Этим утром все тело, особенно поясница, ныли так сильно, что Циян чувствовал тянущую боль в мышцах, даже когда просто дышал. Такое случалось, если неправильно распределять нагрузки. И хотя он мог бы поберечь себя, но, учитывая обстоятельства последних дней, эта боль была для него единственным спасением. Она отвлекала от мыслей.

Лежа на боку в пустой постели, Циян все-таки приложил к пояснице заботливо оставленный Гуань Яном осколок духовной силы, чтобы неофициальная грелка сняла часть напряжения в мышцах. Иначе он попросту не сможет встать и отправиться на сегодняшнюю встречу с Юй-ди. Сфера заботливо прильнула к спине и начала двигаться вверх и вниз, будто поглаживая. Циян устало выдохнул, подумав, что в этот раз они переборщили с нагрузкой, и в будущем, когда кошмары отступят, ему стоит быть осторожнее в своих попытках угнаться за богом.

«Я слишком потрепанный для того, кто должен подняться на небеса».

Воспоминания о причине его визита к Юй-ди тут же хлынули в голову.

Эта проблема возникла несколько месяцев назад. Сначала Цияна начала одолевать необоснованная тревога, будто вот-вот случится что-то ужасное, а потом он ни с того ни с сего стал вспоминать Сяо Яна и даже беспокоиться о его будущем, хотя поводов не было. После того как Юй-ди все ему объяснил, Циян похоронил эту связь и счастливо зажил в новом мире, именно поэтому внезапно появившаяся зацикленность на лучшем друге насторожила его. А вскоре пробудились и кошмары. Они были редкими, но с приближением Цинмина[55] становились все более частыми и навязчивыми. Их содержание всегда было разным, но каждый раз они заканчивались одинаково – смертью Сяо Яна.

Что бы Циян ни делал, кошмары не отступали, а игнорировать их не получалось. Он стал нервным, тревожным и потерял аппетит. Поэтому начал просить Гуань Яна изнурять его перед сном, чтобы от усталости сразу проваливаться в сон без сновидений. Но даже это не всегда помогало.

Все эти странные перемены, а порой и ночные крики Цияна в конце концов вынудили Гуань Яна обратиться к Юй-ди с просьбой о встрече, потому что он сам ничем помочь не мог. К счастью, Нефритовый император откликнулся быстро, будто ждал их письма, и назначил аудиенцию на сегодняшний вечер.

В этот же день у Цияна была запланирована тренировка с Гу Юном, но он не стал ее переносить, надеясь отвлечься с ее помощью. Вот только сейчас, учитывая боль, начал проклинать вчерашнего себя за это решение.

«Все-таки стоило перенести», – с досадой подумал Циян, выбираясь из постели вместе с алой сферой на плече.

Он быстро ополоснулся, смыв с себя следы усталости, а потом решил немного посидеть в горячей воде, чтобы настроиться на рабочий лад, но, как и в предыдущие дни, у него ничего не вышло.

После появления кошмаров, стоило Цияну остаться одному, как он тут же выпадал из реальности, вспоминая свои сны. Он снова и снова видел заплаканное лицо Сяо Яна, видел, как друг убивает себя, и эти образы не давали ему покоя. Каждый раз Цияна окутывала тревога столь сильная, что он холодел всем телом и начинал дрожать, а взгляд становился расфокусированным и пугающим, с проблеском бешенства.

Заметив изменения в его состоянии и сейчас, алая сфера прильнула к груди и засияла ярче, распространяя тепло вглубь его сердца. Укрывшая взор пелена начала рассеиваться, и Циян недоуменно посмотрел на теплый шар, который смог отвлечь его и вернуть в реальный мир.

– Спасибо, – выдохнул он, едва шевеля губами, и поспешил выбраться из проклятой купальной чаши.

Вернувшись в комнату, он облачился в привычные голубые одежды и украсил волосы заколкой-короной, а затем вышел в коридор вместе с осколком силы. Он собирался найти Гуань Яна, но внезапно замер у двери, услышав отголоски далекого пения. Тихая нежная мелодия напомнила ту, что однажды исполняла Фэй в доме Му Шу, и от этого сердце Цияна дрогнуло. Слов было не разобрать, но в нотах слышался намек на мечты и надежды, на воспоминания о первых признаниях и нежных чувствах, которые один человек испытывает к другому. Это была приятная, душевная песня, которую хотелось прослушать от начала до конца, а потом поставить на повтор. Она отвлекала и убаюкивала, даруя душевный покой, и Циян вмиг почувствовал, как ему становится легче.

«У кого-то хорошее настроение? – беззлобно усмехнувшись, подумал он и потер больную спину. – Радостно тебе жить эту жизнь, да?» – проворчал он в собственных мыслях и направился по коридору.

Циян остановился на пороге кухни, откуда лилась мелодия, и окинул взглядом помещение. Гуань Ян с расслабленным видом выкладывал маленькие пирожные на квадратное черное блюдо, не замечая ничего вокруг. Широкий солнечный луч, проникающий сквозь окно, освещал его с головы до ног, заставляя сиять шелковистые гладкие волосы, светлую кожу и дорогую ткань черного халата с алой вышивкой. Одежды были привычно распахнуты, обнажая широкую мускулистую грудь, покрытую мелкими синяками, при виде которых Циян смутился и отвел взгляд в сторону.

– Уже проснулся? – спросил Гуань Ян, закончив петь. – Как себя чувствуешь? Как тело? Сознание? – добавил он и, положив последнее пирожное на блюдо, повернулся всем телом, опершись ладонью о край столешницы.

Хотя Гуань Ян в этот момент выглядел как сытый домашний кот, которого хотелось лишь любить и гладить, во взгляде его сквозило искреннее беспокойство и готовность броситься на помощь, если только Циян скажет, что ему сейчас очень плохо. Гуань Ян единственный знал о его кошмарах и ухудшении ментального здоровья и искренне пытался помочь, поэтому Циян сейчас не мог пожаловаться, снова взволновав его.

– Как обычно, – небрежно бросил он и махнул рукой. – Думаю, после завтрака станет полегче. – Он рефлекторно потер поясницу.

Заметив это, Гуань Ян слегка нахмурил изящные брови и плавно оттолкнулся от столешницы. Бесшумно приблизился, завел ладонь Цияну за спину и коснулся поясницы, вмиг уняв боль с помощью божественной силы. После того как Юй-ди забрал свой осколок духовной силы, Гуань Ян наконец получил возможность влиять на здоровье Цияна и залечивать небольшие несмертельные травмы.

– Не нужно ждать завтрака, если есть я, – хрипло произнес он, сверху вниз глядя в зеленые глаза. – Когда что-то болит, говори. Я помогу.

– В таком случае ты мог бы исцелять меня перед сном, а не после того, как я проснусь.

Гуань Ян лукаво улыбнулся и отошел обратно к столешнице.

– Перед сном у тебя ничего не болит, да и ты всегда прекрасно себя чувствуешь. Лечение необходимо уже утром. – Он взял блюдо с пирожными и направился обратно к Цияну, фыркнувшему в ответ. – Пойдем, завтрак уже готов и стынет в гостевой комнате.

– Сестры Ли помогли? – Циян последовал за Гуань Яном по коридору.

– Да, как обычно, – спокойно признался тот.

Они вошли в прогретое солнцем помещение, куда через открытые двери и окна проникал свежий утренний воздух и яркие лучи. На столе уже стыл завтрак: каша, рис с яйцом, чай и паровые булочки с мясом. Гуань Ян поставил рядом еще и пирожные, после чего они с Цияном устроились на напольных подушках.

– Помочь тебе сегодня с тренировкой Гу Юна? – помня о недавнем болезненном состоянии Цияна, спросил он и взял палочки.

– Помоги, – ответил тот, сжимая ложку для каши.

Хотя теперь Циян мог свободно двигаться, настроения тренировать Гу Юна все равно не было. Тем более, с появлением кошмаров Гуань Ян начал частенько подменять его, так что никто не удивится.

«Да и Гу Юн обрадуется. Даже после того, как Гуань Ян сломал ему ребро, он все равно продолжает им восхищаться».

– Он довольно быстро развивается, – кивнув, добавил Гуань Ян. – Сколько еще планируешь его обучать?

Циян пожал плечами, проглатывая кашу.

– Пару лет точно, а там посмотрим. Если Му Шу за это время натаскает Лю Мина и решит покинуть школу, мы уйдем следом за ним – не будем ждать становления Гу Юна. Если что, на последнем этапе его поддержат и обучат другие учителя, один не останется.

Гуань Ян задумчиво хмыкнул, помешивая еду в тарелке.

– До сих пор не понимаю, почему вы с Му Шу лично возитесь с детьми, хотя имеете под рукой пару десятков достойных учителей, способных занять ваши места прямо сейчас.

Циян немного помолчал, а потом, отпив чай, ответил:

– За Му Шу не отвечу, а мне Гу Юн нравится, он любит пик и уважает всех, кто его окружает. Я считаю, что он достоен стать главой. Учителя тоже неплохие, но я не знаю их так хорошо, как его, да и свежая молодая кровь лучше свернувшейся старой.

– Тогда почему бы не воспитывать Гу Юна в течение пяти оговоренных лет, чтобы не переживать за его будущее? Зачем ты пытаешься из-за Му Шу и Янь Фэй уложиться в трехгодичный срок? Ты ведь не планируешь, покинув школу, поселиться вместе с ними? – Гуань Ян настороженно посмотрел на него. – Пожалуйста, не говори, что ты хочешь жить вчетвером.

Циян рассмеялся, заметив неподдельный испуг в глазах могущественного темного божества.

– Нет, мы точно не будем жить вместе. Возможно, в одном городе, деревне или лесу, но не в доме, – успокоил он. – А что касается моего стремления угнаться за ними, то я тебе уже говорил, что изначально не планировал задерживаться здесь – хотел уйти после того, как Фэй раскрыла свою суть и перестала нуждаться в моей защите. Позже мы беседовали с ней, и я поднял тему своего возможного скорого ухода, но она настояла, чтобы я остался и помог членам школы. Тогда мы думали о пяти годах, как и договаривались с главами пиков, но в итоге срок сократился до трех лет, потому что Фэй и Му Шу не могут быть вместе, пока живут здесь. Их уход – проблема; когда школа лишится Му Шу, главы пиков наверняка захотят пересмотреть свое отношение к нам и начнут просить меня остаться. Можно потерять одного бессмертного, но сразу двоих – нет. И, чтобы избежать неловких ситуаций, уходить нужно в один день.

Услышав объяснение Цияна, Гуань Ян нахмурился, но возразить ему было нечего. Спрашивать, почему у Му Шу и Янь Фэй возникли подобные трудности в отношениях, он не стал, ведь проблема была очевидна – разница в статусах[56].

В стенах школы Фэй и Му Шу не могли быть парой. О ее истинной сути знали только главы пиков, все остальные же считали обычной ученицей, безмерно преданной наставнику. А с таким статусом она не могла быть ни любовницей, ни невестой, ни тем более женой. Поэтому им с Му Шу нужно было покинуть школу и уехать туда, где о них будет мало известно.

– А Му Шу уже обсуждал с главой школы свое желание уйти? – поинтересовался Гуань Ян.

– Пока нет.

– Почему бы тогда им с Янь Фэй не задержаться ради нас? Если уйдут раньше, то подведут нас. Все-таки мы первые решили покинуть стены школы, может, не станем двигать очередь? М? – Глаза Гуань Яна недобро блеснули.

Циян устало выдохнул.

– Я уже говорил об этом с Фэй, но она упряма. Они с Му Шу любят друг друга сотню лет, но даже сейчас, находясь рядом, толком не могут воссоединиться, что тревожит обоих. Му Шу еще держится, но вот Фэй… Хорошо, если она вытерпит три года, но пять лет для нее станут пыткой. Раскрыв себя, она стала более капризной и нетерпеливой, чем раньше, и на нее нет смысла надеется.

Гуань Ян скривил губы, слушая об избалованности седьмой девы.

– Ты узнал это все на ваших чаепитиях, куда меня не пускают?

Циян слегка поморщился. «Это потому, что тебе нельзя слушать наши разговоры».

– Можно и так сказать, – буркнул он, не став уточнять, что на своих закрытых встречах разговорам о будущем и чувствах они с Фэй посвящали совсем немного времени и чаще всего просто обсуждали Му Шу и Гуань Яна, пока те не слышат.

Встречаться каждую неделю они могли благодаря тому, что Циян все еще «обучал» подругу врачеванию. Несмотря на то что у их четверки сложились хорошие отношения, на девять десятых довольными оставались лишь Му Шу и Гуань Ян, а Фэй и Циян все же нуждались в том, чтобы иногда выговариваться и оказывать друг другу поддержку. На встречах Циян жаловался на Гуань Яна, на то, что тот оказался неумолим настолько, что заставлял его перетруждаться каждый день, а еще был гораздо хитрее своей предыдущей версии. Поддаться на его уговоры было легко, а выиграть в споре – почти невозможно, что раздражало Цияна, привыкшего к лидерству и главенствующей позиции. Му Шу же оказался слишком консервативен, из-за чего их с Фэй отношения продвигались медленно и осторожно, а первый раз до сих пор не случился. Она чуть ли не выла по этому поводу, но, как бы ни уговаривала его, он хотел сохранить чистоту их тел до свадьбы. Только узнав об этом, Циян сразу понял, почему подруга рвется покинуть школу как можно скорее.

– Почему ты улыбаешься? – недоуменно спросил Гуань Ян, возвращая Цияна в реальный мир.

– Да так. Вспомнил один из разговоров с Фэй.

Гуань Ян состроил недовольное лицо, будто его задело то, что Циян в свободное время веселится без него, но возмущение быстро исчезло, сменившись принятием и мягкой улыбкой.

– Что бы там ни было, вспоминай почаще. Ты давно так не улыбался, – заботливо сказал он, и Циян, осознав, что тому виной были проклятые кошмары, лишь тихо угукнул.

После трапезы Гуань Ян пошел переодеваться во что-то менее домашнее, чтобы выйти в люди, а Циян помог появившимся сестрам Ли прибрать на столе и отнести посуду на кухню.

К тому времени, когда они покинули дом и направились на тренировочную площадку пика Зелени, время уже близилось к обеду. На занятие с Гу Юном у них оставалось всего два часа, поскольку после полудня они встречались с Юй-ди. Шагая по узким улочкам, Гуань Ян и Ю Циян напоминали корабль, бороздящий шумные воды океана. Они непоколебимо шли вперед, пока десятки спешащих на занятия учеников послушно огибали их, тихо здороваясь и иногда кланяясь.

За прошедшие месяцы все на пике Зелени привыкли к присутствию владыки Диюя, давно перестали пугаться его и теперь воспринимали как часть наставнического состава. Некоторые ученики даже осмеливались иногда засматриваться на него – как, например, сейчас. Пара девушек чуть не врезались в столб при виде облаченного в черно-золотистое владыку Диюя, который для прогулки собрал свои шелковистые волосы в высокий хвост, открыв длинную белую шею и острую линию челюсти.

Несмотря на то, что многие бессмертные из школы Нефритовой печати считались красивыми, внешность Гуань Яна сильно отличалась – за спиной ее даже называли «божественной». Когда выходил в люди, он всегда запечатывал силы и слегка менял свой облик, но черты его лица оставались такими же тонкими и элегантными, будто высеченными рукой именитого мастера, а фигура – высокой и стройной, с широкими плечами, узкой талией и длинными ногами, как в истинном облике. Нефритовая кожа неизменно сохраняла нечеловечески ровный оттенок, которому позавидовала бы любая красавица, а черные глаза таили глубокий чарующий взгляд с колдовским алым блеском, от которого было тяжело оторваться. Даже Циян, привыкший ко всем его обликам, постоянно засматривался и иногда не верил тому, что связал судьбу с таким человеком. Именно поэтому он не удивлялся поведению собственных учеников – был убежден, что еще через полгода у демона появится фан-клуб из учениц. А когда они покинут школу, многие наверняка еще и огорчатся из-за потери такого красавца.

Циян усмехнулся собственным мыслям и вместе с Гуань Яном завернул за угол, приближаясь к тренировочному полю. Алая сфера на плече согревала его, не давая переживать о ветре и температуре, а демон снял напряжение в мышцах, благодаря чему он шел почти летящей походкой и не испытывал ни малейшего дискомфорта.

Тренировочное поле находилось вдали от жилых зданий и представляло собой просторную поляну с мягкой притоптанной травой, окруженную невидимым защитным барьером. В столь загруженное время здесь присутствовала лишь небольшая группа из восьми учеников – они явно прибежали сюда потренироваться в перерывах между занятиями – и Гу Юн, разминающийся на краю, прямо возле небольшой пустой лавки, куда обычно скидывали вещи.

– Учитель, учитель, – зазвучало со всех сторон, когда Циян перешагнул границу барьера и попал на глаза ученикам, принявшимся кланяться.

– Не обращайте на нас внимания, работайте дальше, – отмахнулся он, проходя мимо, и направился к Гу Юну, который при виде наставников застыл с тренировочным мечом в руке.

Обделенные вниманием ученики тоскливо вздохнули, провожая взглядом двух статных мужчин. Циян подумывал, что они, наверное, чувствуют зависть и негодование из-за того, что он тратит время лишь на Гу Юна, но он ничего не мог с этим поделать.

«Будь здесь другие достойные мечники, а не только лекари, я бы занимался с бо́льшим количеством учеников, но увы… Мой предшественник отбирал только тех, кто силен умом, а не телом. Гу Юн – исключение, по-настоящему талантливый парень, который защитит пик».

– Учитель, господин Яньло-ван, – поприветствовал Гу Юн, когда они остановились напротив.

– Ты уже размялся? – поинтересовался Циян, раскрывая веер.

– Да, я здесь уже давно.

– Отлично, сегодня с тобой потренируется владыка Диюя. – Циян прошел мимо и опустился на лавку. – Я понаблюдаю.

Гу Юн ахнул, вскинув брови. Он обернулся на него с неверием в глазах, а потом восхищенно уставился на Гуань Яна. В его темных радужках плескался неподдельный восторг, что неудивительно, ведь его будет тренировать сам владыка Диюя. Пусть духовная сила Гуань Яна была подавлена, а глаза потеряли кровавый блеск, даже в смертном обличии он оставался ужасно силен и одарен. За его плечами был многолетний опыт битв, а он сам воспитывался под крылом легендарного Бога Войны, поэтому никто не научит тому, чему мог научить он.

Циян не мешал Гу Юну восторгаться Гуань Яном, потому что на своих тренировках с ним делал то же самое.

«Удивительно, как со временем из монстра Диюя он превратился в объект восхищения», – подумал он.

– Хм? – Гуань Ян оценивающе взглянул на тренировочный меч в руках Гу Юна. – А я думал, мы будем драться на настоящих.

Гу Юн открыл рот, чтобы высказаться, но Циян перебил его:

– Мне пока рано терять ученика, так что возьми тренировочный меч. – Он махнул веером в сторону деревянной стойки с оружием.

Гуань Ян досадливо прищелкнул языком и подошел к лавке, попутно стягивая с себя верхние одежды.

– Оставляю их тебе на сохранение. – Он протянул Цияну сложенный халат, ткань которого пленительно блестела в лучах утреннего солнца и источала мягкий и приятный аромат чужой кожи. Циян смерил взглядом стройную фигуру демона и молча принял его одежды.

Гуань Ян не глядя схватил один из тренировочных мечей, словно показывая, что он победит даже с палкой, и встал напротив Гу Юна. Ученики на другом конце тренировочного поля прервали занятие и выстроились в шеренгу, чтобы вместе с Цияном понаблюдать за тренировкой.

– Сначала бой, хочу посмотреть, чему ты научился за прошедшие месяцы, а потом отработаем приемы.

Гу Юн кивнул, готовый, казалось, согласиться на все, что предложит бессмертное божество.

Гуань Ян взмахнул мечом и сразу напал на него, не предупредив и не дав обратного отсчета. Зазевавшись, Гу Юн чуть было не пропустил удар, но владыка Диюя двигался медленнее привычного темпа, поэтому успел уклониться и атаковать в ответ. Вместо сопротивления Гуань Ян сразу ушел в защиту, словно желая просто понаблюдать за тем, как Гу Юн бьет, с какой силой, какие приемы использует, как двигается и как дышит. Циян не знал, осознает ли его ученик, что его пристально изучают, но бился он старательно и искренне пытался преодолеть чужую защиту.

Гуань Ян не вкладывал в свои движения духовные силы, но даже так Гу Юн не мог его поразить, опередить или застать врасплох, хотя очень старался. Циян наблюдал за их боем, как ястреб за бегущей по полю добычей, но, к сожалению, вместо тщательной слежки за учеником он то и дело переключал внимание на демона – как и все остальные на тренировочной площадке.

Увидеть владыку Диюя в бою было редкостью, к тому же его вид и движения поистине завораживали. Он казался тигром в лесу, полным оленей. Акулой, плавающей в море с мелкой рыбой. Кораблем, рассекающим волны и льды. Его не тревожил ни один выпад, ни один поворот чужого меча. Он отражал каждый удар с изяществом и грацией, четко и выверенно, словно бился с самим собой. Его стройные ноги в черных штанах и высоких кожаных сапогах бесшумно и легко скользили по примятой траве, и он не оступался ни на шаг. Крепкие руки с засученными по локоть рукавами рубахи напрягались и расслаблялись, а сильные мышцы под светлой кожей эффектно перекатывались. Будто выточенное из цельного нефрита лицо хранило маску невозмутимости и равнодушия, в то время как Гу Юн тяжело дышал, хмурился и поджимал губы, не в силах скрыть эмоции и справиться с чужой мощью.

Владыка Диюя демонстрировал мастерство невообразимо высокого уровня, и когда ученики на другом краю тренировочного поля признали это, их взгляды устремились к Цияну. Очевидно, им захотелось увидеть битву двух именитых бессмертных, но подобному не суждено сбыться – достопочтенному главе пика Зелени, пригревшемуся на солнце и расслаблено обмахивающемуся веером, было откровенно лень ввязываться в этот поединок.

Циян поморщился, когда Гу Юн с громким шлепком упал на траву, а Гуань Ян, возвышаясь над ним, приставил кончик меча к его горлу.

– Неплохо, чему-то ты научился, но все еще не контролируешь дыхание, медленно двигаешься и соображаешь, да и набор приемов маловат. – Он обернулся на Цияна. – Простовато для того, кто обучается с тобой три раза в неделю.

Циян фыркнул:

– В человеческую голову не уместить все и сразу, для этого нужно время. Он научится.

– Учитель, я буду тренироваться усерднее! Не бойтесь нагружать меня, я все выдержу! – смело заявил Гу Юн между глубокими и усталыми вдохами.

– Не выдержишь, – сухо сказал Циян. – И не пытайся спорить. – «С чемпионом мира по фехтованию». – Мы будем действовать постепенно, как и запланировано. Помимо тренировок с мечом, ты должен заниматься и умственным трудом, который у тебя в приоритете, – ты ученик пика Зелени, а не Мечей.

Гу Юн поджал губы, продолжая сидеть на земле, но, судя по эмоциям, отражавшимся в его глазах, он был согласен с Цияном. Однажды они уже обсуждали расстановку приоритетов и сошлись на том, что он в первую очередь лекарь, а уже потом воин.

– Давай отрабатывать приемы, – скучливо бросил Гуань Ян, отвлекая ученика на себя. – У нас осталось не так много времени до конца тренировки. Постарайся запомнить движения, которые я покажу, – отработаешь их самостоятельно.

Гу Юн кивнул и начал подниматься с земли.

– Так и будете смотреть? – крикнул Гуань Ян другим ученикам, стоящим на краю тренировочного поля. – Если интересно, можете тоже попытаться повторить.

Ученики, получив разрешение на участие, просияли от восторга и спешно приблизились, чтобы вместе с Гу Юном повторять движения за владыкой Диюя. Циян молча наблюдал за ними, поглаживая алую сферу на коленях, и мысленно оценивал способности каждого. Сначала он был сосредоточен на деле, но в какой-то момент сознание начало ускользать, а картинка перед глазами – плыть. Взгляд застлала белая дымка, из которой к нему навстречу вышел Сяо Ян, одетый в классическую белую рубашку и брюки. Черные отросшие волосы были растрепаны, лицо казалось бледным и осунувшимся, а на лбу выступила болезненная испарина. В руке он держал нож, а на груди распускал лепестки кровавый цветок.

– Я больше не вижу смысла жить, – хриплым шепотом произнес он, глядя Цияну в глаза, а потом поднял нож, чтобы перерезать себе горло.

– Нет! – выкрикнул Циян, чуть не подпрыгнув.

Гуань Ян и ученики перед ним резко замерли.

– У-учитель? – запнувшись, неуверенно произнес Гу Юн.

– Ян-ян? – обеспокоенно позвал Гуань Ян и поспешил подойти ближе.

Пелена перед глазами рассеялась, и Циян отчетливо увидел над собой омрачившееся лицо демона.

– Опять кошмар? – шепотом спросил Гуань Ян, и Цияну осталось лишь кивнуть.

– Я в порядке, – небрежно ответил он.

Но Гуань Ян ему не поверил. Шумно выдохнув, он посмотрел ему за спину, где расстилался горный пейзаж, а потом обернулся на учеников.

– Тренировка почти закончена, так что отработаете упражнения без меня, – велел он и дал несколько указаний, как качественно выполнять выученные приемы. – Нам с главой Ю пора идти.

Гуань Ян отложил меч на лавку и протянул Цияну руку, жестом прося отдать ему верхние одежды.

– Тебе нужно переодеться? – спросил Циян, после того как они покинули тренировочное поле и начали подниматься вверх по улице.

– Не думаю, – ответил Гуань Ян, оправляя недавно надетые верхние одежды. – Я даже не устал, да и тренировочное поле у вас не пыльное. Дойдем до дома и можем отправляться на небеса. Или хочешь еще что-то сделать?

Циян качнул головой.

– Нет, пора отправляться. Этот кошмар скоро вытянет из меня все соки, а сегодня я вижу его особенно часто. Мне кажется, еще день промедления – и будет поздно.

– Не будет. – Гуань Ян уверенно посмотрел на Цияна. – Юй-ди ведь сказал, что в каждом из миров ты погибаешь и возвращаешься, про меня не было ни слова, значит, Сяо Ян жив.

Циян поджал губы и молча уставился на дорогу перед собой. С одной стороны, Гуань Ян говорил логичные вещи, но с другой – его сердце учащенно билось каждый раз, стоило только вспомнить о кошмаре. Его преследовало четкое ощущение того, что этот сон появился не просто так. Именно поэтому он и напросился на встречу с Юй-ди, с которым, если честно, не хотел бы пересекаться.

На небеса они поднялись быстро. Поскольку встреча с Юй-ди была запланирована и согласована, воспользовавшись Нефритовой печатью, они сразу оказались на территории его золотого дворца, прямо перед входом. Цияну пришлось вернуть Гуань Яну осколок его духовной силы, поэтому он невольно поежился, вдохнув прохладный воздух Небесного чертога.

– Пойдем, нас не должны провожать, – сказал Гуань Ян и на всякий случай взял Цияна за руку, чтобы согреть. Несмотря на зарытый меч войны, доверия к небесам у него не было, поэтому он был предельно осторожен и не собирался отдаляться от своего хрупкого спутника.

Замок и его территория оказались пусты, как и в прошлый раз. Было непонятно, есть ли здесь слуги или они просто прячутся, но все вокруг выглядело ухоженным, поэтому кто-то за всем явно приглядывал.

Стоило им подняться по длинным ступеням, как массивные двери открылись сами собой, и им навстречу вышли двое небожителей – мужчина и женщина. Циян и Гуань Ян на мгновение замерли, не ожидая кого-то встретить, но небожители просто прошли мимо, коротко кивнув им. При виде владыки Диюя на их лицах появилось хмурое выражение.

Недоуменно переглянувшись, Циян и Гуань Ян пожали плечами и вошли в тот же самый просторный зал. Нефритовый император уже был внутри и, сидя на своем троне, перебирал бумаги в руках. Рядом с ним стоял Ван Лингуань – один из небесных полководцев, которого они в прошлый раз видели у внешних ворот замка.

– Ю Циян, Яньло-ван, – поприветствовал Юй-ди, коротко взглянув на них. – Подойдите, не стойте в дверях. Сейчас ваше время, – спокойно добавил он и передал бумаги Ван Лингуаню. – Можешь идти.

Мужчина кивнул и послушно отошел от правителя, шурша доспехами. Спустившись с пары ступеней, он направился к дверям мимо Гуань Яна и Цияна и не забыл бросить на них предостерегающий взгляд, чтобы не думали нападать на владыку. Из-за этого Циян почувствовал неловкость, а Гуань Ян лишь нахально ухмыльнулся и решительно потянул его за собой.

– Я прочел письмо, вы пришли из-за кошмаров? – Юй-ди явно спешил, поэтому не стал ходить вокруг да около. Учитывая небожителей, которых они встретили на входе, сегодня у него было запланировано множество бесед.

Циян кивнул и пояснил:

– Эти кошмары странные, они снятся почти каждую ночь и я вижу их даже наяву. Мне бы хотелось узнать, не вещие ли они, не грозит ли опасность Сяо Яну? – Он невольно теребил пальцами свободной руки край широкого голубого рукава.

Юй-ди нахмурился, задумчиво разглядывая Цияна. В зале воцарилась тишина. Гуань Ян, ни на мгновение не расслабляясь, чуть сильнее сжал руку Цияна, словно это могло уберечь от напасти, хотя Юй-ди явно не собирался атаковать.

Наконец, поднявшись с места, Юй-ди медленно подошел, еще раз осмотрел Цияна и сказал:

– Думаю, сны могут быть вещими.

– Что? – встрепенулся Циян, не веря, что его опасения подтвердились. Пусть он и тревожился из-за сновидений, но все же склонялся к тому, что у него просто разбушевалось воображение. – Нет, нет… – Он отступил. – Только не говорите, что Сяо Ян правда умрет. Он ведь не самоубийца!

Юй-ди задумчиво приложил палец к подбородку.

– Ты прав, умереть он не должен. Закон ваших смертей и перерождений весьма четкий. Гуань Ян, конечно, может погибнуть, но лишь когда ты будешь рядом. А если он пытается совершить самоубийство, пока тебя нет, – значит, что-то не так, это не соответствует вашему, кхм, проклятию. – Юй-ди серьезно посмотрел на Цияна. – Думаю, тебе стоит поговорить с ним и попросить подождать твою другую версию.

– По… говорить? – не поверил Циян услышанному. – Но я… я не могу вернуться в свой мир… Я ведь должен быть здесь?

– Это не возвращение, а временное переселение в качестве призрака. У тебя будет немного времени и лишь один шанс, чтобы сказать ему все необходимое. Подобное почти невозможно, но, поскольку твой дух связан с тем миром, ты сможешь осуществить переход. Он будет сложным и сильно истощит твои духовные силы, так что прежде хорошо подумай, готов ли ты. Если согласишься, я призову Доуму – она поможет управиться с твоим духом. Но после ритуала тебе неделю придется отлеживаться дома, восстанавливая жизненные силы.

– Нет, это опасно, – отказался Гуань Ян прежде, чем Циян успел вставить хоть слово. – Я знаю, о каком ритуале речь. Если что-то пойдет не так, его дух исчезнет, а тело останется мертвым.

От его слов Цияна бросило в дрожь, и ему действительно стало боязно соглашаться на предложение Юй-ди. Несмотря на чувства, он посмотрел на Гуань Яна и все равно сказал:

– Но ведь речь идет о твоей жизни. О нашей. Как я могу допустить, чтобы ты погиб, не встретив меня? Это же… – Циян сглотнул. – Неправильно и так… печально. Что будет с тем, другим Цияном, когда он появится в моем мире, но не сможет тебя найти? Мы связаны. Да, мне не нравится то, что придется стать призраком, но это наше будущее в другой реальности…

Гуань Ян напряженно поджал губы.

– Это… опасно, – сдавленно повторил он, наверняка сочувствуя своей другой версии так же, как и Циян, но в то же время беспокоясь об их жизнях в этом мире.

Циян тяжело вздохнул и задумался, опустив голову. Он не любил рисковать своей жизнью. Да что там, ему только недавно удалось зажить спокойно и уладить все проблемы. Он не хотел прерывать эту идиллию, но в то же время не мог позволить себе бросить Сяо Яна… Может быть, речь шла о совершенно другой версии и мире, судьба которого его теперь не касалась, но там был его лучший друг, и он собирался умереть, явно чтобы последовать за ним. Не иначе. Вина за его боль и несчастье лежит на Цияне, и он должен это исправить.

Он поджал губы добела, и на скулах его заходили желваки. Циян перевел помрачневший взгляд темно-зеленых глаз на Юй-ди, и тот, осознав все без слов, взмахнул рукой и открыл портал. Трещина походила на те, что создавал владыка Диюя, вот только изнутри сочилась не тьма, а лился свет.

Гуань Ян отпустил ладонь Цияна и отошел в сторону, не говоря ни слова. Повернувшись спиной, поставил руку в бок, а другой прикрыл нижнюю часть лица. Он тихо, но глубоко дышал, словно сдерживал своих внутренних демонов. Словно боролся с самим собой, желая остановить Цияна и в то же время полностью понимая причину и важность его выбора.

Из трещины, созданной Юй-ди, донесся шелест одежд и приближающиеся шаги. Циян и Гуань Ян невольно обернулись и увидели, как из белой туманной дымки выступает женщина в дорогих роскошных одеждах, облегавших ее стройное и гибкое тело. Она была высокой, имела четыре лица и восемь рук, и при виде них Циян потерял дар речи. Божества, которых он видел раньше, были похожи на людей, но Доуму явно не пыталась скрывать свою истинную суть и вышла к ним в том обличье, как описывали легенды.

Она встретилась взглядом с Юй-ди и уже приоткрыла рот, чтобы, видимо, поприветствовать его или спросить, зачем он ее призвал, но потом почувствовала темную ци и резко обернулась на Цияна и Гуань Яна. Растерянность на ее лице уступила узнаванию с намеком на радость.

– Ох, это же вы!

Доуму вдруг бросилась в их сторону. Гуань Ян тут же подлетел к Цияну и спрятал его себе за спину. Алый туман растекся под его ногами, предостерегая вместе с пугающим взглядом, которым он исподлобья прожигал божеств.

– Ни шагу дальше, – прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Доуму послушно остановилась.

– Я не хотела ничего дурного. – Она подняла все восемь рук в сдающемся жесте. – Яньло-ван, не гневайся. – Ее голос звучал мягко.

– Мне нужна твоя помощь, – спокойно произнес Юй-ди у нее за спиной. – Ю Циян видит вещий сон о смерти другой версии Яньло-вана в его родном мире. Я хочу отправить туда его дух, чтобы он смог предотвратить чужую гибель.

– М? – задумчиво протянула Доуму, повернувшись к Юй-ди. – Вы уверены, что сон не вводит в заблуждение? Другие версии отнюдь не бессмертны и после воссоединения могут погибнуть. Возможно, другая версия господина Ю уже пришла в тот мир, поэтому господин Гуань должен умереть? – Она взглянула на Цияна через плечо. – Вы не видели себя в том сне?

Циян покачал головой, даже не задумываясь. Этот сон настолько въелся в его память, что он мог с ходу ответить, что в нем было, а что нет.

– Более того, как я понял, время здесь течет в четыре раза быстрее, чем в том мире, и там с моей смерти прошло всего полгода. Пришествие моей новой версии и знакомство с Сяо Яном не могли случится так быстро. Я уверен, что мы еще не встретились, – добавил он.

– Хм… – протянула Доуму, опустив взгляд в пол. – Предчувствие нельзя игнорировать… Все-таки версии связаны между собой, и линии жизни тянутся через миры, – пробормотала она себе под нос и вновь посмотрела на Цияна. – Откровенно говоря, мне несложно помочь вам, господин Ю, вернуться в тот мир ненадолго, но, как уже было сказано, это очень опасно. Поскольку это временный переход, ваше тело останется здесь, а дух отправится туда. Если в процессе что-то пойдет не так, ваш дух погибнет, а тело превратится в пустую оболочку. Вы готовы пойти на такой риск? – Ее взгляд скользнул к Гуань Яну, и тот покачал головой.

– Нет, – сказал он. – Мне эта идея не нравится, но я понимаю, почему ты хочешь это сделать, – уже мягче добавил Гуань Ян, глядя на Цияна.

– Да, – глухо ответил Циян и посмотрел на Юй-ди. – Отправьте меня к нему. Я готов, – заверил он, хотя совсем не чувствовал себя готовым, но он был обязан пойти на это.

Нефритовый император смерил Цияна оценивающим взглядом, явно не поверив его словам и полагаясь на собственное чутье и понимание человеческих душ. Он выдержал небольшую паузу, прежде чем выдохнуть и обратиться к Доуму:

– Проложишь путь по его линии жизни?

Когда Доуму кивнула, Юй-ди взмахнул рукой, и под ногами Цияна появилась магическая печать – круг со множеством символов внутри.

– Яньло-ван, тебе лучше отойти, чтобы не создавать помех, – спокойно сказал Юй-ди, когда демон заступил в круг.

Гуань Ян стиснул челюсти, повернулся к Цияну и притянул его к себе, заключая в крепкие объятия.

– Будь осторожен. Не сопротивляйся, когда начнет затягивать обратно в этот мир. Не делай ничего пугающего или странного, твое духовное тело и разум будут направлять тебя на пути, так что прислушивайся к ним. Пообещай, что не задержишься и, что бы ни случилось, не станешь цепляться за другого меня. Я понимаю, что он дорог тебе, но если твой дух начнет сопротивляться возвращению, то ты можешь погибнуть. Обещай, что вернешься.

– Обещаю, – сдавленно прошептал Циян в кольце чужих рук. Гуань Ян сжимал его так крепко, будто хотел вобрать в свое тело и кости, будто никуда не хотел отпускать. Еще чуть-чуть – и Циян бы испустил дух из-за него, а не из-за заклинания.

Юй-ди молчаливо смотрел на них, а в его темных радужках таились нечитаемые эмоции. Невозможно было точно сказать, что он чувствовал, глядя на Яньло-вана и Цияна. Вспоминал ли Гуань-ди и его судьбу, видел ли его в Цияне и одобрял ли связь человека и бога? Выражение его лица почти всегда было спокойным, как у хозяина, с радушием принимающего гостей, а все его истинные чувства оставались скрыты за семью печатями.

Доуму в этот момент рассматривала что-то на потолке, словно изучала нити невидимой паутины, растянувшейся над головами, и не обращала никакого внимания на чужое прощание.

Когда Гуань Ян отпустил Цияна и наконец отошел в сторону, покинув магический круг, Доуму отыскала все, что было ей нужно, и перевела взгляд на присутствующих. Печать под ногами Цияна уже напиталась духовной силой Нефритового императора и теперь горела ярким белым светом, который отогнал от лекаря все тени.

– У тебя будет совсем немного времени, по истечении которого ты вернешься сюда, – спешно объяснил Юй-ди, когда Доуму шагнула к печати. – Никуда не сворачивай, ни за кем не следуй и не отвлекайся. Твой дух – это листок, гонимый ветром, и не более. Попробуешь изменить направление полета – пропадешь, – закончил он, предупреждающе понизив голос.

Доуму тем временем присела на корточки рядом с краем печати.

– Ощущение от перехода напомнит прыжок под потолок. Не пугайтесь. – Она опустила две из восьми рук на светящуюся круговую линию.

Циян взволнованно переглянулся с Гуань Яном, который смотрел на него с плохо скрываемым страхом в глазах.

– Все будет хорошо, я справлюсь, – одними губами шепнул Циян, не зная, кого из них двоих пытается успокоить.

Печать под ногами засияла ярче, осветив его снизу вверх, словно прожектор. Столп света ударил в потолок и окутал его целиком. Циян резко заморгал. Рука невольно потянулась к лицу, чтобы прикрыть глаза. В этот же момент он почувствовал, как земля ушла из-под ног, а тело будто вытолкнули куда-то наверх. Это длилось всего пару мгновений, но он успел ощутить себя всадником на ракете, поднявшейся с глубин моря. От перепада давления у него заболела голова, к горлу подступила тошнота, а перед глазами все померкло.

Первое время Циян был дезориентирован и не понимал, где небо, а где земля. Он словно стал воздушным шаром, зависшем в воздухе, в пустоте. Его тело окутывала легкость, а сам он больше не чувствовал ни тепла, ни холода, словно призрак.

Звуки вокруг стали другими, где-то вдали послышались шум шагов, музыка, рычание моторов и многочисленные голоса. Циян отнял ладонь от лица, чтобы осмотреться, и часто заморгал. Темнота перед глазами наконец рассеялась, и он увидел четкую картинку. Тошнота вмиг отступила, стоило его взгляду столкнуться с чернотой чужих радужек.

– Ах, – сорвалось с его губ, когда Циян осознал, что смотрит на Сяо Яна.

Друг стоял на краю крыши высотного здания, облаченный в черные джинсы и рубашку, которая вылезла из-под ремня и хаотично колыхалась на ветру. Его длинные волосы, собранные в короткий хвост на затылке, растрепались; множество тонких прядей теперь танцевали перед лицом, заслоняя ему обзор. Сяо Яна окутывала аура тихой грусти, он выглядел бледным и усталым, а когда-то цепкий взгляд затянула меланхоличная дымка, прячущая за собой боль. На вершине двадцатиэтажного здания было холодно, но он дрожал не из-за порывистого ветра, а из-за сердечных мук, разъедающих его изнутри.

– Циян? – хрипло и сдавленно позвал Сяо Ян, сквозь пелену чувств и воспоминаний разглядев призрак, зависнувший в небе перед ним и над городом. – Это правда… ты? – В его голосе слышалось сомнение, ведь лучший друг уже не выглядел так, каким он его запомнил. При жизни Циян не носил такие длинные волосы и традиционный китайский наряд.

Циян не смог вымолвить ни слова. Увидев лучшего друга, он словно потерял себя и чуть не забыл, зачем пришел сюда и как. Он жадно всматривался в лицо Сяо Яна и старался запомнить каждую его черту, каждую родинку, каждую линию, так похожую на те, что имел Яньло-ван. Вот только в отличие от демона, лицо Сяо Яна было более бледным – даже изможденным, словно он несколько месяцев плохо ел, спал и в принципе жил. Весь его вид уже не был таким опрятным, как раньше. Мятые одежды выглядели так, словно он ходил в них несколько дней не снимая, а джинсы и рубашка не подходили холодной погоде, – будто он не понимал, что делает, когда собирался сюда.

Сердце Цияна болезненно сжалось и начало истекать кровью.

– Да, это я, – с трудом выдавил он.

Услышав родной голос, Сяо Ян горько и натянуто улыбнулся.

– Циян… – выдохнул он, и по его бледным щекам побежали слезы, словно весенние ручьи. – Ты пришел забрать меня с собой? Да? – В его голосе звучала надежда и нотки радости, которые на мгновение сбили с толку.

– Да… – невольно ответил Циян, не желая расстраивать друга, но сразу спохватился: – Стоп, что? Нет! Нет, нет, нет! – Он в ужасе замахал руками.

Но Сяо Ян его уже не слышал. Он поднял ногу над пропастью и уже собрался сделать шаг с крыши.

– Нет!

Циян рванул к нему. Его духовное тело, переполненное страхом и тревогой, чувством утраты и болью, внезапно обрело осязаемость и силу, что позволило ему толкнуть Сяо Яна назад. Руки Цияна обвились вокруг его шеи, а ладонь прикрыла затылок. Они зависли в свободном падении лишь на мгновение, которое показалось для них обоих вечностью. Циян в своем призрачном теле вновь почувствовал живое тепло и услышал стук чужого бешено бьющегося сердца. Вся их жизнь промелькнула перед глазами: первое знакомство, школьные и студенческие годы, другие многочисленные события. Он вспомнил все, что связывало его с Сяо Яном, и тоже заплакал.

Они упали на твердую шершавую крышу, и Сяо Ян расшиб бы себе голову, если бы полупрозрачная призрачная рука не придерживала затылок.

– Не вздумай следовать за мной, ты должен жить! – сквозь слезы выкрикнул Циян, уткнувшись лицом в его грудь. – Пожалуйста, живи. Пожалуйста…

– Но я не могу, – сдавленно ответил Сяо Ян. – В этом мире больше нет никого, ради кого стоит продолжать борьбу.

– Но будет. Кто-то обязательно появится! – Циян приподнялся, чтобы посмотреть ему в лицо. – Я обязательно появлюсь. Возможно, у меня будет другая внешность и другое имя, но это буду я, и ты почувствуешь, что это я. Ты узнаешь меня, я обещаю. Просто подожди. – Его голос начал слабеть, а тело – таять.

– Циян, – встревоженно позвал Сяо Ян, заметив изменения.

Но Циян его не слушал.

– Пожалуйста, не убивай себя, – продолжил он, не обращая внимания на то, что растворяется в ночной темноте, чтобы вернуться в другой мир.

– Циян!

– Живи!

Его голос растаял в воздухе и смешался с шумом большого города.

– Ха-а-а.

Циян глубоко вдохнул, резко распахнув глаза, и схватился за Гуань Яна, который обнимал его, сидя прямо в почерневшей магической печати – та больше не озаряла все вокруг белым светом.

Цияна трясло от холода, словно его окунули в ледяную воду, а также от эмоций, которые он только что пережил. Впечатления от встречи с другом были столь яркими, что он мог только глядеть перед собой безучастным взглядом и пытаться отдышаться. Гуань Ян крепче прижал его к себе, передавая тепло, и даже не побоялся перед божествами выпустить на свободу алую сферу, которая тут же заскользила по ногам и туловищу Цияна, распространяя жар там, куда не дотягивался демон.

Но Циян всего этого не замечал. В мыслях у него по-прежнему стоял образ Сяо Яна – его грустное лицо, влажные дорожки от пролитых слез, затянутый пеленой печали взгляд. От этих воспоминаний было так тягостно и больно, что он никак не мог прийти в себя.

– Ну что? – прозвучал вопрос Гуань Яна на задворках сознания.

– Линия жизни другой вашей версии стабильна, он не умрет раньше времени, – ответила Доуму, задумчиво глядя в потолок, словно на нем было что-то написано.

Гуань Ян выдохнул и пару раз сжал плечо Цияна, пытаясь втянуть в диалог.

– Слышал? У тебя получилось, – мягко прошептал он.

– Получилось? – бездумно переспросил Циян. – Что?

– Спасти меня. Сяо Ян будет жить и ждать твоего возращения. Ты справился.

– Да? – выдохнул Циян, и от осознания этого его глаза начали медленно округляться. Наконец он почувствовал, как тепло разливается по телу, и отчетливо увидел перед собой задумчивую Доуму и внимательно наблюдающего за всем Юй-ди. – Я справился? – растерянно переспросил он, и Гуань Ян угукнул, погладив по плечу.

Циян с шумом втянул воздух, так что грудная клетка расширилась до предела, задержал его внутри себя, а потом выдохнул, возвращаясь в реальность, и уронил голову на чужую грудь.

– Слава богам, – устало пробормотал он. – Я справился…

– Как я и сказал, перемещение духовного тела отнимает много сил. Если в ближайшие два дня Гуань… Ю Циян не сможет встать с кровати, это нормально. Ему нужно восстановиться, – спокойно произнес Юй-ди, обращаясь к Гуань Яну. – Как будете готовы вернуться домой, сообщи мне и я открою для вас проход.

– Не нужно, я сам, – отказался Гуань Ян, а потом тихо спросил у Цияна, готов ли он вернуться домой.

Циян хотел еще немного посидеть на полу, но, осознав, что вскоре сюда придут очередные бессмертные, у которых назначена встреча с Юй-ди, быстро кивнул. Он зашевелился, чтобы встать вместе с Гуань Яном, но тот ловко подхватил его на руки, не давая даже возразить. Циян ахнул и обхватил чужую шею руками, чтобы не упасть.

При виде этого Юй-ди почти незаметно встрепенулся, а Доуму удивленно вскинула брови. Было неясно, о чем они оба думали, но явно не ожидали подобной заботы со стороны непокорного и холодного владыки Диюя. С ничего не выражающим лицом Юй-ди взмахом руки открыл полный света проход для Доуму, а Гуань Ян – полный тьмы для них с Цияном.

– Если еще что-то понадобится, пишите. Но, насколько мне известно, в ближайшие годы мы с вами не встретимся, – вместо прощания сказал Юй-ди.

– Я рад, – сухо бросил Гуань Ян и шагнул к трещине вместе с Цияном на руках.

Циян вскинул брови и вдруг понял, почему им удалось так быстро и удачно встретиться с Юй-ди, до которого обычно годами не дозваться.

«Он все предвидел».

– Прощайте, и спасибо вам, – не желая портить отношения с богами, коротко сказал он, прежде чем невежливый Гуань Ян молча шагнул в темноту.

Циян тихо выдохнул, когда бескрайняя тьма окутала их, и все осталось позади: и Небесная столица, и бессмертные, и его прошлое. Он почувствовал глубокое, искреннее облегчение. Его душа наконец-то освободилась от тяжелого груза, а на сердце стало спокойно, как в этом портале, где была лишь умиротворяющая, безмолвная пустота.

– Почему когда Юй-ди открывает проход, из него льется свет, а у тебя тьма? – спросил Циян, поморщившись от вечернего солнца, когда они вышли на территорию внутреннего двора его дома.

– Потому что моя ци темная? – со смешком ответил Гуань Ян и неохотно опустил Цияна на землю, потому что тот похлопал его по плечу.

– Не думал, что все так банально, – сказал Циян, оправляя одежды.

Внезапно раздался резкий стук в ворота, и он вздрогнул. Они с Гуань Яном переглянулись, не представляя, кого принесло сюда в такой час. Мысленно Циян даже проверил свое расписание, чтобы убедиться, что сегодня у них с Фэй не назначена встреча.

Гуань Ян с мрачным видом скользнул к воротам, чтобы открыть их, а он остался на месте.

– Где Циян?! – прозвучал крик Фэй. – Ты его потерял? Он умер? – Она оттолкнула демона, чтобы попасть во двор. – Циян! – Заметив его, Фэй тут же бросилась обнимать.

Гуань Ян в растерянности замер, слегка приоткрыв рот. Казалось, его впервые за всю жизнь столь грубо отпихнули в сторону и полностью проигнорировали его статус и могущество. Он не успел и слова вставить, не то что оказать сопротивление, прежде чем остаться позади в качестве наблюдателя.

Услышав шорох, Гуань Ян недоуменно покосился в сторону и увидел в воротах Му Шу. Вопрос в глазах был столь очевиден, что даже не пришлось озвучивать вслух.

– Ей приснился кошмар, – бесцветно ответил Му Шу, проходя во двор.

Гуань Ян что-то ворчливо спросил у Му Шу, но Циян не расслышал, отвлекшись на Фэй.

– Ты живой, живой, – бормотала она, заковав в кольцо своих рук и уткнувшись носом ему в шею. – Слава богам…

– Что случилось? Почему ты в таком состоянии? – растерянно спросил Циян, неловко обнимая Фэй в ответ. Он и предположить не мог, что ее так встревожило.

– Я задремала, а потом увидела сон, в котором твой дух покинул тело и не смог вернуться. Казалось, что тебя заперли, а Гуань Ян не знал, как помочь. Все было каким-то неточным и размытым, но, проснувшись, я очень испугалась. Потом вспомнила, что сегодня у тебя встреча с моим отцом, и волнение только возросло. Я подумала, что опять вижу будущее, поэтому поспешила к тебе, чтобы проверить, все ли в порядке. – Фэй отстранилась, чтобы посмотреть Цияну в лицо. – Учитывая, что ты не выглядишь мертвым, я зря переживала?

Циян на мгновение задумался над ответом. На одном из чаепитий он рассказал Фэй и о кошмаре, и о назначенной встрече с Юй-ди, но сейчас сомневался, стоит ли посвящать ее в случившееся на небесах. Он привык почти всем делиться с ней, но их личную историю с Сяо Яном раскрывать почему-то не хотелось. Встреча, которую он пережил, была очень грустной и слегка травмирующей, она окончательно сожгла мост, связывающий его с тем миром. И Циян хотел, чтобы это осталось лишь между ним и Гуань Яном. Это была их личная трагедия, полная сердечной боли.

– Да, со мной все хорошо, кошмар был всего лишь сном. Из-за Цинмина я излишне тревожился, – соврал Циян. – Но на небесах меня успокоили.

– О? – протянула Фэй, и на секунду ему показалось, что она не поверила. – Это хорошо, – добавила она, опустив плечи, будто с них свалился тяжелый груз, и Цияну тоже полегчало. – Я рада, что все обошлось, мой сон был очень не приятным. – Фэй поежилась то ли от холода, то ли от остаточных эмоций.

Гуань Ян, услышав объяснение Цияна, лишь слегка приподнял брови, но в целом остался бесстрастным. Му Шу подошел следом за ним и положил ладони на плечи Фэй, чтобы успокоить. Почувствовав его близость, она тихо выдохнула, и выражение ее лица стало расслабленным.

Циян посмотрел на их пару и вдруг подумал о том, что с тех пор, как Фэй и Му Шу воссоединились, они ни разу не проводили время все вместе. Эти двое часто появлялись в его жизни по отдельности, но как пара – еще ни разу. Казалось, всем до сих пор было неловко, и Циян решил, что настало время это исправить.

– Раз вы оба здесь, может, зайдете на чай? – предложил он.

Во взглядах Фэй и Му Шу мелькнула растерянность, словно они не ожидали приглашения.

Подумав об этом, Циян мысленно вздохнул. «Бедолаги. Я вовсе не против ваших отношений, мне просто требовалось время привыкнуть к ним… Ну и что, что это заняло почти полгода? У меня были и другие заботы…»

Он посмотрел на Гуань Яна, будто спрашивал его мнения.

– Да, думаю, у нас еще остались улун и пряники с бобовой пастой. Можете зайти, сегодня у нас больше нет дел, – спокойно поддержал его Гуань Ян и махнул рукой, то ли указывая на дом, то ли незаметно открывая очередной проход для сестер Ли, чтобы те быстро заварили чай.

Учтивость Гуань Яна слегка удивила Фэй, и она бросила на него недоверчивый взгляд. Циян готов был поклясться, что в этот момент подруга подумала, что демон попытается их отравить.

– Хорошо, спасибо, – ответил за них двоих Му Шу и, отпустив плечи Фэй, взял ее за руку. – Давайте немного отдохнем.

Его предложение звучало буднично, но для Цияна эти спокойные слова были как точка в долгой и запутанной истории.

Еще одна точка, которую они поставили.

– Да, – ответил он, широко улыбнувшись, – давайте отдохнем.