Кто-нибудь когда-нибудь задумывался о том, какую концентрацию неприятностей способен выдержать человеческий мозг и не свихнуться? Что я подразумеваю под неприятностями? Ну, например, участие в авантюре по захвату опасного иномирянина. Еще как вариант — гибель высокопоставленного служащего короны, вину за которую скорей всего повесят меня. А нападение самого настоящего высшего демона, которому ты умудряешься спутать планы, и готового сожрать тебя вместе с потрохами за это… Думаете, не достаточно, чтобы поплыть кукухой? Нет? Ну, тогда вот вам бегство в параллельный мир, с помощью того, кого ты считал врагом, а в копилочку Имперских властей прибавляется еще повод засадить тебя в подземный изолятор. Все еще недостаточно? Так давайте нашумим еще и в этом параллельном мире, и ополчим против себя постапокалиптическую военизированную группировку со странными моральными принципами и привычками поедать неугодных себе подобных. Мало? Давайте поубиваем их людей и разрушим один из их дозорных постов, устроив там локальный прорыв хаоса. А напоследок еще и опоздаем на последний уходящий поезд и просрем свой билет из этой помойки. Ну и куда же без вишенки на торт? Что там Марко говорил во время приготовлений? «Проверяем, ничего ли не забыли, назад вернуться будет невозможно»… так?

От опустошения, и дизморали, засевшей в моей голове, я лишь бессильно прикрыл глаза. Черт, ну почему в краткий миг, когда кажется, что все самое дерьмовое позади, и сейчас можно немного расслабиться — происходит что-нибудь такое, от чего начинаешь всерьез задумываться не стоит ли просто расслабиться и плыть по течению.

Cухой и пыльный воздух резал легкие, заставляя закашляться, а резкая боль в ноге — шипеть и морщиться. Гарпунная нить звенела, натянутой струной, а мир вокруг вдохновлял серыми оттенками, смесью пепла, дыма и чужих голосов.

Разумеется, в этот момент я решил, что просто обязан высказать этой вселенной всё, что думаю о её чувстве юмора.

— Гребанная помойка на задворках мироздания! — выдохнул я за секунду до того, как влететь спиной в стену ближнего дома, сползая вниз, пробив пыльное окно и впечатавшись в какой-то старый рассыпавшийся шкаф.

Окружающий мир на секунду потемнел. Я попытался шевельнуться — зря. Боль в ноге терзала так, будто ее насадили раскаленный шампур, который медленно проворачивают. Гарпун торчал из голени словно издевательская декорация.

— Отлично, — прохрипел я. — Просто восхитительно. Один, без друзей, с дырой в ноге и в компании с местными психами, которые наверняка уже спорят, кто первый меня потрошить будет.

Словно в ответ этим мыслям по лестнице раздались шаги и в поле моего обзора показались трое бандитов.

— Veritas abscondit, Lux tace…

Вспышка, и двое застыли с одурманенными рожами.

— Что… — начал было третий, когда я повторил слова, отправляя в отключку и его.

Потом повернулся к своей ноге, стиснул зубы вспоминая слова «праха вечности».

«Нет, — подала голос демонесса, остановив меня за секунду до того, как слова родились на языке. — Если распылишь эту дрянь — та часть, которая в ноге — тоже превратится в труху. И как потом удалять будешь?»

Я скривился и хотел было съязвить, но демонесса перехватила инициативу, и разрушила только ту часть конструкции, что торчала из ноги на манер крюка. В следующий момент голень буквально пронзило острой болью и невыносимым жжением — Малисса вырвала железку и отшвырнула прочь, сжав моими руками края раны по обе стороны.

«Имей в виду, я далеко не целительница, — прошипела она, а жжение при этом только усиливалось. — Даже просто на восстановление уйдет много сил, на ускоренную регенерацию считай в разы больше, поэтому обезболивать не буду, уж прости. Терпи…»

«Понимаю», — выдохнул я в ответ, и через секунду стиснул челюсти и зарычал.

Нога вроде как стала слушаться, хоть и горела адским огнем, но вот тело разом потяжелело, а веки начали закрываться — верный признак обессиливания.

«Подойди к тем двоим. — попросила Малисса тихо. — Шевелись! Времени в обрез, скоро здесь будут остальные!»

«Для чего?»

«Надо! Быстрее!»

Я рывком поднялся, и все еще припадая на раненую ногу приблизился к оглушенным бандитам. Догадка сверкнула молнией в моей голове, а возмущение тут же выплеснулось на демонессу:

— Погоди! Ты же не собираешься… только не говори мне, что ты хочешь их… осушить?

«Хорошо, как скажешь… не буду говорить, — фыркнула она и схватила обоих за горло. — Угасайте!»

Мои ладони вмиг нагрелись, словно я держался за оголенные провода, и по венам словно хлынул жидкий огонь. Мысленно матерясь и чехвостя демонесу, я стиснул челюсти и отвернулся, пока она жадно пожирала саму их жизнь.

«Боже, как же мерзко, — выдавил я через силу, ощущая подступающую к горлу тошноту. — Я не выдержу…»

«Если ты еще не понял, мы с тобой в крайне незавидной ситуации, буквально на грани выживания, — огрызнулась она. — Скажу честно, мне это тоже претит… раньше я никогда не опускалась до банального вампиризма, вот только мы с тобой в полнейшей заднице, и как выбраться — ума не приложу. Этот твой двойник случайно не научил тебя как открывать порталы между мирами, пока я была в отключке? Нет? Тогда, надо быстро поставить тебя на ноги и валить отсюда, пока еще можем… моя интуиция буквально кричит об опасности! Что-то подсказывает, что эти людоеды — не самая большая опасность этого мира, — добавила она тихо. — Поэтому, хватит жаловаться. Когда окажемся в относительной безопасности — играй в благородного героя сколько захочешь, но сейчас заткнись.»

Да уж, справедливо, подумалось мне, только от этого легче не становилось. Кое-как опираясь на стену, получается выпрямиться. Пару раз вдохнул, после чего закашлялся, словно лёгкие наполнились пеплом. В воздухе витали пыль, дым, гарь и воняло чем-то недавно сдохшим… Наверное, именно так пахнут мои шансы на благополучное спасение из этой передряги.

На поясе одного из высушенных бандитов затрещал какой-то прибор, похожий на рацию или переговорное устройство.

— … внимание! С востока надвигается рой веспидов, повторяю, надвигается рой веспидов! Всем вернуться на базу или к ближайшему аванпосту! Через два с половиной часа шлюзы будут задраены, и все, кто останется снаружи…

Я тихо выругался. Определенно, от этого «роя» ничего хорошего ждать не придется.

«Что думаешь?» — спросил я Малиссу.

«Думаю, нужно спрятаться и как можно быстрее. Не хочется выяснить что это за новая угроза опытным путем…»

«И какие предложения? Где прятаться будем?»

Малисса не ответила, но тревожность, доносившаяся до меня по связи, давала понять: идей у нее нет. Тогда я осмотрелся по сторонам, покусал губу. Бросил взгляд на два высохших трупа и третьего, пока еще живого бандита.

— Глорос, прием! — загремел голос все с того же переговорного устройства. — Глорос. Ты слышал, рой надвигается! Нужно валить на базу или отправимся на корм инсектам! Глорос, прием!

На пару мгновений я задумался, сделал вдох, прикрыв глаза. А следом рванул вперед, словно получил разряд электричества: кое-как дохромал к последнему живому бандиту, быстро его разоружил, взял в левую руку его пистолет, а правой перечеркнул пространство перед его лицом.

— Arcanum Negare.

Бандит моргнул, дернулся, приходя в себя.

«Ты что делаешь!!» — зашипела демонесса, но даже не удостаиваю ее ответом.

— Тихо, — приказал я, приставив пушку к его голове. — Отвечай на вопросы, коротко и быстро, и будешь жить. Нет — сдохнешь так же, — я кивнул на два иссушенных тела, — быстро и плохо. Все понял?

Бандит открыл было рот, явно намереваясь завопить, но я тут же заехал ему прикладом по челюсти, заставив заскулить от боли.

— Тихо!! Отвечай очень аккуратно и шепотом! Или… — я снова кивнул на трупы, тот вздрогнул и закивал.

— Первый вопрос: сколько вас всего?

— Д-д…

Я замахнулся, и бандит поторопился выговорить:

— Двенадцать. Теперь уже десять… — он тоже глянул на два иссушенных тела.

— Кто такой Глорос?

Он сглотнул, и ответил тихо:

— Наш капитан, — он посмотрел на труп, находящийся ближе к нам.

— Этот?

Быстрый кивок.

— Что еще за рой веспидов, и чем так опасен?

Его глаза округлились, словно я спросил какую-то чушь.

— Но… это же все знают!

Недолго думая, размахнулся и еще раз звезданул его по роже, заставив скорчиться и заскулить.

— Отвечать! — процедил я. — Я должен убедиться, что ты готов сотрудничать и выполнять приказы без раздумий! Представь, что я всю жизнь прожил в изоляции и не знаю ничего. Рассказывай, живо!

Тот осторожно выпрямился и быстро ответил:

— Великая Матка посылает рой, чтобы те добывали ей пропитание и искали… кандидаток. Мужчин они парализуют ядом, помещают в соты, консервируют, а женщин… если поймают, конечно, сейчас уже ни одна женщина не выходит на поверхность… В их тела Матка вводит какую-то субстанцию, и они мутируют, становятся новыми самками роя… начинают откладывать яйца…

Меня затошнило, но я быстро справился со своими позывами.

— … примерно раз или два в месяц рои вылетают из гнезд на свободный поиск, и всех, кто попадется…

В этот момент снова затрещало переговорное устройство, и чей-то хриплый голос позвал:

— Глорос! Кракс! Почему не отвечаете! Рой на подходе! Если не ответите — оставим вас здесь!!

Глаза моего собеседника еще больше расширились от ужаса.

— Нужно уходить!! — чуть не выкрикнул он. И я снова наставил на него пистолет.

— Плевать! Если хочешь — убивай! Лучше так, чем попасться рою…

И он бросился прямо на меня, ухватившись за дуло пистолета и стараясь отвести его в сторону и выломать из моих рук. Черт.

«Ярик, давай…»

«Не лезь пока!» — рыкнул я на демонессу, а тело уже среагировало само.

Когда бандит дернулся влево — я не стал пытаться удержать ствол, вместо этого резко отошел и отпустил рукоять, позволив инерции протащить противника дальше влево, а вдогонку двинул по почкам, добавляя скорости. Тот пропахал носом по бетонному полу, а я, шагнув вперед, двинул его ногой в бочину, практически приподняв ногой с пола, и заставив закряхтеть, после чего спокойно отобрал ствол. Спасибо за тренировки Аки!

— Лучше убей меня! Все, что ты со мной сделаешь — лучше, чем попасться живым… — прокряхтел бандит, но в мои планы не входило лишаться источника информации и своего шанса на спасение в его лице. Пререкаться с ним, впрочем, тоже.

— Правда? Думаешь, рой лучше, чем это? — я прищурился, вспоминая жест и слова заклинания.

— Что «это»? — насторожился было бандит, но я не стал вдаваться в объяснения. Сейчас он сам поймет… Складываю руки нужным жестом, и произношу призыв:

— Да откроются врата боли! Drav'Shen, плетущий паутину бесконечны кошмаров, услышь мой зов!!

И бандит заорал. Закричал, словно в агонии, истошно завыл, будто медленно опускают в кипящее масло, словно по оголенным нервам пускают электроток.

— Не-е-е-ет! Умоляю!! Хватит!!

Я убрал руку, и его явно отпустило, хотя тело все еще вздрагивало в неконтролируемых конвульсиях, а пальцы царапали собственное лицо, словно хотели выдрать и выдавить глаза.

— На надо, я буду слушаться. Сделаю все что скажете!! Только не надо…

Снова затрещал переговорный прибор, и хриплый голос потребовал:

— Глорос! Кракс! Немедленно отвечайте! Мы слышали крик откуда-то с верхних этажей! Это вы⁈

— Ответь ему, — приказал я тихо. — Скажи что все в порядке, и ты вместе с Глоросом спустишься, пусть ждут вас. Скажи, что Глорос попал в ловушку и ему хреново… придумай что-то. И только попробуй предупредить или сказать что лишнее — я снова заставлю тебя почувствовать… и на этот раз пытка не прекратится, пока ты с ума не сойдешь или не выдавишь свои глаза собственными пальцами, усек⁈

* * *

«И что ты задумал, не хочешь ли рассказать прежде, чем втравишь нас в очередную безумную затею?» — ядовито прошелестела демонесса.

«Ничего особенного, — ответил я мысленно. — Попробуем сыграть в 'Своего среди отбросов. Просто пересидим опасность, а дальше решим что делать».

«Это не игра, Ярик. Ты просто хочешь снова сунуться туда, откуда мы еле сбежали, и где нас наверняка убьют», — язвительно прошипела Малисса.

«Не убьют. Как приедем на место — используешь отведение глаз, спрячемся где-нибудь и пересидим. Хватит сеять панику».

Малисса не ответила, а я подошёл к ближайшему телу. Бандит лежал на боку, с кожа его высохла и растрескалась, а шмотки издавали непередаваемое амбре. Судя по запаху, умер он не столько от иссушения, сколько от собственной вони.

— Мда… Вот кто бы мог подумать, что моя карьера скатится до обмена гардеробом с местными каннибалами, — пробормотал я, застегивая его куртку.

Форма была грязной, жесткой, пропитанной чем-то вроде горелого машинного масла. Но выбора не было. Натянул, застегнул ремень, нашёл у покойника металлическую маску — грубо сваренный шлем с прорезями для глаз и фильтром из ржавой сетки.

С усилием нахлобучил на голову.

— Как я выгляжу? — спросил я у бандита, и тот заикаясь ответил:

— Х-хорошо. Вы-выглядишь как Г-глорос…

— Ну и отлично, — буркнул я. — Всегда мечтал выглядеть как местный дебил. Осталось только научиться не думать…

Под ногами хрустнул металлический обломок, в котором я распознал часть гарпуна. Где-то вдалеке, внизу, проревел двигатель — низко, тяжело, будто сама земля ворчала от усталости. Я выглянул в окно, и дал своему пленнику знак спускаться.

Спустя пять минут мы ехали по дороге, поднимая пыль. Сзади медленно полз второй вездеход. Похожие мы с ним — такие же перекошенные, чумазые и живучие.

Внезапно запищал и заговорил динамик на пульте передо мной — очевидно это был узел связи. Пару щелчков — треск эфира и сиплый голос:

— Сто пятнадцатый базе.

Я повернул голову в сторону своего пленника и тихо прокряхтел, имитируя низкий голос:

— Ответь. Мне тяжело, кх-х-х…

— База, сто пятнадцатый на связи.

— Что там у вас произошло, почему не отвечали так долго?

— Обнаружили нарушителей. Преследовали. Цель… нейтрализована. У нас двое едут назад в мешках… Возвращаюсь к восточному аванпосту.

Какое-то время ничто не нарушало тишину в эфире, потом тот же голос уточнил?

— Как выглядели нарушители? С ними была женщина?

— Не знаю, база. Они экипированы лучше нас, операция по захвату провалилась. Двое мертвы, Глорос ранен… Мы их упустили.

Полуминутная пауза и тот же голос приказал:

— Принято. Заезжайте через южные ворота, у вас пятнадцать минут, потом все будет заблокировано.

— Принял.

'Замечательно. Нас подозревают, как бы не спалили по прибытии — буркнул я, устраиваясь поудобнее и стараясь не упускать из виду троих бандитов, едущих со мной в одном авто. Нога всё также предательски горела, не давая передышки.

«И все-таки ты псих», — поставила диагноз демонесса. Спорить с ней и огрызаться сил попросту не было.