Чайки, которые ещё час назад шумели в нишах «Гнезда-На-Горе», стихли. Ветер растворился, смолкли голоса. Лишь у порогов или калиток важно сидели кошки. Над Хмарью сгущались сумерки, из-за туч казалось, что городок спрятан в шкатулку с каменными стенками. Ровное море налилось свинцовым оттенком.

Фантома старалась красться как мышка, но её туфли всё равно цокали.

– Давай спустимся на набережную, – предложил Спук, – кошки смотрят в ту сторону, обрати внимание.

– Ага, как будто ждут кого-то, – согласилась Фантома.

Белые и чёрные мордочки поворачивались вслед за детьми. Полосатые хвосты нервно вздрагивали, ушки прижимались к головам. Кошки смотрели на Спука и Фантому со спокойной уверенностью и даже не думали уходить с дороги, когда к ним приближались.

Пару раз в окнах домов мелькали любопытные детские носы: ведь шаги в полной тишине и в неурочный час привлекали даже тех, кто прятался за закрытыми дверьми. Но почти сразу руки взрослых плотнее задёргивали шторы, и всё снова погружалось в гипнотическое спокойствие.

Мистический туман начал опутывать улицы Хмари: он не усыплял, наоборот, нервы от него звенели, как струнки. Фантома улыбалась краешками губ, наслаждаясь этим ощущением. От влажности её волосы стали ещё пышнее, как и у Спука. Только у неё это была словно чёрная тучка, а у брата рыжее пламя.

– Уже семь? – спросила девочка.

– Без одной минуты. – Спук вытащил из кармана джинсов телефон.

– Давай поторопимся, я хочу занять удобную наблюдательную позицию.

Постепенно дети поняли, что кошки смотрят не в сторону моря, а, как ни странно, на единственную дорогу, ведущую в Хмарь.

– Здесь есть автобусная остановка, – шепнул Спук, которому начало мерещиться что-то непонятное. – Спрячемся?

Стеклянное строение выделялось на фоне старинных домов города: остановку пытались встроить в ландшафт Хмари, выложив нижнюю часть из камней, но смотрелось всё равно чужеродно. Зато эта кладка сейчас послужила отличным укрытием для Спука и Фантомы: они сели на корточки позади неё и осторожно выглянули из-за стеклянной части.

– Что-то не так, верно? – спросил Спук.

Его сестра догадалась первой:

– Нужно включить фантомное зрение.

Спук последовал её совету, но тут же воскликнул:

– Да здесь толпы призраков!

– Тш, – шикнула сестра. – Не привлекай внимания. Просто смотри.

По дороге вверх к отелю спешила цепочка призраков. Здесь были духи, потерявшие человеческую форму, – они летели над землёй, похожие на кустики, укрытые к зиме спанбондом[1]. Обычные привидения вышагивали по воздуху: кто-то уверенно, кто-то медленно, то и дело отдыхая.

– И так каждый день? Просто люди их не видят? – не смог удержаться от вопросов Спук.

Прозрачный серебристый мужчина в шляпе повернул голову в сторону остановки. Спросил у спутницы:

– Ты слышала? Это был человеческий голос?

Сам он говорил приглушённо, словно кто-то очень тихо включил радионовости.

– Не может быть, – отмахнулась призрачная женщина. – Хмарь безопасна для нас, достаточно становиться невидимыми для людей. Спасибо нашим отельерам, всегда есть где перевести дух.

– Это да, – подтвердил призрак. – Быть привязанным к месту тоскливо, но и скитаться веками где попало надоедает. Хорошенько отдохнуть не мешает никому, особенно когда ты уже мёртв.

Спук и Фантома переглянулись в ужасе. Им приходилось вести разные расследования, помогая родителям, но впервые в их отеле был призрак, который сам устроил отель для себе подобных. Это всё значительно усложняло… От избытка чувств Спук завалился назад, и сухая ветка под ним хрустнула, как косточка.

Духи, что пролетали мимо остановки, замерли. Потом медленно поплыли в её сторону.

– Бежим. – Фантома потянула брата за рукав свитера.

Дети поползли в кусты за остановкой, оттуда перебрались на задний двор чьего-то дома, потом оказались на улице, свободной от призраков. Духи не стали их преследовать, и неизвестно, увидели ли они их вообще. Спук и Фантома оказались у единственного кафе в городе: столики здесь были огорожены широкими и низкими стойками, украшенными вазонами с цветами на высоте около метра от земли. За ними и притаились дети. Отсюда был виден перекрёсток, по которому брели привидения. Они наклонялись и гладили кошек, а те вышагивали вокруг полупрозрачных ног, изгибали спинки, задирали хвосты, и вибрация от их мурлыканья словно передавалась всему вокруг.

– Хорошо, что нас не заметили, – сказала Фантома, – не хотелось бы подводить родителей.

В это мгновение на тротуар рядом легла длинная тень. Отбрасывать её мог только…

– Серый призрак, – пискнул Спук.

Они с Фантомой вскочили на ноги и бросились бежать в узкий проход между домами, кое-как пробравшись сквозь кусты живой изгороди. Пересекли следующую улицу, пытаясь подобраться ближе к отелю и одновременно не попасться на глаза призракам.

Дети не видели, что рядом с первой тенью у закрытого кафе скоро легла ещё одна.

– О чём они только думали? – свистящим шёпотом спросила Тина.

– Найдём и спросим. – В голосе Кабуса слышались угрожающие нотки.

А Спук и Фантома тем временем, сами того не зная, убегали от родителей. И не заметили, что за ними наблюдают двое стоящих в тени «Гнезда-На-Горе»: это были призраки некогда в соломенных шляпах.

– Первые за двадцать пять лет, – прошамкал один.

– Надо наказать, чтобы неповадно было другим, – хрипло ответил второй.

Входная дверь отеля оказалась заперта, Спук и Фантома нервно дёргали её, оглядываясь на призраков, которые уже приближались.

– Сюда! – послышался высокий голос Юфимии в стороне.

Дети побежали на него, пока не увидели низкий дверной проём сбоку отеля. Хозяйка звала их оттуда:

– Этот вход сейчас безопасен!

Как только Спук и Фантома оказались внутри, дверь захлопнулась, в её замке проскрипел ключ. В комнате было темно, если не считать свечения, исходившего от двух призраков, которые ехидно глядели на детей. Это были старики маленького роста с больными на вид суставами, в шляпах, залатанных рубахах и штанах.

– Попались! – прошамкал один.

– Догулялись! – хрипло добавил второй. А потом передразнил Юфимию: – Дети, сюда!

Спук ошалело переводил взгляд с них на сестру. А Фантома прищурилась, словно призраки были у неё на экзамене.

– А вы кто такие, а?

Старики растерялись, потом взяли себя в руки:

– Мы тут вопросы задаём!

В тусклом свечении призрачных тел было видно, что Фантома сложила руки на груди и нахмурилась.

– Ну?

Брат уважительно посмотрел на неё: порой она здорово напоминала бабулю Бабак.

– Это наш отель и наш город! – визгливо сказал первый старик.

– По крайней мере с семи вечера и до полуночи! Вы нарушили запрет! – прохрипел второй.

– Ну, допустим, – равнодушно ответила девочка, – мы вчера приехали только, не знаем ни о каких запретах.

Первый старик подлетел к ней, выпучив глаза.

– Так мы и поверили! Здесь все… все знают о том, что нужно сидеть по домам после семи вечера.

– А зачем вам отель? – вежливо спросил Спук.

Он, как и Фантома, долго и оценивающе смотрел на призраков: те злились, но фигуры их не мутнели, а руки не в силах были схватить. Значит, это были обычные привидения, а не серые. С такими можно договориться без страха, что взлетишь на воздух, если они взорвутся.

– Как зачем? – хрипло возмутился второй старик. – У нас тут постояльцы!

Комната вокруг засветилась, здесь парили ещё десятки призраков. Помещение оказалось не каморкой, а просторной залой.

– Ого! – искренне восхитился Спук.

На стенах висели призрачные картины, призрачные кровати были расставлены рядами, а между ними стоял длинный стол с призрачной едой.

– Вам же не нужно есть, – вскинула брови Фантома.

– Ну и что! – вмешался бесформенный дух, витающий под потолком. – Мы тоже хотим почувствовать себя по-человечески.

– А теперь, – коварно сказал первый старик, – у нас будет настоящая прислуга!

Призраки вокруг заголосили-захохотали, звук такой, словно десяток ржавых пил подвесили на цепи и начали трясти.

– Так что теперь вы наши пленники, – угрожающе надвинулся на детей второй старик. – Будете всё тут мыть, нам не нравятся чёрные стены.

– А что это за зала? – Фантома сделала вид, что испугалась и решила слушаться. – Получается, мы где-то внутри «Гнезда-На-Горе»? Вон тот прямоугольник, он что, кирпичный? Ведёт в ту дверь рядом с вестибюлем?

Первый старик хотел что-то сказать, но второй толкнул его в призрачный бок, мол, ни слова.

– Но нам нужна будет еда, – развёл руками Спук, – иначе здесь просто станет на пару призраков больше.

– Сбоку кухня! – Первый старик таки выдал секрет. – Там можно что-нибудь раздобыть.

– Значит, нам достаточно начать кричать, чтобы нас спасли? – Фантома всё ещё пыталась заставить призраков отпустить их миром.

– Конечно нет, – хрипло засмеялся второй старик. – Звуки отсюда наружу не проникают! Мы позаботились о защите.

– Погодите. – Фантома прикусила губу, задумавшись.

– Кого-то вы мне напоминаете. Но не вот этим вот, – она обвела рукой тощих босых стариков, – а тем, как вы похожи.

– Не может быть! – начал догадываться Спук.

– Неужели вы и есть отцы-основатели Игезаки? – торжествующе заключила Фантома. – Я раскрыла вашу тайну!

Близнецы начали раздуваться, как ядовитые лягушки, призраки-постояльцы разлетелись по тёмным щелям залы, отчего в ней снова померк свет.

– Ш-ш-ш, – шипел первый старик.

– Вз-з-з, – звенел второй.

Спук спрятался за спину Фантомы, а она глядела на близнецов глазами, расширившимися от ужаса и восторга. Что же делать? Ключ неизвестно где, а окон в помещении не было.

– Они не серые, не бойся, – шепнула девочка брату. А потом громко продолжила: – Для нас знакомство с вами огромная честь!

Старики-призраки застыли шарами в воздухе, а потом резко сдулись, как будто их проткнули.

– Что? – недоверчиво спросил первый.

– Как-как? – хрипло поинтересовался другой.

– Вы и правда Игезаки?

– Да, – хором ответили близнецы.

– Но вы не похожи на свой памятник! – не удержался Спук.

Игезаки захихикали по-стариковски, первый объяснил:

– Мы запугали того скульптора. Он даже шептал по ночам, что больше никогда не покинет Италию. Но вылепил нас как надо! Какими мы были в молодости!

– Или хотели бы быть, – грустно добавил второй.

Спук прыснул, Фантома строго на него посмотрела – даже в сумраке её взгляд мог прожечь камень. Девочка покашляла и вежливо спросила:

– С чего начать? Помочь таким важным историческим личностям, как вы, для меня большая гордость!

Игезаки переглянулись. Другие призраки медленно повылезали из щелей, в воздухе снова засветились кровати и длинный стол между ними.

– Вон там в углу есть раковина, вёдра и тряпки. Отмывайте пока стены, – великодушно сказал первый Игезак.

Фантома с важным видом засеменила в нужную сторону, лапки пряжек-лягушек на её туфлях делали клац-клац в повисшей тишине. Спук не мог понять, что задумала сестра, но тоже покорно направился к раковине.

– Темновато, – сказала Фантома.

И ближайший к ней дух вежливо свернулся в лампочку и включил призрачное сияние поярче.

– Спасибо! – искренне сказала девочка.

У духов и так оставалось мало сил, но этот, видимо, при жизни был неплохим человеком, раз хотел помочь, несмотря на слабость. Вёдра гремели от каждого прикосновения, тряпки ссохлись, отчего походили на монструозных ящериц. Дети кое-как отмочили их в хлынувшей из крана воде. Она окатила юбку с пайетками, и Фантома брезгливо поджала губы.

– Идём вот сюда, – сказала она брату, наклонившись вбок, потому что полное ведро оттягивало руку.

Девочка выбрала стену, где не было призрачных кроватей и где можно было пошептаться.

– Фу, это же копоть! – воскликнул Спук. – Мы будем грязные с ног до головы.

Второй Игезак подлетел поближе:

– Раньше мы тут жгли свечи и масляные лампы для уюта. Пока старушка из бакалеи не умерла. Жизнь у неё была хорошая, поэтому призраком она не стала. А так было удобно: и спички она нам давала, даже приходила иногда убираться. Потому что была влюблена в меня.

– Нет, в меня! – визгливо перебил первый Игезак.

Фантома не сдержала любопытства:

– А почему вы разговариваете как современные люди?

Во время расследований Бабаки часто встречали духов прошлого, которые изъяснялись на едва понятных наречиях. А то и вовсе говорили на латыни.

– Ну, людьми мы были пятьсот лет назад, – ворчливо ответил второй Игезак, – но всё это время не в коме же провели, общались! Учились!

Несмотря на комичность, близнецы вызывали чувство угрозы, а потому дети, опытные в общении с духами, не лезли на рожон. Фантома аккуратно отжимала тряпку и тёрла стены, Спук тоже старался как мог, хотя очень быстро заляпал джинсы и кеды. Он шёпотом спросил:

– Как бы нам стащить ключи?

– Даже не думай, – едва слышно ответила Фантома, – они не серые призраки, но их тут слишком много. И прибавляются каждую минуту, ты заметил?

В щели между плинтусами лезли новые призраки. Игезаки испарились, и было слышно, как они разговаривают за стеной.

– Видимо, там вестибюль. Они встречают гостей и провожают их сюда. Странно, что они ещё все номера не заняли, – сказал Спук.

– Думаю, обычно они пользуются всем отелем, когда очередной отчаявшийся владелец продаёт его за бесценок. Вряд ли «Гнездо-На-Горе» открыто постоянно.

Давешний дух-лампочка стеснительно вдоль стены подлетел к детям и едва слышно прошелестел:

– Вы правы. И мы готовимся выгнать Юфимию тоже. Как и всех предыдущих хозяев. А для этого мы сделаем кое-что грандиозное. Чтобы никто не захотел покупать отель много-много лет! А то пока его не построили, отцы-основатели столько лет жили в крохотном…

– Чего ты там трёшься? – рявкнул, выплывая из стены, первый Игезак.

Духа-лампочку сдуло, словно сухой осенний листок.

– С постояльцами нужно быть вежливее, – сказала Фантома и замерла с тряпкой в руке.

Какой будет реакция призраков?

– Вы правы, – поник призрачный старик, – но у нас нет гостиничного образования! Мы же были рыбаками, а не отельерами.

– О, а у нас большой опыт! – Фантома бросила тряпку в ведро так, что брызги окатили Спука. – Мы выросли в отелях!

– И у вас не было своего дома? – удивлённо спросила какая-то женщина-призрак.

– Ну, мы можем жить у бабули, – ответил Спук, – но у неё такой характер, что не очень хочется этого делать.

– А у вас какой был дом? – Фантома умела изображать наивность, когда было нужно. – На что это похоже – жить на одном месте?

Но этот вопрос очень разозлил первого Игезака, он сморщился, словно скомканная бумажка, и со свистом улетел в другой конец зала.

– Их триггерит эта тема, – сказала женщина-призрак, – связано с какой-то травмой. Я живу в обычное время в библиотеке и очень люблю отдел психологической литературы. Жаль, близнецы не хотят пойти ко мне на терапию!

Фантома слушала её и кивала: она едва ли могла вспомнить человека, который не нуждался бы в психотерапии (а уж привидения – тем более). Спук замер, глаза его расширились. Призрачный психолог так обрадовалась тому, что её слушают, что стала светиться куда ярче. И в этом свете мальчик разглядел ключ, спрятанный в нише в стене и сверху плотно прикрый призрачным лоскутом. Снять его мог только призрак. Или тот, кто может включить в руках фантомное свечение… Но показывать кому-либо – живому или мёртвому, – что ты полупризрак, строжайше запрещено!

Когда дети вернулись к работе, Спук шёпотом рассказал о ключе. Фантома резко оглянулась, напрягла зрение и увидела крошечный призрачный лоскут в нише у двери.

– Я отвлеку их, а ты достань ключ, – сказала она брату.

– Ты девочка, ты должна убегать.

Фантома посмотрела на Спука с таким выражением, что тот смутился. Уж где-где, а в семье Бабаков девочки были такие, что могли и армию возглавить, и с толпой внезапных гостей справиться.

– У меня туфли шумные, – примирительно сказала Фантома, – но я знаю, что ты прекрасно можешь справиться с чем угодно. Сто раз сама видела.

Спук приободрился, ему было непросто рядом со смелой, острой на язык сестрой, которая всегда так шикарно выглядела: одни пайетки чего стоили и серьги-грибочки.

– Погнали. – Фантома встала и пнула ведро, вода разлилась по полу.

Девочка добавила громче:

– Ой, извините! Здесь слишком темно для слабого человеческого зрения.

Призраки, сидевшие на кроватях, зашушукались, обсуждая, что зрение у людей действительно не очень хорошее. Призрак женщины, увлекающийся психологией, услужливо собрал всех привидений вокруг, чтобы пятачок мокрого пола был хорошо освещён.

Спук оказался в тени и бочком-бочком добрался до двери, завёл за спину правую ладонь, включил в ней фантомное свечение и сорвал заплатку, прячущую ключ. Потом схватил его человеческими пальцами и спрятал в карман. Подумал секунду, другую. Понял, что иного момента может не представиться, поэтому торопливо нащупал в двери замок.

Фантома, щебетавшая всякую ерунду, лишь бы призраки смотрели на неё, ощутила дуновение сквозняка и вскинула голову. Дверной проём едва выделялся на фоне стены, потому что снаружи была ночь. Словно они со Спуком провели в плену не один час, а несколько. На раздумья не было ни секунды, поэтому, пока привидения застыли, разинув рты, Фантома вскочила, отшвырнула тряпку и завопила:

– Не дайте ему сбежать! – и бросилась за братом.

От удивления даже Игезаки не сразу сообразили, что случилось. Они не могли и мысли допустить, что дети смогут достать ключ, ведь для этого нужна была рука призрака. А когда в зале поднялся переполох, Фантома была уже снаружи.

– Кто предал нас? Кто дал им ключ? – От гнева Игезаки рокотали как драконы.

А Фантома услышала топот, потом громкие голоса. В темноте всё казалось другим, девочка перестала ориентироваться в пространстве на какое-то время. Кто-то схватил её за плечи и затряс.

– Ты жива? Цела? – Это был голос Тины.

– Где твой брат? Он только что прибежал к главному входу и снова исчез. Мы искали вас здесь сто раз – где вы были?

– Спук? – позвала Фантома, вырываясь из объятий матери.

Девочка оглядывалась на дверной проём и в темноте не могла его разглядеть.

– Я здесь! – послышался голос Спука.

– Мама, там они… Близнецы эти! И толпа призраков, они отель занять хотят. И сделать для этого что-то плохое. Они говорили про Юфимию, – сбивчиво объясняла Фантома, – несите фаташокер, их много.

– Где? – тревожно спросил Кабус.

Фантома и Спук одновременно указали туда, где только что была дверь.

– За дверью, которую можно открыть только изнутри, – потерянно сказали дети одновременно.

Бабуля Бабак в их редкие приезды старалась научить внуков мудрости ловцов призраков. И в разделе, связанном с призрачной архитектурой, значились двери, которые невозможно открыть снаружи. Если в помещении никого не останется, а дверь закроют, она исчезнет навсегда. Останется вне доступа.

Вот почему столько лет о призраках в «Гнезде-На-Горе» не говорили: их попросту никто не видел. Когда удавалось выселить очередного владельца, они вольготно пользовались всеми комнатами, а в перерывах ютились в помещении, вход в которое изнутри отеля был заложен кирпичами.

Тина и Кабус выпили по стакану воды, щедро накапав валерьянки. Русская бабушка Нина всегда выдавала им с собой пузырёк-другой. Потом заперли детей в комнате Юфимии, которая от испуга казалась почему-то выше, чем обычно. А сами отправились к двери-обманке напротив, вооружившись аппаратурой по отслеживанию призраков. Техника едва слышно пищала и гудела, а потом и вовсе стихла.

– Батарейка села? – Кабус потряс коробочку с антеннами.

– Только новую поставили, – возразила Тина.

Спук, подслушивающий родителей у дверей комнаты Юфимии, не удержался, шепнул сдавленно в замочную скважину:

– Полночь.

Тина подпрыгнула и обернулась:

– Что?

Спук упал на четвереньки, наклонил голову и сказал в щель между полом и дверью:

– Они тут только с семи до полуночи. А потом их нет. Вчера же это тоже заметно было.

За годы практики Бабакам встречались призраки, разделённые на части, призраки, которые лопались от злости, если кто-то доставал из серванта ценный сервиз, бывали духи, не желающие покидать пудреницу, и привидения, живущие исключительно в нагретых печах. Но те, что появляются только в определённое время суток…

– Кажется, это что-то новенькое, – сказал Кабус. – Ладно, забирай детей.

Вернувшись в номер, родители крепко отчитали Фантому и Спука.

– Мы начали допускать вас к расследованиям, а вы подорвали наше доверие! – возмущалась Тина.

Её страх за детей превратился в злость, отчего голос звучал громко. Бедолага из номера двумя этажами ниже возмущённо застучал по батареям. Никому другому Бабаки не мешали, потому как Писатель работал на клавиатуре, имитирующей печатную машинку, и стрекот от неё наполнял даже соседние комнаты. А Художник ждал музу, сидя у окошка с кистью в руке.

– Дорогая, потише, – просил Кабус, а потом сам не замечал, как говорил, повышая тон: – Если вы будете подвергать себя бессмысленной опасности, отправим вас к бабуле Бабак!

Ни Спук, ни Фантома не поверили этой угрозе. Не изверги же родители.

– Зато мы узнали много полезного. И да, вы правы. Это было чистой воды хулиганство, – примирительно сказала девочка.

Тина снова потянулась к пузырьку с валерьянкой, но передумала, покачав головой.

– Почему все говорят о том, как тяжело с младенцами, но никто не предупреждает, что потом они вырастают вот в таких… подростков!

Прозвучало это как самое страшное определение в мире.

– Мама, волноваться вредно. – Спук осторожно подошёл к Тине и погладил её по спине.

Это насмешило Тину, она фыркнула, но подавила смешок. Пусть дети не думают, что их простили за чудовищное непослушание.

– Ладно, давайте подробности. – Кабус сел на свою кровать, вытянув длинные ноги.

– Ну основное мы рассказали. – Фантома перешла на деловитый тон: – А ещё близнецы совсем не такие красавчики, как на памятнике.

– Запугали скульптора, – отметил Спук.

– Ага, – кивнула ему сестра, – там целая толпа призраков, есть даже с нормальными характерами. А нас хотели в плен взять, чтобы мы убирались, мыли всё. Привидениям-то это делать сложновато.

– Получается, постоянно здесь находятся только призраки отцов-основателей? – задумчиво спросила Тина. – А остальные их постояльцы?

– Мы так поняли, – подтвердил Спук.

– Но куда же они деваются после полуночи? – недоумевал Кабус.

Дети пожали плечами.

– Разберёмся!

Потом Спук жалобно спросил:

– А вы нам ужин не отложили?

Тина засуетилась: на подоконнике стопкой стояли контейнеры.

– Но подогреть не сможем, столовую на ночь закрывают. Будете есть холодное.

Спука и Фантому это совсем не смутило, они набросились на овощной салат, медальоны из курицы и тушёную фасоль.

– А ещё, – девочка аккуратно дожевала порцию, – мы там вроде находились меньше, чем оказалось на самом деле. Не больше часа. А на самом деле была уже почти полночь, когда Спук нас вызволил. И у него это отлично получилось.

Мальчик не знал, куда себя деть, откусил слишком большой кусок хлеба и чуть не подавился, закашляв.

– Не спать ночами было легче, чем привыкать, что вы становитесь взрослыми, – вздохнула Тина.

Кабус кивнул, потянулся к справочнику, лежащему на кровати Тины, чуть не свалился на пол и кое-как забрался обратно.

– Изучу. Может, что полезное найду. Пока наши почти взрослые будут умываться и чистить зубы.

– Та-а-ак лень, – потянул Спук.

Но под строгим взглядом мамы тут же приободрился.

– Побыстрее заканчивайте и спать, – строго сказала Тина, – завтра мы должны составить план, возможно, разложить ловушки. И в семь часов во всеоружии ждать наших незаконных отельеров!

К середине ночи в «Гнезде-На-Горе» все угомонились, а ранним утром уже пришла Дора. Она отперла дверь своим ключом, открыла столовую и увидела на полу разбросанные предметы.

– Опять они! – сердито воскликнула женщина.

Затем отправилась на кухню, принесла корзинку и начала торопливо собирать в неё вещи, пока никто не заметил.