Испытывая смешанные чувства, Ася шла за Люськой через лес. Всего пару часов назад она приехала навестить приятельниц и привезла Марине в подарок старинное украшение — маленький медальон-сердечко, крышечку которого украшали чёрные горошины турмалина. Что скрывается внутри сердечка, Ася не знала, не смогла открыть замочек. Она попробовала только раз и не стала больше пытаться, побоялась сломать хрупкую конструкцию. Добыть медальон оказалось делом нелёгким. Пришлось потратить время, да и стоила вещица немало. Но очень уж хотелось поразить привередливую Марину чем-то действительно эксклюзивным.

Ей это вполне удалось.

Марина не скрывала восхищения от подарка, долго рассматривала медальон, гладила камешки, что-то тихонько говорила по-грузински. Налюбовавшись, с сожалением вернула украшение дарительнице:

— Носи сама. Тебе сейчас важнее.

— Я же вам привезла! — расстроилась Ася. — Почему вы не хотите принять подарок?

— Хочу! Но не должна. Вещица сто́ящая и редкая. Поэтому и отдаю её тебе. Во Мхах может пригодиться.

— В каких таких Мхах? — опешила Ася.

— Ася! Не впутывай меня в это! Всё затеяла Людмила. Пусть сама и объясняет.

И Люська охотно объяснила. Она обладала магическим даром убеждения. Противостоять её сокрушительному напору у Аси не получилось. И она попёрлась за приятельницей в очередную неведомую глухомань. Пропавшая Варвара, какая-то Лидия Васильевна — большая любительница грибов, новая странная деревня…

Люськин рассказ Ася выслушала вполуха, досадуя на себя, что не смогла найти в себе сил для отказа.

Они отправились «на дело» только вдвоём. Монах наотрез отказался поехать, у него намечался новый роман.

В осеннем лесу было зябко и сыро, с неба сыпалась редкая морось. Ася продрогла и надеялась поскорее добраться до места, чтобы согреться и выпить горячего чая.

Стараясь хоть как-то отвлечься от невесёлых мыслей, она достала из сумки фотоаппарат, сфотографировала свисающий с ветки мох, изящное трио поганок на пеньке, побуревший завиток папоротника.

Среди деревьев бликами мерцал ускользающий свет, его она щёлкнула практически не прицеливаясь. А когда приостановилась рассмотреть кадры — невольно охнула при виде застывших в кадре бледных тонконогих сущностей. Лиц было не разобрать, в длинных волосах-щупальцах запутались кусочки светящихся гнилушек.

— Люся! Подожди! — Ася припустила за подругой. — Постой, Люся! Взгляни сюда!

Она протянула фотоаппарат и показала картинку.

— Ну-у-у, — Люська ничуть не удивилась. — Не вижу ничего необычного, Ась. Этого стоило ожидать.

— Я не готова к подобным встречам и подвигам. Люся! Я больше не хочу повторений!

— Брось, Ася! Мы мигом. Я же всё объяснила. Поможем дамочке и сразу назад.

— Поможем? Ты так уверена в своих силах?

Люська энергично закивала:

— Нати мне кое-что подкинула. Да и Марина тебе — тоже.

— Ты о сердечке? Что может медальон?

— Вот и посмотришь, что. Пошли скорее. Мы почти у цели.

Перед поваленным деревом обнаружилась чья-то машина. Дверцы были закрыты, салон пустовал.

— Думаю, это Варварина тачка. — пробормотала Люська и смолкла, заметив выступившую из-за ствола девушку.

Растрёпанная, с рюкзаком за спиной та была совсем молоденькой и какой-то неприкаянной, странноватой.

— Не ходите во Мхи! — не здороваясь, попросила она. — Не ходите в деревню.

Заступив дорогу, развела руки по сторонам, не давая пройти.

— С чего бы не ходить? — удивилась Люська. — Нам нужно туда.

— Не ходите! Болото сожрёт! Болото сожрёт! — забормотала незнакомка и отпрянула в сторону, когда Люська шагнула на неё.

— Ненормальная… — Асе сделалось не по себе.

— Неупокоенная. — спокойно пояснила Люська. — Привязана к месту, вот и пристаёт ко всем. Интересно, почему она нас отговаривала? Обычно такие заманивают, завлекают.

Ася ничего не ответила. Боялась наговорить лишнего и обидеть Люську. Настроение окончательно испортилось и она в который раз пожалела, что отправилась сюда.

Деревня в низине смотрелась крошечной. Болото подобралось к ней совсем близко. Бурая чахлая трава грязным ковром уходила вдаль, растворяясь в туманной дымке. Тощие одинокие деревца и редкий кустарник не добавляли разнообразия в тоскливый пейзаж.

— Да, не курорт. — усмехнулась Люська. — Но нас этим не испугать!

— Не испугать, — вздохнула Ася и первая стала спускаться.

Во Мхах царила тишина.

Старенькие дома в окружении ярких рябин походили на декорации-обманки. Людей на улицах не было. Никто из местных приятельницам не попался.

— Может, обойдём дома? Поспрашиваем про Варвару? — предложила Ася.

— Погоди. — не согласилась Люська. — Давай для начала осмотримся.

Она двинулась вперёд, свернула за разросшиеся кусты. За ними притаился домишко с открытой верандой. На ней кто-то разложил оранжевые тыквы да поставил рядом крепкую метлу с широкими прутьями.

Люська сразу схватила её, не обратив внимания на тыквы.

— Так… — пробормотала она. — Кажется, это то, что нам нужно. Нати велела очертить круг. Ася, иди сюда. Стань рядом.

— Зачем тебе метла?

— Полечу на шабаш! — хмыкнула Люська. — И тебя прихвачу. Возьми меня за талию. Крепче. Ещё крепче. Не выпускай!

Не понимая, для чего всё это, Ася послушалась и чуть не упала, когда Люська резко крутанулась вокруг себя.

Неприятно чиркнули прутья, Асю мотнуло в сторону, но она смогла устоять и не отпустила талию приятельницы.

— Вот и всё. Мы на месте. — радостно возвестила Люська.

И, словно отвечая на это, кто-то громко постучал с той стороны двери. Люська среагировала мгновенно, быстро скатилась с крыльца, потянув за собой Асю.

Всё вокруг неуловимо изменилось.

Куда-то исчезли рябины. Вместо них Ася увидела незнакомый кустарник, весь покрытый тёмными сморщенными ягодами.

Перед заборчиками прямо на земле появились жёлтые репы со свечами внутри.

— Красота! — восхитилась Люська. — Отличная альтернатива тыквам! Запоминай. Потом повторим.

— Люся, здесь всё другое! Или мне кажется?

— Конечно другое. Мы же на иной стороне.

Ася вздрогнула. Иная сторона! Значит, переход состоялся. Хотя, чего она ожидала? Люська сразу предупредила, куда они направляются.

Поднялся ветер. Зачастил дождь. Ася потуже запахнула тонкую куртёнку и сгорбилась.

И что теперь? — собралась поинтересоваться она у подруги, но не успела.

Откуда-то вынырнули местные и сразу взяли их в кольцо.

Защёлкали клювами, залопотали, загукали, явно довольные встречей. И медленно начали теснить Асю с Люськой в сторону торчащего впереди столба.

Возле него мерзкого вида существо раскладывало на пнях непонятное — куски чего-то бурого и склизкого, какое-то крошево в мисках.

— Новые гости пожаловали. Не к Пеструхе ли часом? — их окликнула рябая, обычная с виду бабка.

Люська с любопытством её оглядела и решила кивнуть.

— Так зачем к нам-то? Не за приворотом?

— За порчей! — понизив голос до шёпота, сообщила Люська.

— О как! — бабка уважительно причмокнула и пригласила. — Прошу тогда до меня, я и есть Пеструха.

В дом Пеструхи Ася вошла с опаской. Она настроилась увидеть кого-нибудь из местных страшил, очередную жутковатую нечисть, но посторонних у бабки не обнаружилось. Лишь чучело из соломы подпирало стену и таращилось на гостей узкими щёлками глаз.

— Навертели для праздника. — махнула в его сторону Пеструха. — Завтра у столба выставим, проводы солнца устроим.

Пока Люська с интересом озиралась, Ася подошла поближе — рассмотреть соломенную бабу. Ей показалось на мгновение, что та слабо мигнула, словно попыталась привлечь к себе внимание.

— Да что ты крутишься воле неё? Обычное чучелко. Неужели не видала таких раньше? — недовольно поинтересовалась хозяйка. И, подхватив брошенный на лавке платок, быстро накинула его на фигуру. — Вы сядьте, сядьте. Отдохните немного. А я принесу кой-чего для работы.

Вернулась Пеструха тотчас же. На плоской щербатой тарелке вынесла заветренный кусок сырого мяса. Резко и противно запахло тухлятиной, и Ася поспешно спрятала нос под воротник.

— Ой, нежная какая! Не нюхала никогда лежалое? — усмехнулась бабка и обернулась к Люське. — Кто заказчица? Ты?

— Ага. — беззаботно подтвердила Люська.

— Тогда вот что, я ставить обряд начну, а ты представляй свою вражину. Хорошо представляй, ни на минуту не отпускай. Читать стану — про себя тверди за мной. И словно наматывай на вражину те слова, вот как нитку на катушку. Наматывай и приговаривай, наматывай и приговаривай. А закончу — так сразу оборви нить да узлом затяни. Крепко! И вроде как ко мне подтолкни. На том и точку поставим.

— А сработает? — засомневалась Люська.

— Заработает, когда мясо на болото снесу. Ты поняла, что делать?

Люська кивнула.

Ася слушала их разговор, а сама всё поглядывала в сторону чучела. Показалось ей тогда, что оно моргнуло? Или всё же нет? Хорошо бы снова проверить, да неудобно.

— На кого наводить будем? — деловито спросила Пеструха. — На бабу или на мужика?

— На… бабу.

— На бабу, так на бабу, — согласилась ведьма и протянула руку. — Давай карточку.

— Какую карточку? — не поняла Люська.

— Так вражины своей. Я мясцо надрежу и в срезе её запрячу. Обвяжу накрепко да в болото. Болотной на удовольствие.

Люська закусила губу, чтобы не застонать. Так лохануться! Какой позор! Где были её мозги?

Однако вида не подала, решила сыграть в простушку. Преданно уставившись на бабку, повинилась печально:

— А я ничего не взяла.

— Как так? — белёсые брови Пеструхи взлетели под косынку. — Ехала за порчей и не подготовила главное?

— Да я не подумала даже, — включила дурочку Люська. — Надеялась, что расскажу вам про неё и хватит.

— Не молоденькая, а такую чушь порешь, — прищурилась на неё Пеструха. — Без прямого контакта ничего не выйдет.

— А фотография разве прямой контакт?

Бабка недовольно скривилась и вдруг спросила:

— От кого приехала?

— В смысле? — озадачилась Люська.

— Кто ко мне направил, ну? Кто про меня рассказал?

— Женщина одна… Из салона…

— Какая женщина? Как звать? — продолжила допытывать Пеструха.

— Да я и не помню. Мы просто разговорились… — Люська понимала, что прокололась и теперь тянула время, раздумывая как поступить дальше.

— Ой, темнишь ты, заказчица. Ой темнишь.

— Да вам зачем это знать? Неужели всех помните?

— Всех помню. Все — здесь. — бабка постучала себя пальцем по лбу.

— Ладно, — Люська поднялась и шагнула к двери. — Пойдём мы. Раз не получается без карточки, приедем в другой раз.

— Что так быстро-то? — расплылась бабка. — Погостите немножечко, я вас вкусненьким угощу.

Засунув пальцы в рот, она громко свистнула, а потом довольно кивнула.

В глубине дома затопало. Кто-то приближался оттуда тяжёлой, чуть запинающейся походкой.

— Шлёп-нога идёт. — пояснила Пеструха. — Сейчас вас познакомлю.

Ася не успела ни о чём подумать, как Люська разом нахлобучила на неё капюшон да шепнула:

— Зажмурься! Не смотри!

И сразу же неприятным низким голосом просипело:

— Пахнет! Чую! Па-а-ахнет!!

Задрожал пол, послышалось рычание и следом глуховатый всхлип:

— Где они? Где они? Где⁇

Асе очень хотелось посмотреть на существо, но Люська, словно чувствуя это желание, сжала руку, чтобы не делала этого.

— Хитра! — прошипела бабка раздраженно. — Да меня не перехитришь. У Пеструхи на всех укорот имеется. Неча было сюда соваться!

— Пахнет! — совсем рядом ревел шлёп-нога. — Где они? Где⁇

— Здесь они, шлёпушка. — успокоила его Пеструха. — Не волнуйся. Им отсюда не выйти.