… это все равно ловушка…

Витриция

– Она жива! Я же говорила, она жива! – Я бросаюсь к стеклянным дверям, выбегая на балкон.

С этого самого балкона я каждое утро выходила, чтобы поздороваться с жителями Фогстара, города, который я обязана покорить, чтобы Милшторм стал моим. Тогда мы сможем двинуться дальше, к Малым Королевствам.

Но сейчас повсюду темнота, которая накрыла нас своим саваном. А на небе, окутанные призрачным гало, сияют четыре луны Магиваррии.

Бено медленно следует за мной, но держится на расстоянии. Вновь его мучают приступы, когда он подходит ко мне слишком близко, а нам нельзя допускать промахов.

Город внизу притих и притаился, тьма принесла с собой страх и ожидание новых бед. После первого знамения на земли Магиваррии вернулись стратумы, что будет после второго? Что нам готовит эта тьма?

На перилах балкона белеют бутоны лилий, от их аромата меня уже подташнивает. По обе стороны от меня развеваются синие с золотом знамена с моим новым гербом – единорогом в окружении белоснежных лилий. Под этими знаменами я поведу армию на королевство Рут, рассадник стратумов. Одолею эту заразу и навсегда завладею Магиваррией.

– Даже если и так, возможно, она не собирается вставать на твоем пути, моя королева, – говорит Бено.

– Не будь столь наивным, король мой, – отвечаю я. – Ирис вернется, чтобы вновь внести смуту. А если ею завладеет стратум… не знаю, сможем ли мы тогда выиграть эту войну. Ты только посмотри, что она сделала с тобой! Я уверена, что изъян в твоем силоцвете из-за нее. Она что-то сделала с ним, прежде чем отдать тебе, иначе бы ты уже мог контролировать свои вспышки.

Я не свожу взгляда с этих зловещих лун. Мне страшно, но я полна желания изменить мир к лучшему. Тот единорог, что явился мне, лишь подтвердил мою избранность. Я смогу рассеять тьму светом своего Дара. Я рождена для этого.

– Может быть, нам стоит отменить свадебную церемонию? – вкрадчиво спрашивает Бено, зная, что не может переубедить меня насчет этой ведьмы Ирис.

– Ни за что, – говорю я, сжимая перила. От моего прикосновения бутоны лилий распахиваются, даже без солнечного света. Им достаточно меня. Если так надо, я буду их солнцем – светилом для всей Магиваррии. – Церемонию мы проведем, как и планировали. И казнь тоже. Особенно казнь.

Эгирна

Тамур откладывает столовые приборы и подхватывает хрустальный кубок. Опрокинув содержимое, он громко ставит кубок обратно на стол и пристально смотрит на меня.

– Наша армия Белокрылых готова? – резко спрашивает он. – Я устал ждать, Эгирна. Я создал тебя такой не затем, чтобы прождать еще вечность.

Существа, которых сотворил он, не отличаются интеллектом и готовы нападать на всех без разбора. Но стратумам нужно не это, они не планируют уничтожить все, что движется и дышит, поэтому на отряд моих ртутных Мотыльков Тамур возложил самые большие надежды.

– Все почти готово, – отвечаю я.

– Почти! – Он хлопает кулаком по столу, и кубок опрокидывается. Звенит серебро и новый перламутровый фарфор, подаренный королю. – Мне не нужно твое «почти», Эгирна. Эта мерзавка Ирис уже должна быть тут, хорошенько связанная в моем лабораториуме, а не бегать по Сфере и уничтожать моих сородичей. Она имеет наглость бросить мне вызов в открытую вместе с этим щенком из Прима. И Дракон! Почему он все еще жив? Нам нужны земли драконов, а не их огонь.

– Ваше Величество, я работаю над этим… отряд скоро будет готов, – говорю я, опуская взгляд.

На небе, как и было обещано, уже взошло четыре луны. Идеальное время, чтобы завершить работу над моим отрядом. Мать уже тоже достаточно окрепла, чтобы выйти в свет. Точнее, во тьму, думаю я и чуть ухмыляюсь.

– Над чем это ты смеешься? – спрашивает Тамур. Как же он мне надоел.

– Простите, Ваше Величество, я просто представила, как будет здорово наконец поймать Ирис.

– Если бы это было так просто, я бы уже давно это сделал. Но даже Эдна не может предсказать ее следующий шаг. К чему нам нужна была пророчица, если она не видит дальше своего носа.

– Но разве не просила Галла захватить ее? Разве не хочет она увидеть страдания своей сестры?

– И то верно, – говорит Тамур, поднимаясь из-за стола. – Оставим пока Эдну Мариссе, пусть поиграет с ней.

– Если бы нам удалось завладеть Эдной до конца, может, все бы и получилось, – говорю я. – Может, Марисса не справляется со своей задачей?

– Она сильный стратум и всегда была верна мне, – отвечает Тамур. – Этот вопрос закрыт. Займись своим отрядом, Эгирна. Нам уже пора явить свою силу. Генерал Кайо выдвинул големов в сторону Диамонта. Ни одна из армий не успеет подойти к королевству так быстро, и мы с легкостью захватим территорию внутри кольца. И двинемся дальше.

– Да, Ваше Величество, все так и будет.

До прихода Галлы остается все меньше времени, и дальше тянуть с моим планом уже нельзя.

– Ваше Величество, простите мою вольность, но куда вы дели принца Марциана? Где он?

– Он тебе действительно так сильно нужен? – усмехается Тамур. Я молчу, ожидая ответа. Ярость короля может быть разрушительной. После нашего провала в Астра-мее он заставил меня отрастить себе новые крылья, только чтобы вновь оторвать их. Это был хороший урок. Но такого я сделать ему больше не позволю.

– Думаю, я могу устроить вашу встречу, Эгирна. Ты была моей верной слугой. Ты это заслужила.

Он обещал сделать меня королевой, а теперь я не больше, чем слуга.

Что ж, я снова промолчу. Улыбнусь. Кивну.

И может тогда он отдаст мне Марциана.

Ирис

Мы все собрались в нашей с Призраком комнате, и пока Дармонд оглядывается по сторонам и присвистывает, мы пытаемся обсудить, что нам делать дальше.

Аоми развалилась на кровати, положив рядом кулек с дриаденком, который сладко причмокивает, запихнув в рот соты. Призрак сидит на подоконнике, не сводя взгляда с четырех лун, которые все еще висят над нами, будто занесенный меч. Вокруг темнота, но кое-где уже загораются огоньки и фонари, будто Фогстар понемногу пробуждается.

В нашей комнате все заставлено светящимися кристаллами, которые немного скрашивают этот мрак.

Стара и Кеззалия устроились на кушетке, на их лицах – полнейший ужас. Троица моих хранителей уползла в город на разведку, и мы ждем, какие новости они принесут.

Что значат эти четыре луны и как будут действовать все заинтересованные стороны? Витриция со своим новоиспеченным Двором Лилий и магами, Леда и вся Волна. Стратумы.

В прошлый раз троелуние совпало с появлением в Диамонте силомантов, а после я разрушила Кольцо Огня и выпустила стратумов, вызвав землетрясение. Но дальше все вернулось на круги своя, разве что стратумы получили возможность выйти из Малых Королевств.

А сейчас эта темень средь бела дня. И никто не знает, чего ждать дальше.

– Так, ну хватит этой гнетущей тишины, – наконец говорю я и сажусь за чайный столик, вновь берясь за колоду карт, которую тут оставила.

Молча перетасовываю колоду в приглушенном мерцании фиолетового кристалла и раскладываю несколько карт, стараясь обратиться внутрь себя. И снова, как я ни перемешиваю их, выпадает одно и то же. Четыре карты, четыре королевы. Кубки, Жезлы, Пентакли и Мечи. Но общая картина так и не складывается. Четыре луны, четыре королевы… ну хорошо. Противостояние Витриции и Леды, которые уже объявили себя королевами. Но кто еще две?

Королева Жезлов – красавица в золотом платье, сидящая на троне. Ее стихия Огонь, который исторгается из посоха, что она держит в руке, и охватывает небо, делая его устрашающе алым.

Королева Кубков – это дама в белом платье, у ног которой плещутся волны со сверкающими в них камнями. Ее стихия – Вода. Она преисполнена спокойствия и мудрости. Возможно, это и есть Леда?

Королева Пентаклей – будто бы сама мать-земля, загадочная и прекрасная. На ее алой мантии распускаются розы, а от короны на ее голове развевается зеленая вуаль, перетекающая в траву и лес за ее спиной.

И последняя, Королева Мечей. Властная женщина с черными, как ночь, волосами, сидящая на каменном троне, с мечом в руке. Я слышала, что так меня окрестили в народе – слухи доползли сюда от самой Арены, а некоторые из них Старшая распускала сама, чтобы придать мне веса среди других претенденток. Но я ушла с этого пути, отказалась провозгласить себя Проблеском, Избранной, Королевой и невесть кем еще.

Сейчас мне вовсе нужно не это, а понять расположение всех этих сил в нашем будущем. Найти в Фогстаре силоцвет и отправиться за следующим. Но чем больше я смотрю в карты, тем меньше понимаю, как они связаны с моими поисками.

– Опять ничего? – спрашивает Аоми. Я качаю головой. – А видения смотреть пробовала? Все так же?

– Не могу ничего увидеть. Мне будто кто-то мешает.

– Понимаю тебя, – говорит Стара. – После Лабиринта у нас с Кеззалией похожее. Мы даже не всегда можем связаться с Молли. Она и так бросила все силы на то, чтобы выяснить твое местоположение.

– После Лабиринта? – задумчиво говорит Призрак. – Могла ли повлиять на это Эдна?

– Она одержима стратумом, – отвечает Дармонд. – Но вряд ли тот может влиять на пророчества.

Кеззалия молчаливо разводит руками.

– Кто знает, – озвучивает за нее Стара.

– Пока я не понимаю, где мне искать силоцвет, – говорю я и потираю ладони, потом смотрю на них и в мерцании кристаллов мне отражается звездная карта, открывшаяся после прикосновения к Камню Судьбы. Я вижу яркую звездочку, которая подмигивает мне. По расположению других звезд я понимаю, что мы в правильном месте. Камень Судьбы привел нас в Фогстар, но где именно силоцвет, остается скрытым от меня.

– Ирис, брось это, – говорит Призрак, видя мои отчаянные старания предугадать нашу дальнейшую судьбу. – Вспомни про все другие камни, они всегда находили тебя сами.

– И что, может, мне просто пойти прогуляться по городу в надежде, что какой-нибудь булыжник сам прикатится мне под ноги? – вздыхаю я.

– А может, и так, – говорит Дармонд. – Все лучше, чем просиживать здесь. Я с ней больше и дня вместе не проведу, – фырчит он, поглядывая на Аоми. – И с этим орущим созданием.

Я встаю и пересаживаюсь на кровать к Аоми, внимательно смотрю на уродливое создание, пытаясь понять, как из этого может получиться нечто похожее на человека.

– Кстати, как он? – спрашиваю я.

– Почему это он? Это, вообще-то, она! – возмущается Аоми. – Ты только посмотри на эти реснички! – И она снова воркует с дриаденком, вновь вызывая раздражение принца-дракона. Тот то и дело зажигает пламя на ладони и вновь тушит его.

Я изумленно смотрю на древесное создание и вспоминаю дриад, с которыми сегодня билась. Если бы не их магия, я бы и не догадалась, что они не люди, и только Призрак просветил меня о их природе, когда мы бежали прочь от «арены».

– Я думаю, ей у нас нравится, – говорит Аоми. – Но ей определенно нужно какое-то дерево, чтобы подпитывать свои силы. Без своих сестер она может погибнуть.

– Не может, а так и будет, так что лучше к ней не привязывайся, – тут же подхватывает Дармонд.

– Я надеюсь, что у нас есть немного времени подумать о дриаде, а вот другие вопросы откладывать нельзя, – говорит Призрак. – Аоми, ты что-то узнала про аурум? Я отправлял своего зверя вместе с солнечной кошкой по окрестностям, но ничего интересного они не нашли. Где нам раздобыть это вещество?

– С алхимическими веществами все не так просто, – говорит подруга. – Они всегда представляют собой союзы и связи других веществ. – Вот, например, эта монета. – И она извлекает из декольте ту самую монету, которая была у Дармонда.

– Что? Вот же воровка!

– А ты ее сам туда припрятал и ей понравилось! – цокает языком Аоми.

– Ладно, что с монетой, – останавливаю я их пререкания.

– Она выкована из чистейшего золота драконов, – огрызается Дармонд.

– Вот именно! – говорит Аоми. – Если мы поймем, что нужно добавить к этому чистейшему золоту, то можем получить нужный сплав. Разгадка как-то связана с солнечными кошками, у которых аурум просто в крови…

Аоми выпрямляется и смотрит на Чистюлю, которая по обыкновению посапывает у двери.

– Что ты предлагаешь? Убить ее?! – восклицаю я и встаю перед кошкой.

– Ирис, всего капелька крови могла бы помочь мне изучить это явление, – с горящими глазами говорит Аоми.

– Брысь от кошки, – повторяю я.

– Капля крови ради спасения Магиваррии? Ирис, тебе не кажется, что это того стоит? – говорит Дармонд, вдруг соглашаясь с Аоми. – Моя Астра отдала всю себя, чтобы он мог обрести силоцвет, – и Дармонд указывает на Призрака.

Все в комнате напрягаются, а я молюсь, чтобы мы не разругались.

Дверь со скрипом отворяется и внутрь заходит моя троица. Вид у них крайне озадаченный.

– Ну что еще случилось? – спрашиваю я. – Стратумы уже в Фогстаре? Леда устроила наводнение?

– Витриция объявила, что свадьба не будет отменена из-за затмения, что четыре луны – это символ их союза с королем и благословение ее коронации, – говорит Гектида. – И еще. Они пригласили на свадьбу Леду, представителей от стратумов и… тебя.

– Меня? – потрясенно говорю я. – Но откуда им известно, что я в Фогстаре?

– Возможно, они этого не знают, и все это лишь ловушка для тебя, Ирис, – говорит Аоми. – Тебе не нужно никуда идти.

– Или до них долетели слухи о твоем утреннем бое, – говорит Призрак. – Но это все равно ловушка, и, конечно, ты туда не пойдешь.

– Что еще за бой? – спрашивает Дармонд. – Неужели ты подвергал Ирис опасности?

– Так, замолчите вы все! – не выдерживаю я. – Возможно, все это и кажется абсурдным, но теперь я не могу выкинуть приглашение Витриции из головы. Думаю, я должна пойти туда.

– Прямо на свадьбе они хотят устроить показательную казнь видий, – говорит Аракх, подливая масла в огонь.

Кеззалия и Стара берутся за руки, а лица их еще больше перекашиваются.

– Тогда это даже не обсуждается, – говорю я. – Свадьба так свадьба. Жалко, у меня нет приличного платья.

– Ты тоже видия, Ирис. Ты же понимаешь, что Витриция и тебя прикажет казнить? – говорит Стара.

– Пусть сначала попробует. Похоже, камень действительно сам бросается мне под ноги, – отвечаю я. – Я больше ничего не вижу в нитях будущего, от меня отворачиваются и звезды, и карты. И я могу положиться только на свое сердце. А оно подсказывает, что нельзя бежать. Я воин, Стара. Даже больше, чем видия.

– Ты же понимаешь, что мы пойдем с тобой? – говорит Стара. – Мы не оставим ни тебя, ни тех видий. Да явится нам Проблеск!

– Да явится он всем нам, – тихо повторяю я и встречаюсь взглядом с Призраком.

Момент истины настал, мы должны вновь выйти на эту арену и выдержать новое испытание. Иначе какие мы в самом деле воины? В Сфере мы не прятались от стратумов, а шли им навстречу.

– Ты справишься с поисками аурума сама? – спрашиваю я Аоми, и та вынуждена мне кивнуть, хотя даже ей мой план не по душе. – Дармонд? – Я вопросительно смотрю на принца-дракона. – Я знаю, что ты поклялся защищать меня, но сейчас ты нужен здесь.

– Я надеялся, что ты позовешь меня с собой, – усмехается принц. – Но я ценю твое доверие. Мы… – Он поворачивается к Аоми и вновь хмурится, переводя взгляд на дриаденка. – Мы постараемся найти аурум и способ очистить людей от стратумов. Хотя я бы, если честно, все же воспользовался старым проверенным способом и всех бы сж…

Он замолкает, увидев мой взгляд.

– Да, Ирис, помню, там твой отец.

– И не только, – говорю я, стараясь преодолеть ком в горле. – Слишком много невинных людей пострадало – силомантов, и не только. Мы на пороге разгадки, и было бы глупо все бросить. Даже если что-то случится со мной, вы продолжите поиски, ясно?

Аоми хмурится даже сильнее Дармонда, и я впервые замечаю, как они хорошо смотрятся вместе, когда они заодно, а не против друг друга.

Наконец я смотрю на моего Лорда и вижу ответ на свой незаданный вопрос. Конечно же он будет рядом со мной. Что бы ни случилось.

Леда

– Неужели эта глупая принцесса думает, что ее свадьба что-то решит? – говорю я, когда наш экипаж подъезжает ко дворцу, который заняли маги и Двор Лилий. Моя карета сделана полностью изо льда, что, видимо, не по душе моему спутнику. – Чего нахмурился, Азур? Замерз в моей карете?

Он лишь тяжело вздыхает и смотрит из-за хрустальной занавески, сотканной из миллиона снежинок. Вулкан неотступно следует за мной, стараясь в основном сохранять молчание. И заставляет замолчать тех, кто желает мне навредить. После моей коронации у меня появилось слишком много завистников и недоброжелателей.

Карета, запряженная водными конями, останавливается. Они бьют копытами, расплескивая эту драгоценную жидкость по сторонам под удивление толпы зевак.

Уже семь дней в небе висят эти луны, и темень не желает отступать, но, как я вижу, люди стали понемногу привыкать. А значит, и к моим законам они тоже скоро привыкнут.

Первые переговоры со стратумами прошли успешно, и, возможно, нам удастся поделить Магиваррию без кровопролитий. Пока что. Но принцесса Витриция, это человеческая девчонка, совершенно некстати встала у меня на пути.

Я стараюсь не думать о другой Избранной, имя которой все шепчут, но боятся произнести во всеуслышанье. Ее бы я уничтожила на месте за то, что она забрала моего принца.

Азур выходит первым и помогает выбраться мне. Он такой высокий, просто скала рядом со мной. И наконец я заставила этого варвара одеться в соответствии с нашими традициями. Любой костюм сидел на нем отвратительно, либо просто смехотворно, но эти доспехи… Они делают его еще более чудовищным. Я подарила ему прекрасный белый плащ с узорной вышивкой – на этом белоснежном полотне серебристые луны и звезды вращаются в окружении кристалла льда. Звезда Смерти, как ее окрестили в народе. Оружие, которое сделало меня сильной.

Мое платье тоже создано из мельчайших кристалликов льда, которые переливаются в этой темноте, делая меня ярким пятном во мраке. Боюсь, сегодня я переплюну невесту. В мои волосы вплетается сияние севера, делая меня совершенно неотразимой.

– Азур, – тихо зову я. Похоже, мой спутник так мною очарован, что даже дар речи потерял. Он тут же встряхивает головой и подает мне руку. Сегодня он еще более молчалив, чем обычно.

Мы поднимаемся по широкой лестнице, украшенной лилиями, и, ради шутки конечно же, я решаю их заморозить. Чуть ухмыляюсь своей забаве. Да, в таком виде они гораздо красивее. Настоящее хрустальное чудо. В бальном зале повсюду яркие фонари, золотые украшения и цветочные гирлянды.

– Какая безвкусица! – выдыхаю я с облачком ледяного пара.

В эти темные времена такая роскошь, конечно, возмутительна, но я понимаю, что Витриция хочет продемонстрировать силу и богатство. Что ж, у меня этого тоже достаточно. Ей все равно не превзойти меня, ведь под моим контролем теперь самое ценное, что есть в Магиваррии. Вода.

Совсем скоро эти земли лишатся влаги, и мы посмотрим, что сможет сделать с этим принцесса Витриция. Называть ее королевой было бы глупостью.

– Ваше Высочество, добро пожаловать ко Двору Лилий. – Ко мне подходит невзрачная худосочная женщина в черной мантии магов из Башни Ночи. – Магистри Капия к вашим услугам. Просим вас занять ваше почетное место на церемонии.

Что ж, посмотрим, что решила приготовить для меня Витриция. Она же не просто так позвала меня. Но я ожидаю любого подвоха.

Магистри проводит меня и мою свиту в зал, поделенный на четыре части, где стоят четыре трона, развернутых к центру, и на одном из них мне предлагают устроиться, объявляя меня и моего спутника. Я с любопытством отмечаю, что под моими ногами мозаики с водными картинами и существами, а на других тоже есть изображения других стихий. И, похоже, этот подиум, весь этот зал, довольно древние. Раньше я никогда здесь не бывала. Что же все-таки задумала Витриция?

В центре зала возвышается алтарь с кристаллом, поделенным на две половины – темную и светлую. Я слышала про этот артефакт – это горный хрусталь Дня и Ночи, призванный сохранять баланс стихий. Но, говорят, он давно не работает, утраченный своим владельцем. Зал вокруг подиума наполняется людьми – знать перемешалась с магами, вижу я и представителей варров, и других рас. Позади пустующего трона, пол перед которым выложен цветами и лозами, стоят розумы и дриады. Камнетесы, вулканы и двое высоких драконов расположились за «огненным троном», а сектор за тем, что символизирует воздушную стихию, пустует. Значит, сильфы отвергли приглашение?

Должна признаться, я все же заинтригована.

И вот двери распахиваются с противоположной стороны, и по широкому проходу идет величественная пара. Невеста в огромном золотом платье, с короной из золотых лучей. Белая фата невесомым кружевом лежит на ее забранных золотистой сеточкой каштановых волосах. А вырез у платья столь непростительно глубокий, что все видят сияющий над ее солнечным сплетением силоцвет, от которого расходятся наполненные светом вены. Жених идет рядом, но на достаточном расстоянии, чтобы между ними уместилось дитя с корзинкой белых лилий.

Я поправляю на себе платье, чувствуя себя неловко. Зачем меня усадили на этом подиуме?

Витриция поднимается по ступенькам, а фрейлины придерживают шлейф ее величественного чересчур объемного платья. Когда она опускается на трон по диагонали от меня, я понимаю, что она заняла позицию огня. Жених становится у нее за спиной, точно так же, как Азур охраняет мою спину.

Я распрямляю плечи и улыбаюсь Витриции. Что ж, возможно, настало время решить расклад сил. И если для этого нужно испортить чью-то свадьбу, я вовсе не против.

Но вдруг воздух содрогается, и прямо перед нами появляется представительница стратумов, чудище по имени Эгирна, в сопровождении своего короля. За спиной стратума распахиваются два величественных крыла. Король Тамур и его спутница занимают свое место на подиуме под слова глашатая. Гости перешептываются, кто-то начинает двигаться к выходу, но стража не пускает их. Вот это уже интереснее. Я переглядываюсь с Эгирной и ухмыляюсь. Каждый из нас может атаковать в любой момент.

– Если все готовы, мы начнем церемонию, – объявляет магистри Капия, но Витриция поднимает руку властным жестом.

– Один трон еще не занят, – говорит она. – По Кодексу Стихий мы обязаны дождаться четвертой партии.

Кодекс Стихий? Но какое она имеет к нему отношение? Она же просто человек.

– И поскольку юная принцесса розумов, Избранная растительным духом, все еще больна, я пригласила на ее место Изгнанницу. Можете впустить их.

Двери открываются с другой стороны, и я рада, что уже сижу.

Потому что в зале появляется самое ненавистное мне существо. Нет, я виню во всем не Витрицию, не стратумов и не Армана. Я знаю, что эта девчонка заморочила ему голову.

Ирис

Она заходит внутрь походкой королевы, с гордо поднятой головой. Волосы ее уложены в длинную косу, в которой больше тьмы, чем света. Верх ее платья – это рыцарская броня, поросшая черными кристаллами, с массивными наплечниками и ожерельем на шее, в котором сияют сразу несколько силоцветов. В руке, покрытой черными перчатками, она держит изящный меч с золотистым камнем по центру рукояти. Юбки из черной летящей ткани распахиваются, демонстрируя ее боевой наряд – кожаные брюки и высокие сапоги. Она определенно явилась не на свадьбу, а на войну. Возможно, как и все мы.

За ее спиной темной тенью следует Арман, при взгляде на которого мое сердце предательски вздрагивает.

– Король Арман и королева Ирис из королевства Прим, – объявляет мальчишка-глашатай, а я не могу поверить своим ушам.

Арман женился на ней? Вздор! Теперь я просто обязана уничтожить ее!

Эта наглая девчонка следует мимо всех нас к самому дальнему трону и вольготно устраивается на нем, положив ногу на ногу, а мой возлюбленный становится рядом с ней.

Король Арман… он мог бы быть моим королем.

Он будет моим королем.