Не всё золото…

Бегать по подвалам — это не то же самое, что по недостроенным этажам. С тех пор, когда я этим в последний раз занимался, прошло много лет. Я значительно увеличился в объёме. И прирос не только в талии. К слову, та часть спины, где она теряет своё приличное название, пролетала в узкие окна со свистом. А вот с плечами дело обстояло иначе. Плюс оружие, которое совсем не придавало манёвренности. Хорошо хоть, рюкзак догадался оставить в машине.

Нырнув рыбкой в очередной пробой, подготовленный для прокладки коммуникаций, я ушёл в кувырок и наконец-то поймал момент, ради которого сунулся в тесное, тёмное пространство. Тварь, что гналась за мной, со всего размаха втиснулась следом, но дальше дело не пошло. Слишком уж массивная грудина для таких узких щелей.

— Ну и чё? — резко осмелел я и вместо того, чтобы выстрелить, влепил синему прикладом по роже. — А? Нравится тебе? Нравится, падла⁈ Могу повторить!

На сей раз я приложил тварь с ноги. Увесистым таким маваши, аж в щиколотке загудело.

Монстр взревел и задёргался так, будто собирался порвать в клочья бетонную стену. А когда посыпалось крошево, я отбросил шутки и, вскинув оружие, пустил пулю прямо ему в лоб. Тот дёрнулся и обмяк, а я принялся водить лучом фонаря, осматривая помещение, в котором оказался.

Вперёд уходил узкий коридор, по обеим сторонам которого располагались крохотные коморки. Далее снова глухая стена — и вот незадача: в ней не оказалось пробоя под трубы. Скорее всего, я уже добрался до торца здания, и теперь у меня лишь один выход: обратно на улицу. Можно, конечно подождать, пока растает синий, и вернуться тем же путём, но это идея так себе. Выживает тот, кто двигается. Эту истину я тоже усвоил и очень хорошо. За год жизни в Мешке я на многое насмотрелся, и чаще всего те, кто прятался по углам, подыхали первыми. А уж сколько сгинуло караванщиков, которые любили кататься одним и тем же маршрутом — вообще не счесть.

Во внешнем мире среди водителей ходила поговорка: лучшая дорога — та, которую ты знаешь. Так вот, в Мешке она не работала. Даже сейчас с имеющимся якобы безопасным маршрутом я всё равно влип в неприятности. Но увы, в данной ситуации выбора у меня не было. Как ни крути, а в портал нырнуть нужно. А вот идея тормознуть и вступить в схватку явно была не лучшей. Но теперь уже поздно о чём-либо жалеть. Как говорится, шпарим дальше!

Выход в подъезд оказался на высоте вытянутых рук, а лестницу сюда смонтировать ещё не успели. Впрочем, и вряд ли станут доделывать.

Ухватившись за край бетонной плиты, я подтянулся и осмотрел площадку у входа. Улица практически не просматривалась, но того, что я увидел, хватило, чтобы поспешно нырнуть обратно. Однако меня заметили, и едва моя голова скрылась, над ней со свистом пролетел кирпич, брошенный жёлтой тварью.

— Мелкий чмошник! — выкрикнул я, привлекая внимание.

Это могло показаться глупой идеей, но только на первый взгляд. На самом деле сейчас моя позиция была максимально выгодной для сражения с тупым, преисполненным яростью противником. Один вход, который прекрасно простреливается, спина прикрыта на сто процентов, и вокруг — нерушимая бетонная защита.

— Спасибо, дорогая, — поблагодарил я супругу за всю науку, что она неустанно вбивала мне в голову.

В данный момент благодарность я выражал за грамотную подборку оружия. Не зря она заставила меня сменить долбаного «Пустынного орла» на короткий дробовик. Что бы я сейчас делал с той махиной, ума не приложу. Да, мощный, да, лупит будь здоров. Но вы попробуйте из него во что-нибудь попасть хотя бы с двух десятков метров. То ли дело картечь, которая накрывает сразу весь дверной проём. Да и убойная сила — будь здоров.

Гнома, который сунулся первым, попросту смело от входа, размазав его потроха по площадке. Следом на грохот явился синий, но у него тоже не было ни единого шанса. Заряд картечи натурально разворотил его рожу в мелкую труху. С красным тоже не возникло проблем, тем более что в подъезд он полез, упав на четвереньки. Вот уж поистине самая тупая тварь Мешка, несмотря на огромную силу.

Небольшой паузы между выстрелами хватало, чтобы каждый раз вставлять новый патрон в приёмник. И да, с тех пор, как я провалился в этот проклятый мир, перезарядка перестала быть для меня проблемой. Гюрза строго следила за тем, чтобы я ежедневно тренировался, при этом каждый раз вставала со мной в пару и показывала мастер-класс.

Пластиковая обойма, что была прикреплена сбоку дробовика, быстро опустела. В ход уже пошли зажигательные, но возгорания я не боялся. Здесь не было ни единой деревянной детали, а бетон, как известно, горит очень неохотно, если такое вообще возможно.

Телами тварей практически забаррикадировало выход, но новые противники не прибывали. Смущало лишь едва слышимое копошение за пробоем, где неспешно испарялась застрявшая туша синего. И тем не менее я сместился таким образом, чтобы держать под контролем оба направления.

В ушах звенело, но на этот раз обошлось без контузии. Дробовик хоть и жахает громко, но заряд у него дозвуковой, и по мозгам так сильно не лупит. Мне уже тысячу раз предлагали обзавестись специальными наушниками, чтобы избегать подобных казусов. Вот только неудобно мне в них, бесят, особенно при активном движении. Постоянно сползают, уши потеют… Короче, ну их. На крайний случай есть микс, а остальное можно стерпеть. Тем более постоянный приём зелёной пыли уже знатно повысил порог восприимчивости. Ещё год-два — и я спокойно смогу выдержать залп из гаубицы. Не в том смысле, что снаряд грудью остановлю, речь всё ещё про контузию.

Наконец туша синего истончилась настолько, что проём смог протиснуться уродливый карлик. Судя по всему, последний противник, так как никто больше ко мне не совался.

— Привет, — произнёс я и вдавил спуск.

Мелкого разнесло, будто гнилой арбуз, даже в лицо ошмётки прилетели. Для верности я выждал пару минут. А убедившись, что опасность миновала, выудил ультрафиолетовый фонарик и принялся собирать трофеи. Итого поднялся я знатно, хоть затраченные патроны всё ещё не окупил.

До сих пор не могу понять, как зарабатывают охотники. Это же нужно каждую тварь с первого выстрела укладывать. Нет, возможно, конечно, но не так-то просто, как кажется на первый взгляд. С другой стороны, у них опыт и свои секреты, которыми они не спешат делиться. Было бы это невыгодным занятием — вряд ли бы люди этим занимались.

Я насчитал сорок два камня, включая два прозрачных. Как и где я умудрился завалить второго, ума не приложу.

— Ни фига себе отряд самоубийц, — пробормотал я, рассматривая добычу. — А с какого хрена вы здесь ошивались в таком количестве? Неужели нычка?

Я скинул трофеи в боковой карман рюкзака: пригодятся в форте, чтобы заправить машину и пожрать. Заодно вытянул из него патроны для дробовика и добил ими обойму. Магазины для автомата пока пополнять не стал — их у меня достаточно: два в разгрузке и полный в приёмнике автомата. Пистолет я вообще использовал всего раз, чтобы замочить застрявшего синего. Однако чистить и смазывать теперь всё оружие. Впрочем, не самое плохое занятие на вечер, хоть и нудное до невозможности.

Некоторое время я стоял у пикапа в задумчивости, а затем мазнул рукой и прыгнул за баранку. Некогда мне здесь шариться в поисках нычек. Засечь бы тварей издалека, сразу, тогда можно было бы понять, где конкретно искать. А так я здесь до утра зависну, и не факт, что удачно. Кстати, о птичках…

Я всё же выбрался из салона и, прикрыв глаза, несколько раз крутанулся вокруг себя. А когда раскрыл веки, взгляд упёрся в балкон третьего этажа практически завершённой высотки. Определив подъезд и квартиру, я поднялся по лестнице и замер на входе с кровожадной ухмылкой.

— Вот уж повезло так повезло, — выдохнул я осматривая ящики, заполненные гранатами.

Спускать их на горбу, бегая туда-сюда по лестнице, не было ни сил, ни желания. Но ведь я же на стройплощадке, и здесь есть всё необходимое, чтобы избавить себя от лишних телодвижений. Отыскать ведро и верёвку труда не составило. И вскоре я уже спускал первую партию, которую загрузил в него россыпью, словно картошку. И нет, я не боялся, что подорвусь, ведь такие вещи транспортируются в разобранном виде. Запалы, завёрнутые в промасленную бумагу лежали сваленные в кучу неподалёку, дожидаясь своей очереди.

Даже не скажу точно, отчего я взмок: от беготни по лестнице или дождя? Но к окончанию погрузки влага ручьями стекала вдоль позвоночника прямо в трусы. Я потерял пятнадцать минут на бой с тварями и два часа на то, чтобы перетащить гранаты в пикап. Может и в самом деле лучше было спускать их прямо в ящиках?

— Так, что у нас там дальше по плану? — Продолжая разговаривать сам с собой, я разглядывал карту.

А всё было просто. Второй переход открывался буквально в пяти километрах от моей настоящей позиции и выводил практически к нужному форту. Единственный момент, который меня смущал, так это время образование прохода: всего за двадцать минут до рассвета. Впритык, чтобы добраться до форта. Но есть ещё загвоздка: ворота закроются раньше, чем я выпрыгну из портала. А значит, нужно искать другой вариант, чтобы пересидеть день. С этим у меня был полный порядок, так как я уже точно знал, где поблизости находится бункер гражданской обороны.

— Мог бы и не спешить, — вздохнул я и запустил двигатель.

Гранаты весело побрякивали на выбоинах, каждый раз вызывая у меня довольную улыбку. Сплавить их в лавку проблем не составит. Такой товар у меня с руками оторвут, и я знатно поправлю своё финансовое положение. Лишь бы у них наличка водилась. Можно, конечно и в администрацию сдать, но ценник там занижен почти вдвое.

Так, гоняя приятные мысли, я добрался до последней точки перехода. Выбравшись из машины, отыскал подходящую позицию для наблюдения и перегнал туда пикап. А чтобы время не пропадало даром, принялся набивать опустевшие магазины для автомата. Занятия хватило минут на двадцать, и я решил вскрыть банку тушёнки, чтобы ещё немного скоротать ожидание.

Всё-таки во внешнем мире сидеть без дела в кабине грузовика было куда как проще. Врубил какую-нибудь киношку на телефоне — и балдей, пока твоя очередь не подошла. Поспать, опять-таки, можно. В Мешке такой номер не пройдёт. Чуть зазевался, отвлёкся на какую-нибудь ерунду — и всё. Твари словно чувствуют, когда жертва сама напрашивается к ним в зубы.

Прошла целая вечность, но когда я бросил взгляд на часы, оказалось, что миновало всего пять минут. Я с шумом выдохнул и положил подбородок на руль. Как же тошно одному… С Гюрзой такие моменты проходили незаметно. Интересно, как она там? Жива ли? Всё ли с ней в порядке? Да, у неё удивительная способность к выживанию, но я всё равно волнуюсь. Да и Дьякону я особо не доверяю. Редкостный козлина, который думает только о себе. Впрочем, как и бо́льшая часть человечества.

* * *

Я едва дождался, когда откроется портал, но всё же нырять в него с ходу не стал. Для верности выждал немного, чтобы в очередной раз не столкнуться с тварями на другой стороне. А когда убедился, что всё в порядке, медленно повёл пикап к мареву, висящему над мокрым асфальтом.

Вывалившись на другой стороне, я осмотрелся, чтобы понять, где нахожусь и куда следует ехать. Сердце кольнуло лёгким чувством ностальгии, потому как это район я узнал. Вон в тех пятиэтажках я впервые почувствовал дыхание смерти, и если бы не Мост, наверняка бы уже сдох.

— Так, — выдохнул я. — Значит, форт у нас там, а мне нужно туда.

Определив направление, я лихо развернулся на широкой дороге и повёл пикап в сторону убежища. Как только выскочил из спального района в деловой, на следующем перекрёстке свернул вправо и через квартал оказался в промзоне. А вот и здание конторы, под которой организовано прекрасное бомбоубежище, к тому же даже с электричеством.

Пикап я бросил на стоянке, совершенно не переживая за его сохранность. Твари водить не умеют, а днём угонять машину некому. Ну подумаешь, потопчутся по крыше и в кузове, невелика беда.

Нырнув в здание конторы, я направился к подвалу. Спустился по лестнице и отыскал обрамлённый железом проём, ведущий к очередному спуску. Я не спешил, так как времени было с запасом, целых пять минут. Но очутившись перед защитной переборкой, почувствовал, как душа уходит в пятки. Она оказалась закрыта. Не душа, конечно, а толстая дверь, призванная укрыть людей от воздушно-ударной волны. Впрочем, её можно открыть снаружи, если иметь специальную рукоятку. Вот только её, скорее всего, забрали с собой те, кто уже спрятался в бункере.

— Да чтоб вас черти дрючили! — закричал я и взялся долбить прикладом в тяжёлую створку. — Эй, вашу мать, пустите!

Я не был уверен, что внутри меня слышат. Звук выходил очень глухой из-за того, что перегородка имела толщину в полметра. Она состояла из листового железа, сваренного по типу короба, а внутрь был залит бетон. Такую даже танком не пробить. Хотя прямое попадание она вряд ли выдержит, всё-таки предназначение у неё несколько иное.

Слава всем богам, что Мешок наградил меня таким полезным талантом, как удача. Она, конечно, женщина капризная, но мне благоволит. Люди внутри услышали мои мольбы. В глубине тоннеля, за стеной, загудел редуктор, и створка плавно поползла в сторону. Как только проход открылся достаточно для того, что в него можно было протиснуться, я заскочил внутрь и снова завопил:

— Закрывайте!

Кажется, меня не услышали, потому как бронированная дверь продолжала открываться. И я рванул вперёд по тоннелю, имеющему аж три крутых поворота под девяносто градусов.

Такая конструкция тоже неслучайна. Если вдруг воротина, что осталась за спиной, не выдержит ударной волны, её погасит коридор.

Точно такой же, извилистый, смягчающий энергию взрыва, располагался перед затвором.

— Закрывай! — повторил мои слова мужик, ожидающий меня у гермодвери.

Как только я влетел внутрь, он захлопнул её и взялся вращать штурвал, прижимая створку к уплотнителю. В ушах тут же зазвенело, и я предпринял попытку зевнуть. Это ещё одна защитная система бункера противоядерной обороны. Правда, я понятия не имею, зачем они его запустили. Заключается оно в том, что давление воздуха внутри фортификации выше, чем снаружи. Таким образом заражённый воздух не может сюда попасть.

— Вы зачем режим нагнетания врубили? — спросил я.

— Чё? — не понял вопроса мужик, который стоял у пульта.

— Ясно, — усмехнулся я и вручную открыл клапан сброса давления.

Сразу полегчало, а вот те, кто уже укрывался в убежище, напротив, начали открывать рты, чтобы избавиться от звона в ушах.

— Ты чё сделал? — удивлённо уставился на меня первый, который встречал у двери.

— На циркуляцию переключил, — ответил я и протянул ему руку. — Руль.

— Дрон, — представился он.

— Вилы, — кивнул мужик у пульта.

— Да ты проходи. — Дрон махнул рукой в сторону широкой залы.

— Спасибо, что пустили, — поблагодарил их я.

— Да брось, — смущённо улыбнулся он. — Это нормально.

— Ты давно здесь? — поинтересовался я. — В смысле: в Мешке.

— С месяц примерно.

— Тогда ты ещё не раз удивишься местным обычаям, — усмехнулся я и прошёл в общую залу.

— А ты? — бросил мне в спину Вилы.

— А что я?

— Ну это, как его… — замялся он. — Ты-то здесь сколько?

— Чуть больше года.

— Крутой, — покивал Дрон.

— А вы чего здесь ютитесь? — продолжил выспрашивать я. — Здесь ведь до форта рукой подать.

— Нельзя нам в форт, — вздохнул Вилы. — В розыске мы.

— Да ты не волнуйся, — поспешил успокоить меня Дрон, — это случайно вышло.

— Завалили кого? — с пониманием кивнул я.

— Ну такое… — неопределённо покрутил пальцами в воздухе Вилы.

— А про бункер вам кто рассказал? Новички практически ничего о них не знают.

— Добрые люди подсказали.

— Ясно, — выдохнул я. — И давно вы здесь?

— Третьи сутки, — ответил Вилы. — Вот думаем теперь, где пожрать взять и патроны. Пробовали на трассе поторговаться, да там не очень любят с бродягами общаться. Пару раз чуть не пристрелили даже.

— Подохнем мы здесь, — тяжело вздохнул Дрон. — Как пить дать — подохнем. Или твари схарчат, или свои же пристрелят. Слушай, а может, ты нам что-нибудь продашь? Ну, в качестве благодарности за спасение…

— Простите, мужики, но я сам последний хрен без соли доедаю. Жратвой поделюсь, а вот с патронами у самого туго.

— А ты чего в форт не пошёл? — подозрительно прищурился Вилы.

— Не успел, — пожал плечами я и принялся стягивать с себя мокрую одежду. — Если хотите, я могу завтра вечером вам закупку в форте сделать.

— Было бы неплохо, — согласился Дрон.

— А вообще, советую вам на запад идти, вот по этим координатам. — Я записал карандашом цифры на одной из распечаток Меркатера. Мне они больше не нужны, а им всё равно ничего не скажут. — Там форт есть, Дикий запад называется. Законы в нём соответственные, как во времена ранней Америки. Так что вас без проблем пропустят и за преступление не предъявят. Хотя точно утверждать не стану, как доберётесь, лучше на месте поспрашивайте.

— Да мы туда пилить год будем! — посмотрев на цифры, возмутился Вилы. — Это же через весь Мешок чуть ли не по диагонали идти!

— Тогда только пираты, — вздохнул я. — Но до них тоже путь не близкий. Они сейчас все в центральном районе трутся.

— Что ещё за пираты? — переспросил Дрон.

— Те, кому нет места в приличном обществе.

— А вот хамить не обязательно, — нахмурился Вилы.

— Да я же без задней мысли, мужики, — повинился я. — Просто вариантов у вас немного. Либо искать форт, где вас не вздёрнут на воротах, но таких здесь не много. Либо примкнуть к тем, кому давно прописали петлю на шею. Можно ещё сдохнуть в битве с тварями, но думаю, такой вариант вас не устроит. Оправдаться у вас вряд ли получится, да и никто слушать не станет. Убийства здесь не прощаются.

Они замолчали. Я не стал мешать им думать и начал развешивать одежду над обогревателем. Затем уселся за стол и принялся разбирать оружие, чтобы почистить. Мужики внимательно за мной наблюдали, будто впервые видели, как разбирается автомат. Впрочем, не удивлюсь, если их стволы засраны по самое не балуйся. Такое здесь тоже частое явление.

Они показались мне хорошими людьми, и я вдруг решил, что обязательно им помогу. Уж не знаю, будет ли от этого прок, но что-нибудь сделать я обязан. Не потому, что я весь такой из себя добряк, просто я бывал на их месте и знаю, каково это. А второго шанса они вроде как заслуживают. Ну оступились, с кем не бывает? Да и как знать, вдруг это проверка от высших сил?

— Короче, мужики, — решительно произнёс я. — Завтра вечером я закуплю вам провизии в путь и скину свою тачку.

— Почему? — Вилы снова удивлённо уставился на меня. — Нет, в смысле, спасибо, конечно! Но с чего вдруг такие почести?

— В качестве благодарности, — усмехнулся я. — Ведь вы могли меня не пускать. А вообще не знаю, просто настроение хорошее. Да и как знать, вдруг наша встреча не случайна?

— Я в эту хрень вообще не верю, — отмахнулся Дрон. — Судьба — и всё такое…

— Ну и зря, — буркнул я, выкладывая на стол банку тушёнки и пачку макарон. — Кто из вас сегодня дежурный по кухне?

— Ща запарим, — потёр ладонями Вилы и включил электрическую плитку. — А ты сюда на тачке приехал?

— Угу, — ответил я, собирая вычищенный автомат. — На стоянке у конторы стоит.

— Ясно, — ответил Вилы, вонзая нож в жестяную крышку.

Мы спокойно поужинали и разошлись по углам. Не в обнимку же нам спать ложиться, в самом-то деле. Да и мой первый опыт беззаботного сна в Мешке стал прекрасной наукой о том, что здесь никому нельзя доверять. Разговор как-то не клеился, и трепались мы ни о чём, даже мерзкую погоду обсудили.

А ещё мне перестала нравиться их компания. Нет, дело вовсе не в том, что они туповаты. Просто после того, как мужики услышали про тачку, их поведение изменилось. И без того странное, оно начало вызывать всё больше подозрений. Ну а когда после ужина они вдруг резко засобирались на боковую, при этом бросая друг на друга многозначительные взгляды, я окончательно убедился, что этот день спокойно не закончится.

Тем не менее я подхватил свой рюкзак, оружие и занял двухъярусную койку в дальнем углу. Лёжа на спине, я размышлял, решатся ли они вскрыть мне глотку, как только я усну, или это всё лишь моя паранойя? Автомат я благоразумно положил рядом, таким образом, чтобы взять его можно было, только потянувшись через меня. Дробовик сунул под кровать вместе с рюкзаком, а пистолет, естественно, под подушку.

Время шло, но никто ко мне не приближался. По бункеру разносился мерный гул вентиляции, от которого тянуло в сон. Но я крепился, стараясь держать глаза открытыми. Даже когда из противоположного угла раздался храп, я всё равно не смыкал глаз. Возможно, я перестраховываюсь, жертвуя отдыхом, но это ничего, в форте отосплюсь. Лучше так, чем на том свете.

На всякий случай я решил тоже изобразить храп — и не прогадал. Сопение тут же сменилось тихим бормотанием, а вскоре раздался скрип пружин. Я даже немного похрюкал, делая вид, будто меня это побеспокоило. Приятели тут же замерли и затаили дыхание, по крайней мере, мне так показалось.

Старый бетон — очень коварная штука, особенно, если его не подметать. Со временем он начинает крошиться, и вся эта труха обязательно захрустит под ботинком в самый неподходящий момент. Именно этот звук я и услышал, но виду не подал, продолжая притворяться спящим. Для верности я даже веки прикрыл, оставив лишь крохотные щёлочки, сквозь которые проступали едва заметные силуэты. Зато со стороны можно было решить, что я действительно дрыхну без задних ног.

От храпа уже начало побаливать нёбо, но я терпел. Даже когда надо мной нависли два тёмных силуэта, я не пошевелился. Но как только один из них пригнулся, поднося тускло блеснувший в полумраке клинок к моему горлу, я начал действовать.

Пистолет уже был заряжен, и даже взведён и снят с предохранителя. Я упёр ствол в грудь Дрона, который пытался вскрыть мне глотку, и дважды вдавил спуск. Выстрелы разорвали тишину, а разбойник рухнул замертво, не издав при этом ни звука. Вилы в страхе отскочил и выставил ладони перед собой в примирительном жесте.

— Тихо, братан, ты всё не так понял, — затараторил он. — Мы же просто хотели пошутить.

— Дебилы вы, — поморщившись, произнёс я. — А ведь я на самом деле хотел вам машину отдать.

— Прости, бро…

— Бог простит, — ответил крылатой фразой я и пустил ему пулю между глаз.

Некоторое время я сидел на кровати, рассматривая тела, и силился хоть как-то оправдать их поступок. Увы, ничего дельного в голову так и не пришло. Я даже не мог понять, за каким хреном они меня в бункер пустили, пока не начал избавляться от тел. Нет, расчленять и смывать кусочки в унитаз я не стал, а просто отволок в дальнюю комнату с надписью «Склад», чтобы не спать с покойниками в одном помещении. Здесь-то и обнаружил ответы на мучившие меня вопросы.

Несколько рюкзаков занимали один из стеллажей, а на соседней полке в беспорядочном состоянии лежало оружие. Вещи в сумках скомканы, будто их сунули туда одной кучей, чтобы не валялись под ногами. Думаю, так и было, после того как Дрон с Вилами выгребли из них всё ценное. Скорее всего, путников они убивали не только здесь, но сюда стягивали трофеи. Я насчитал двенадцать рюкзаков, и мой должен был стать тринадцатым.

— Сволочи, — прошипел я и пнул труп Дрона. — Радуйтесь, что легко отделались.

На самом деле, легко отделался я. Ведь прими они пыль перед тем как напасть на меня, бой мог пойти по совсем другому сценарию. Снова удача? Или всё-таки непроходимая тупость противника? Как знать?

Я вернулся в кровать и ещё долгое время не мог уснуть, прокручивая в уме произошедшее. И всё никак не мог понять, почему люди выбирают такой образ жизни? Лёгкие деньги? Да я бы не сказал. Риск в подобной деятельности гораздо выше, чем в охоте на неразумных тварей. В Мешке даже срать без оружия не ходят. Тогда почему? Что такого должно было случиться, чтобы эти двое решили стать разбойниками?