Тем временем во дворце правителя царства Чжоу шестнадцатилетняя Лиу Жилан, служившая придворной дамой любимой наложницы государя, пребывала в смятении.
Её госпожа Киау Мейли долгое время сильно болела. Чжао-ван призвал лучших лекарей страны, дабы те помогли его возлюбленной, но они лишь беспомощно разводили руками, будучи не в силах справиться с неизвестной болезнью.
Десять дней назад госпожа Мейли скончалась. Император был безутешен и ходил по дворцу, словно тень, ничего не замечая вокруг.
Женщину похоронили по всем традициям. Ей умыли лицо, надели похоронные одежды. Затем её тело поместили в гроб, а у ног установили лампу. Считалось, что это указывало покойному путь в другой мир.
Участники похоронной церемонии стучали в гонги и барабаны, дабы сотворить усопшему праздничное настроение во время перехода в загробную жизнь.
Сами похороны проходили на седьмой день, поскольку считалось, что ни в коем случае нельзя погребать усопшего, пока полностью не высохнет кровь. Быстрые же похороны осуждались, и их называли «кровавым захоронением». Во время траура близким родственникам возбранялось причёсывать волосы или заплетать косы…
Гроб госпожи Мейли положили в специальную погребальную камеру. Туда же внесли различные предметы, которые, как считалось, могли понадобиться женщине в её загробной жизни. После чего камеру закрыли, привалив к её входу тяжёлую каменную плиту.
…Служившие наложнице придворные дамы, особы из знатных семейств Фэнхао и прилегающих провинций, сильно печалились из-за смерти госпожи.
Не только потому, что после её кончины они, вероятно, потеряли своё место при дворе. Но и потому, что госпожа Мейли, несмотря на свой высокий статус, являлась человеком на редкость спокойным и доброжелательным и всегда хорошо относилась к своей свите и прислуге…
Некоторым девушкам посчастливилось остаться при дворе: по окончании похоронной церемонии их пригласили в свои свиты другие наложницы императора. Но большинству предстояло вернуться домой. Те, что жили не в столице, а в иных провинциях, отправили домой весточки с просьбой прислать за ними сопровождение…
Лиу Жилан хоть и не происходила из провинции, но её семья жила в просторном поместье в предместьях Фэнхао, и дорога домой составляла полдня пути верхом на лошади. Разумеется, девушка не могла добраться туда в одиночку…
…Родители Жилан прислали двух верных стражников, дабы те сопроводили их драгоценную дочь домой. Наконец за бывшей придворной прибыло сопровождение. И девушка двинулась в путь…
По дороге её разум заполняли противоречивые мысли. «Я помню, как однажды услышала беседу лекарей, которые лечили госпожу Мейли… Они говорили, что у неё очень странные признаки болезни… – размышляла юная Лиу. – Может, её отравили?.. Например, императрица… Жена нашего правителя Чжао-вана, госпожа Ци Фан*… Она ведь очень ревновала супруга к госпоже Мейли и боялась, что та первой родит сына…»
Девушка и не предполагала, насколько верно её предположение. Императрица Ци Фан и впрямь отравила бедную Киау Мейли. По тем самым причинам, о которых подозревала бывшая придворная ныне покойной наложницы.
…Девушка и её сопровождающие передвигались по просёлочной дороге, как вдруг перед ними внезапно обрушилось дерево и перекрыло путь.
– Это засада! – воскликнул один из стражников, хватаясь за меч, висевший у него на поясе.
Едва он это произнёс, как из-за придорожных кустов выскочили несколько вооружённых людей. То была шайка лесных разбойников, орудовавших в окрестностях столицы. За ними давно гонялись городские стражи, но разбойники отлично знали лес и легко уходили от преследования. Разбойники совершали дерзкие ограбления купцов и знати – убивали любого, кто пытался оказать им сопротивление.
– Госпожа, бегите! – не растерялся второй стражник. – А мы постараемся задержать их!
Перепуганная до смерти Жилан резко развернула коня, пришпорила его и устремилась назад. До её слуха донеслись выкрики стражников и разбойников, бряцание оружия. Разбойники несколько раз выстрелили из лука вслед беглянке. Стрелы просвистели прямо у неё над ухом. Одна из них попала в круп животного: конь встал на дыбы, а затем, сменив направление, помчался по лесу, не разбирая дороги. Девушка пыталась совладать с ним, но тщетно. Лошадь неистово несла наездницу вперёд.
Наконец лошадь устала и остановилась. Животное громко храпело и подёргивало крупом, стараясь избавиться от стрелы, доставлявшей ей боль.
Жилан спешилась, погладила лошадь по морде, чтобы успокоить. Затем подошла к её крупу и ловко извлекла стрелу. Животное издало жалобное ржание и зафыркало. Ему хотелось пить, но воды рядом не было.
Жилан огляделась. Она всю жизнь прожила в поместье отца, а затем – в императорском дворце. И потому понятия не имела, где оказалась и как отсюда выбраться.
– Где я?.. О, духи леса, помогите мне… – тихо промолвила девушка, утирая слёзы широким рукавом своего богатого одеяния, опасаясь, что из-за деревьев вот-вот покажутся разбойники и расправятся с ней.
Юная Лиу почувствовала, как внутри всё похолодело: она одна, в лесу, в незнакомой местности! Что же делать?..
Жилан извлекла из седельной сумки короткий кинжал и прислушалась… Вокруг стояла звенящая тишина. Девушка попыталась сориентироваться по солнцу. Но тщетно. Наконец она взяла лошадь под уздцы и медленно побрела вперёд. Обессиленная Жилан не знала, как долго она шла. Но достаточно для того, чтобы понять: она окончательно заблудилась.
Девушка шла из последних сил, борясь с изнеможением, её волосы растрепались и слиплись от пота. Несколько раз она падала от усталости, её одежда покрылась пылью и грязью. Девушке хотелось есть, пить, ноги ужасно болели. Её лошадь также мучили жажда и голод.
«Что мне делать?» – Жилан была близка к отчаянию.
Внезапно она почуяла запах жареного мяса. «Неужели разбойники решили перекусить?.. – мысленно размышляла она. – Нет, это было бы слишком дерзко с их стороны… Может, просто путники… Надо привязать лошадь к дереву… Подкрасться поближе и посмотреть, кто жарит мясо…»
Вскоре девушка достигла небольшой полянки. Её взору предстал красивый юноша, мирно сидевший у костра. На огне, на вертеле, жарилась толстая аппетитная заячья тушка. Неподалёку щипала травку лошадь…
Жилан пригляделась к юноше. И тут он снял остроконечную войлочную шапочку и… длинные чёрные с огненным отливом волосы рассыпались по плечам. «Это же девушка в мужских одеждах! – безошибочно определила она. – Думаю, мне нечего опасаться…»
Юэ, а это была именно она, как и все представители небесного клана, обладала острым обонянием и учуяла приближение человека и чужой лошади.
Когда Лиу появилась из густых зарослей, Юэ смерила её внимательным взглядом и миролюбиво поинтересовалась:
– Госпожа, с вами что-то случилось?
Услышав женский голос, бывшая придворная окончательно успокоилась и сбивчиво начала излагать свою историю:
– Моё имя Лиу Жилан! Я следовала домой с сопровождением, но на нас напали разбойники! Я убежала, а моих стражников наверняка убили! Я скакала на лошади, её ранили… И я заблудилась!.. Я хочу есть и пить…
Девушка разрыдалась. Лисица почувствовала жалость к незнакомке:
– Присоединяйтесь к моей трапезе. Еды хватит на двоих. У меня есть фляга с отменным вином. И расскажете свою историю по порядку. Кстати, меня зовут Юэ.
Бывшая придворная не стала отказываться от приглашения. И вскоре она вместе с Юэ с удовольствием уплетала жареного зайца. Насытившись и утолив жажду, она более подробно пересказала свою историю новой знакомой, поделилась предположениями насчёт смерти госпожи Мейли и вновь всплакнула…
Представительница небесного клана слушала Жилан с нескрываемым интересом. Она невольно прониклась симпатией к Лиу Жилан. И поняла, что ей не хочется возвращаться домой. У неё неожиданно возникло желание пожить среди людей, узнать их получше.
Размышляя, как бы продлить общение с Жилан, Юэ предложила:
– Госпожа, вы говорите, что сбились с дороги, а ваших стражников, скорее всего, убили… Я хорошо ориентируюсь в этих лесах, посему, если вы не против, я могла бы сопроводить вас до дома.
– Ах, пожалуйста, окажи мне такую любезность! – не раздумывая, согласилась девушка. – Мой отец достойно вознаградит тебя!
Юэ улыбнулась. Отчего-то она была уверена, что предстоящее путешествие привнесёт в её жизнь перемены.
Юэ и впрямь очень хорошо ориентировалась в лесах. И стоило только Жилан объяснить, где примерно находится её дом, как она уверенно повела бывшую придворную в нужном направлении.
По пути юная Лиу расспрашивала свою новую знакомую о том, кто она и откуда, что делала в лесу. Лисица-оборотень, которая не могла рассказать правду, с ходу придумала историю, что она дочь охотника. Но её отец скончался, а матушка вышла замуж за другого человека и ушла в его дом… И теперь она самостоятельно охотилась в лесах. Посему и ориентируется в них хорошо…
По дороге Юэ окончательно решила пожить среди людей некоторое время. Разумеется, она собиралась отправить весточку матери со своим духом-соколом и рассказать о своём решении. Ибо, как слышала юная лисица-оборотень от старших членов клана, её мать Дэйю, уже родившаяся на земле, в своё время тоже покидала родное селение, дабы познакомиться с миром людей. И провела в странствиях двести лет, пока наконец не вернулась обратно.
Впрочем, сама Дэйю крайне не любила вспоминать об этом.
…Наконец, к закату путницы добрались до пункта назначения.
Привратники, увидев юную госпожу, всю растрёпанную и грязную, да ещё и в сопровождении не посланных за ней стражников, а «юнца», поняли, что случилось нечто ужасное. И тотчас доложили обо всем господину.
Родители девушки, господин Бохай и госпожа Дандан, выбежали навстречу своему ненаглядному чаду. Дочь кратко поведала им о нападении разбойников и что повстречала Юэ в лесу, когда окончательно отчаялась, а та согласилась проводить её до дома.
Бохай и Дандан горячо поблагодарили Юэ и предложили ей остаться на отдых в их имении. Представительница небесного клана согласилась.
Её разместили в небольшой, но уютной комнате для гостей. Лисица-оборотень, порядком уставшая за день, уже собиралась ложиться спать. Как вдруг услышала стук в дверь:
– Юэ, это я, Жилан…
– Госпожа Жилан! Что-то случилось?
Дверь открылась, и на пороге возникла Жилан. Вид у неё был немного смущённый. Но решив не ходить вокруг да около, девушка промолвила:
– Юэ, ты мне понравилась. Я хотела бы, чтобы ты стала моей компаньонкой. Что ты думаешь об этом?
Представительница небесного клана изумлённо воззрилась на Лиу. «Я всё равно планировала провести ближайшее время среди людей… И должность компаньонки будет весьма кстати!» – подумала лисица.
– С радостью, госпожа… – улыбнулась «дочь охотника».
Прошло полгода с тех пор, как Юэ стала компаньонкой Жилан. Девушки очень сдружились и зачастую даже забывали о разнице в социальном положении.
Сама же Юэ, как и хотела, отправила весточку матери со своим соколом Минжем, сообщив, что некоторое время поживёт среди людей. Казалось, Дэйю была готова к подобному повороту событий и ответила дочери, что ничего не имеет против, если та будет соблюдать осторожность.
Что до Жилан, она пребывала в восторге от общества новой компаньонки. К удивлению домочадцев, Юэ демонстрировала совсем не характерное для дочери охотника поведение. Она имела обширные познания о природных явлениях и астрономии, искусно играла на различных музыкальных инструментах, хорошо писала и читала. На самом деле все лисицы-оборотни владели человеческим письмом.
Но кое-что всё-таки беспокоило юную Лиу… Порой, когда Юэ играла ей на музыкальных инструментах, девушке казалось, что у служанки на голове появляются лисьи уши, а из-под полов её длинных одежд виднеются кончики хвостов.
Но и уши, и хвост исчезали так же внезапно, как и появлялись! Жилан пребывала в сомнениях: правда ли то, что она видела? Или ей просто мерещилось?..
Ведь, как известно, хвосты и уши могут быть лишь у лисиц-оборотней… Но как милая и добрая Юэ может быть ужасным демоном, какими обычно описывают оборотней?..
Бывшая придворная во всём винила своё излишне богатое воображение.
…Но вот в один из дней пришло послание от старшего брата Жилан Куана. Он занимал завидную должность в одной из провинций. Но раз в году он получал отпуск и приезжал в отчий дом проведать родителей и сестру.
Вместе с Куаном, как правило, прибывала и его молодая супруга, прекрасная Сонг, урождённая Фанг. Она происходила из семьи влиятельного аристократа из той самой провинции, в которой служил её супруг…
Женщина и впрямь отличалась красотой: длинные блестящие тёмные волосы, крупные миндалевидные глаза, утончённый нос, аристократические брови, пухлые манящие губы. Её образование и манеры были безупречны. Но, как говорится, у всех есть свои недостатки… В случае же с госпожой Сонг главным недостатком была ревность. Она ревновала своего супруга зачастую даже без повода! И потому служанок в дом подбирала невзрачных, чтобы муж не смог на них позариться. Конечно, Куан имел полное право завести наложницу. Но он любил и уважал свою жену и щадил её болезненное самолюбие и аристократическую гордость.
…И вот в назначенный день наконец-то прибыли Куан и Сонг. Родители и Лиу радушно встретили их. И вскоре всё семейство уже собралось в обеденном зале, с удовольствием наслаждаясь аппетитными блюдами и делясь последними новостями.
Куан же сразу заприметил компаньонку сестры. Юэ вела себя подчёркнуто скромно и прислуживала за столом наравне со служанками. Разумеется, привлекательность и утончённые манеры девушки не ускользнули от цепкого взора ревнивой Сонг.
Но женщина пребывала в хорошем расположении духа и решила про себя, что вряд ли её супруг будет оказывать знаки внимания простой девушке, состоящей на службе у его младшей сестры…
На следующий день вся семья Лиу решила отправиться на охоту. Они выдвинулись в сопровождении стражников и прислуги, которой предстояло приготовить будущую дичь.
Бохай и Куан намеревались выследить оленя. Сонг и Жилан планировали последовать за ними. Дандан хотела подстрелить из лука зайца или куропатку. По настоянию Жилан Юэ, как компаньонка, отправилась вместе со своей госпожой на охоту.
Сонг, увидев Юэ в седле, удивилась и смерила девушку скептическим взором.
– Служанка на охоте? Она хоть верхом-то умеет ездить?
– Юэ – моя компаньонка и дочь охотника! Она отлично держится в седле. Я уверена, она непременно подстрелит нескольких зайцев! – с полной уверенностью заявила Лиу-младшая.
Жилан недолюбливала жену своего брата из-за излишней заносчивости. Тёплые дружеские отношения у них не складывались.
Сонг, в свою очередь, считала Жилан ещё ребёнком, хотя сама была немногим старше. Дерзкий ответ Жилан задел самолюбивую Сонг. Но она не подала вида и лишь недобро усмехнулась. Аристократка сразу же невзлюбила Юэ. Она чувствовала, что от юной компаньонки-охотницы исходит нечто, не поддающееся объяснению. К тому же от её наблюдательного взора не могло укрыться, что Куан бросает на Юэ многозначительные взгляды…
«Вскоре мы вернёмся домой, – размышляла она. – И мой супруг забудет о ней… И уж точно не осмелится сделать её своей наложницей! Ведь она безродная дочь охотника, компаньонка Жилан… Вряд ли моя свояченица согласится уступить свою любимую служанку, пусть даже родному брату…»
Вскоре Дандан заприметила следы зайцев и отправилась на их поиски. Тем временем Жилан устремилась за отцом, братом и его супругой выслеживать оленя. Юэ сопровождала свою госпожу…
Через некоторое время они обнаружили следы оленя. Среди густой листвы деревьев, стремительно убегая прочь, мелькнуло и само великолепное животное.
– Он там! – тут же воодушевился Куан. – За ним!
Молодые супруги вместе с отцом, сестрой и её компаньонкой пришпорили лошадей и бросились в погоню за зверем. Олень, чуя приближающуюся опасность, стремительно летел между деревьями, удаляясь от вооружённых всадников. Охотники упорно гнались за ним…
Никто из них точно не знал, сколько продлилась погоня. Через некоторое время они выехали из леса на межу, где продолжили преследовать животное.
Бохай и Жилан вскоре отстали. Куан, Юэ и Сонг оторвались от них далеко вперёд. Однако настигнуть оленя, чтобы сделать меткий выстрел из лука или метнуть охотничье копьё, пока что не удавалось. Погоня продолжалась ещё какое-то время. Лошадь Сонг оступилась и отстала – дальше оленя преследовали только двое всадников, Куан и Юэ.
Лошади Куана и лисицы-оборотня шли ноздря в ноздрю. Мужчина бросал восхищённые взгляды на всадницу. «Неужели она всего лишь простая дочь охотника? – недоумевал он. – Она держится в седле лучше многих аристократок! А по красоте не уступает самой принцессе!»
Тем временем девушку окончательно охватил охотничий азарт. Куан сделал несколько выстрелов из лука. Но ни одна из стрел не достигла цели. Тогда Юэ пришпорила лошадь и в считаные мгновения нагнала оленя, а затем поравнялась с ним.
На глазах изумлённого Куана она ловко, словно дух, перепрыгнула из седла на спину дикого животного и крепко схватила его за рога. И, прежде чем олень успел осознать, что произошло, юная охотница выхватила из-за пояса длинный кинжал и вонзила клинок в шею животного…
Олень повалился на землю, подмяв под себя всадницу. Его тело сотрясли предсмертные конвульсии. Куан натянул поводья. Его лошадь встала как вкопанная, втягивая ноздрями запах свежей крови. Он спешился и уже намеревался прийти на помощь прекрасной охотнице, как та, продолжая пребывать в охотничьем запале, легко выбралась из-под туши животного и облизала свой окровавленный кинжал…
Это зрелище не укрылось от взора подоспевшего семейства Лиу. Они изумлённо взирали на девушку, но в итоге решили, что она сделала это в порыве азарта.
– Юэ, ты прекрасная наездница и бесстрашная охотница! – восторженно воскликнула Жилан, спешившись с лошади и бросаясь с раскрытыми объятиями к компаньонке.
– Твоя служанка и впрямь обладает впечатляющими талантами… – подтвердил отец девушки.
– Я поражён твоей смелостью! – искренне восхитился Куан.
Лицо Юэ зарделось. Она не ожидала получить столько лестных слов в свой адрес.
Лишь Сонг не проронила ни слова, сверля юную охотницу пристальным взором. К своему огромному сожалению, она поняла: Куан без ума от юной Юэ. Неужели он вознамерится сделать её своей наложницей?
Однако интуиция аристократки подсказывала: Юэ – не просто охотница и компаньонка. В неё вселился дух!
В тот же день после охоты Сонг подговорила одну из прибывших вместе с ней верных служанок проследить за Юэ. Девушка добросовестно наблюдала за Юэ, но не видела в её действиях ничего подозрительного или необычного.
Однако вечером, когда юная компаньонка развлекала Жилан в саду игрой на флейте, пока та наслаждалась созерцанием луны, служанка госпожи Сонг увидела нечто странное…
На несколько мгновений ей показалось, будто на голове у Юэ появились лисьи уши, а из-под полов одежд показались несколько хвостов! Однако видение исчезло так же внезапно, как и появилось…
Служанка подумала, что ей почудилось, однако она решила доложить обо всём своей госпоже.
…Тем временем Сонг в ожидании вестей нетерпеливо мерила шагами свои покои. Её супруг беседовал с отцом в другой части дома. Едва служанка появилась на пороге комнаты, как Сонг тут же жестом позвала её войти. Служанка внимательно осмотрела коридор и, убедившись, что там никого нет, плотно прикрыла за собой дверь.
– Ты проследила за Юэ? – Сонг набросилась с расспросами на служанку.
– Да, госпожа… – пролепетала та.
– И что ты узнала? Видела что-нибудь подозрительное?
– Нет, госпожа… Хотя…
– Говори!
– На миг мне показалось, что у Юэ появились лисьи уши и кончики хвостов… Но это длилось лишь мгновение! Уверена, что мне просто почудилось!
Услышав это, Сонг потрясённо замерла. В её мыслях тут же начала складываться мозаика: «Юэ – лисица-оборотень?! А почему бы и нет? Ведь Жилан рассказывала, что встретила Юэ в лесу, когда сбилась с пути! А как она проявила себя сегодня на охоте! Облизала окровавленный клинок! Не сомневаюсь, что она на самом деле лисица-оборотень!»
– Можешь идти, – обратилась госпожа к служанке. Та откланялась и поспешила удалиться…
…Чуть позже Куан вернулся в свою комнату к супруге. Юэ полностью завладела его мыслями, и он даже всерьёз задумался о том, чтобы сделать компаньонку сестры своей наложницей, невзирая на ревнивый нрав жены.
Посему мужчина начал издалека:
– Сонг, что ты думаешь о Юэ?
Не успел он даже намекнуть о своих планах, как женщина взвилась при одном упоминании о «дочери охотника».
– Эта Юэ – лисица-оборотень! Я сама видела, как у неё появились лисьи уши и хвосты, когда она играла на музыкальном инструменте для твоей сестры!
Конечно, её слова оказались не совсем правдивы, но Сонг с чистой совестью немного приукрасила. Ибо знала: её муж человек суеверный и к рассказам о сверхъестественных созданиях относится крайне серьёзно.
– Как?.. Лисица-оборотень?.. Одно из этих ужасных созданий? – перепугался он. – Но мне она не кажется злой и опасной…
– Пока что она скрывает свою ужасную суть лишь по одним ей известным причинам… Никто не знает, что может прийти в голову этому созданию!
– Ты уверена, что тебе это не просто показалось? – с робкой надеждой спросил Куан.
– Уверена! – тоном, не терпящим возражений, ответила Сонг. – Подумай сам: тебе не кажется странным, что простая дочь охотника владеет столь хорошим образованием и манерами? К тому же, насколько мне известно, даже далеко не каждому мужчине под силу перепрыгнуть со скачущей лошади на бегущего дикого оленя!
Мужчина всерьёз задумался над её словами. Наконец после небольшой паузы он произнёс:
– Пожалуй, ты права… Сейчас уже поздно, и я не хочу никого беспокоить. К тому же Юэ не сделала ничего дурного за всё это время… Но завтра я непременно сообщу об этом сестре и родителям… Думаю, нужно позвать жреца, дабы он провёл обряд очищения и определил, точно ли Юэ лисица-оборотень или нет.
Сонг больше бы обрадовалась, если бы её супруг доложил родителям и сестре обо всём прямо сейчас, но не подала виду…
Тем временем Жилан шла по коридору и невольно подслушала разговор Куана и Сонг через приоткрытую дверь. Девушка замерла от изумления: неужели её любимая служанка на самом деле лисица-оборотень? Ведь она сама раньше уже видела лисьи уши и хвосты… Но считала это лишь игрой своего богатого воображения! А теперь их заметила ещё и Сонг…
Несколько мгновений Лиу-младшая стояла в оцепенении. Она не знала, как ей поступить. Наконец, очнувшись, она стремглав бросилась к компаньонке: та занимала крохотную каморку рядом с покоями госпожи.
Она уже собиралась ложиться спать, как вдруг к ней буквально-таки влетела Жилан.
– Госпожа, что стряслось? – испугалась Юэ, глядя на её бледное и взволнованное лицо.
Девушка кратко рассказала ей о подслушанном разговоре. Юэ внимательно выслушала её.
– Прошу, скажи, что это неправда и ты не лисица-оборотень… – задыхаясь от волнения, промолвила Жилан.
Её собеседница опустила взор:
– Я не могу больше лгать вам, госпожа… Это правда… Я на самом деле одна из тех, кого люди называют лисицами-оборотнями. Но мы вовсе не такие чудовища, какими нас многие представляют… Мой клан никогда не нападал на смертных людей и мирно жил на протяжении долгих веков…
– Но зачем ты здесь?
– Ах, госпожа… Я хотела некоторое время пожить среди людей. Но вовсе не хотела причинять кому-то вреда.
Внутреннее чутьё подсказывало Жилан, что Юэ говорит правду.
– Я не сомневаюсь в твоих словах… Но прошу тебя: беги. В ближайшее время сюда придёт жрец, чтобы провести специальный обряд и запечатать твою силу…
Представительница небесного клана скептически относилась к магической силе жрецов. Они не могли причинить вреда представителям клана, прибывшего из зодиака Красной птицы Юга. Лишь некоторые жрецы, по её мнению, могли совладать с мелкими демонами и духами. Однако Юэ не намеревалась испытывать судьбу. Хоть она и бессмертна, но не сможет жить без головы, если её отрубят.
Посему она горячо поблагодарила госпожу, простилась с ней и, чтобы не привлекать излишнего внимания, обернулась небольшой рыжей кошкой, ибо могла принимать обличье не только лисицы. После чего выпрыгнула в окно и скрылась в темноте сада…