Очередной и последний портал, долженствующий привести нас наконец домой — должен был открыться ближайший час. Узловая точка располагалась на высоте приблизительно на высоте 225 метров, и чтобы до нее добраться, нам пришлось заказать столик в самом дорогущем местном ресторанчике, расположенном на последнем этаже высотки с панорамным видом. Ну а далее, к нужному моменту придется как-то осторожно пробраться на крышу, закрытую для посещений. Впрочем, в первый раз, что-ли?
— Значит, говоришь, наша демоническая хранительница завела себе в этом мире последовательницу, — задумчиво рассуждала Аки, держа в руках деревянные палочки для еды, с зажатым в них ломтем обжаренной говядины, вымоченным в соусе непонятной природы.
— Трех, — поправил я. — Двух девчонок тинейджеров и еще был какой-то мужик лохматой наружности, лет около сорока пяти… Понятия не имею, по каким критериям она их отобрала, и главное — зачем. Спрашивать бесполезно — тут же уводит разговор. А сейчас вообще зарылась в своих чертогах и не показывается уже второй день, словно готовит какой-то очередной сюрприз… ненавижу сюрпризы. Я собственно затеял этот разговор, понадеявшись, что она с тобой поделилась и ты сможешь для меня прояснить хоть что-то.
— Почему вдруг ты решил, что мне она расскажет больше чем тебе? — лисичка закинула кубик мяса в рот и я хмыкнул, представив как она сейчас будет фыркать, стараясь пережевать достаточно жесткий местный деликатес.
Однако же, как мне и следовало ожидать, самое жесткое мясо — даже для настоящей, а тем более для волшебной лисицы — все равно что мягкий бисквит. Глазки Аки налились багровым золотом, зрачки вытянулись, а я лишь хмыкнул, уже зная, что это признаки частичного перевоплощения. Она ухмыльнулась, демонстрируя заострившиеся наконечники зубов, и перекусила следующий кусок как подтаявшую шоколадку, после чего облизнулась, все так же улыбаясь.
— Почему я так решил? Ну, быть может потому, что вы последнее время постоянно шепчетесь и секретничаете. У меня сложилось впечатление, что вы настолько крепко спелись, что завели секреты даже от меня, — я осторожно вплел в тон нотку упрека, понадеявшись спровоцировать мою рыжую хитрюгу на немного большую откровенность. — Вы стали такими близкими подружками, насколько вообще возможна дружба между… кем-то вроде вас двух.
— Ты переоцениваешь наше общение, — покачала головой девушка, отправляя в рот следующий кусок. — У нас абсолютно разные ценности и мировоззрение. Единственное, что у нас общего. что нас сближает и объединяет — это ты, — она подмигнула. — И предвосхищая твой следующий вопрос — да, мы тебя обсуждаем часто и подолгу, но подробностей ты от меня не услышишь, прости. Для твоего же спокойствия. Что же касается поиска в этом мире приспешников и критериев их отбора — эти тонкости она со мной не обсуждала, так что достоверных знаний на эту тему у меня все равно нет, — кицунэ бросила взгляд в окно на открывавшийся вид на город с высоты птичьего полета, и я явно почувствовал, что это не все.
— Это все понятно, однако, самое интересное обычно следует после «но», — слегка поднажал я,
— Но, хоть мы с ней этого и не обсуждали, я могу попробовать и озвучить если не точную — то близкую к тому догадку, исходя из моего собственного опыта, и обрывков наших разговоров, — протянула она осторожно.
— Продолжай, — я подбадривающе кивнул.
Рыжая вредина улыбнулась, прищурив глазки, как бы намекая «а что мне за это будет?». Я подмигнул, принимая ее правила игры, прекрасно понимая, какая валюта котируется в понимании этой хитрюги. Та довольно хмыкнула, демонстративно слизнула капельки соуса с указательного пальца правой руки, куда они скатились с палочек, и медленно, явно растягивая удовольствие ответила:
— Я действительно не знаю, и до конца не уверена, — она задумалась. — Но если провести аналогию с тем, что мы с ней провернули в мире Улья… Ты хорошо помнишь тот самый первый раз, когда она проникла в мое сознание, и мы отправились «восстанавливать справедливость» в убежище культа Пламенной Хищницы? Ну так вот. Так сложилось, что я удачно вписалась в их каноны верований. Большая часть местных поверила что я и есть воплощение их богини. Как мне сказала Малиссиана, — для них я стала Пламенной Хищницей. Согласно ее теории — искренняя незамутненная вера в любое мистическое существо как в божество — спустя некоторое время при достижении определенной критической массы обеспечивает такому существу прорыв на качественно иной уровень. Буквально переплавляя его суть, делая настоящим божеством…
— Чего⁈ — мои брови поползли вверх. — Хочешь сказать, ты теперь — настоящая богиня⁈
Аки пожала плечами, продолжала задумчиво глядеть в окно на панораму лежащего перед нами города.
— А что, я недостаточно красива? Или по-твоему недостойна⁈
Разумеется, я тут же ее уверил, что она самая лучшая и красивая богиня, из всех кого я знаю.
— Пока что я богиня только в устах тех людей, кто доверил мне свою судьбу, и прославляет мое имя в том мире, — она задумчиво поправила челку ноготками левой руки. — Малисса говорила, что все это лишь теория, не подтвержденная до того на практике ни разу, и даже в случае успеха — это все равно длинный и тернистый путь, но… не так давно со мной кое-что произошло. Сразу говорю, это все на уровне догадок, да и сторонних факторов, способных вызвать такой эффект немало…
— Ты сейчас о чем? — насторожился я. — Ну-ка, давай подробнее…
— Если коротко, за последние месяцы, которые мы провели в мире Кристалла, я изрядно прибавила в силе. Не просто отточила навыки а словно… мой внутренний резерв разросся, а проводимость каналов и меридианов укрепилась. Неприлично масштабно и аномально быстро, — она глянула на свою пустую тарелку, перевела взгляд на мою, где все еще нетронутыми ломтиками было аккуратно сложено мясо. — Ты не собираешься доедать?
У меня вырвался смешок, и непроизвольное пожатие плечами.
— Да забудь ты про еду хоть ненадолго! Рассказывай подробнее!
— Лучше покажу, — она хитро прищурилась, щелкнула палочками и… между ними появился кусок мяса. Просто из ниоткуда. — Вот например.
Я нахмурился, покосился на ее и без того пустую тарелку, потом перевел взгляд на свою. Кажется, там стало на один кусочек меньше. Рыжая хитрюга недолго думая отправила кусочек в рот и подмигнула.
Так, да? Я провел рукой над тарелкой. Послышался едва слышимый гудящий звук, пахнуло озоном, и тарелку накрыло невидимым я и непроницаемым куполом.
— А теперь посмотрим как у тебя… — договорить я не успел, Аки медленно подняла правую бровь, еще ехиднее ухмыльнулась, легонько щелкнула коготками. И между ними снова оказался кусок мяса, который за мгновение до того пропал с моей тарелки. Чтоб меня!
Девушка быстро огляделась по сторонам, убедилась что на нас не смотрят, и кусочек охватило несколько язычков пламени, заставив зашипеть как шашлык над углями.
— Ну нифига же себе, — тихо прошептал я. — Это Малисса тебя научила таскать предметы сквозь барьер?
— Через какой еще барьер? Понятия не имею, о чем ты, — она отправила мясо в рот и клацнула зубами.
Я нахмурился и хлопнул ладонью по невидимой преграде, Аки слегка удивилась, но повторила мой жест, ощупывая препятствие.
— Хочешь сказать, это здесь и было когда я… — она снова щелкнула коготками на большом и указательном пальце, и между ними появился очередной ломтик. — Ха! Я даже не знала! Я крутая, да?
На какие-то несколько мгновений она снова стала прежней рыжей девчонкой-оторвой, но вот ее взгляд снова стал серьезным и сосредоточенным.
— Примерно об этом я и говорила. Я меняюсь, Ярик. Что-то внутри меня запустило процесс метаморфозы, чем-то напоминающий то, как я перекидываюсь, только более… глубокий и глобальный. Если честно, мне немного страшно. Но только лишь немного, — она снова задорно улыбнулась. И теперь, отвечая на твой вопрос и проводя аналогию… если то, что со мной происходит, стало результатом моего кхм… «обожествления»… ну в смысле… ты понял, в общем. Предполагаю, что наша общая заклятая подружка пытается провернуть нечто подобное, а на мне поставила первый опыт, — закончила она, и облизнувшись, покосилась на мою тарелку. — Ты вообще собираешься доедать это мясо или нет⁈
Я одним движением снял барьер и пододвинул ей свою тарелку, продолжая размышлять. Собственно, а чего я ждал? Верил, что внезапная дружба моей демонессы и Аки — вспыхнула вот так внезапно и бескорыстно? Итак было понятно, что Малисса ее использует в своих целях, только вот время шло, бочка с медом была наполовину пуста, и дегтя нигде не было видно.
— Я ее убью, — бросил я, ни к кому толком не обращаясь.
— Ой, да ладно тебе… мофно фодумафь флуфилофь нефофрафимое, — попыталась успокоить меня лисичка, но быстро отбросила эту затею и занялась едой.
Спорить с Аки мне просто не хотелось, а вот наладить внутренний диалог с демонессой и устроить допрос с пристрастием…
— Кстати, об одном из замеченных мной изменений, — продолжила девушка, внезапно нахмуриваясь. — Помимо всего прочего, с недавних пор мои чувства и интуиция обострились. Я стала ощущать многое, чего раньше просто не замечала. Например, прямо сейчас я испытываю некое напряжение, словно вот-вот начнутся неприятности…
— Какие именно? — насторожился я. — Источник указать можешь?
Аккуратно повертев головой и пробежав глазами по сторонам, Аки лишь пожала плечами.
— Не могу… я в принципе не могу объяснить, что не так. Это словно… как будто ты стоишь на крыше в грозу, и за долю секунды до вспышки молнии — инстинктивно зажмуриваешься, чтобы не ослепнуть. Вот и сейчас, у меня строгое ощущение, что нам пора… а причины сказать не могу. Ну, помнишь, как месяц назад, во время освобождения исследовательской команды в джунглях Амазонки?
Я покивал, вспоминая. Да уж, во время того рейда мы чуть не угодили в болото, заполненное плотоядными тварями, которых в толще грязи и торфа не засекли сканеры. Из необъяснимых побуждений Аки категорически запретила высаживаться в заданной области, заставив пилота приземлить глайдер западнее, на небольшом плато выступающей скалы… как позже оказалось — это спасло нас от серьезных проблем. Но самое интересное, объяснить свою внезапно нахлынувшую прозорливость лисичка не смогла.
— Ярик, — осторожно позвала кицунэ, привлекая мое внимание.
Быстро оглядевшись, я тоже пришел к выводу: что-то назревает. Зал ресторана практически опустел, последних двоих гостей, остававшихся помимо нас — администратор аккуратно выпроваживала в сторону лифта. Мне оставалось только закатить глаза и вздохнуть, мысленно собираясь с мыслями и готовясь к сюрпризам.
— Трое, вооружены, стоят наготове перед входом, — констатировала Аки, слегка прищурившись. — Видимо ждут сигнала.
— Ага. А еще двое поднимаются по лестнице со стороны пожарного выхода, — не остался в долгу я, ощупывая пространство при помощи сферы эйдоса. — Судя по всему, сразу нападать не собираются, просто перекрыли выход, чтобы мы не смогли им воспользоваться. Значит сразу нападать не будут, вероятно ждут переговорщика, будучи уверенными, что путей к отступлению нету. Кстати, на крыше еще трое, — добавил я, перенося сознание в точку наблюдения над нами.
Аки хищно улыбнулась, и в свете заказа блеснули сорок восемь острейших клыков, слишком идеально-правильных, слишком белых, чтобы принадлежать человеку. Я сглотнул, внезапно вспомнив, как совсем недавно эти губы и длинный острый язычок касались меня в самой сокровенной области с завораживающей нежностью, и мысль о том, что вместо губ могли сомкнуться эти самые идеально-белые острейшие зубки неприятно холоднула внутри.
— Может сначала осторожно узнаем, чего от нас хотят? Вдруг они просто пришли проводить нас и пожелать удачной дороги? — подмигнул я, отставляя в сторону стеклянную кружку с латте, давая своему «альтеру» доступ к сфере эйдоса, и разрешая подключиться к двигательным функциям тела.
— Разве что в уютную допросную камеру, или же в последний путь, — фыркнула моя вредная лиса, но против моего ожидания пожала плечами и добавила: — Ставлю на то, что нас сразу начнут прессовать, или попытаются захватить. Впрочем, дадим им шанс объясниться…
Как раз в это время двустворчатая дверь распахнулась и вошли трое: мужчина средних лет в дорогом костюме и очках, и сзади от него еще «двое из ларца» — два неуловимо схожих крепко сбитых человека явно бандитской наружности. Первый мужик быстро кивнул официантке, кивнув на дверь, и та послушно поспешила прочь, а оставшаяся процессия уже не скрываясь направилась прямо к нам.
— Вас хочет видеть господин Бриони, — бросил он нам скучным голосом, слегка поправляя очки. — Поднимайтесь, и следуйте за нами.
Мы спокойно переглянулись, после чего Аки улыбнулась и довольно промурлыкала:
— Ну вот, я выиграла! Один ноль!
— Я между прочим ставок не делал, — спокойно покачал головой я. — Сомнительный повод заявлять о выигрыше…
— Ну ты и зануда, — надула щеки Аки, притворно обидевшись. — Мог бы хоть раз повести себя как джентльмен и пойди девушке на уступку, позволив победить…
— Ну да, помнится мне я однажды так сделал, — криво улыбнулся я, напрочь игнорируя постороннее раздражающее сопение, изо всех сил старающееся нас напугать одним своим унылым видом. — Ты тогда заявила что ждала от меня… как ты там говорила? «Крепкий внутренний стержень, дающий опору, чтобы до конца отстаивать свою правоту»…
— Ну а сейчас мне хочется оказаться правой! — не успокаивалась она. — Я же девушка, могу и передумать! А стержень у тебя итак более чем внушительный, мне хватает…
— Эй вы! — повысил голос явно закипающий очкарик, взбешенный тем, что его откровенно игнорят. — Я к вам обращаюсь!
— Ну ладно, как скажешь, — продолжил игру я, резко вскидывая руки в жесте «сдаюсь», да так быстро, что сопровождающие очкарика оба синхронно отпрянули и похватались за оружие, оттопыривающее полы пиджаков.
Мы с кицунэ переглянулись, продолжая ухмыляться
— Вы что совсем бесстрашные⁈ — повысил голос очкарик, и вытянул руку, отодвигая браслет часов. На запястье под ремешком обнаружился красиво и очень детально вытатуированный паук — похожий на черную вдову. — Не понимаете, с кем говорите⁈ Сюда смотрите оба!
— Классная татуха, — оценила Аки, обратив наконец внимание на кипящего дурной желчью незваного гостя. — Только моя намного круче и выполнена более профессионально. И главное — она интерактивная, — похвасталась девушка. — Ну то есть меняется в зависимости от моего настроения, — заключила она, словно это все объясняло.
— Вот как? — сально ухмыльнулся мужик. — Крайне любопытно глянуть. И где же она?
— Ну-у… Видишь ли, она на таком месте, что тебе ее никогда не увидеть, — лисичка с показушной ленцой протянула руку к бокалу с шампанским, нарочито-медленно поднесла его к губам и сделала глоток, оставив отпечаток помады на кромке. — Впрочем, можешь подключить фантазию: тату набита на самой упругой части моего тела. И лучше всего ее видно, когда мой кхм… задирает мне юбку сзади, или же проверяет мою… упругость на практике — она явно сделала вид, что увлеклась, но ее хитрющие глаза наблюдали за моей реакцией.
Мне оставалось только покачать головой. Да, в последнее время девушка становилась чересчур эпатажной. Ну да, упомянутая татушка в виде миниатюрной лисички-фурри и правда смотрелась просто бомбовски, и да — меняла свой внешний вид от настроения своей хозяйки. Готов спорить на что угодно: прямо сейчас эта самая лисичка присела, как настоящая мышкующая лиса, готовая прыгнуть на жертву и разорвать ее в клочки, как ту самую мышь…