Стоило им перенестись в гостевую комнату, как Гуань Ян резко отпустил Цияна и зарычал, будто свирепый тигр. Он сжал кулаки, и осколок его духовной силы в чужих руках тоже задрожал от гнева.

Глаза Цияна распахнулись, но не от страха, а от удивления, смешанного с восхищением.

В этот момент Гуань Ян был самим собой… Именно таким, каким он его знал, каким всегда видел в гневе. Его друг никогда ничего не крушил и не кричал, лишь тихо рычал каждый раз, копя в себе ярость, чтобы не расстраивать Цияна. Но если тот давал добро, то… ох… без травм поле боя не покидал никто.

– Дыши, – выдохнул Циян, не сдержав слабой улыбки, и начал показывать, что делать. – Повторяй, давай, дыши.

Гуань Ян зыркнул на него горящими глазами и начал нехотя делать вдохи и выдохи, глядя в радужки цвета летнего леса, где блестела залитая лучами солнца листва с каплями утренней росы. Сначала он дышал шумно, но постепенно стал приходить в себя и успокаиваться. Его гнев не исчез полностью, но был слегка потеснен здравым смыслом.

– Я, наверное, испортил твои переговоры? – между вдохами сказал Гуань Ян. В его голосе не слышалось тревоги, просто интерес.

Циян покачал головой.

– Я так не думаю, – честно признался он, посмотрев в пол. – В ходе беседы стало ясно, что они не поддадутся на наши убеждения, и если бы ты не взял все в свои руки, мы бы не добились желаемого. Конечно, я не ожидал, что все разрешится на столь резкой ноте, но ничего… поворчат и привыкнут, когда поймут, что с твоим появлением ничего не изменится.

Циян взглянул на стол. На нем вместо утренней посуды теперь стояли горячий чайник и пиалы, видимо, заботливо оставленные служанками, которых Гуань Ян каждый раз незаметно призывал.

– Ты уверен, что они не решат устроить засаду и напасть?

Циян пожал плечами и шагнул к столу, желая смочить горло.

– Все возможно, думаю, в ближайшее время кто-то из них наведается к нам, чтобы разведать обстановку. – Он наклонился к столу и, прижимая к груди алую сферу, разлил чай по пиалам.

Гуань Ян скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел во двор через открытые бамбуковые двери.

– Может, снова поставить барьер? – пробормотал он, явно озвучив мысли вслух.

– Не нужно. – Циян заботливо перенес сферу на плечо и взял наполненные пиалы.

– Тогда стражей на вход вернуть? – Гуань Ян взглянул на него.

– Лучше выпей чай, по запаху это Тегуаньинь[54], – со смешком сказал Циян, протягивая демону чашу.

Гуань Ян его веселья не оценил. Он что-то проворчал себе под нос и забрал пиалу. Несмотря на недовольство, его лицо оставалось милым, как у ребенка, от обиды надувшего щеки. Циян, глядя на него, не мог не позабавиться.

Они одновременно отпили чай, вкус которого оказался нежным и слегка сладковатым, а сам напиток согревал и успокаивал. Цияну понравилось, а вот Гуань Ян, задумчиво причмокнув, спросил:

– Это точно Тегуаньинь? – Он странно покосился на полупустую пиалу.

– М-м… – Циян на мгновение засомневался, словно на столе стояло несколько чайников, а не один. – Мне показалось, что да.

– Попробуй. – Гуань Ян протянул ему пиалу. – А мне дай свой.

Циян задумчиво хмыкнул и попытался ее забрать.

– Не так, – покачал головой Гуань Ян и, согнув руку в локте, поднес пиалу к чужим губам. – А мне дай свой.

Циян слегка нахмурился, медленно соображая, чего хочет демон. Перед глазами всплыли алые наряды, церемониальный зал. А верно ли он догадался? «Нет, просто показалось, – с нервным смешком подумал Циян. – Я наверняка не так понял, и это не тот жест, которым обмениваются перед тем, как связать себя вечными узами».

Быстро повторив за Гуань Яном, он поднес пиалу к его губам, и они оба сделали по глотку чая. На вкус точно улун!

– Вы что это делаете? – в шоке взвизгнула Фэй, замерев в дверях со стороны внутреннего двора, а потом присмотрелась к спутнику Цияна и в ужасе распахнула глаза. – Это… паршивец Гуань?!

Циян вздрогнул, ахнув, и обернулся на нее.

– Что ты здесь делаешь?! – воскликнул он и, всучив Гуань Яну пустую пиалу, спешно подошел к подруге. – Как ты сюда пробралась? Тебя кто-то послал?

Фэй скрестила руки на груди, принимая независимую и уверенную позу, и хмуро оглядела Цияна с ног до головы.

– Меня никто не посылал. Сейчас обеденный перерыв, Му Шу покинул пик, а над твоим домом внезапно исчез барьер, – отчеканила она. – Как закончились мои занятия я, естественно, тут же встала на меч и прилетела сюда. Объясни, что происходит! – Фэй всплеснула руками, бросив взгляд на демона, стоящего за спиной Цияна с пиалами в руках. – Откуда здесь взялся Гуань Ян? Или это… – ахнула она, кое-что осознав.

– Владыка Диюя, – кивнул Циян. – Я уже говорил тебе, что он выглядит так же, как Сяо Ян.

– Так год назад то была не иллюзия? Я думала, демон просто принял знакомый облик, но он правда так выглядит? Как такое возможно? – настороженно прошептала Фэй, с неверием всматриваясь в Гуань Яна, а потом перевела взгляд на Цияна. – Ты в порядке? Что случилось на небесах? Он тебе ничего не сделал? Почему он все еще здесь? Почему сменил лицо? – Она снова посмотрела на Гуань Яна и шепнула: – Боги… он просто копия этого чудовища…

– Я тебя слышу, – фыркнул Гуань Ян, предупредительно зыркнув на Фэй. – Может, ты и знала меня в своем мире как обычного человека, но в этом я бессмертное божество и не позволю говорить со мной в подобном тоне, – его последние слова прозвучали как рычание.

– Не зли его, он и так не в себе, – тихо, с мольбой шепнул Циян, шагнув почти вплотную к Фэй.

– И кто в этот раз пошел ему наперекор? – язвительно спросила она.

– Главы пиков. После похода на небеса мы оказались связаны и теперь должны держаться вместе. Мы пытались объяснить это главам пиков, даже упомянули, что это случилось по воле Юй-ди, но они все равно не одобрили присутствие Гуань Яна в школе. Поэтому нам пришлось жестко настоять на своем, из-за чего у него испортилось настроение.

Фэй встрепенулась:

– Юй-ди? Он… жив? А главы пиков? Владыка Диюя их теперь убьет? – Фэй снова посмотрела на Гуань Яна, и тот прыснул.

– Ян-ян, я действительно так похож на убийцу?

Циян проигнорировал его вопрос.

– Все живы, были и будут. Даже на небесах никто не погиб.

Фэй с облегчением выдохнула и, опустив голову, посмотрела в пол. Казалось, тяжелый груз упал с ее плеч, но она все равно оставалась напряженной. Немного поразмыслив, она поставила руки в боки и серьезно потребовала:

– Рассказывай все от начала и до конца. Как вы поднялись на небеса, что будет теперь, когда владыка Диюя находится в Срединном царстве, а не в своем. – Она странно покосилась на алый шар у Цияна на плече. – И что это за штука? Почему от нее исходит темная ци?

– Ах, это… – Циян снял сферу с плеча. – Осколок его духовной силы, – он большим пальцем указал себе за спину, – дал на время, чтобы защищать меня.

– Осколок… духовной… силы? – Фэй говорила прерывисто, словно одновременно пыталась осознать, о чем именно спрашивает. – Такой огромный?! – взвизгнула она и тут же отшатнулась, глядя на Гуань Яна с таким ужасом, будто тот из человека превратился в монстра.

– Я не съем тебя, девочка, он мне запретил, – насмешливо сообщил тот и наконец сдвинулся с места, чтобы вернуть пустые пиалы на стол.

– А ну не пугай ее, – рыкнул Циян, бросив взгляд на Гуань Яна.

Фэй поежилась.

– Боги… даже издевается как паршивец Гуань… – пробормотала она, безучастным взглядом глядя куда-то в сторону. – Пока он был в теле Ло Хэяна, я замечала сходства с характером Гуань Яна, но думала: «С кем не бывает». Теперь у них еще и внешность одинаковая. Тебе удалось выяснить, как так вышло? – Фэй перевела взгляд на Цияна.

Тот покосился на Гуань Яна, который чинно уселся за стол с видом, словно говорящим «я не собираюсь уходить отсюда», и со вздохом помолился, что демон будет молчать во время их с Фэй разговора.

– Я расскажу тебе все, а также о том, почему Яньло-ван похож на Гуань Яна… – произнес Циян и, поглаживая алую сферу в своих руках, начал рассказ.

Он поделился всем, что случилось на небесах, где-то описывая подробно, а где-то выделяя лишь суть. Пока Фэй слушала его, выражение ее лица постоянно менялось с одного на другое – настолько ее впечатляло все, что описывал Циян. Она не перебивала, была внимательна и не упускала ни одной детали. Только когда он рассказал бо́льшую часть и прервался, чтобы отдышаться, она, выдохнув, позволила себе сказать:

– Рада, что никто не пострадал. Значит, наше переселение случилось из-за того, что этот мир – альтернативная реальность? – уточнила она, и Циян кивнул. Фэй приложила указательный палец к подбородку и добавила: – Я смотрела фантастические фильмы на эту тему, но даже не задумывалась, что удастся пережить подобное… другие личности… альтернативные реальности… – Она задумчиво посмотрела на Гуань Яна, который все это время спокойно потягивал чай. – И каково тебе? Держишься? – спросила она у Цияна, явно желая узнать, насколько легко ему было принять тот факт, что другая версия его друга сейчас здесь. Из них двоих лишь Циян был по-настоящему глубоко привязан к оригинальному Сяо Яну, тогда как Фэй ругалась с ним чаще, чем спокойно общалась. Да, они втроем ладили между собой, но Фэй могла с легкостью попрощаться с этим паршивцем – ей в принципе не было разницы, какого из Гуань Янов терпеть. Все его версии не нравились ей одинаково.

Циян вздохнул, почесав затылок.

– Если честно, нам обоим стало легче после разговора с Юй-ди – он многое прояснил. Теперь мы привыкаем друг к другу.

– Понятно… – выдохнула Фэй, опустив взгляд себе под ноги. Она вздохнула, словно пыталась принять текущую ситуацию или, может быть, размышляла о своем. – Что было дальше? Нефритовый император рассказал про другие реальности и отпустил вас?

– Нет. Потом он рассказал кое-что еще… – произнес Циян и в подробностях поведал о нападении на школу и о том, какую роль в нем на самом деле сыграл Гуань Ян..

Он старался говорить как можно убедительнее, чтобы Фэй, как и он сам, смогла простить и принять демона. Однако подруга только мрачнела и, казалось, не собиралась менять своего мнения о Боге Смерти.

Осознав, что здесь и сейчас Фэй не станет добрее к Гуань Яну, Циян оставил попытки повлиять на нее и перешел к следующей теме:

– Помимо этого, Юй-ди упомянул и о тебе.

Стоило ему произнести эту фразу, как Фэй удивленно вскинула брови и с недоверчивым выражением лица указала на себя пальцем. Циян кивнул и рассказал о пилюле, которую ему передал Юй-ди. Покопавшись в поясном мешочке, он достал круглый белый шарик, наполненный блестящими частицами, и показал Фэй. При одном взгляде на него подруга потеряла дар речи и замерла с широко раскрытым ртом.

– Я не хотел тебе показывать, пока не выясню, безопасна ли эта пилюля, – продолжил Циян. – Юй-ди ничего не объяснил, просто просил передать ее тебе со словами, что теперь ты свободна. Якобы после этого ты мне все сама расскажешь.

– Я? – в ужасе переспросила Фэй. – Почему он взвалил это на меня? – Она с досадой прищелкнула языком.

– Потому что будет лучше, если Циян все увидит, а не услышит, – раздался голос Гуань Яна прямо за спиной Цияна.

Тот вздрогнул и обернулся.

– Когда ты… – «…успел оказаться рядом?»

– Неважно, – отмахнулся Гуань Ян, глядя на растерянную Фэй. Ее взгляд блуждал из стороны в сторону, а ладонь нервно поглаживала локоть другой руки. – Отдай ей пилюлю, она ее не убьет, но так вы наконец обсудите нечто важное, – прошептал он на ухо Цияну, словно демон, подговаривающий совершить злодеяние.

Янь Фэй резко посмотрела на Гуань Яна.

– Так ты все знаешь?

Гуань Ян торжествующе ухмыльнулся:

– После первой встречи я сразу понял, что ты слишком дерзкая – будто у тебя куда больше прав, чем кажется. Поэтому перестань прикрываться и расскажи ему все.

Фэй помрачнела, глядя в горящие алым пламенем глаза.

Циян смотрел на пилюлю в руке, пытаясь понять, что же она скрывает. Казалось, он кое о чем догадывался, но никак не мог этого осознать. Будто ответ плавал на поверхности озера, но у Цияна никак не получалось его выловить.

– Дай ее сюда. – Наконец, не выдержав, Фэй выхватила пилюлю. Спрятала ее в кулаке и прижала к груди, отступая на пару шагов. – Надеюсь, после этого ты продолжишь доверять мне, – прошептала она, глядя Цияну в глаза. – Все, что я делала, было ради нас, и я правда… дорожу тобой.

Фэй сильнее сжала кулак, и все услышали треск битого стекла. Серебристая пыль тут же начала окутывать ее тело, пряча за непроглядной дымкой.

Алая сфера в руках Цияна ярко засияла, отгоняя от них пыльцу. За ней ничего не было видно, и он начал тревожиться. Но когда попытался сделать шаг к подруге, Гуань Ян остановил его, положив ладонь на плечо.

– Подожди, лучше прислушайся к себе, – спокойно произнес он, наблюдая за Фэй. – Что ты чувствуешь от высвободившейся энергии?

Циян хотел возмутиться и попросить отпустить его, но, в силу доверия, нехотя прислушался к его словам и присмотрелся к пыли, мерцавшей прямо перед ним.

Это была божественная ци. Чистая и невинная, мощная настолько, что сразиться с ее носителем мог лишь Гуань Ян. Циян же умер бы от первого удара.

Он обомлел, а в голове у него тут же пронеслось несколько вопросов: «Вознесение? Юй-ди сделал ее богиней? Или она всегда была богиней?» Все они остались без ответа, поэтому Циян продолжил покорно наблюдать, чувствуя, как мурашки бегут по всему телу.

Облако пыли постепенно рассеивалось, впитываясь в кожу хозяйки, а алая сфера начала гаснуть, снижая степень своей защиты. Чем лучше становился обзор, тем ниже опускалась челюсть Цияна, ведь девушка, которую он увидел в следующий миг, уже не была знакомой ему Янь Фэй.

Перед ним предстала богиня, воплощающая в себе всю красоту и нежность этого мира. Взгляд ее темных глаз, больших и выразительных, казался таинственным и притягательным. Ее белая как нефрит кожа была гладкой и тонкой и мерцала серебристым блеском холодных звезд. Стройное гибкое тело окутывало роскошное нежное платье из струящейся лавандовой ткани и тончайшего шелка, украшенного вышивкой из золотых нитей и идеально круглых жемчужин. От этой Фэй исходила аура спокойствия и силы, а когда она поправляла одежды, каждое ее движение наполняли грация и изящество. В этом облике она была не просто ученицей пика Благородства, а истинным воплощением гармонии, нежности и непоколебимой силы. Своей красотой она затмевала свет солнца и луны.

Циян узнавал подругу, но в то же время не узнавал вовсе. Колени у него подогнулись, и Гуань Яну пришлось поддержать его за талию, не давая осесть на пол.

– Приветствую седьмую бессмертную деву, – слегка язвительно произнес демон. – Мне теперь называть вас Янь Фэй или Цисяньнюй?

– Цисяньнюй? – внезапно прозвучал голос, который никто не ожидал услышать.

Циян хоть и пребывал в крайней растерянности, но тут же собрался с силами и резко выпрямился, чтобы посмотреть за спину Фэй. Подруга обернулась и вместе с ним уставилась на замершего в дверях Му Шу.

На главе пика Благородства не было лица. Он стоял, будто вытесанный из камня, а все его мышцы были напряжены. Казалось, в этот момент он пытался справиться с сотней своих чувств. В его чистых и ясных голубых глазах читался шок вперемешку с невыразимой тоской и, возможно, надеждой; неуверенность, растерянность, неверие и другие эмоции сменяли друг друга.

– Это… ты? – с трудом выдавил из себя Му Шу, и Фэй всхлипнула.

Циян дернулся, чтобы подойти к ней, но его вновь остановила чужая рука, лежащая на талии. Вместо него шаг навстречу сделал Му Шу – нерешительно и неуверенно, словно его что-то удерживало. Фэй медленно повернулась к нему всем телом, и он аккуратно протянул ладонь, желая коснуться ее щеки.

Циян боком прижался к Гуань Яну, чтобы чувствовать себя увереннее, пока друг и подруга вели себя максимально странно и ново. Фэй внезапно стала богиней, а Му Шу впервые смотрел на кого-то столь чувственно. Казалось, он встретил того, кого очень любил, но давно потерял, и Циян не мог понять, когда все так закрутилось.

«Неужели в детстве они с Цисяньнюй успели так сблизиться?» – размышлял он, прокручивая отрывки из чужого прошлого. Именно после исчезновения девушки Му Шу закрылся в себе и стал таким, как сейчас – холодным, молчаливым, бесстрастным и теплым лишь с ним и братом.

Циян нахмурился, опустив взгляд, и тут вспомнил о том, как друг говорил о сходстве Фэй с Цисяньнюй, что тоже намекало на его связь с той, чей облик он видел в «другой» девушке, а еще рисунок… Глаза Цияна распахнулись от удивления, когда в памяти всплыла картина прекрасной танцующей девы, которую он однажды видел в доме Му Шу еще до пожара.

«Это была Фэй…» – осознал он и в шоке поднял взгляд.

Му Шу и Янь Фэй смотрели друг на друга. Его пальцы скользнули по ее щеке, подбородку, шее, неловко коснулись плеча. Потом он скромно взял ее руку и, прижав к своей груди, шепнул:

– Я правда вижу тебя?

Фэй кивнула.

– Так значит… все это время ты была рядом? – Казалось, он узнал в ней свою ученицу. – Почему не сказала?

– Я хотела, – хрипло и тихо ответила Фэй. – Но у меня не было сил, чтобы доказать тебе, что я не вру.

– У тебя были наши воспоминания… Расскажи ты о них – я бы поверил, – расстроенно произнес Му Шу, переплетая их пальцы у себя на груди. – Почему ты ушла? Почему ничего не сказала? Мы ведь хотели вырасти и пожениться.

– Отец призвал меня на небеса, и я не смогла воспротивиться его воле, – подавленно ответила Фэй и, медленно высвободив ладонь, отступила в сторону, чтобы посмотреть на Цияна и Му Шу одновременно. – Думаю, я должна все рассказать вам обоим. – Она недовольно посмотрела на Гуань Яна, взглядом веля ему убираться.

– Даже в этом воплощении ты не сможешь меня прогнать, – нахально ответил тот, и Фэй закатила глаза.

– Думаю, если Цисянь… – начал Му Шу, глядя на Гуань Яна, но его тут же прервали:

– Не нужно. – Фэй подняла руку, не давая Му Шу вступить в опасный конфликт. – Если владыке Диюя так интересна моя история, то пусть остается. Прогонять демона себе дороже, – буркнула она, отвернувшись. – Я расскажу все, начиная с того дня, когда спустилась в Срединное царство, встретила вас и спасла, – произнесла она, взглянув на Му Шу и Цияна. – Тогда я искренне хотела вместе с вами отправиться в заклинательскую школу, но в последнюю ночь перед отбором отец воззвал ко мне и наказал вернуться на небеса. Я подчинилась, решив, что расскажу ему о пережитом и попрошу отпустить меня, чтобы я смогла жить среди смертных, любить и быть любимой. – Фэй поджала губы, опустив голову.

– Но отец воспротивился. Велел отбросить мечты о жизни среди людей и продолжить существовать как богиня. Сказал, что мне не стоит связываться с тем, кто может быть легкомыслен и умрет уже завтра, а стать суженой бога, подходящего мне по статусу. – Чем больше она говорила, тем сильнее мрачнело ее лицо, словно воспоминания о прошлом ужасно расстраивали ее. – Наш спор длился месяцы, и в конце концов я решила, что если небеса не милы и к любимым не пускают, то мне стоит вовсе покинуть этот мир. И я ушла.

Фэй подняла взгляд и выдержала небольшую паузу.

– Сама не знаю как, но пока от тоски ткала небесную пряжу, то заметила в небе трещину, через которую и сбежала. Я думала, что буду жить среди звезд, где никто меня не найдет, но в итоге попала в другой мир, а там встретила тебя, – обратилась она к Цияну. – У меня не было ни сил, ни моего тела, я переродилась младенцем и несколько лет чувствовала себя запертой в клетке. Первые годы жизни я существовала как бездушная кукла, но, поскольку была в теле ребенка, никто не заметил моей подавленности, а родители запомнили меня как невероятно спокойного ребенка.

Фэй перевела взгляд на Му Шу и внезапно щелкнула пальцами. Глава пика Благородства тут же закрыл глаза и будто уснул, оставшись стоять.

– Что это?! – ахнул Циян.

– Забвение, – спокойно произнес Гуань Ян. – Когда он проснется, то будет думать, что прослушал часть истории или же домыслит ее самостоятельно – зависит от того, какая наложена форма.

– Вторая, – сухо ответила Фэй. – Он не должен узнать, что Циян из другого мира, – по крайней мере, не таким образом, – добавила она, взглянув на лучшего друга.

Когда тот кивнул, Фэй, кашлянув, продолжила:

– Ты не представляешь, каким счастьем для меня стала наша встреча в детстве. Тогда мы были очень малы, но я сразу заметила знакомые черты, а по мере взросления ты все больше и больше напоминал отошедшего на покой старика Гуаня. Я подумала, что отец соврал о его смерти, что тот просто сбежал, как и я, и после этого в моем сердце начала крепнуть надежда и снова появилось желание жить. Мне казалось, что, возможно, вместе нам удастся разобраться в происходящем, понять, как вернуть силы и попасть обратно в этот мир, по которому с годами я стала сильно скучать. Вот только ты совсем не походил на того, кто переродился. Когда я размышляла с тобой об этом мире и пересказывала истории отсюда, ты воспринимал все это как выдумку, как сюжеты для моих новых книг. Однажды даже… – Фэй вздохнула. – Ты этого не помнишь, но тогда ты сильно напился, и мы откровенно поговорили о том, что ты не Бог Войны и никогда не бывал в другом мире. Это меня расстроило.

Циян распахнул глаза, будто что-то вспомнил.

– Твоя депрессия после школьного выпускного была связана с этим, да? – «Она не выходила из дома все лето, писала книгу…»

Фэй кивнула, словно прочитала его мысли. Затем щелкнула пальцами, и Му Шу резко открыл глаза, тут же попытавшись скрыть недоумение на лице. – Со временем я привыкла к новому миру, к новой роли и жизни, мне нравилось учиться, общаться с людьми, но это место не было моим домом… Я тосковала по семье – настолько сильно, что начала писать книгу в надежде излить в нее все свои эмоции. Однако у меня не хватило фантазии создать авторский роман, и вместо этого я принялась описывать будущее. Я была уверена, что это реальное будущее, потому что сама бы никогда не придумала смерть родного отца. Поначалу сюжет внушал ужас, но вскоре разжег в моем сердце новую надежду. Он помог мне осознать, что у меня все еще есть связь с родным миром, а значит, и шанс вернуться. – Она вновь щелкнула пальцами, и Му Шу закрыл глаза.

– Я не знала, когда именно появится этот шанс, но понимала: раз в моей истории фигурировала еще одна Янь Фэй и еще один Ю Циян, значит, нам стоит держаться вместе. В конце концов, когда мы оба погибли, небо разверзлось над головами и твою душу начало затягивать в появившуюся пустоту, я потянулась следом. Вот так мы и оказались здесь, – закончила Фэй, выдохнув, и в последний раз щелкнула пальцами.

Му Шу очнулся с растерянным видом, словно в моменте потерял суть разговора и сейчас активно пытался домыслить чужую речь.

Циян был шокирован происходящим с Му Шу, а также способностями и рассказом подруги. Как бы ему ни было жаль Му Шу, он понимал необходимость манипуляций Фэй. Казалось невозможным не поражаться ее мощи. Прямо у них на глазах она манипулировала чужим сознанием и управляла воспоминаниями так же, как нитями, из которых когда-то ткала парчу. А самым страшным было то, что Гуань Ян смотрел на это с безучастным выражением лица, словно для богов манипуляции с памятью – обычное дело.

«Надеюсь, они не злоупотребляют этой силой, и сейчас Фэй поступает так лишь ради меня… – помолился Циян, понурив голову. – Получается, меня она тоже обманывала? Не во всем, конечно, но иногда она наверняка делала это, чтобы не показывать, что знает больше, чем должна… А сколько всего недоговаривала? Фэй ведь знала о Гуань-ди и наверняка о Яньло. – Циян вздохнул. – Стоит ли винить ее, что она умалчивала об их истинной связи? Хм… может, она считала, что у нее нет иного выбора, ровно как и у меня сейчас».

Циян незаметно взглянул на Му Шу, который, похоже, уже пришел в себя.

– Значит, ты сотню лет жила в другом мире? – слегка неуверенно спросил Му Шу, чтобы заполнить пробелы в памяти после забвения.

Фэй покачала головой.

– Нет. Я прожила там чуть больше двадцати лет – не знаю, почему здесь прошло так много времени, но это кошмарно… Когда я поняла, сколь долго отсутствовала, то пришла в ужас! – Она посмотрела на него.

Му Шу невольно вскинул брови и приоткрыл рот в безмолвном вздохе, видимо, не в силах сдерживать подавляемые эмоции.

– И как давно ты переродилась? Янь Фэй… моя ученица… ты была в ее теле с младенчества? – встревоженно спросил он.

Фэй покачала головой:

– Эта девушка была рождена стать моим воплощением, ее душа покинула тело около года назад и встала на круг перерождения. Такова была ее судьба, поэтому, прошу, не думай, что я ее погубила.

Му Шу поджал губы и отвел взгляд в сторону. Даже если его ученица с рождения была лишь сосудом, новость о ее внезапной смерти все равно не могла оставить его равнодушным. Благо он не винил в этом Янь Фэй. Снова взглянув на нее, Му Шу кивнул, неизбежно принимая услышанное.

– И что теперь? – спросил Гуань Ян, разрывая воцарившуюся между ними тишину. – Вернешься к отцу на небеса?

– Нет, – спокойно ответила Фэй. – Отец сказал, что я свободна, а значит, он даровал мне волю выбирать, как жить, поэтому… – Она перевела взгляд на Му Шу. – Я бы хотела остаться здесь и продолжить обучение. В Срединном царстве я не могу раскрывать свой божественный облик посторонним и часто использовать силы, но вместо того, чтобы покинуть школу, я бы предпочла жить как Янь Фэй. И спокойно провести остаток вечности подле тебя.

Му Шу не смог сохранить маску спокойствия на лице и на нем отразилось волнение и доля сомнения, но в глазах не угасал огонь чувств. Его явно удивило услышанное, но он резко кивнул, соглашаясь остаться с Фэй несмотря ни на что.

Циян поразился тому, насколько быстро его друг решил все для себя, в то время как он сам долго метался, не зная, как принять нынешнего Гуань Яна.

– Позже я бы хотел все обсудить с тобой наедине, если ты не против, – взяв себя в руки, сказал Му Шу привычным спокойным голосом. – Все-таки я пришел сюда, чтобы уладить вопросы, связанные с присутствием владыки Диюя, и не могу уйти ни с чем. – Он посмотрел на Гуань Яна и Цияна.

– М-м? – с нахальной улыбкой протянул демон. – Главу пика Благородства что-то смущает? – произнес он так, будто искренне не видел проблемы.

– Не сказал бы. Хотя я был удивлен, услышав, что сам Нефритовый император принудил вас оставаться рядом. Однако, пока наблюдал за тем, как владыка Диюя заботится о Цияне, для себя решил, что с вами ему и правда безопаснее. И все же остальных ваше присутствие очень тревожит.

– Тебя отправили сюда, чтобы разведать обстановку или подготовить почву для еще одной попытки разлучить нас? – спросил Циян.

– Второе зависит от первого. Но, если честно, я изначально планировал заглянуть к вам ненадолго, а потом вернуться и, несмотря на все, попытаться всех успокоить. – Му Шу вздохнул, скрещивая руки на груди. – Я на вашей стороне. Конечно, меня тревожит, что владыка Диюя останется в Срединном царстве, но если такова воля богов, как ты сказал, то я постараюсь унять беспокойство. Особенно после появления Цисяньнюй. – Он приподнял уголки губ, взглянув на Фэй.

– Постойте, – вдруг произнесла та, исподлобья глядя на Цияна. – Когда ты сказал, что вы связаны и должны держаться вместе, я подумала, что вы просто будете иногда встречаться. Но что значит отец принудил вас не расставаться?

– Это значит, что я буду жить здесь, – легко ответил Гуань Ян и взмахом руки обвел комнату.

Фэй шумно выдохнула, посмотрев в потолок. На лице у нее отражался ужас вперемешку с недоумением.

– И почему ты не против того, чтобы этот демон оставался подле Цияна? – спросила она у Му Шу. – Ты говорил, что видел, как он присматривал за ним. Это во время болезни?

Му Шу кивнул.

– Эта информация не разглашалась ученикам. Мне разрешили навещать Цияна, пока он болел, и я своими глазами видел, как владыка Диюя выхаживал его. И он заботился о нем не из чувства долга или вынужденно, он был искренне обеспокоен его состоянием, как все мы, и старался сделать все возможное для его выздоровления. Я не могу оттолкнуть от лучшего друга того, кто, как и я, готов его оберегать. – Му Шу посмотрел на них двоих.

Гуань Ян довольно ухмыльнулся, глядя ему в глаза, а Циян отвернул голову, чувствуя, как краснеют уши. Его сердце наполнилось теплом и трепетом, а душу невообразимо тронуло то, что рядом есть люди, которые ценят его и всегда готовы поддерживать. Обеспокоенный голос Фэй и ее пытливые вопросы, забота Му Шу и поддержка Гуань Яна – все это помогло ему осознать свою значимость. Он увидел, что действительно нужен.

В глазах Цияна начала скапливаться незаметная влага, но не от грусти и боли, а от искренней признательности и любви к этим людям. Именно благодаря им он сейчас почувствовал себя дома.

– М-м… – многозначительно протянула Фэй в ответ Му Шу, не заметив изменений в поведении лучшего друга. Она снова посмотрела на Гуань Яна, а он уставился на нее.

– Ну что? Седьмая госпожа нас благословляет?

– Не язвите, владыка Диюя, – отрезала Фэй. – Я все еще не считаю, что вы надежный спутник хоть для кого-то, но раз мой отец решил сделать вас защитником Цияна, значит, иначе и быть не может. Надеюсь, если вы поселитесь здесь, то хотя бы перестанете ходить по земле в истинном воплощении? Небесами запрещено показываться людям в божественном облике.

– Я пришел не с небес, – холодно ответил Гуань Ян. – И здесь я подчиняюсь лишь Ян-яну, как он прикажет – так и сделаю.

Фэй вскинула брови, услышав серьезный тон демона, который, казалось, и правда был готов выполнить любую прихоть Цияна.

– Значит, ты должен приказать ему скрывать свою суть, когда выходит в люди, – велела она, требовательно посмотрев на Цияна.

– К-как скажешь, – заикнулся тот, все еще глядя в сторону. Когда все замолчали, сверля его взглядами, он уточнил у Му Шу: – Так ты поможешь все уладить с главами пиков?

– Мгм, – коротко кивнул Му Шу. – Возможно, в дальнейшем мне понадобится твоя помощь, но сегодня я постараюсь решить все сам. – Он посмотрел на Фэй. – Я бы хотел, чтобы ты рассказала свою историю и моему брату тоже. Во-первых, это обеспечит тебе бо́льшую защиту, пока ты в теле ученицы, а во-вторых, поможет убедить его и остальных в том, что владыка Диюя не опасен и может спокойно оставаться здесь. Все-таки ты богиня с небес, а такие, как ты, защищают людей от демонов и зла.

– Хочешь отправиться сейчас?

– Да. Если ты не против.

Фэй на мгновение задумалась, хочется ли ей бросаться из одного горящего дома в другой, но потом все же кивнула. В следующий миг ее окутала непроглядная дымка, и когда та рассеялась, перед ними снова предстала ученица пика Благородства в привычных лавандовых одеждах, а не седьмая дочь Юй-ди.

Циян сморгнул, словно не сразу поверил, что видит знакомую лучшую подругу.

– Можем идти, – сказала она и взглянула на него. – Я зайду к тебе завтра, чтобы поговорить.

Циян кивнул, не став ничего уточнять и задерживать ее. После шокирующих новостей, что все это время его подруга была богиней, он не рвался оставаться с ней наедине. Сначала ему нужно все спокойно обдумать и принять. День и так вышел слишком насыщенным, и как бы ни хотел узнать что-то еще, Циян чувствовал, что окончательно выдохся.

«Вот бы прилечь…» – подумал он, покосившись на распахнутые двери, ведущие во внутренний двор. Он вдруг вспомнил, как комфортно ему было отдыхать на веранде подле Гуань Яна…

– Тогда мы пойдем, – произнес Му Шу и обратился к Цияну: – Я тоже загляну к тебе, как только появятся новости.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарил Циян, радуясь тому, что Му Шу не собирался приходить к нему завтра же вместе с Фэй.

Он шагнул к дверям, планируя их проводить. Уже снаружи они разбились на пары и пересекли внутренний двор, остановившись у ворот. Фэй тут же выскользнула за створку, а Му Шу, похлопав Цияна по плечу, напоследок сказал:

– Отдохни и ни о чем не беспокойся. Я со всем разберусь.

– Спасибо тебе… за все, – тихо ответил Циян. – Даже не знаю, как тебя отблагодарить.

– Просто будь счастлив и в безопасности. Большего мне и не нужно, – с мягкой улыбкой ответил Му Шу и убрал руку. Бросив короткий взгляд на Гуань Яна, он скрылся за створкой ворот вслед за Фэй.

Циян со слегка потерянным видом закрыл за ними и, обернувшись, посмотрел на демона.

– Хочешь это обсудить? – предположил тот с легким беспокойством в голосе, но Циян покачал головой.

– Хочу отдохнуть на веранде. – Он тяжело вздохнул и потер ладонью лоб, чувствуя, как пульсирует переполненная информацией голова.

«Фэй и Му Шу… Вау».

Гуань Ян поднял взгляд к ясному небу и яркому теплому солнцу, а потом согласно кивнул, видимо, решив, что погода для отдыха на улице вполне приемлема. Легким взмахом он открыл проход рядом с собой и сунул в него руку. Пошарив в непроглядной тьме, вытащил два больших пледа – они, как помнил Циян, лежали в шкафу – и передал ему. Потом, вновь запустив в темноту руку, достал две подушки. Циян не сдержал смешка, глядя, как именно демон использует свои уникальные способности.

Циян направился к веранде следом за Гуань Яном, все еще улыбаясь тому, что тот легко, без лишних вопросов, выполнил его просьбу. Разложив плед, демон сел на его край, вытянув ноги и отставив руки за спину. Циян же растянулся вдоль, положив голову на подушку, прислоненную к чужому бедру, и укрылся вторым пледом. Прикрыл глаза и надолго погрузился в размышления, пытаясь все осознать и придумать, что делать дальше. Как принять произошедшее с Фэй, как повлиять на глав пиков, если у Му Шу ничего не получится, и как лучше воспитать Гу Юна?

«Да и нужно ли его воспитывать, если есть Фэй – богиня, которую не убить? Ее однозначно будет защищать Му Шу, поэтому она заживет спокойно. Какой толк мне теперь задерживаться в школе? Только ради благополучия пика Зелени?» – думал Циян. Он вдруг вспомнил, что за последний год ничего не сделал для своего пика; сначала пропадал в походах, а потом ушел в годовую медитацию, чтобы спасти Ло Хэяна. Глубокой привязанности к этому месту он не испытывал, так, может быть, им не стоило тратить силы на увещевание других бессмертных и просто тихо покинуть школу, как все того и желают?

– Где бы ты хотел жить, когда покинем это место? – тихо спросил Циян, нарушив воцарившуюся тишину теплого дня.

– Где захочешь, – ответил Гуань Ян хриплым из-за долгого молчания голосом. – У меня резиденции повсюду – и в городах, и в деревнях. Даже в лесу найдется дом, где можно остановиться.

– Я бы остановился в лесу ненадолго, – задумчиво произнес Циян. – Потом можно посетить какой-нибудь город, неподвластный очередной заклинательской школе, где меня не будут называть Яо-ваном и просить излечить.

Гуань Ян коротко хохотнул.

– Значит, придется спуститься в Юду.

Циян невольно поморщился, вспомнив лошадиную морду демона, который еще недавно охранял ворота. Ему бы не хотелось снова встретиться с ним и ему подобными, но, с другой стороны, речь шла о доме Гуань Яна, к которому он, по всей видимости, не питал неприязни и, возможно, был бы не прочь туда вернуться.

Мысленно вздохнув, Циян спросил:

– Разве живые могут пройти в столицу мертвых?

– Как правило, нет, но бессмертные – исключение, а ты как раз из таких.

Циян задумался, вспомнив кое-что интересное.

– В тот раз паук-демон сказал, что в Юду стоит статуя Гуань-ди… – медленно произнес он, одновременно перебирая воспоминания о прошлом. – Это правда?

– Мгм, – кивнул Гуань Ян.

Циян тихо ахнул, глядя на него снизу вверх.

– Ты настолько скучал, что поставил статую?

Гуань Ян вздохнул и окинул взглядом внутренний двор.

– Скорее, эта статуя была для меня надгробием, к которому я периодически приносил цветы… – произнес он так потерянно, словно блуждал в собственных мыслях. – Если хочешь, попрошу ее убрать, – вдруг добавил он.

Циян резко распахнул глаза и тут же замотал головой.

– Нет-нет, не трогай ее. Для меня это тоже память. Уберешь, только если сам этого пожелаешь, но не ради меня. Меня она не смущает, и я даже не против на нее взглянуть.

Гуань Ян вскинул брови, слегка оживившись.

– Значит… ты бы посетил со мной Юду?

– Если это оставит меня в живых, и я не увижу там все зверства, которые совершают главы судилищ, наказывая души, то почему бы и нет? Ты прожил там последнюю сотню лет, и мне стоит хотя бы раз взглянуть на твой нынешний дом. Мой ты уже видел. – Циян махнул рукой.

Гуань Ян улыбнулся, разглядывая его озаренное солнечными лучами лицо.

– Договорились, – тихо произнес он. – Правда, не все демоны красивы, как я, но в Юду неплохо. Я многое перестроил, и никаких зверств там почти не происходит, – усмехнулся он и перевел взгляд на алую сферу, все это время лежащую на груди Цияна, который ее поглаживал, словно кошку. – Только осколок мне придется забрать. В Юду его точно попытаются съесть, и это их убьет.

Циян вздохнул, не обрадовавшись этой новости, и снова засомневался, хочется ли ему в Юду…

Заметив его реакцию, Гуань Ян с недоверием спросил:

– Он так тебе нравится?

– Ну… – протянул Циян. – Он теплый.

– Я тоже.

– Тебя нельзя гладить.

– Разве? Я никогда не запрещал.

Циян вдруг задумался, каково будет гладить по голове владыку Диюя, словно кота, и мысли его быстро потекли не туда.

– В другой раз, – резко ответил он. – Сейчас я слишком удобно лежу и не хочу вставать.

Гуань Ян недовольно хмыкнул и злобно глянул на осколок собственной силы, который под его взглядом мелко задрожал в руках Цияна.

– Ну, как скажешь, – буркнул он и обиженно отвернулся, снова уставившись на внутренний двор.

Циян с трудом подавил смешок, увидев, что древний демон ревнует к самому себе. Это было нелепо, а оттого смешно, но он ничего не сказал и лишь спокойно прикрыл глаза. Солнечные лучи падали на веранду, согревая его, а где-то вдали шелестели голоса учеников вперемешку с шепотом древесной листвы.

Мыслями он вернулся к Фэй, гадая, почему она не рассказала ему о себе до вмешательства Юй-ди. С одной стороны, это его задевало, но с другой – он понимал, что таков ее выбор, что она не могла знать, как он отнесется к правде: обвинит ее в том, что они умерли и оказались здесь, или, напротив, примет и поймет? Циян знал, что им нужно будет еще раз все обсудить наедине, и желательно побыстрее, чтобы он смог успокоить подругу и заверить, что не держит на нее зла. Она наверняка переживала – он нутром это чувствовал.

Вопрос с Гу Юном тоже оставался открытым, но насчет его воспитания Циян решил посовещаться с Фэй. От Гуань Яна все равно не было никакого проку – этот одомашненный тигр согласится со всем, что предложит его хозяин.

– Пойдем в дом, – внезапно сказал Циян, вынудив Гуань Яна вздрогнуть. – Я все обдумал и решил, что нам пора выпить за конец этого приключения.

– И за начало нового? – с ехидным смешком спросил Гуань Ян.

Циян мысленно ругнулся, поднимаясь с места.

– Надеюсь, что нет, – проворчал он. Хватит с него приключений!

Гуань Ян лишь тихо посмеялся в ответ.

И они вдвоем направились в дом, чтобы отметить завершение их сложной и очень запутанной истории.