Случалось ли вам испытать дичайшее желание кого-нибудь убить? Не в переносном смысле — устроить разнос или навешать люлей, а именно убить. Нанести максимально много травмирующий повреждений до несовместимости с жизнью. У меня за все мои недолгие кхм… 18 лет, такое случалось всего трижды.

Впервые — несколько лет назад, когда пьяный идиот, живущий по соседству от дома Лусиано, убивал на моих глазах бездомного щенка, забежавшего к нему на территорию. Я тогда попробовал вмешаться, отобрать, как-то предотвратить это — и поплатился сломанным носом. Мужику правда не поздоровилось позже, Градов позаботился… но щенка это не спасло. Второй раз — совсем недавно, в ситуации, когда ублюдок И Су Чен решил сыграть грязно, заставить меня выдать секрет оружия, которого на самом деле не существует, мне чертовски хотелось его грохнуть. Впрочем, в тот раз его таки грохнули. И теперь — вот сейчас.

С удивительным спокойствием в моей голове проносились мысли о том, что договариваться с этими предателями рода человеческого было огромной ошибкой. Наверное, следовало их всех просто оставить там, кормить инсектов, авось и без них бы справились.

— … вот! Берите их! Они — именно те, кого вы ищете! Устойчивые к огню гибриды, взращённые согласно договору! Мы их вам сдаём! Договор снова в силе! Прошу отпустите нас…

Голос у него дрожал, руки отчаянно жестикулировали, а в моей груди клокотала ни с чем несравнимая ярость.

В ответ на его предложение одна из тварей опустилась на передние конечности, медленно поползла вперед как таракан, но на полпути остановилась, водя усами в разные стороны.

— Вот же мрази… Ненавижу… Надо было оставить вас всех там, где я вас нашел, — прошептал я тихо, перебирая свой арсенал. — Или сразу же убить, как только вернул себе это, — в моих руках блеснул металл разрушителя. — Впрочем, чего я жду от предателей, готовых переметнуться в любой удобный момент?

— Ну, я пока что еще никуда не переметнулся, — осторожно возразил генерал, как ни в чем ни бывало продолжая выглядывать наружу, оценивая ситуацию.

— Да ну⁈ — Я поднял глаза на него. — Забыл, окруженные насекомыми, приняли мое предложение, но потом, будучи в безопасности, ты наставил на меня… это?

Между тем одна из веспидов ответила странным, звенящим, словно вибрационным голосом:

— Ты не вправе делать предложение о возобновлении договора, жалкий человек. Ты не Мать вашего улья, — прожужжало-прострекотало существо. — Вы все — лишь корм, с которым переговоров не ведут.

Тогда боец направил пистолет на Ириссию, и ответил:

— Вы будете вести с нами переговоры, потому что у нас те, кто вам нужен!! Если не согласитесь — мы их просто убьем, и вам ничего не достанется! — крикнул он.

Мои костяшки пальцев побелели от избыточного сжатия рук в кулаки, а генерал между тем продолжил свою отповедь:

— … в тот момент я никакого предложения не принимал и ничего не обещал, просто побежал в единственное место, где по моему мнению шансы выжить повыше, — продолжал между тем генерал, не отводя взгляда от вялой попытки его бывших подчиненных выкупить свои шкуры. — А пообещал я уже после того, как ты меня обезоружил… и с того самого момента я держу слово. Как и трое моих парней, оставшихся там, — он мотнул головой назад. — До последнего!

Впервые я не нашел чем возразить.

— И, если у тебя есть план — говори, что делать, — продолжил генерал. — Можешь на меня рассчитывать, я не предам. А потом решишь, можно мне верить или нет, — добавил он прищурившись.

Я даже не успел съязвить в ответ, как неожиданно подала голос Малисса:

«Он не врет. По крайней мере, он сам верит в то, что говорит сейчас», — подсказала она.

И это все решило. На пару мгновений я зажмурился, изучая обстановку, отпечатавшуюся в моей голове. Три инсекта непредсказуемой степени опасности. Трое вооруженных предателей. Сгрудившиеся женщины на коленях, расположенные между инскетами и людьми, в шаговой доступности любой из групп. Только один план действий приходил в голову.

— Я сейчас поставлю двойной барьер, — решился я. — Две невидимые стены. Отгорожу пленниц и от насекомых, и от предателей. А вы, пользуясь их замешательством — расстреляете сначала этих троих, а после я присоединюсь, и как пленницы будут в безопасности — я опущу второй барьер, и добиваем инсектов вместе. Если вам навяжут ближний бой, кого-либо схватят или окружат — кричите, и я отпугну тварей огнем. Со своей стороны поддержу чем смогу.

— Понял.

— Как можно быстрее забирайте пленников и ко мне — так вы быстрее развяжете мне руки жахнуть чем-нибудь по-настоящему убойным…

— Отличный план, — кивнул генерал, затыкая за пояс пистолет и поднимая винтовку одного из убитых. — Грил, Воркс, вы — наши лучшие стрелки, поэтому, остаетесь и отработаете цели в голову. Потом прикрывайте нас, пока я, Марон и Лерс идем за бабами. А вы трое — с промежутком в секунду — за мной. Остальные — резерв. По твоему сигналу, — отрапортовал он мне, закончив распределения.

Я не стал качать права и осаживать генерала, или менять предложенный им план. вероятно он знал своих людей достаточно хорошо, чтобы правильно распределить роли. Просто кивнул, одобряя его расстановку, и прошептал:

— Пятисекундная готовность…

Тот просто кивнул и застыл, явно готовый рвануть по первому сигналу.

К этому моменту обстановка там явно накалилась: одна из самок резко взмахнула… ну, наверное, это можно назвать рукой, а следом за ее спиной распахнулась хитиновая пластина и взмыли два прозрачных крыла. С воем, похожим на пропеллер кукурузника, тварь отделилась от пола, зависнув на пару метров над полом.

Больше ждать было нельзя: я поднял руки перед собой, осторожно выглянул из-за угла и прошептал:

— Пять… четыре… три… два… Vallum Invictus!

— Пошли!! — одновременно шикнул генерал и трое бойцов выскочили за ним из-за угла, рванули вперед с разрывом в секунду, двигаясь в одну линию. Двое других бойцов вскинули винтовки и прицелились из-за угла: один стоя другой сидя.

Сдвоенный залп разнес башку одному из выродков первой группы, которые только обернулись на выкрик и пробил плечо второму. Последний развернулся было к нам, но тут уже сам генерал выстрелил и изрешетил последнего живого предателя.

— Забираем их! — выкрикнул генерал, и я убрал руку, опустив ближний барьер.

Веспиды по ту сторону разразились злобным жужжанием и ультратонким писком, который я уже знал — этот звук призывает инсектов повсюду. Одна из тварей пронзительно завизжала и бросилась в сторону Мики, но со всего разгона впечаталась в невидимую стену. Остальные два… две, метнулись в разные стороны, тыкаясь мордами в барьер, стараясь найти проход, чтобы окружить бойцов.

Генерал тем временем быстро поднял на ноги Джулс, собственноручно перерезал ремни, сковывавшие ее руки и всучил ей свою винтовку.

— Держи! Отходи к остальным!! — бросил он командным голосом на растерявшуюся женщину, подбирая с пола оружие бывшего товарища. — Чего встала! На позицию, солдат! Прикрывай детей и отступай!

Надо сказать, что хоть Джулс и растерялась, рефлексы были вбиты в нее крепко, потому что после этого она быстро подтолкнула девочку в нужном направлении, я лишь скорректировал его в сторону выхода.

— Готов!! — крикнул генерал, поднимая кулак и вскидывая винтовку.

Мика задержалась, подбирая с пола валявшийся пистолет, а Джулс потащила ее за шкирку, увлекая за собой.

— Ярик! — подскочила ко мне Джулс. — Эти ублюдки, они… хотели…

— Потом! — обрываю ее жалобы. — Нужно уходить, быстро! — бросил я, убирая второй барьер.

И бойцы открыли шквальный огонь.

— Отлично сработано, — выдохнул я, наблюдая, как расстреливают в упор одну из трех тварей, ранят двух остальных. — А теперь валим, пока еще жуков не набежало…

Одно из раненых вдалеке насекомых упало горизонтально и поползло как таракан прочь, намереваясь скрыться в пробоине в бетонном полу ангара. Ну и пусть ее, подумал я, разворачиваясь за остальными.

Мы пересекли ангар в противоположном направлении и побежали на проглядывавший впереди свет только для того, чтобы понять, что пролом в стене впереди — не путь наружу, а обрыв.

Ириссия вела за руки двух девочек, а чуть впереди с отчаянной решимостью на лице, сжимая трофейный пистолет, бежала Мика. Поймав ее взгляд, я ободряюще кивнул, и получил в ответ такой же сосредоточенный кивок. Молодец, храбрая и сильная духом девочка.

Приблизившись к краю, я с ужасом окинул взглядом представшую картину целиком. Остов здания, где мы находились — вероятно располагался где-то высоко, этажей на тридцать минимум. Разлом, раскроивший поверхность земли был очень глубоким и широким — начала и конца не было видно, а глубина составляла более трехсот метров, но дна было не рассмотреть из-за странного липкого тумана, застилавшего нижнюю обозримую часть.

Зато приблизившийся генерал, поравнявшийся со мной — тихо выматерился.

— Кажется, я понял, куда мы попали, — произнес он тихо, глядя вниз.

— Ну и? — повернул я голову в его сторону.

— Поверь, если я прав — ты очень не хочешь этого знать… — он сглотнул. — Нужно бежать. Быстро и без оглядки, прямо сейчас…

И не дожидаясь моей реакции подал сигнал бойцам сзади:

— Подтягивайтесь, быстрее! Нужно уходить! Двигаем!

Впереди, за следующим поворотом — угадывалась массивная ржавая дверь — подъемные ангарные ворота — вероятно выход или проход дальше. Вряд ли мы сможем их сдвинуть, но уверен, что проделать дыру — не составит проблем. Джулс и трое сопровождавших ее бойцов резко затормозили перед поржавевшей преградой, а я, чуя недоброе, приготовил разрушитель.

— На счет три, — подал я голос. — Раз. Два. Три…

С последним словом я задействовал тенебрис, мысленно обрисовывая контур заклинания, и наблюдая, как сегмент ворот осыпается в труху.

Наконец-то мы выбрались на открытое пространство, разглядывая заваленную обломками и серым снегопепелом площадку. Воздух, холодный и промозглый, ударил в лицо, но после спёртой атмосферы подземелий он казался живительным нектаром.

Вот только эта проклятая вселенная просто не могла не подкинуть очередную порцию дерьма, и в этот раз я почти не удивился, наблюдая представшую нам картину.

Раздолбанная дорога, ведущая от двери — уходила дальше, далеко вперед, где упиралась в завал, образовавшийся из полуразрушенных строений, между которыми она и пролегала. Мы оказались на огромной площади, похожей на внутренний двор какого-нибудь завода или военного комплекса. Часть территории справа поодаль — вертолетная площадка, еще дальше — ржавеющие остовы военных машин, левее — небольшая зона отдыха и разрушенное кафе, дальняя часть которого явно обрушилась в разлом в незапамятные времена. Часть высотных зданий была обрушена, превратившись в пологие холмы из бетонного крошева.

На той стороне нас ждали. Шесть огромных тварей, размером с небольшого бегемота, закованные в толстый хитин, похожий на черепаховый панцирь расположились полукольцом, явно дожидаясь когда же беглецы сами выскочат навстречу. Еще три жука медленно выползали слева, поднимаясь по склону обрыва. Да не три, а пять! Шесть! Восемь!! На спине каждой бронированной туши сидело существо, похожее на расстрелянных нами веспидов — словно всадники или погонщики, направляя бронированного мутанта. По всему выходило, веспиды — это доминирующий вид инсектов, а остальные у них что-то вроде домашних животных.

— Нам конец, — выругался генерал досадливо. — Оружие против них бесполезно, уязвимы только глаза, но они им и не нужны особо, твари по запаху ориентируются не хуже…

Я медленно сложил руку в магический знак.

— Sileo cor…

Затаив дыхание, я наблюдал, ожидая, что одна пара тварей, или хотя бы один бронированный мутант затрясется и упадет с остановленным сердцем.

«Не сработает, — фыркнула Малисса. — У них слишком иная физиология, не похожая на человеческую. Не уверена, что у них и сердце есть, ну либо оно работает не так… прости…»

— Veritas abscondit, Lux tace, — прошептал я.

Никакого эффекта. Твари продолжали брать нас в полукольцо, окружая со всех сторон.

«Ярик, сзади тоже враги, — снова подала голос демонесса. — Еще два жука, поднялись по склону и заходят в спину в предыдущем зале», — проинформировала Малисса.

Пока демонесса еще что-то там объясняла — время замедлилось достаточно для того, чтобы я успел перебрать больше двадцати вариантов развития событий, и все их отбросить. Ни один не давал даже пятидесятипроцентного шанса выжить. Почти весь мой арсенал бесполезен. Воспламенение с высокой вероятностью сработает, вот только действует на одиночную цель, и пока я буду их поджигать — нас просто сомнут. Это не говоря о том, что сил эта магия жрет прорву, даже с учетом увеличившегося резерва…

— Что думаешь делать? — тихо спросил между тем Кирон. — Поверю, если скажешь, что у тебя есть план как спастись, — прошептал он тихо.

До ужаса захотелось съязвить, спросить, с чего вдруг он стал таким верным и послушным… и еще сильнее хотелось послать его веспидам в задницу. Ну или что там у них вместо задницы. Но вместо этого я лишь ответил тихо:

— Попробую кое-что. Сыграем ва-банк. Может получится. Не стреляйте, пока не дам отмашку, — устало выдохнул я, а следом зажмурился, сделал четыре быстрых глубоких вдоха и выкрикнул как можно громче: — Эй вы!! Я хочу говорить с Королевой! У меня есть нечто очень ценное! Хочу договориться! Это важно!

Ириссия вздрогнула, Джулс посмотрели в мою сторону с явным испугом, генерал нахмурился, но тем не менее продолжил держать одну из самок веспидов на прицеле, не выказывая недоверия, которое безусловно сейчас подтачивает его решимость.

Инсекты никак не отреагировали, продолжая сближаться и окружать нас. Шорох и скрип сзади, по ту сторону ворот давал понять, что и с той стороны нас уже окружают, об этих впрочем Малисса предупреждала, так что сюрпризом они не стали.

— Остановитесь и позовите того… ту, кто вправе принимать решения! У меня важная информация! Важно для выживания вашего вида! — снова крикнул я, готовясь дать отмашку к началу боя.

Вдруг одна из самок веспидов приподнялась на своем жуке и подала голос, неожиданно тонкий и мелодичный, похожий на смесь сопрано и звук летающего комара:

— Какой такой важной информацией может владеть единичная рабочая особь, не являющаяся матерью нескольких поколений, и гибель которой не повлияет на судьбу вашего вида? — задало вопрос чудовище, строя предложение в своей чуждой и странной манере, но тем не менее — смысл сказанного был достаточно прост и понятен. — Теплокровным свойственно преувеличивать свою значимость, говорить неправду ради шанса сохранения собственной жизни, которая в масштабах целого вашего вида ничего не значит. Поэтому, бессмысленно верить лживым словам одной рабочей особи, которая не вправе говорить от имени многих и принимать решения за большинство. Примите смерть достойно, зная, что ваша плоть послужит пищей и способствует выживанию нового молодого поколения, более совершенного вида, чем ваш…

Я показушно-громко засмеялся, разводя руки по сторонам.

— Ничего не значащая особь? — переспросил я. — Не вправе принимать решения? Вы, букашечки так уверены в том, что являетесь венцом творения, заблуждаясь в своей исключительности, что считаете остальных — существами второго сорта… ну так я докажу вам, что вы ошибаетесь. У меня есть власть над огнем, которого вы, твари боитесь больше всего! — выкрикнул я. — Я готов поделиться знанием и властью, но только при равном обмене — на наши жизни! Позови ту, кто вправе принимать решения!

В ответ раздалось жужжание крыльев и щелканье жвал, которое я мог интерпретировать как смех.

— Глупая наивная особь, — пропищало существо. — Зачем нам слушать вашу ложь, если правда намного… вкуснее?

Я еле удержался, чтобы не переспросить «что за чушь?», но до меня быстро дошел смысл услышанного.

— Мы знаем о вас всех больше, чем некоторые из вас знают о себе, — продолжила своим тонким звенящим голосом та. — Самки, которых вы охраняете — рождены с геном повышенной сопротивляемости огню, который мы так тщательно пестовали и взращивали, чтобы дать вам. И когда наши усилия смогли дать плоды — появились личинки, обладающие нужными нам качествами — мы пришли собрать нектар с ваших цветов жизни. И когда Матки двенадцати Ульев вкусят их плоть — каждая по кусочку, и усвоят, выделят генные цепочки, они смогут взять их себе и перестроить свои собственные согласно полученному образцу. Следующие наши поколения родятся уже с устойчивостью к огню. Все, как и планировала Великая Королева. Именно так мы эволюционируем, побеждаем природные слабости нашего вида — поглощая плоть врагов, имеющий нужные нам способности. Но не переживай, пришлый, рожденный под другими звездами, ты умрешь самым последним, ведь ты предназначен самой Королеве!

Я похолодел. Как она… получается, инсекты знают, что я иномирянин?

Генерал, Ириссия, Джулс и даже девочки посмотрели на меня с таким удивлением, словно я тоже начал превращаться в жука или еще какого монстра.

— О чем это они? — тихо спросила жрица, но я отмахнулся, мол потом, не до этого.

— Ты не являешься родоначальником своего вида, и не вправе заключать договоренности от имени вашего Улья… или убежища, как вы их называете, — закончила свое выступление тварь, явно намереваясь подать сигнал к нападению. — И тебе нечего предложить взамен на ваши жизни, представляющие для нас исключительно генетическую ценность…

— Ошибаешься, — перебил я, готовясь нападать. — Мне есть что предложить. Сотни, тысячи, миллионы жизней… Ваших! Ручаюсь, первые сотни три — четыре, кто попытаются нас захватить — очень сильно пожалеют! Ignis!!

Я махнул рукой, и пламя охватило морду бронированного клопа, на котором восседала говорившая со мной самка. Жук заверещал, задергался, поднялся на задние лапы и опрокинулся, едва не придавив говорившую с нами веспидку. Клоп заметался по сторонам, поджигая и соседних тварей. Я уж подумал было продолжить сеять панику, но наездница самого первого клопа быстро с него спрыгнула и что-то тоненько прожужжала. Бронированный клоп развернулся, отполз подальше, и просто упал там, продолжая гореть и не издавая больше ни звука. Так он там и продолжил гореть. Туда же к нему присоединились еще два жука, которые загорелись от соприкосновения с первым и теперь так же умирали, равнодушные к своей участи. Со стороны обрыва выползли еще три здоровые твари, и приблизились к «осиротевшим» самкам веспидов. Две из них быстро взобрались на своих клопов, и заняли свое место в строю, а та, что говорила со мной — придержала своего жука, продолжая диалог как ни в чем ни бывало:

— Ты в очередной раз продемонстрировал всем здесь, насколько несовершенен ваш вид. Несовершенны основы ваших жизненных принципов, несовершенна логика большинства и и понимание того, что действительно важно для выживания. Пускай даже для одной единственной особи ты — неизбежная смерть. Ну может еще для двух или четырех, или даже сотни, может быть тысячи… но в масштабах Улья — потери пары сотен и даже пары тысяч — это естественный процесс обновления. Старые особи уходят, их место занимают молодые. Если особь проживает дольше положенного, ей все равно приказывают умереть, чтобы освободить жизненное пространство, дать дорогу молодым. Для Улья — это даже досадной неприятностью не считается, лишь допустимая неизбежная потеря. Жизнь одной особи, сотни и даже тысячи — мелочь. Главное, что выживет Королева и улей. Родится новое поколение, и займет место в строю. Это так же неизбежно, как восход солнца каждый день.

— Да⁈ — я криво ухмыльнулся. — А если это будешь ты? А если вместо ваших «коняшек» — подожгу каждую из вас?

— Придут другие, — тварь изо всех сил развела руками в стороны, имитируя человеческие жесты, что наводило на определенные мысли. — Мое место займет следующая по старшинству сестра. И будут приходить до тех пор, пока у вас не кончатся силы, и вас не захватят. Для меня смерть не является значимым событием…

— Говоришь так, словно у тебя за спиной прячется миллионная армия! — фыркнул я.

— Так и есть, — ответило существо. — Мои младшие сестры прямо сейчас готовы в любой момент занять мое место… и погибнуть, освободив его для следующего поколения. Как по-твоему, где ты сейчас находишься, человек?