Головная боль. Именно с ней Андрей и проснулся. Сфокусировать зрение удалось не сразу, а уж собрать воспоминания о событиях вчерашнего вечера — так и подавно. Понимание того, что он всё же не чёрт пойми где, а в собственной каюте, пришло тоже не сразу. Ну, хоть не в подозрительных комнатах с подозрительными существами, и на том спасибо. Боль вновь ударила по вискам, заставив капитана поморщиться. Она лишь усилилась после того, как он встал с кровати и поковылял в сторону душевой. И снова здравствуй, странный мужчина, смотрящий из зеркала. Щетина стала только больше, но у Фокина не было никакого желания этим заниматься, поэтому он просто махнул рукой и, сбрасывая с себя одежду, зашёл в душевую. Церемониться он не стал: на голову и плечи упала ледяная вода, которая заставила тело вздрогнуть, а головную боль — шарахнуться в дальний угол его разума. Итак, что он помнит? После того как они с Ремом пожали друг другу руки, оба решили это отметить. Рему просто хотелось веселья, а Андрей… Он просто хотел напиться. Собственно, сказано — сделано. А дальше — туман. Кажется, цель напиться была выполнена на все сто процентов. Тело перестало вздрагивать, привыкнув к холодным струям, а боль стала отступать. На её место пришёл чистый и свежий разум. Хотя насчёт свежести — спорное утверждение. Простояв так около пяти минут, Андрей всё же выбрался из душа, накинув капитанскую форму. Теперь надо было понять, где искать Рема и что вообще делать дальше. Определив себе первые пункты плана, Фокин направился к выходу из каюты. В коридоре было светло. Вы скажете, ну и что здесь такого? А то, что раньше «Перун» под управлением Ватсона экономил энергию, используя минимум освещения. Но вот сейчас… Сейчас весь коридор был освещён полностью. Андрей невольно хмыкнул, удивлённо осматриваясь. На этом сюрпризы не закончились. По коридору мимо капитана, переставляя манипуляторами, прошли дроны-ремонтники. Они явно очень спешили.
— Нонсенс какой-то.
Андрей направился в сторону лифта. Коснувшись панели, он ждал. Как и раньше, лифт довольно быстро прибыл и ещё быстрее доставил его в нужное место. А этим местом была командная рубка или капитанский мостик. То и другое на «Перуне» было одним помещением. Лифт с тихим шелестом открылся, выпуская Андрея в рубку.
— … а я тебе говорю, что, перенаправив энергию через эти контуры в обход указанных зон, мы получим только прирост. Нам эти зоны не нужны, — это говорил Рем, который сидел в кресле бортинженера.
Он указывал на экран и бурно жестикулировал. Что за схема была на экране, одному ему известно. Хотя нет. Не ему одному. Рядом с ним стоял мужчина лет двадцати или двадцати пяти. Одет он был в серую форму Земного флота без каких-либо знаков отличия. Лишь значок «Перуна» — молния, бьющая в дерево — говорила о принадлежности к кораблю. Андрей удивлённо поднял бровь, пытаясь вспомнить, как и где они откопали ещё одного человека. А затем тело мужчины словно пошло рябью, вновь вернувшись в обычную форму. Голограмма?
— Это грубое вмешательство в контуры корабля. Такое запрещено.
— Да пойми ты, это лишь пойдёт на пользу. Мы увеличим мощность двигателей и щитов процентов на пять, если не больше. Ты хоть понимаешь, что такое пять процентов для этой развалюхи⁈ — Рем всплеснул руками, пытаясь яростно что-то доказать. Он, скорее всего, намеревался ещё что-то сказать, но заметил Андрея и вскочил с кресла.
— Капитан! Скажи ты этой жестянке, что я не с балды здесь что-то придумываю.
— Так, стоп! — Андрей поднял руку, заставляя всех замолчать. Мозг всё же работал очень медленно после пьянки. Соображать удавалось не так быстро, как бы хотелось. — Для начала скажи мне, кто ты такой. — Капитан указал на военного. Тот улыбнулся и, слегка склонив голову, проговорил:
— Ватсон, капитан. Я решил, что голографическое тело будет удачным экспериментом. В частности, это позволит лучше коммуницировать с командой, которую вы решили набирать.
Андрей кивнул. Нечто такое он и подумал после того, как сообразил, что человек в рубке ненастоящий.
— Так, хорошо. С этим понятно. Теперь: в чём суть вашего… спора?
— Я говорю, что знаю, как старичка сделать более живым, чтобы молодые офигели. А этот прозрачный…
— Я не прозрачный. Я не обладаю физической формой, однако, используя световое излучение и…
— Не нуди, а? Непрозрачный, неосязаемый, всё равно один чёрт. Так вот, этот чубрик говорит, что это нарушение, и не пускает меня к внутренностям корабля!
Андрей вновь поднял руку, заставляя всех замолчать и обратить на него внимание. Кажется, от этих двоих опять начинала болеть голова. Тяжёлый вздох, после которого капитан прошёл к своему месту и уселся в кресло. «Перун» в свое время был мощным кораблём. Но битва, а точнее, бегство из Солнечной системы показало, что «Перун» уступает кораблям современным — в скорости, огневой мощи и прочем, и прочем. Был только один выход — модернизация.
— Насколько, ты говоришь, мы сможем получить прирост?
— Процентов пять, может, меньше. Но, если мы сможем заменить часть электроники на более новые образцы, а также модернизировать реакторы — мы получим больше.
— Ватсон, назначить Рема Руданского на должность бортинженера. Дать ему полный доступ ко всему, что ему необходимо.
— Но, капитан… — Ватсон было собрался что-то возразить, но Андрей его перебил.
— Никаких «но». Это, считай, мой приказ. Ты же согласился с тем, что я капитан? Вот и исполняй. А ты, Рем? Сколько твоя задумка займёт по времени?
— От пяти часов до суток. Всё зависит от того, насколько этот корабль стар и что с ним вообще после вашего кустарного ремонта.
— У тебя есть двенадцать часов. После жду тебя в кают-компании с результатом.
Закончил Рем спустя шесть часов, после чего вошёл в кают-компанию, где Андрей сидел, обложившись планшетами с какими-то документами, изображениями и прочим. Рем устало сел на одно из свободных мест за столом. Андрей поднял взгляд на своего нового знакомого. Запачканный комбез, усталое, но чертовски довольное лицо. Широкая улыбка только подтверждала это.
— Готово, кэп, реализовал, что задумал. — Инженер бросил на стол планшет. Тот проскользил до капитана, который его подхватил. — Всё оказалось не так страшно, но и не совсем просто.
— Есть идеи, как нам ещё улучшить «Перун»? — Андрей перевёл взгляд на планшет, там был отчёт о проделанной работе. И уж если быть честным, ни черта не стало понятно. Цифры, буквы, какие-то проценты. В который раз его скудное образование играло с ним злую шутку. Андрей вздохнул и отложил планшет, откидываясь на спинку дивана, на котором сидел.
— Есть, но для этого нужны деньги, ресурсы и ещё чёртова туча всякого дерьма. Знаешь, как это всё достать? — Рем хмыкнул и закинул ноги на стол, удобнее устроившись.
В этот момент рядом с капитаном появился Ватсон в своём новом облике. Военная выправка, ноги на ширине плеч, руки за спиной сцеплены в замок. Казалось, что он был слеплен с военного до мозга костей. В принципе, так оно и было. Андрей уже узнал у Ватсона, почему тот выбрал образ молодого мужчины, голубоглазого и с короткой стрижкой. На правой щеке небольшой шрам. И ни намёка на щетину. Оказалось, всё просто — это был образ бывшего капитана «Перуна», слегка измененный Ватсоном. И в который раз Андрей убедился, что Ватсон и правда меняется. В первые дни знакомства это был простой ИИ, сухой и чёткий в речах. А теперь? Вот он стоит как член команды, принимая участие в совещании. Команда… Андрей мысленно усмехнулся. Вот так у него появилась команда. Да, малочисленная. Да, странная. Но команда. Он уже не один, но всё ещё одинок. От размышлений его отвлёк Ватсон, который заговорил:
— Капитан, подтверждаю слова бортинженера: объём передаваемой энергии на щиты и двигатели увеличен на семь процентов. Это позволит нам более эффективно действовать в бою.
— Видишь, консерва, я же говорил. Ничего с тобой не случится, подумаешь, пару ненужной херни обесточили.
— Раскраска для детей, помолчал бы. Любое вмешательство в структуру корабля может повлиять в будущем.
В каюте повисла тишина. Ещё бы! Ватсон только что вернул Рему его колкость. Да это нонсенс! Да ещё как: использовал особенность Рема — его татуировки. Андрей прокашлялся, тем самым отгоняя неожиданное молчание, и проговорил:
— То, что нам придётся лезть в структуру корабля, это факт. Проблема в том, откуда брать ресурсы.
— Так в смысле откуда? — Рем от удивления даже перестал таращиться на Ватсона. Он посмотрел на капитана, а потом хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу. — Совсем забываю, что ты спящая принцесса и ни черта не знаешь.
Рем похлопал себя по карманам старого комбинезона и вскоре выудил из его недр старую пластиковую информационную пластинку. Она так же, как и планшет ранее, была отправлена Андрею по столу. Подхватив пластиковый прямоугольник, Андрей внимательно посмотрел на него. Там на общем языке, было написано: «Руки, скупка земных реликвий и не только». Андрей удивлённо посмотрел на Рема.
— Земных реликвий, Рем? Что это?
— Да, кэп, именно их. Если ты не заметил, Земля стала историей галактики. Коллекционеры, учёные и прочие охотники за всякой хернёй.
— Ты предлагаешь мне брать что-то с мест, где жили наши соотечественники, и просто продавать это?
Андрей похолодел. Он вспомнил Марс с его мёртвой колонией. Представил, как прилетит туда, чтоб разорять эту гробницу, в которую превратилась целая планета. Нет, это было слишком. Конечно, он хотел бы сделать всё, чтоб отомстить. Дать понять, что человечество ещё способно кусаться. Но не так. Не таким способом. Рем заметил перемену в Андрее и поднял руки в примирительном жесте, словно успокаивая его.
— Капитан, я такого не предлагал. Но мы можем использовать такую возможность. Помнишь Шатара и его дружков? Так вот, его капитан занимается мародёрством забытых колоний, в том числе — земных.
Андрей стал успокаиваться. Прилив злости вернулся куда-то вглубь, оставив его разум чистым. Не время поддаваться гневу и уж тем более злиться на Рема. Он прав, чертовски прав.
— И что ты предлагаешь, Рем?
— Предлагаю забрать то, что не принадлежит им. Всё, что осталось от Земли, — наше. Они не смеют брать наше. Что думаешь, кэп?
— Капитан, я смею заметить, что пиратство запрещено законом и карается трибуналом! — Это уже Ватсон влез в разговор, заставив Андрея зло посмотреть на ИИ.
— Какой закон, Ватсон? Земли нет, если ты не заметил. Нет Земного флота, нет ничего. Все твои директивы устарели. Ты устарел. Я устарел.
— Возражаю, капитан. Земля жива, пока живы мы.
Андрей замолчал. Ватсон говорил разумные вещи, и Рем тоже. Оба были правы. Один — что это неправильно, когда какие-то придурки разоряют твою землю. Пусть даже земля твоя — уже кладбище. Но и Ватсон прав: пока живы они, жива и Земля. И если они начнут идти против её законов…
— А что, если это не пиратство? Что, если это будет миссия по очистке территории от мародёров и бандитов?
— Тогда, капитан, это соответствует законам.
Андрей кивнул. Кажется, это было тем компромиссом, который устроит всех. Ватсона, Рема и даже Андрея. Рем, который не участвовал в споре, наконец заговорил:
— Так вот: я знаю, где и когда будут Шатар и его капитан. Знаю даже систему, в которой они будут некоторое время. Предлагаю воспользоваться этим знанием. Что думаешь?
— Думаю, что мы все решили. С этого момента любое пиратское судно в пределах наших колоний считается вражеским. Любое судно Альянса считается вражеским. По возможности его нужно уничтожить, если такой возможности не будет — уйдём. Мы на войне, и эта война не закончилась падением Земли.
Рем весело усмехнулся и притворно отдал честь. Ватсон не шелохнулся, лишь сказал «Есть, капитан!» и исчез. Война началась давно, враги решили, что она закончилась. Но нет: сегодня она возобновилась.
— Рем, передай информацию Ватсону. Где, когда и что. Ватсон, проложи курс. Все свободны.
Хотя из «всех» остался здесь только Рем, но ИИ определённо слышал его. Андрей поднялся и, подхватив один из планшетов, направился к выходу. Уже в коридоре, когда его не видел Рем, Андрей упёрся плечом в стенку и тяжело вздохнул. На него опять навалилась вселенская тоска. Понимание, что он не увидит никого из родных. Мир чертовски несправедлив. Чертовски. Кулак с силой ударил в железную стенку…
— Внимание, боевая тревога! Всему экипажу занять места согласно боевому расписанию. Повторяю, боевая тревога!
Ватсон распалялся вовсю. Да и пусть. Андрей сидел в капитанском кресле, обложившись различными мониторами и данными. В кресле бортинженера сидел Рем. А Ватсон и так был везде. Они выходили из гипера ровно через десять секунд, и поэтому был отдан приказ боевой тревоги. По данным Рема, именно в этой системе и находится пиратский конвой, следующий из колонии Арес-2 к пиратской станции Чёрная Борода. Перевалочная система, в которой пираты отдыхали и готовились совершить следующий прыжок. Опять же, по данным Рема, в их конвое не было кораблей новейшего производства. Как и Перун, они отставали от боевых кораблей текущей серии. В основном это были фрегаты или переделанные транспортники. Для эсминца уровня «Перуна» это была лишь закуска.
— После выхода в пространство все системы к бою.
— Есть, капитан. До выхода 5… 4… 3… 2… 1…
«Перун» вышел в чёрное пространство космоса, ощетинившись всеми орудиями. Системы некоторое время молчали, приходя в себя после прыжка, а затем стали передавать данные.
— Капитан! Фиксирую пиратский конвой. Пять фрегатов фарианской постройки и десять транспортников. Нас заметили. Боевые корабли выходят на курс перехвата.
— Рем, что по системам?
— Всё охеренно, кэп. Двигатели урчат как котята, а щиты крепки.
— Капитан, нас сканируют. Пытаются идентифицировать.
— Активировать идентификатор Земного флота.
— Выполняю.
Андрей усмехнулся. Вот и всё. Он окончательно вступил в эту войну. Их войну против всех. Правда, начинают они с малого. Но когда-нибудь они обязательно бросят вызов и другим — неважно, разрушали они их планеты или просто предали в удобный момент. Это уже неважно.
— Орудия к бою. По готовности — залп по целям два и три, — проговорил Андрей, маркируя цели. «Перун» завибрировал, слабо, еле заметно. Но Андрей усмехнулся. Корабль радовался бою так же, как и он.