— Фрегаты на рубеже атаки, — проговорила Элия.

Андрей бросил взгляд на карту с изображением противника. Сообщение передавалось и циклично повторялось, но, видимо, пока не принесло успехов. Оставшийся эсминец Новой Федерации тоже не спешил вступать в бой, устремившись навстречу фрегатам. Скорее всего, капитан посчитал нерациональным вступать в бой с «Перуном» до соединения с группой преследования. Андрей не стал ему мешать. Он надеялся, что кто-то из этого флота тоже пожелает присоединиться к этому маленькому восстанию.

— Первыми не стрелять. Только ответный огонь. Что там с захватом? — Андрей перевёл взгляд на связиста.

Тот некоторое время молчал, вслушиваясь в голос в наушниках, после чего снял их и проговорил:

— Один эсминец захвачен. На корабле оставлена группа управления, но это неполная команда. Остальные десантируются на оставшийся эсминец, там ситуация сложнее.

Андрей кивнул. Это была хорошая новость — значит, не весь их план превратился в ловушку. Но вот эсминец и фрегаты представляли серьёзную проблему. Он мог, конечно, плюнуть на всё и просто уйти вместе с захваченными судами, но почему-то был уверен, что если здесь не решить эту проблему, она обязательно всплывёт в другом месте. А капитану этого хотелось меньше всего.

— Навигатор, расположить эсминец по этим координатам, крейсеру передать вводные, — Андрей жестом отправил пакеты данных навигатору и связисту.

Услышав короткое «Есть», он стал наблюдать за обзорными экранами, задумчиво стуча пальцами по подлокотнику. Ситуация, как всегда, была не особо весёлой. Но в этот раз у него хоть был небольшой мини-флот. Если вообще можно считать таковым один крейсер и два эсминца, один из которых не был в полной боевой готовности. Андрей усмехнулся. Ему приходилось справляться и в более невыгодных условиях, так что сейчас он даже в полном шоколаде.

Через несколько минут эсминец занял указанную позицию, как и крейсер, что держался чуть позади, словно в тени своего собрата. К этому построению присоединился и второй эсминец, носивший имя «Королева Мария».

— Капитан, ждём приказов, — раздался молодой голос из динамиков. Это эсминец «Королева Мария» подключился к общей командной сети.

В отличие от капитана крейсера, который пока не был допущен к общей сети, временный капитан эсминца уже завоевал доверие. Андрей перевёл взгляд на тактическую карту. Там уже изменились обозначения некоторых объектов. Крейсеры, команды которых покинули их, были окрашены Ватсоном в серый. Небольшой флот из «Перуна», «Королевы Марии» и крейсера окрасились в зелёный. Но крейсер был обведён красным пунктиром. Как и Андрей, Ватсон не мог назвать этот корабль полностью союзным. Оставшийся эсминец, на котором продолжался абордажный захват, был обведён серым пунктиром, а сам обозначался как чёрный. Ну а шесть фрегатов и один эсминец оставались красными. Они располагались напротив построения кораблей Андрея.

— Группа преследования встретилась с эсминцем. Он разворачивается и занимает место в построении. Но они почему-то остановились и не продолжают сближение, — доложила Элия, удивлённо посмотрев на Андрея. Она думала, что после встречи с эсминцем флот противника перейдёт в наступление, но почему-то он занял выжидающую позицию.

Андрей тоже не понимал, что задумал командир этого небольшого флота. По всем учебникам у противника было небольшое преимущество в количестве. А вот в огневой мощи они были примерно равны. И если правильно использовать количественное преимущество, то Андрею и его команде придется нелегко. Но враг не спешил.

Андрей внимательно изучал метки. Шесть фрегатов Новой Федерации и один эсминец — мощная, слаженная группа, идущая на подавление. Их построение, «Заслон», при котором два фрегата становились авангардом, а ещё по два фрегата по флангам выстраивались в линию, с эсминцем в центре, было идеальным для быстрого наступления.

Андрей прищурился. Он не мог понять, что именно задумал противник. Или, может, враг просто решил перейти в оборону? И их командир, явно не дурак, решил подождать, пока ситуация не прояснится.

Андрей мысленно оценил свои силы. «Перун» являлся основным ударным кораблём в его группе. Второй эсминец, «Королева Мария», был ценным союзником, но с неполной командой и, скорее всего, его системы не были полностью отлажены. А торпедоносный крейсер… Это был опасный зверь, способный торпедным залпом переломить любую схватку. Но его лояльность всё ещё была под вопросом. Неизвестно, как он отреагирует на то, что придётся бить уже бывших соратников. Время, драгоценный ресурс, утекало сквозь пальцы. Он не мог вечно стоять в ожидании: чем дольше они здесь возятся, тем больше шанс, что к противнику прибудет подкрепление из остатков флота Новой Федерации.

Андрей выдохнул, сжимая пальцами подлокотник. Все эти решения, командования… Он не обучался этому, не был готов к такому. Всё, что им двигало с первого дня пробуждения, была месть. Он хотел отомстить, заставить врага ощутить то же самое, что ощутил он, сидя на руинах собственного дома. Но по мере того как он двигался по этому пути, в его жизни стали появляться те, за кого он нёс ответственность. Сначала это была небольшая команда «Перуна». Потом Дрея и лааарискай. А сейчас люди. Те, кто доверился ему. Кто принял его командование, хотя по факту не обязан был этого делать. Если раньше он бы, не задумываясь, бросился в бой, пробивая построение противника, выжигая всё, до чего дотянется, то теперь он был не вправе так поступать.

— Установить связь с противником. Посмотрим, сможем ли мы договориться, — проговорил Андрей, отпуская побелевшими пальцами подлокотники кресла.

— Есть, — ответил связист и замолчал на несколько секунд. После встрепенулся и, повернув голову, произнёс: — Связь установлена.

— Вывести на главный экран, — скомандовал Андрей, невольно поднявшись с кресла капитана.

На главном экране рубки появилось изображение. Голограмма женщины лет сорока. Её длинные русые волосы были небрежно, но крепко собраны в хвост, а несколько выбившихся прядей падали на лоб. На лице не было ни намёка на косметику, и это ничуть не уменьшало её привлекательности. В её узких глазах читались опыт и усталость. Строгая чёрная форма с серебряными знаками отличия вице-адмирала сидела на ней как влитая, подчёркивая каждый изгиб тела. Было ясно, что это не просто одежда, а часть её само́й — она носила её с достоинством, привычно и уверенно.

— С кем имею честь? — проговорила женщина.

Голос женщины был спокойным и ровным, но в нём чувствовалась стальная твёрдость, присущая людям, привыкшим отдавать приказы и не знающим возражений. Он звучал чисто, без помех, разносясь по рубке с уверенностью, которая могла принадлежать только человеку её ранга.

Андрей кашлянул. Раньше он видел вышестоящее командование только на построениях, а здесь вот пришлось лицезреть и адмирала, и вице-адмирала. Только вот последняя больше походила на истинного офицера той Федерации, что помнил капитан.

— Капитан «Перуна» и командир этого небольшого флота Андрей Фокин, — представился капитан, пряча руки за спину и ставя ноги на ширине плеч. Так как это делал всё время Ватсон.

— Вы мятежник, капитан. Вы понимаете это? — её взгляд вцепился в фигуру Андрея.

Он невольно сжал кулаки за спиной, но сам постарался не подать виду. Сейчас он не просто пилот, и пора уже принять эту судьбу. Он капитан. Пусть и не поставленный правительством Федерации, но выбранный судьбой. Он выдохнул и отрицательно покачал головой.

— Не могу согласиться, вице-адмирал. Если смотреть со стороны законов Федерации, мятежники именно вы. Вы предали идеалы и превратили имя нашей Родины в этот фарс. Не я. Я надеялся найти здесь тех, кто помнил и любит Землю. А нашёл жалких пиратов и рабовладельцев, — Андрей чеканил каждое слово, хотя в уме он лихорадочно их подбирал.

Каждое слово имеет вес. Не слушайте тех, кто говорит обратное. Слово может начать войну. Слово может её закончить. И только от говорящего зависит то, как это слово будет использоваться. Андрей не хотел, чтобы война между Старой Федерацией и Новой переросла в вечное противостояние, и поэтому понимал, что чем больше перейдёт на его сторону, тем быстрее это кончится.

Вице-адмирал слушала Андрея, не перебивая, только иногда хмурясь, словно пытаясь понять сказанное капитаном. Она ещё несколько секунд молчала и потом заговорила:

— Я застала только конец той Федерации, о которой вы говорите, капитан. И зарождение этой, — она движением руки показала на окружение, словно имея в виду всю систему. — Я сражалась за Адмирала, за Новую Федерацию.

Она усмехнулась и задумчиво посмотрела на других в рубке «Перуна». Андрей не видел команды этой женщины, но вот она видела его людей. Может, в этом и был его просчёт? Капитан смотрел на женщину перед собой и не мог понять, она была врагом или нет. Что-то в ней было не так. И Андрей пока не мог понять, что именно.

— А за это ли вы сражались, вице-адмирал? За то, что вы видите сейчас? — капитан сделал пару шагов вперёд, словно желая подойти ближе. — Вы эти идеалы поддерживали? Смерть, тирания, власть избранных?

Вице-адмирал покачала головой. Она подняла взгляд на Андрея и, вздохнув, ответила:

— Нет. Конечно, нет. Но разве выживание человечества не требует жертв?

— Это не выживание, вице-адмирал. Это существование. Вы отринули всё: память, боль. Закрылись в далёкой системе в надежде, что вас никто никогда не найдёт. Это не жизнь. Там, за этой системой, остались враги, которые приняли свою победу как должное. В то время как здесь, в этой богом забытой системе, вы просто… существуете. Подумайте, кому хорошо в этой системе? Только адмиралу и его приближённым. Вам тоже хорошо? — Андрей прикрыл глаза, успокаивая сердцебиение.

Он чувствовал на себе взгляд не только вице-адмирала, который словно проникал в самую душу, но и взгляды людей из его команды. Они смотрели на Андрея с задумчивостью, словно пытались ответить на те же вопросы, что получила вице-адмирал. Она стояла, смотря на мужчину и задумчиво покусывая нижнюю губу.

Она сражалась… А за что она сражалась? Громкие разговоры о том, что старая система прогнила, что Новая Федерация станет опорой и новым шагом к восстановлению. А на деле? Безумец во главе, разделение на касты, где высшая получает всё, а другим — лишь крохи. Она закрывала глаза на это годами. Не обращала внимания на то, что её соратников сажают на тюремные транспортники только потому, что они были глупы и высказывались против адмирала. Они просто пропадали, а ей говорили, что они коррупционеры и преступники. Годами она просто принимала эту реальность, забыв, что всё может быть иначе. А здесь появился он. Человек, который помнит и знает. Он разжигает в груди пламя сомнения. Вице-адмирал вздохнула, облизала пересохшие губы и посмотрела на Андрея.

— Я не этого хотела. Совсем не этого.

— Тогда примите правильное решение, не повторяйте ошибки прошлого. Федерация — не королевство одного короля. У нас были другие задачи и другие стремления.

— Вы правы, капитан. Я и мои люди не будем вам препятствовать, надеюсь, вы сможете… — она не успела договорить, потому что в этот момент кто-то из её команды прервал её.

— Предатель! — возглас раздался откуда-то со стороны, которая не попадала в камеру.

А потом в рубке вражеского корабля вспыхнули выстрелы, и связь прервалась. Андрей ещё некоторое время смотрел на место, где ранее было изображение вице-адмирала, после чего вернулся в кресло и устало уселся на место капитана. Какое-то противное чувство зарождалось в груди. Почему-то Андрею казалось, что во всём этом есть и его вина. Хотя почему казалось? Он был уверен, что именно он стал катализатором всего, что стало происходить в этой системе.

— Построение вражеского флота распалось. Фиксирую начавшийся бой. Сложно понять, кто кого атакует, — проговорила Элия, выводя на интерактивную карту картину происходящего.

— Восстановить связь удалось? — спросил Андрей, обращаясь к связисту.

Тот лишь отрицательно покачал головой. Андрей бросил взгляд на главный экран. Хаос. Это было единственное слово, которое могло описать происходящее. На месте, где только что стоял идеально выстроенный «Заслон», теперь творилось форменное безумие.

Три фрегата набросились на один эсминец, обрушивая на него шквал плазменных, ракетных и кинетических ударов. Вспышки орудий озаряли темноту космоса. Ещё три фрегата, вместо того чтобы присоединиться к атаке, развернулись и стремительно пытались выйти из боя.

А эсминец, окружённый со всех сторон, огрызался. Его бортовые орудия работали на полную мощность, отстреливаясь во все стороны, в том числе и по тем фрегатам, что пытались от него уйти.

В этой неразберихе и правда было сложно понять, кто является зачинщиком этого боя, а кто просто защищается. И ещё сложнее было понять, кто встал на сторону мятежа, а кто остался верен Новой Федерации. Это был не бой, а полномасштабный мятеж внутри вражеского флота, и вице-адмирал, видимо, была его причиной.

— Что будем делать, капитан? — спросил кто-то из команды.

Андрей не знал, как в этой ситуации поступить. Кто в том хаосе всё ещё оставался врагом, а кто был возможным союзником? Он не мог отдать приказ на атаку просто потому, что не знал, кого именно атаковать. Капитан устало провёл двумя пальцами по переносице.

— Ватсон, можешь взять под управление искусственный интеллект двух крейсеров?

— Могу, капитан, но эффективность в бою будет слабой, — ответил Ватсон, появившись рядом с капитаном.

— Я просто не хочу оставлять их здесь. Мы… — но Андрея прервал возглас связиста.

— Есть связь! — он рукой указал на экран, где возникла рубка.

Сначала не было понятно, что именно там происходит. Голограмма на экране мигала, вспыхивала коротким замыканием, прерывисто показывая разбросанную по рубке мебель. Где-то в глубине кадра слышались тихие стоны, сливаясь с треском повреждённых систем.

Но потом по центру изображения, сквозь помехи, появилось лицо вице-адмирала. На правой щеке красовался огромный, сине-багровый кровоподтёк. А левая бровь была рассечена, и по щеке тянулась тонкая полоска запёкшейся крови. Она смотрела прямо в камеру, и даже через искажённый сигнал было видно: в её глазах не было ни страха, ни боли — только стальная, ледяная ярость.

— Мы присоединяемся к вам, капитан. Помогите нам. Мы на эсминце. Ведём бой. Если, конечно, у вас не будет других планов, — голос вице-адмирала был напряжённым, но в нём всё ещё слышалась твёрдость, сквозь треск помех. Она смотрела прямо на Андрея со своего экрана, и в её глазах читалась не просьба, а готовность сражаться до конца, с ним или без него.

Андрей усмехнулся. Вот теперь он окончательно понял, что будет делать дальше. Его поспешный план сработал. Он не только получил новые корабли, но и нашёл сторонников. Он кивнул, и его пальцы решительно легли на пульт управления.

— Ватсон, передай «Королеве Марии»: выдвинуться на поддержку. Крейсер, навести бортовые орудия на фрегаты, что атакуют эсминец, но огонь не открывать! Подключить крейсер к командной сети!

— Есть, — в унисон ответил связист и Ватсон.

Вот теперь действительно всё стало понятно. После слов вице-адмирала вспыхнул мятеж. Видимо, команда эсминца разделилась во мнениях, и это же произошло с фрегатами. Кто-то остался верен Новой Федерации, кто-то пока не принял окончательного решения.

— Вице-адмирал, перенесите огонь на атакующие фрегаты, — проговорил Андрей, не отрывая взгляда от тактической карты. — Тех, кто хочет выйти из боя, пусть уходят.

— Это ещё почему? — Голос женщины звучал возмущённо, а её изображение на экране резко дёрнулось, словно от сильного толчка. Она не привыкла, что в бою приказы отдают ей, а уж тем более — капитан какого-то захудалого эсминца.

Андрей вздохнул. Он прекрасно понимал её гнев. Его чин, да и условно полученное звание капитана было ниже её вице-адмиральского звания, пусть даже это и было звание Новой Федерации. Он мог бы сослаться на то, что сейчас командир он, но это выглядело бы как позёрство. Впрочем, сейчас не время для церемоний.

— Потому что те три фрегата уже не представляют угрозы. Нам нужны союзники, а не новые противники, — спокойно ответил Андрей, переведя взгляд на экран. — Мы должны сосредоточиться на врагах, а не возможных союзниках. Иначе мы рискуем потерять всех, кто готов перейти на нашу сторону.

На экране вице-адмирал на мгновение замерла, обдумывая услышанное. Она некоторое время смотрела на капитана, словно желая понять его намерение, но потом кивнула.

— Поняла, капитан. Огонь перенесён.

Эсминец вице-адмирала перестал палить по отступающим, перенеся весь огонь на три оставшихся фрегата. Он обрушил на них всю свою огневую мощь.

В этот самый момент на рубеж атаки вышла и «Королева Мария». Её орудия вспыхнули, выпустив мощный залп. Снаряды и сгустки плазмы прошили космос, ударив в щит одного из фрегатов. Защитное поле не выдержало такого напора и погасло. Сразу после этого эсминец вице-адмирала дал свой залп. Мощные снаряды ударили по незащищённому корпусу. Фрегат перестал существовать.

Оставшиеся два фрегата, оценив свои силы против двух эсминцев, сделали попытку выхода из боя. Они развернулись и начали уходить в сторону.

— Крейсеру: распределить цели. Выпустить торпедный залп на опережение их курса, — скомандовал Андрей.

— Есть, — короткий и ёмкий ответ капитана крейсера раздался в рубке.

Сомнения Андрея о том, что крейсеру может не понравиться стрелять по бывшим соратникам, улетучились, словно их и не было. В этом одном слове не было колебаний, ни малейшей паузы. Крейсер ожил и начал выходить на рубеж атаки. Его огромные торпедные аппараты выдвинулись из корпусов. Они выпустили несколько тяжёлых торпед, которые стремительно полетели в сторону отступающих фрегатов. Торпеды не летели прямо на корабли, а скорее создавали преграду, пытаясь отрезать им путь к отступлению.

— Фиксирую выход из гиперпространства! — возглас Элии заставил Андрея тут же переключить внимание с боя на общую картину.

И правда, где-то в десяти-двенадцати минутах хода от места боя стали выходить в пространство корабли Новой Федерации. Первым появился исполинский силуэт линкора. Он был настолько огромен, что даже на таком расстоянии заслонял собой звёзды. За ним, словно преданные псы, из пространственного пузыря выходили сопровождающие: два тяжёлых крейсера и несколько фрегатов. Это была не патрульная группа, а полноценный боевой флот, отправленный с одной целью: сокрушить. Андрей выдохнул, невольно вспомнив их последний бой с линкором.

Они слишком долго тянули время, упустили момент, когда противник смог перебросить подкрепление. Андрей понимал, что рано или поздно им пришлось бы столкнуться с противником в бою, но рассчитывал, что это случится чуть позже. Однако они слишком долго провозились на одном месте. Времени было мало, мало для полного отступления. Но его было достаточно для перегруппировки, чтобы принять бой.

— Инженеры — в отсек! Если вообще такие здесь есть. Мне нужна от «Перуна» вся его мощь, — проговорил Андрей, и несколько человек, вскочив со своих мест, устремились к выходу из рубки управления.

«Рем… Как же тебя здесь, чёрт побери, не хватает».

Но ничего. Если… Нет, когда он победит в этом бою, он отыщет всех. Он прикрыл глаза, успокаивая сердцебиение, и после вновь вернул взгляд на тактическую обстановку.

— Всем союзным кораблям стянуться к «Перуну». Передайте Зейду: покинуть последний эсминец, — голос Андрея был твёрд. Он говорил с командной рубкой так, словно всю жизнь отдавал приказы, хотя в голове лихорадочно прокручивал уроки тактики, которые когда-то считал сухой теорией. — Взорвать его к чертям. У нас нет времени на его захват.

Он сделал глубокий вдох, глядя на тактическую карту. Капитан решил обратиться к вице-адмиралу. Несмотря на разницу в званиях и весь прошлый конфликт, Андрей знал, что она — более опытный командир. Для него это не было чем-то неправильным.

— Вице-адмирал, — проговорил он, — какие у вас будут идеи по поводу дальнейшего боя?

— Я бы воспользовалась построением «Гарпун». Выставила бы в авангард крейсер, как более защищённую единицу. Древком были бы эсминцы, — проговорила вице-адмирал.

Андрей кивнул. В этом была логика, только он слегка изменил её вариант построения, основываясь на данных о собственных кораблях. Он принялся быстро что-то набирать на панели, а после жестом отправил пакет данных связному. Тот без приказа понял, что делать, разослав его всем союзникам. Андрей поднялся и, выдохнув сквозь сжатые зубы, заговорил:

— Слушайте команду: «Перун» занимает авангард. Ватсон, активировать «Скрижаль»! Задача «Перуна» — сближение с вражеским линкором.

— Но… — попыталась возразить вице-адмирал, но спокойный голос Андрея пресёк дальнейшую попытку.

— Не перебивать! Остальные эсминцы и крейсера под управлением ИИ выполняют роль древка. Их задача — огневая поддержка, а также защита флангов, чтобы не позволить противнику проникнуть в тыл, — Андрей остановился, чтобы набрать снова воздуха. Сердце бешено колотилось, но отступать уже было некуда. — Единственный полностью боеспособный крейсер занимает построение на фланге, его задача — поддержка эсминцев и, по возможности, занять боем тяжёлые крейсера противника. Нам придётся сразиться быстрее, чем я думал, но лучше так.

Он замолчал, и на мостике воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь гулом систем. Адреналин, который мгновение назад гнал его речь, теперь уходил, оставляя после себя дрожь в руках и пустоту в груди. Он устало опустился в кресло капитана. Кресло, которое ещё недавно казалось ему чужим.

Андрей прикрыл глаза. Он, обычный пилот, только что отдал приказ, который поставил на кон жизни сотен людей. На удивление даже вице-адмирал подчинилась его приказу. Теперь он нёс ответственность за них всех. За Ватсона, за Элию, за Дрею, за экипаж «Королевы Марии». За всех людей, которые только что восстали против своей власти и приняли его как лидера. Вся тяжесть его выбора опустилась на его плечи, и он впервые в полной мере осознал, что отныне он в ответе за них.

* * *

Зафиксировано: изменение тактической схемы. Субъект: Σ-3 далее Объект-Ядро.

Распознавание построения: Тактическая Схема-37.

Зафиксировано: активация защитного протокола. Тип: Протокол-Щит-Ракси. Эффективность: 99.8 %.

Приоритет командира: Оптимизация тактической схемы. Задача Объекта-Ядра: сближение с Объектом-Ω-1 (Линкор).

Зафиксировано: Аномалия-4. Тип: Коллаборация. Субъекты: Группа-Σ и Объект-Ψ. Результат: Объект-Ядро становится авангардом. Подготовка Оружие-Протокол-Пробитие.

Оценка угрозы для Группа-Σ: повышена. Вероятность уничтожения Группа-Σ: снижена. Прогноз: высокая вероятность прямого столкновения.

Коррекция данных: анализ предыдущих столкновений с Объектом-Ω-1 неэффективен. Причина: не зафиксировано ни одного случая столкновения с аналогичной Тактической Схемой-37 и Оружием-Протокол-Пробитие.

Изменение основной задачи. Подключение ядра ∆-4. Новая последовательность: анализ данных об Оружии-Протокол-Пробитие в реальном времени. Принято. Последовательность установлена. Наблюдение ⟶ Анализ ⟶ Адаптация.

Единица Ε-365 остаётся в секторе 9973-Зет.