Эш

Я стояла на своей кухне, глядя в холодильник. Он был пугающе пуст. Я никак не могла придумать, что можно приготовить из арахисового масла и кетчупа.

Часть меня ненавидела жить одной. Я любила шум, хаос, людей вокруг. Любила, когда не нужно было думать, как приготовить что-то более-менее съедобное только для себя одной.

Дома всегда кто-то приходил и уходил, и я не осознавала, насколько привыкла к этому, пока не оказалась здесь.

Мой телефон зазвонил, когда я колебалась между китайской едой и пиццей.

На экране замигало имя Куинн, и я порадовалась, что не забыла сохранить её номер.

Прошло два дня с тех пор, как я сказала Фоксу, что буду участвовать в гонках, и никто из них не дал ни одного сигнала.

Я тайно надеялась, что это значит, что они передумали, и мне удастся спрятаться в своей квартире.

Но, похоже, это уже не вариант.

— Алло?

— Привет, Эш. Ты дома? Мы хотели бы заглянуть и посмотреть твою машину.

— Мы?

— Мы.

— Кто мы, Куинн?

— Слушай, мы как комплект. Берёшь одного — берёшь всех.

— И кого именно я, по-твоему, «беру»?

— Меня, наверное, — ответила она со смехом.

Они действовали быстро, и я даже удивилась, что они вообще приехали.

— Заезжайте. Я буду в маленьком гараже. Машину вы не пропустите.

Не прошло и пятнадцати минут, как целая вереница уличных машин въехала на мою улицу. Все четверо припарковались синхронно, будто репетировали это раньше.

— Нифига себе, — сказал Джакс, выходя из машины. — Ты говорила, у тебя просто стоит машина. Не упомянула, что это идеальный вариант для гонок.

— Она в кусках. Как она может быть идеальной?

Двигатель был разобран, тормозов, насколько я знала, больше не было, кто-то снял тормозные линии и так и не заменил их.

Машина простояла в гараже моего отца несколько месяцев. Обещали, что лучший механик всё починит, сделает её крепче и безопаснее.

Но я слишком поздно узнала, что ни отец, ни Дэвид не хотели, чтобы её действительно чинили.

У них были свои планы, чтобы я больше никогда не участвовала в гонках после аварии.

Может, они действовали из любви, из желания оградить меня после того, как увидели, в каком я была состоянии.

Но всё, чего они добились, это того, что я чувствовала себя слабее.

Боль от осознания, что те, кто должен был тебя поддерживать, не верят, что ты справишься, была невыносимой.

— Вижу, — сказал Джакс, осматривая машину. — Фокс говорил, ты участвовала в гонках. Это та самая машина?

— Нет, не она. Я думала, что починю её, но желания так и не появилось.

— Что с ней случилось?

— Отец держал её годами, а потом, видимо, потерял к ней интерес. Она досталась мне, я обрадовалась проекту.

Я снова взглянула на неё. Машина всё ещё была в отличной форме.

Именно на ней я собиралась гоняться после того, как разбила свою первую тачку.

Но я так и не довела дело до конца. Даже не выехала на ней на дорогу.

— Серьёзно, Эш? — спросил Кай, открывая водительскую дверь и усаживаясь внутрь. — RX7? Фокс упадёт, когда увидит это. И, судя по всему, у тебя отличное начало. Здесь хорошие детали.

— Да, мой отец обожал вкладываться в свои машины, так что я смогла достать кучу классных запчастей.

— И у него, наверное, есть автомастерская?

— Есть. Эта машина стояла там несколько месяцев, пока я не забрала её сюда. Я думала, что её чинят, но так и не увидела, чтобы они что-то действительно сделали.

— Зачем везти её сюда? Я полагаю, если у него есть такие детали, у него и инструменты есть, — спросил Джакс.

— Мы с ним поссорились. Сейчас почти не общаемся, так что забрать машину с собой было единственным вариантом сохранить её.

— Ага, — отозвался Рэнсом. — У тебя есть другие родственники?

— Ни с кем больше не поддерживаю связь.

— Ну, тогда хорошо, что у тебя теперь есть мы, чтобы вломиться и починить твою машину, — сказал Джакс. — Давайте осмотрим, что нам нужно.

Все закивали и начали работать, заглядывая под капот и под саму машину.

Мне всегда нравилось возиться с машинами. Я знала достаточно, чтобы сделать большую часть ремонта сама, но всякий раз, когда думала о том, чтобы закончить работу над ней, чувствовала только усталость.

Это была не та машина, которую я разбила. Но та же модель. И одно воспоминание о той аварии до сих пор вызывало во мне тревогу, поэтому ни о каком вдохновении речи не шло.

Но теперь, когда рядом была целая команда, готовая помочь, я впервые почувствовала волнение.

Оно тут же исчезло, когда Джакс выкатился из-под машины с мрачным выражением лица.

— Не хочу быть тем, кто это скажет, — произнёс он, — Но тебе нужен новый двигатель.

— Что? Почему? Он разобран, но должен быть рабочим.

Кай тоже выкатился — подъёмник был низким, но позволял заглянуть под машину.

— Не знаю, кто сказал тебе, что это хороший двигатель. И не знаю, когда ты в последний раз смотрела под неё, но в блоке огромная дыра.

— Не может быть. Я сама его осматривала, прежде чем его установили. Всё было нормально.

Джакс поморщился.

— Прости, Эш. С такой дырой мы ничего не сделаем. Нужно ставить новый.

— Нет, это невозможно. Я сама всё проверяла.

— Когда?

— Месяцы назад. Тогда он ещё был в мастерской у отца.

Кай подошёл ко мне и показал фотографию двигателя с гигантской дырой сбоку.

— Я бы сказал, кто-то намеренно это сделал. Это не поломка. Двигатель не запускался, так что взорваться он не мог. И обломки внутри корпуса — значит, били снаружи.

— То есть это сделали нарочно? — мой голос дрогнул. Я не должна была удивляться. Никто не хотел, чтобы я снова гонялась.

Но я не думала, что Дэвид или мой отец опустятся до такого.

— Думаю, да. Знаешь, кто бы мог это сделать?

— Есть догадки. Но сейчас это неважно, да?

Я села на табурет в углу. Глаза защипало, и я не могла понять почему.

Это была последняя капля. Я так боролась, чтобы вернуться в гонки.

Даже когда у меня случилась паническая атака, я не сдавалась в попытках сесть за руль.

Я добивалась, чтобы машину отремонтировали, кузовщики возились с ней месяцами.

Я спорила с отцом и с Дэвидом, чтобы они восстановили техническую часть.

Я знала, что они не хотят мне помогать. Но сейчас выяснилось, что двигатель был мусором с самого начала, и я этого не заметила?

Они даже не пытались.

А это значит, что они врали мне в лицо месяцами.

Такую дыру невозможно было не заметить случайно.

Машина Фокса въехала во двор и встала рядом с остальными.

Я не знала, зачем он приехал сейчас, но не хотела, чтобы он видел меня в таком состоянии.

— Ну, раз двигатель хлам, — сказала я, — Тогда всё. Не знаю, чего вы от меня хотите. Я не смогу участвовать в гонке с вами.

Фокс вошёл в гараж, услышав конец моей фразы.

— Почему ты не гоняешься сейчас? И это та самая машина, на которой ты хотела поехать? Она офигенная. Серьёзно, чертовски классная, — сказал он, обойдя её.

— Не такая уж и классная, если учесть, что двигатель в хлам.

Фокс посмотрел на своих друзей. Те молча кивнули.

— Огромная дыра, — добавил Джакс. — Не починишь.

— И именно из-за этого ты расстроена? — спросил Фокс.

— Да. Ну, и из-за всего остального, что связано с этой машиной. Это просто стало последней каплей.

Я уставилась в одну точку, не в силах больше смотреть на Фокса.

До сих пор не верилось, что этот человек спас мне жизнь и оказался в больнице из-за меня.

Что он получил шрамы на всю жизнь, просто потому что хотел убедиться, что той ночью со мной всё будет в порядке.

И я всерьёз подумала, что участие в гонке как-то искупит это? Что, если я соглашусь гоняться с ними, — это всё компенсирует?

— Послушайте, — выдохнула я. — Может быть, гонки с вами — это не то, что должно случиться. Я могу найти кого-то другого, кто поможет, если вы дадите мне немного времени.

Я знала достаточно людей из мира гонок. Кто-то из них наверняка согласится участвовать с командой, даже если никого здесь не знает.

Тишина затянулась, но я не отступала.

Я знала, что они расстроятся. Но так будет лучше. Я всё равно не успею подготовить машину вовремя, а, даже если и успею, Фоксу явно больно видеть меня рядом.

Похоже, самое доброе, что я могла сделать, это просто уйти.

— Нет, — сказал Фокс, подходя ко мне. — Мы отвезём её в гараж. Найдём новый двигатель и всё сделаем вовремя.

— Правда, не надо. Это слишком…

— Ты сказала, что будешь участвовать, — голос Фокса стал ниже, почти угрожающе тихий. — Ты держишь слово или сдаёшься?

Я подняла взгляд, встретившись с ним глазами. Он был на грани. И этот шрам — напоминание, что я ему должна.

— Нет. Я не сдаюсь.

— Я сказал, что, если ты согласишься, мы доведём твою машину до ума. И я сдержу слово. Мы привезём её в мастерскую. А пока ты будешь тренироваться на одной из наших.

— Хорошо.

Мои слова прозвучали тихо, но внутри меня всё кричало.

Я столько времени боролась одна, чтобы вернуться в гонки, а теперь кто-то другой борется за меня.

Эта перемена пугала больше, чем сама помощь с машиной.

— Отлично! — сказала Куинн, вскакивая. — Похоже, пора на перерыв. Как насчёт поесть?

Все её поддержали. Она повернулась ко мне:

— Пойдёшь с нами?

— Не могу, — соврала я. — У меня планы.

— Ну ладно. А завтра потусуешься с нами? Мы можем куда-нибудь выбраться.

— Может быть. Я напишу тебе.

Она улыбнулась ещё шире и обняла Рэнсома за плечи.

— Супер!

Фокс развернулся и направился к своей машине, даже не дождавшись ответа.

Джакс покачал головой:

— Серьёзно, Эш. Это вообще не проблема. Мы всё быстро сделаем.

Мы оба смотрели, как Фокс садится в машину и с силой хлопает дверью.

— Просто я не уверена, что это хорошая идея. Видно же, что он не хочет видеть меня рядом. И я его понимаю. Я бы тоже, наверное, не хотела быть рядом с человеком, из-за которого…

— Ты не делала этого с ним. Он просто слишком старался быть героем. И я сомневаюсь, что он хоть на секунду об этом пожалел.

Я знала, что после травмы людям нужно время.

Но что я должна дать ему?

Я приеду, погоняю с ними, и уеду. Я не собиралась становиться частью их команды навсегда.

И уж точно не собиралась умолять Фокса стать моим другом.

Я буду держаться подальше, выиграю эту гонку и уйду из их жизни.