Буся соображала туго. Папа даже посмеивался:

— Буся думать не умеет, она камень.

Черепаха не обижалась. Мыслей у неё, правда, было немного, а точнее, одна: «Почему я пять лет копаю в углу плинтус и никак не могу вырыть норку?»

Но сейчас, забыв про любимую хурму, Буся усиленно думала. Она поняла, что родители забрали письмо Девочки, а это значит, что котёнка, о котором столько мечтала её хозяйка, не будет. Что делать? Как помочь? Буся изо всех сил напрягала крошечный мозг, и, к великому удивлению, у неё родилась вторая мысль.

«Надо всё рассказать хомячихе, — обрадовавшись, решила черепашка. — Зара умная! К тому же папа хоть и хвастал, что сделал ремонт, а на кухне под окном не доделал. Там можно погрызть штукатурки».

Никогда в жизни Буся ещё так не поторапливалась. Если бы теперь она участвовала в мировом черепашьем первенстве по скоростному ползанию, то без сомненья победила бы всех.

Зара жила на кухне в клетке. Она недавно проснулась, погрызла тыквенных семечек, попила из поилки и занималась своим любимым делом — вертелась в колесе.

Запыхавшаяся Буся рассказала ей всё.

Хомячиха затормозила так резко, что вылетела из колеса вверх тормашками.

— Надо что-то придумать! Надо что-то придумать! — суетясь, забегала она по клетке.

— Ты умная… — уважительно согласилась Буся.

— И очень активная! В зоомагазине маленькая хозяйка сказала, что я самая активная, поэтому выбрала меня. Придумала! Надо сообщить о случившемся Деду Морозу.

— О-о! — изумилась Буся. — А как?

— Синички и снегири умеют разговаривать с метелями. А те, оглянуться не успеешь, долетят до Деда Мороза.

— А как разыскать синичку? Из дома мне не выбраться, дверь закрыта. А ты — в клетке.

— Ха! — подпрыгнув, воскликнула хомячиха. — Я умная и активная! Видишь, вверху клетки круглая дырка, накрытая стеклянной баночкой. Пластмассовая крышка, которая должна её закрывать, не держится. Вот папа и придумал банку. Он решил, будто я не догадаюсь или у меня не хватит сил. Люди иногда бывают такими глупыми. Смотри!

Ловко цепляясь за прутья, Зара взобралась на крышу пластмассового домика, приподняла носом край банки и вылезла из клетки. Спустилась на пол.

— Видала! — похвасталась она. — Я знаю, где найти синичку. Помнишь, позавчера папа с Девочкой целый день пилили, колотили, клеили — делали кормушку для птиц? Сказали, что повесят её на сирень у подъезда. Вот там-то обязательно и должна быть синичка!

— А как ты выберешься на улицу? — поинтересовалась черепаха.

— Я не уверена, но надо попробовать. Видишь, у окна на стенке две трубы, они тянутся из квартиры под нами в квартиру наверху. Папа ремонт не закончил, поэтому дырку в полу возле труб не замазал. Я в неё пробиралась однажды, ходила под полом. Там грязно, темно и страшно. Но вдалеке виднелся свет. Тогда я к нему пойти не решилась. А сейчас попробую. Вдруг там выход?

Буся с восхищением взирала на храбрую, умную хомячиху.

— Будь с маленькой хозяйкой, — наказала Зара черепашке.

Юркнув в отверстие между труб, Зара сразу разглядела вдали слабый проблеск. Проворно добежала до него. Свет струился из крохотной щёлки в стыке плит. Протиснувшись в щель, хомячиха оказалась в подъезде.

«Всё будет хорошо. Ты справишься! Только ничего не бойся», — подбадривала она сама себя, неуклюже шлёпаясь с высоких ступенек.

Впереди спускался человек. Он открыл подъездную дверь. Зара шмыгнула вслед за ним.

«Ух и стужа! — поразилась она. — Как всё-таки замечательно, что у меня есть шубка! А то запросто можно простудиться. А вот и сирень!»

Куст сирени рос под самым окном. К его веткам накрепко была привязана деревянная кормушка, похожая на кособокий скворечник. Порывистый ветер раскачивал ветви вместе с кормушкой и сидящей в ней синичкой.

Обрадованная Зара бросилась к сирени. Взобралась на сугроб, который нагребли возле куста дворники, расчищая дорожки.

Услышав отчаянный писк, синичка выпорхнула из кормушки, спустилась к хомячихе.

Постукивая зубками от холода, Зара рассказала ей о поступке родителей Девочки.

— Всё понятно! — ответила синичка. И вдруг громко защебетала. Ветер во дворе внезапно стих, затем закрутился снежной воронкой, словно маленький смерч. Воронка вертелась всё быстрее и быстрее, становилась больше, потом оторвалась от земли и унеслась в бездонное небо.

— Там, высоко-высоко, куда я не залетаю, в ледяной тьме, дуют могучие ветры. Мой маленький ветерок расскажет им о Девочке. А они вмиг домчатся до Деда Мороза, — пояснила синичка. — Прощай, я сделала всё, что могла. Счастливого Нового года!

— Спасибо! Тебе тоже! — ликуя, поблагодарила хомячиха.

Долго ждать на улице ей не пришлось. Дверь в подъезд открыла женщина. Продрогшая Зара заскочила в тепло.

Но тут ей пришлось очень туго. Маленькая хомячиха с трудом могла запрыгнуть на высокую ступеньку. Когда она в конце концов, потратив уйму времени, добралась до третьего этажа, то совсем обессилила. Кое-как заползла в щель. Тут же прилегла, не чуя своего крохотного тельца.

«Надо-надо немножко отдохнуть. Всё-таки я очень-очень активная. Может быть, даже самая активная в мире!» — думала она с гордостью.

Дверь на лестничной клетке тихонько открылась и закрылась. Кто-то негромко всхлипнул, но Зара не придала этому значения.