – Иначе тебя уже отсюда не выпустят.

– О чем ты?

– О том, что ты вытворяла тут.

– Но твои магические растения…

– Они не настолько сильны, дорогуша! Это все ты! Это сделала ты! Вот и ответь мне сейчас – ты будешь подчиняться силомантам или ты что-то из себя представляешь сама?

Я стискиваю зубы и вновь хватаю меч Призрака. Аоми права. Прежняя Ирис мертва. Стоит ли горевать о ней?

– Я не знаю, куда заведет меня этот путь, но я хочу пройти его с поднятой головой.

За пределами Арены нас поджидает Эдна. Ничего другого я и не ожидала. Она и шагу ступить мне не даст без своего присмотра.

– Ты все видела, не так ли? – сквозь зубы спрашиваю я. – А Старшая? Она знала, что так случится?

Эдна, как всегда, само спокойствие, голубые глаза напоминают безмятежную водную гладь.

– Я лишь направляю тебя, Ирис, – говорит Эдна. – Но выбор всегда остается за тобой. Ты можешь остаться или можешь уйти. Это твое решение. Но знай, что твоя миссия спасет Старшую. Силоцвет, что ты обнаружишь в сокровищнице дракона, поможет ей.

– Почему меня должна заботить ее жизнь? – спрашиваю я, зная ответ. Я не смогу поступить иначе.

Аоми нетерпеливо тянет меня за руку.

– Идем, Ирис, чего ты упрямишься!

Я сама не смогла бы ответить на этот вопрос. Меня вновь ведут по некоему пути, а я отчаянно пытаюсь построить его сама. Но у меня не получается. И все же я пойду дальше.

– Ты не хочешь дать мне еще подсказку? Как мне втереться в доверие к дракону? – спрашиваю я у Эдны.

– Просто будь собой, Ирис, – с легкой улыбкой говорит она. – Большего и не надо. Но если тебе понадобится помощь, позови меня.

– Такой опыт за твоими плечами, и это все, что ты можешь мне сказать? – нахмурившись, спрашиваю я. – И как громко мне выкрикивать твое имя? Или ты будешь прятаться в кустах?

Мои слова полны злобы и, возможно, несправедливы, но я не в том состоянии, чтобы вести себя разумно или правильно. Жизнь вынуждает меня быть другой.

– Однажды ты все поймешь, – говорит Эдна и уходит первой, взмахнув рукой в прощальном жесте.

Призрак

– Как насчет прогулки под луной, красавчик?

Девушка с огромными синими глазами, похожими на озера, виснет на моей руке. Ундин так и тянет ко мне.

– Отстань от него, Маллея, этот морской конек не для тебя. – Старшая из ундин Бирюзовой Лагуны, сердито ущипнув синеглазку, переводит взгляд на меня. – Прости ее, Лорд, она еще слишком юна.

– Я должен поблагодарить вас за гостеприимство, – говорю я, вспоминая правила приличия.

Водные помешаны на правилах и традициях. И сами же иногда их нарушают. Король Морул решил не довольствоваться Волной и хочет первым покорить Магиваррию, прежде чем это сделают стратумы. И если начнется война стихий, то кто из людей сможет устоять? Весь мир погрузится в бездну хаоса.

– Тебе нравится твой новый облик? – спрашивает синеглазка Маллея. – Я очень постаралась!

Я поворачиваюсь к живому зеркалу на стене, его поверхность морщинится, будто озеро в ветреный день. Но стоит удержать на нем взгляд, и рябь исчезает, сменившись гладью.

В человеке, который смотрит на меня из зеркала, невозможно угадать прежнего Призрака. Я выгляжу самым настоящим головорезом – лысый череп и лицо покрывают сияющие синие татуировки, которые особым образом зачарованы, чтобы скрыть мой настоящий облик. Мой торс оголен, и это совершенно непривычно, но именно в таком виде ходят эти варвары из драконьих земель. По плечами и груди тоже бегут узоры, напоминающие языки пламени.

Мне не привыкать притворяться тем, кем я не являюсь.

Маллея опускается в роскошное кресло, созданное из кораллов, и берется за гребень, расчесывая длинные сине-зеленые волосы, в которые вплетены водоросли и жемчуг.

– Вы такие скучные! – выдыхает ундина. – Неужели через какую-то сотню лет я тоже станут брюзгой.

– И что дальше? – спрашиваю я, оставляя красавицу без внимания. Я повидал много красивых женщин, принцесс и графинь, но в моем сердце навсегда осталась лишь одна. Недостижимая, словно звезда, которую не достать с небосклона. – Сколько отсюда до Замка Дармонда?

Я уже бывал в тех землях, но водные умело скрывают свои убежища от посторонних глаз. Бирюзовая Лагуна не исключение, поэтому я не знаю, где именно окажусь. Да еще и Марло запропастился. С моим зверем мне было бы куда проще.

Однако кое-что у меня все же есть. Символ Творения, который мне велено разрушить. Возможно, я действительно удачно загляну к Дракону.

Никогда не знаешь, что готовит нам новый день.