Людям не нравится, когда с ними соседствуют демоны или якудза, и не так уж много домовладельцев сдают жилье действующим или даже бывшим якудза. Бывшие соседи Сайго видели его татуировки и подержанный черный «Мерседес-Бенц», который он купил у своего киодая, чем только подтвердил их худшие подозрения. Они устроили скандал домовладельцу, и тот дал семье Сайго неделю на выезд.

Ни один обычный агент по недвижимости не уделил бы ему времени, поэтому он обратился к другу и был представлен Кэндзи Сакамото, теневому агенту по недвижимости. В каком-то смысле Сайго повезло, что он к тому времени уже покинул якудзу. Если бы он попытался найти квартиру в 2012 году, у него бы ничего не вышло.

Сакамото когда-то был главарем банды Ямагути-гуми и по совместительству торговал недвижимостью. В 2006 году он ушел в отставку, чтобы взять на себя ответственность за ужасную ошибку. На вечеринке после церемонии наследования он стянул кружевные трусики с одной из официанток и надел их на голову своего босса. Он был пьян, а у его босса было неважно с чувством юмора. С тех пор он работал с недвижимостью.

В тот день, когда Сайго пришел к нему, Сакамото был одет как обычно: черный костюм ручной работы японского производства, серая рубашка и красный галстук. На нем была его фирменная фетровая шляпа «Сделано в Китае» и изящные тонкие золотые часы «Патек Филипп». Только маленький значок с эмблемой его бывшей преступной группировки на лацкане его пиджака указывал на то, что он работает в преступном мире, а не в элитном банке.

В компании по продаже недвижимости с ним уже разговаривал пожилой мужчина. Их было трое: Сайго, Сакамото и старик.

Сакамото разговаривал с пожилым клиентом так, словно Сайго не было в комнате; это заставляло Сайго чувствовать себя невидимкой или призраком. На старике были джинсы, темно-серый свитер и очки в черепаховой оправе. Его отросшие волосы все еще были черными, хотя щетина на его лице уже поседела. Он больше не жил в Токио; он приехал на встречу из Южной Японии – старик уехал туда после того, как вышел на пенсию после нескольких лет работы в банке. Сайго не понимал, зачем его вообще пригласили на эту встречу.

Старик сдавал свой бывший дом молодому человеку в жилом районе Токио. Жилец покончил жизнь самоубийством, и, хотя об этом не писали в газетах, казалось, что все в округе знали о произошедшем. Никто в Японии не хотел жить в месте, где умирали другие люди, особенно если этот человек покончил с собой.

– На такое согласится разве что какой-нибудь гайдзин или якудза, – сказал Сакамото, кивнув в сторону Сайго. Старик внимательно слушал. Сакамото улыбнулся и закурил сигарету.

Сакамото понял, что завладел вниманием мужчины, и сказал ему, что знает одного человека, который купит этот дом, но за половину первоначальной цены.

– Я хочу сделать тебе предложение, подумай. У тебя есть только один шанс. Если ты откажешься, тебе придется платить налоги на недвижимость, которую невозможно сдать в аренду. Это денежная яма.

Сакамото достал из кожаного портфеля большой конверт. Он был заполнен наличкой – эквивалентом 250 тысяч долларов. Сакамото положил его на чабудай (низкий стол).

Старик посмотрел на конверт и заколебался, но лишь на несколько секунд. Он держал деньги в руках, взвешивая их, будто взвешивал и свое решение. Он положил конверт в свою маленькую черную кожаную сумку и низко поклонился. Потом началось оформление бумаг.

В японском преступном мире брокеров джикобуккен (испорченной недвижимости) называют джикения. Сакамото был джикения более десяти лет. Он сказал, что его доход составляет примерно 400 тысяч долларов в год, скромно приуменьшив сумму.

Первое, что нужно знать, чтобы быть брокером по недвижимости, специализирующимся на джикобуккене – никто не хочет там жить.

Согласно статье в японской газете «Йомиури Шинбун», джикобуккен был настолько плох для бизнеса, что недобросовестные агентства недвижимости даже подавали в суд на членов семей тех, кто покончил с собой, требуя возмещения имущественного ущерба, причиненного самоубийством[36]. Например, в префектуре Мияги агентство недвижимости прервало кремацию девушки, которая покончила с собой в съемной квартире, потребовав от ее безутешных родителей компенсации в размере более 60 тысяч долларов.

Вторая вещь, которую вы должны знать, это то, что японское законодательство требует, чтобы все риелторы информировали покупателей о любых «потенциальных проблемах». Например, совершил ли там кто-то самоубийство или был убит, а еще, нет ли поблизости якудза. Если это обязательство не выполняется, на вас могут подать в суд, а контракт может быть признан недействительным. Еще хуже, вы можете быть арестованы за мошенничество.

Поэтому очень важно не оказаться человеком, который останется ни с чем. Если вы правильно разыграете свои карты, то сможете очень хорошо заработать на несчастьях других.

По словам Кристофера Диллона, автора книги «Заземлиться: Гид по покупке недвижимости в Японии», места, где произошло убийство, самоубийство, смерть, изнасилование или другое преступление, продаются с большой скидкой. После двух переходов права собственности или просто по прошествии двух лет агенты по недвижимости чаще раскрывают эту информацию потенциальным покупателям. Именно в этом окне возможностей Сакамото зарабатывал деньги.

У Сакамото была сеть агентов по недвижимости, якудза, бывших якудза и информаторов, которые держали его в курсе проблемной недвижимости. Самые большие деньги зарабатывались на домах или общежитиях. Самоубийство в доме может снизить стоимость дома примерно вдвое. Существовало множество способов приобрести эти места за еще меньшие деньги, а затем продать их с огромной прибылью. Конечно, для этого нужен был недобросовестный лицензированный агент по недвижимости.

Как только Сакамото пронюхал о выставленном на продажу дзикобуккене, он предпринял все необходимые меры: попытался выяснить, не задолжал ли владелец, оценил, насколько хорошо известно о самоубийстве в округе, и выяснил, что необходимо знать, чтобы надавить на владельца. У него было доверенное лицо, представившееся потенциальным покупателем и непосредственно продавец.

В одном из таких случаев доверенное лицо Сакамото, которая выдавала себя за богатую домохозяйку, покупающую семейный дом, проявила дикий энтузиазм и назначила встречу, чтобы завершить сделку. Владелец по глупости не сообщил, о том, что произошло в доме. И вот, когда доверенное лицо появилось на следующей неделе, она изобразила гнев, истерику и негодование. Она заявила, что не хочет иметь с этим ничего общего, и «сделка» была расторгнута.

Затем Сакамото обратился непосредственно к самому владельцу. Он использовал самоубийство как повод для того, чтобы сбить цену. Это был дом стоимостью примерно от 900 тысяч до 1 миллиона долларов. Сакамото предложил заплатить наличными, прямо на месте, в своем кабинете, и они заключили сделку.

Разумеется, Сакамото пообещал сообщить покупателю, что в доме произошло самоубийство. Однако часто в таких случаях агентство недвижимости не раскрывало эту информацию следующему покупателю. Если покупатель обнаружит это и пожалуется в агентство, они ответят, что человек, который заключал сделку, уволился, и пообещают обязательно с ним связаться. Они будут тянуть время, надеясь, что человек забудет или не станет принимать меры. Если окажется, что покупатель собирается подать в суд, агентство недвижимости подаст заявление о банкротстве и закроется. А затем создастся новое агентство недвижимости.

Конечно, легальные агентства недвижимости всегда информируют потенциальных покупателей о прошлом этого жилья. Иногда они нанимают экзорциста (киеси), чтобы он пришел и очистил собственность в рамках сделки.

Еще одним способом заработать денег была продажа и покупка недвижимости, расположенной рядом с офисами или домами якудза. Многие не хотели жить там. Всегда есть шанс, что в них попадет шальная пуля. Это действительно привело к снижению цен на жилье.

Когда Сакамото услышал, что в дом по соседству переезжает якудза, он покупал соседнюю собственность за бесценок. Если он и якудза работали вместе, он помогал им найти новое место и предлагал плату за переезд. Через несколько месяцев, когда стоимость недвижимости возвращалась на прежний уровень, он срывал куш.

Места совершения убийства было труднее всего продать, потому что слухи расходились очень быстро. Сакамото и раньше удавалось наживаться на подобном жилье, но даже его это немного пугало. Японцы верят, что злые духи убитых, известные как онре, остаются привязаны к месту, где были убиты.

Сайго нужна была собственность, которую он мог бы себе позволить. Он сказал Сакамото, что ему все равно, сколько лет этому месту, кто умер здесь раньше или бродят ли по ночам по коридорам безногие призраки. Сайго просто хотел получить жилье, и, возможно, место рядом с парком, чтобы его сын мог где-нибудь играть.

Сакамото немного подумал и усмехнулся.

Сайго почти увидел, как в голове Сакамото загорелась лампочка, когда он вернулся и указал на многоэтажку в пятнадцати минутах езды от офиса, где Сайго будет работать. Он показал Сайго фотографии интерьера и планировки. Цена была очень разумной, и он предложил ему необычайно выгодную сделку: никакого залога и никаких вопросов.

У Сайго был только один вопрос, и он не имел никакого отношения к истории этого места. Есть ли здесь достаточно большое парковочное место для «Мерседеса»? Сакамото заверил его, что есть.

– На самом деле парковочное место такое большое, что в нем можно уместить и «Мерседес» и велосипед. Даже катафалк.

Сайго снял квартиру.