Пока Тина и Кабус спешно отмывались от пыли, Юфимия нашла в закромах ключ от двери, ведущей теперь в тёмную залу без окон, и заперла её.

В «Гнезде-На-Горе» повисла нервозная обстановка: все вздрагивали, крались по коридорам, тревожно оглядываясь на перестуки в стенах. Призраки, видимо, поняли, что в открытую воевать с Бабаками нельзя, это вам не обычные люди. Они могут и фаташокер включить. А вот пугать постояльцев и создавать мелкие неприятности – это пожалуйста! Даже в столовой, где обычно царил покой и уют, кто-то пересыпал соль в перечницы, а перец в солонки. Дора выразительно ругала этого «кого-то», а Фантома и Спук слушали, стоя под дверью. Они не просто так стояли, а ждали родителей и собирали данные.

– Звонок звонил пять раз за полчаса, – шёпотом говорила Фантома, – та деревянная рыбина мне подмигнула.

– А картины с чайками качаются время от времени, – заметил Спук.

Один Юлиус ничего не замечал, погружённый в новую историю. Он только проснулся и с трудом сфокусировал взгляд на детях, спустившись вниз.

– О, это же мой юный читатель! – воскликнул Юлиус. – Дошёл до пятой главы? Как тебе сюжетный поворот?

Штурвал за спиной писателя завертелся на стене, Спук с трудом отвёл от него глаза.

– А… Да! Необычно. Интересно! Спасибо.

– Ну ладно. – Юлиус шагнул в столовую, прервав ворчание Доры. – Говорили, сегодня будут мясные сумочки!

Спук достал телефон, открыл читалку, в которую загрузил детектив «Тройка из Пустоши», и начал листать.

– А что, правда, неплохо, – заметил мальчик, – нет описаний на страницу и диалогов много, начну сегодня читать, наверное.

– Смотри, чтобы родители не видели, – остерегла его Фантома.

Каждый раз, когда родители, увлечённые новым расследованием, забывали об уроках, дети старались не напоминать о них ничем. Ни книгами, ни разговорами о школьных предметах.

Наверху раздались шаги.

– Это наши? – спросила Фантома.

Но вопль, последовавший за шагами, ясно дал понять, что это не Тина и Кабус. Это кто-то постарше и с голосом сильно ниже.

– Краски! Кисти! А-а-а-а!

Спук и Фантома бросились вверх по лестнице, с четвёртого этажа на крик прибежали Тина и Кабус. Вся лестничная площадка второго этажа была вымазана яркими цветами.

– Боже! – воскликнула Тина, хватаясь за щёки.

– Кадмий! – непонятно ответил ей плачущим голосом Художник. – Тиоиндиго! Капут-мортуум!

– На каком языке он говорит? – спросил шёпотом Спук сестру.

– Это названия красок, – подсказала Фантома.

– Дорогущих красок! – услышал её Художник. – Сил моих больше нет! Приезжай в Хмарь, говорили они! Лучший свет! Тишина, говорили они! А у меня то кисти подстрижены, то тюбики перепутаны… А теперь вот это! Как жить, как жить теперь?

Тина бросилась успокаивать бедолагу, на шум прибежала Лидия, которую Бабаки только что впустили в свой номер для уборки.

– Тут всё было чисто пятнадцать минут назад! – Бедная горничная чуть не лишилась чувств. – Кто это сделал?

– Не мы! – одновременно воскликнули Фантома и Спук.

– У меня нет сил разбираться! – горестно сказал Художник. – Нет ресурса! Какая разница, всё испорчено, испорчено! Всё, я уезжаю! И бедолагу этого с собой заберу, он отсюда месяц уехать не может. До того измучился, что начал говорить о призраках.

Юфимия с грохотом взобралась по лестнице, нырнула в потолочный люк, потом спустилась кое-как, потому что в одной руке пыталась удержать кучу тюбиков.

– Вот! Раньше я работала администратором в художественной школе и мне продавали со скидкой кисти и краски. Это очень хорошая фирма «Окси-М», одна из лучших. Прошу вас, примите в качестве извинений.

Художник растерялся: горе от потери материалов было велико, но краски «Окси-М» действительно были очень хорошими.

– Спасибо! Но, Юфимия, простите, я вынужден уехать. Не могу работать там, где были расстроены мои чувства! Ассоциации и всё такое… Пойду собирать вещи. И даже мясные сумочки, что обещала Дора, меня не удержат. Эй!

Мужчина постучал в соседнюю дверь, которая распахнулась в мгновение ока, словно Бедолага стоял прямо возле неё.

– Я забираю тебя, поехали! Подброшу до жэдэ вокзала, – сказал ему Художник.

– Аллилуйя! – воскликнул Бедолага и бросился обратно в номер собирать вещи.

За обедом весело было только Юлиусу, который заметил, что Спук не отрываясь читает его книгу. Остальные хмурились, грустно вздыхали, но поглощать яства Доры не забывали.

– Милая, ты просто луч света в этой Хмари! – пылко сказала Юфимия.

Дора смутилась, её лицо приобрело почему-то виноватый вид, и это не укрылось от внимания Кабуса. Но он отвлёкся, потому что Спук воскликнул:

– А это мысль!

Все удивлённо на него посмотрели, но мальчик покачал головой – мол, ничего стоящего. Фантома решила расспросить его, как только они окажутся наедине, потому что уж она-то знала брата лучше всех – у него явно было что-то на уме.

Дети хотели отпроситься на прогулку, чтобы поговорить, но родители внезапно вспомнили об уроках.

– Ты читаешь? Что? – Тина наклонилась над остатками салата. – Детектив? Это хорошо, развивает мозг. Но и про учебники не забывайте, пожалуйста. Лучше делать всё вовремя. У нас тут с папой… дела. А вы, пожалуйста, займитесь уроками! И не заставляйте нас запирать дверь снаружи…

– Да, вы ведь часто просите относиться к вам как ко взрослым, – согласился Кабус, – а часть жизни взрослого человека – это большая ответственность.

К их столу как раз подошла Дора.

– А я всё хотела спросить, как же дети учатся. Получается, сами? Или онлайн? Слышала, есть уже и такие школы.

– Сами, а мы проверяем, – призналась Тина, – нам очень повезло с ними. Два раза в год сдают аттестацию, перед этим мы вместе с ними пробегаемся по программе, и всё.

– Умнички какие, – восхитилась Дора и ушла, нагруженная пустыми тарелками.

Тина, Кабус, Фантома и Спук молча переглянулись. Когда дети учатся на дому, лучше подробности посторонним не рассказывать. Иначе сразу жалеют всю семью, ахают, охают, подозрительно изучают Фантому и Спука – может, что-то с ними не так?

Ведь известно: все дети должны ходить в школу! Почему? Ну, все ведь ходят… Если бы не бойкий нрав Спука и Фантомы, их уверенность и свободная манера держаться, детей точно начали бы жалеть. Но какой ребёнок откажется от возможности путешествовать с родителями и ловить призраков? И всего-то час в день корпеть над тестами, чтобы снова отправляться изучать новый отель и новый город. И потом – Бабаки мечтали о своём доме, каждый про себя. Тина хотела таунхаус в большом городе, Кабус – деревянный коттедж в крупной деревне, Фантома – готический замок, а Спук – квартиру, рядом с которой есть бассейн и большой парк. Но на любой из этих вариантов нужно было копить ещё пару лет минимум, поэтому о доме почти не говорили, а Тина и Кабус делали вид, что собирают деньги на университетское образование детей.

Спук и Фантома засели в номере, на кровати мальчика, чтобы удобнее было выглядывать на улицу. Обложились учебниками и тетрадями, заскрипели ручками. Тина потом всё проверит, им с Кабусом пришлось заново освоить школьную программу, чтобы дети учились как следует.

– Что они решили делать? – спросила Фантома Спука, пытаясь сосредоточиться на уравнениях.

– Скрывают, – пожал плечами тот, – наверняка задумали что-то очень опасное.

– И интересное, – вставила девочка.

– Ага, – кивнул Спук, – но у меня одна мысль появилась…

– Думаешь, тут тоже может быть подвал? – заинтригованно спросила Фантома.

В одном из прошлых расследований дело оказалось именно в подземном этаже и его содержимом.

– Нет, это я сразу отмёл, – ответил мальчик. – Отель стоит на горной породе, вырубать здесь бункер очень дорого. А те, кто строил здание, явно не были богачами. Тут всё скрипит на ветру не хуже флюгеров.

Спук и Фантома посмотрели за окно: прибор крутился как волчок, и казалось, что отель тоже качается.

– В любом случае пока мамы и папы нет, расскажу о мыслях, которые пришли ко мне, когда читал ту книжку. Юлиус описывает старинное место, первооткрывателей, рисующих карты. И там есть сноска, что такие карты, действительно, существовали и часть сохранилась в Музее истории. Только туда доступа нет, нужен членский билет на взрослое имя и оплаченный взнос.

– Хм… А если Юлиус писал об этом, значит, он их изучал? Давай попросим у него, пусть даст нам их полистать. Ты скажешь, что ты его фанат и хочешь углубиться в историю…

– Фантома, не обязательно же врать, давай просто скажем, что стало интересно.

Девочка поджала губы:

– Как скажешь.

Спук отложил тетрадь, подошёл к двери и осторожно приоткрыл её. Петли скрипнули, хотя всегда двигались бесшумно!

– Я всё слышу! – раздался снизу крик Тины.

Она стояла у подножия лестницы и строго глядела вверх. Но Спук не решился посмотреть ей в глаза и юркнул обратно.

– Они ещё не ушли. Стоят там с Юфимией, шепчутся о чём-то.

Фантома с азартом бросила учебники на другую кровать, она любила решать сложные задачки, только не из курса алгебры.

– А в личку ему можно написать?

Спук послушно взял телефон, разблокировал экран и принялся водить по нему пальцем.

– Так-так-так, социальные сети… А, вот тут есть его группа. Но он её не обновлял уже сто лет. Ну, он писатель, а не блогер, наверное, ему некогда.

Фантома вспомнила, как ей жаловалась троюродная сестра, пишущая романы для известного издательства: «Сейчас ты должен делать всё сам. Никто не будет продвигать начинающих авторов! И блог вести, и рекламу заказывать, ох…»

– Он же на третьем этаже? – Фантома повернулась к окну, подползла к нему ближе на коленках, положила ладони на подоконник, пытаясь разглядеть, что там внизу.

– Ну да. Я видел, как он заходил к себе. Как раз под нами.

– У меня идея, – загадочно сказала Фантома, – но, если мама и папа заметят… Если кто-то другой заметит, неприятности обрушатся на нас хуже урагана.

Спук с интересом следил за тем, что делает сестра. Она осторожно открыла окно, посмотрев при этом на флюгер (он к тому времени почти перестал кружиться), спугнула чайку, у которой было гнездо в нише по соседству, а потом опустила вниз руку.

– Держи меня за ноги на всякий случай, – просипела Фантома.

Брат ухватился за её щиколотки, а девочка заскребла по балкам снаружи здания. Огляделась: внизу и рядом никого, а потом включила фантомное свечение в ладони. Её пальцы покрылись синеватым, мерцающим светом и начали расти.

– О-о-ох, тяжело-о-о, – пыхтела Фантома, кое-как дотянувшись до окна Юлиуса и постучала.

Бам-бам-бам!

Потом быстро спрятала руку, выключила свечение, и они со Спуком стали ждать, высунувшись из окна. Реакции не последовало.

– Может, он ушёл гулять? – предположила Фантома.

– Давай ещё раз, – не хотел сдаваться Спук.

Теперь им повезло, едва Фантома спрятала призрачную руку, окно внизу распахнул Юлиус. Дети увидели его взъерошенную макушку.

– Мы здесь! – позвали они.

Писатель удивлённо глянул вверх, улыбнулся.

– Камешек на верёвке спустили? Я так в детстве делал.

– Ага, кхм, – ответил Спук. – Нас заставляют сидеть за учебниками. А я читаю про Пустошь, ваш детектив. И мне ужасно захотелось посмотреть те первые карты из Музея истории. Но онлайн-доступ получить никак не удалось. Неловко просить, может, вы бы согласились…

– …дать нам доступ! – закончила за него сестра.

Юлиус задумался на мгновение, потом просиял.

– Мне рассылка приходила от них недавно, предлагают промокоды на один день для новеньких. Вам же хватит?

– Да-а! – хором ответили довольные Спук и Фантома.

– Сейчас, погодите, открою вкладку. – Голова Юлиуса исчезла. Он вынырнул через пару минут. – Записывайте!

Едва Спук закончил вбивать в заметки телефона длинное сочетание букв и цифр, внизу на улице появилась Тина. Она стояла, уперев руки в боки.

– Я думала, мне слышатся ваши голоса. Уроки сделали?

– Почти! – пискнул Спук, его разбирал смех, и он поскорее закрыл окно, чтобы не рассердить маму.

– Это я виноват! – Юлиус внизу оправдывался перед мамой. – Разбудил жажду к знаниям! А дети у вас умные, интересуются важными вопросами.

– Ну-ну, – прищурилась Тина, пытаясь разглядеть в окне этажом выше своих детей, – я бы поверила, что вы виноваты, если бы не проводила с ними бок о бок всю их жизнь. Если будут отвлекать от работы, вы только скажите мне!

– Всё в порядке! – Тон женщины испугал даже Юлиуса, поэтому он поскорее вернулся к работе.

В его рукописи внезапно появилась сердитая мать семейства, и сюжет заиграл новыми красками. Юлиус печатал с бешеной скоростью, мурлыкая под нос.

– Так, пока мама не пришла нас проверять, давай смотреть. – Спук начал торопливо открывать сайт Музея истории. – А, нет, нужно приложение.

– Идёт! – предупредила Фантома, и они оба схватили первые попавшиеся учебники и сделали вид, что увлечённо их изучают.

Тина заглянула в номер:

– Ребят, я могу вас оставить хотя бы на полчаса? Вы так-то большие уже. Чтоб в окне вас больше не видела!

Она посмотрела на детей фирменным строгим взглядом, для которого не требовалось словесное сопровождение. Спук поёжился, а Фантома едва сдержала улыбку. Сложно, наверное, быть нормальным родителем, ведь инструментов для воспитания у тебя мало: переговоры да дисциплина, но и они не всегда работают.

Как только Тина снова ушла, учебники полетели в сторону.

– Так, там есть Хмарь? – нетерпеливо заглядывала Фантома в телефон брата.

– Узнаем, дай минуту. Так, промокод принят. Супер. Не все разделы доступны, но это понятно, там же ещё возраст учитывается. На «Х» почти ничего, – огорчённо сказал Спук.

– Погоди, может, город раньше назывался по-другому?

Скоро дети узнали, что в старину название города писали через букву «К». И нашли те самые исторические карты.

– Ничего не понятно, – взволнованно заметила Фантома, – как будто совсем другое место.

– Где тут масштаб. Вот, смотри. Шагаем от моря… – Спук медленно передвигал карту на экране. – Тут квадратики, это дома. А на месте отеля что? Несколько квадратиков и один в центре. Кажется, родители были правы кое в чём.

– Думаешь, на этом месте стоял дом Игезаков? – шёпотом спросила Фантома. – Но ведь стен никаких нет. Ничего не сохранилось. Горничная сказала, что тут были развалины, и всё. Так, стоп. Увеличь-ка вот тут.

Один из квадратиков на возвышении, где сейчас располагался отель, был выделен более густыми линиями.

– Что это означает?

– Надо в сносках посмотреть, погоди. А почему, когда торопишься, интернет так тормозит? Вот – первое историческое здание. Это и правда их дом, Фантома.

– Но привязка к зданию разрушается вместе со стенами. Что же могло остаться тут?

– Найдём. Гляди, тут ещё есть ссылки на связанные статьи. Может, там что-то полезное.

Но, по истории Хмари, в Музее информации было мало, одни общие зарисовки:

– «Традиционный вид промысла местных жителей – рыболовство, – читал Спук. – Горожане веками жили за счёт рыбной ловли, делящейся на циклы от сезона к сезону и меняющейся даже в разное время суток. Дневная ловля занимала световой день, до первых сумерек. Ночная ловля после полуночи приводила к побережью редкие виды лососёвых, и рыбаки, не желая упускать улов, выходили в море дважды в сутки».

– Какие-то ассоциации у меня это вызывает, – задумчиво сказала Фантома.

Она пожевала кончик ручки в виде резинового авокадо, потом укусила его со всех сил и воскликнула:

– Ну конечно! Время! Первые сумерки начинаются как раз в районе семи вечера. Получается, рыбаки были дома в это время. И привязка Игезаков к отелю, действительно, сентиментальная. Что, если только с семи вечера до полуночи все члены семьи собирались дома? И так каждый день, каждую неделю, месяц, год?

– Думаешь, что-то важное происходило по вечерам?

– Я о том и говорю. Их самые тёплые воспоминания, видимо, связаны с домом и этим временем. Потому их власть над отелем и растёт в это время суток. Ох, но где же тут остатки их дома? Что могло сохраниться на целых пятьсот лет, если тут нет подвала?

– Что-то каменное? – пожал плечами Спук.

А потом до него дошло. И до Фантомы тоже. Брат и сестра обменялись долгим, взволнованным взглядом.

Ещё в первый день они заметили, как странно выбивается из интерьера столовой тёмный камин. Мог ли он сохраниться настолько с давних времён?

– Давай быстро сделаем уроки и проверим, – предложила Фантома. – Помнишь, тот дух говорил, что, до того как построили отель, Игезаки жили в чём-то маленьком? Может, там есть тайник?

– Только родителям не скажем, опять решат, что это опасно, и не подпустят нас близко. Можно и ужина дождаться, но что-то мне подсказывает, что призраки только начинают нас выживать, разминаются. И чем скорее мы найдём их привязку к зданию, тем лучше.

Фантома улыбнулась: Спук всегда начинал разговаривать в стиле книги, которую читал. Иногда это были отрывистые фразы, если в читалку была загружена космическая фантастика, иногда что-то старинное, если Спук читал исторический роман.

– Мама! – позвали они через сорок минут, выглянув из номера. – Ты там?

– Там! Точнее, тут. Чего вам? – Лестница слегка закачалась, когда Тина начала подниматься вверх.

– Проверишь задания?

Фантома и Спук показали матери выполненные тесты, пересказали новые параграфы из учебников.

– Ничего себе, почти без ошибок, – задумчиво сказала Тина, просматривая тетради.

– А что вы там с папой делаете? – поинтересовался Спук.

– Что-то не так с Дорой, пытаемся у неё выведать, – подумав, ответила Тина, – вы не вмешивайтесь пока, не хочу, чтобы это стало похоже на допрос.

– Дора милая, – сказала Фантома, – но да, это может и не мешать тому факту, что она в сговоре с призраками. Почему они пытаются насолить всем, а в столовой буйствовать не решаются? Хотя кухня от той залы через стенку – вреди сколько угодно.

– В том-то и дело, – ответила Тина.

– Ладно, мы будем делать вид, что вообще не в курсе. Но я есть хочу, – признался Спук, – можно у Доры печенья попросить? Она говорила, что можно.

– Ладно, если потом не откажетесь от нормальной еды, – вздохнула Тина, – и побыстрее. Ей уже скоро ужин готовить, а мы с папой так ничего толком и не узнали. Ближе к семи все здесь становятся такими нервными!

* * *

Дора с радостью отвлеклась на детей, повела их в кухню, чтобы они выбрали из трёх стеклянных высоких банок.

– Тут тыквенное, овсяное и ореховое. Могу ещё молока налить.

– Спасибо! – искренне сказал Спук. – Фантома, ты пока садись. Можно же нам в столовой перекусить? Мы быстро.

– Конечно, – ещё больше обрадовалась Дора.

Она подумала, что при детях Тина и Кабус её разговорами о призраках донимать не станут, и оказалась права. Родители ушли ровно на двадцать минут, по их словам, чтобы заказать для Тины карамельный латте.

– Идеально! – обрадовалась Фантома, как только Дора исчезла в дверях кухни.

В уютной столовой больше никого не было, и дети поспешили к камину.

– На вид в нём ничего такого, – не очень уверенно сказал Спук.

– Эх, да. Вряд ли нам повезёт, – согласилась его сестра, постукивая по кирпичам, – на вид всё обычное. Разве что…

– Кирпич у дымохода другого цвета? – прищурился Спук. – Сейчас стул принесу, погоди.

Он подтащил стульчик, встал на него, скинув ботинки, и потянулся к светлому на фоне остальных кирпичу. Тот не поддавался, Спук пожал плечами, спустился. Тогда на стул встала Фантома, попыталась нажать на кирпич, стучала по нему, нащупывала секретные кнопки и рычажки. Всё напрасно.

Дети огорчённо доели печенье, поглядывая на камин. Дора стучала ножом на кухне. Воздух медленно темнел – сумерки в Хмари были ранние.

Тук! Светлый кирпич выехал вперёд на пару миллиметров.

– Почему? Что изменилось? – поразилась Фантома.

Спук показал ей экран телефона, на нём ярко горели цифры «19:00».