Слова Лун Фэйе заставили Дуаньму Яо покинуть дворец, окончательно разрушив радостную атмосферу семейного ужина. Наступившую тишину нарушил оглушительный хлопок: император Тяньхуэй стукнул по столу и встал. Все присутствующие, которые крайне редко наблюдали правителя Тяньнина в таком скверном настроении, затаили дыхание.

– Великий князь, следуй за мной! – Лицо императора потемнело, а голос полностью лишился прежнего радушия.

Гнев старшего брата не впечатлил Лун Фэйе. Сохраняя спокойствие, он грациозно встал и последовал за Тяньхуэем. Только после того, как две высокие фигуры исчезли, зал наполнился гулом обсуждений. Великий князь отказал Дуаньму Яо, сославшись на нехватку времени! Хотя это напрямую не относилось к Хань Юньси, его предыдущий ответ о «новостях» заставил всех строить догадки об их истинных отношениях.

Несомненно, отказ великого князя стал прекрасной новостью для главной супруги. Если ее соперница не войдет во дворец Цинь, то спустя некоторое время Хань Юньси сможет обрести определенное влияние в придворных кругах!

– Ха-ха, Хань Юньси невероятно повезло. Великий князь был еще совсем молод, когда императрица-мать устроила их брак. Если бы речь о нем зашла сегодня, она оказалась бы на месте Дуаньму Яо!

– Сложно сказать. Разве ты не слышал, что только что сказал великий князь? Между ними явно что-то есть. Слышал, Хань Юньси живет в павильоне Лотосов!

– Это еще ничего не значит. Я просто не верю, что такая девушка смогла привлечь внимание великого князя. Возможно, все дело в том, что она хорошо разбирается в зельях…

– Дело не только в этом. Разве ты не слышал, что произошло на приеме по случаю цветения сливы? Даже принцесса Чанлэ была впечатлена талантами соперницы. По-моему, эта девушка не так проста, как кажется!

Мнения присутствующих расходились, люди поговаривали о благосклонности Лун Фэйе к своей супруге, но Хань Юньси уже не слышала этих жарких споров. Вместе с дворцовой служанкой она скрылась в одной из комнат, чтобы почистить праздничные одежды.

– Где принцесса Цинь? – внезапно поинтересовалась вдовствующая императрица.

– Ваше величество, принцесса в сопровождении служанки Сюй покинула зал, чтобы справиться с пятном на одежде, – тут же ответил кто-то.

В глазах женщины промелькнуло сложное выражение, но она все же решила промолчать. Конечно, императрица-мать слышала о событиях на празднике в честь цветения сливы и испытывала к супруге великого князя смешанные чувства. Поначалу она была убеждена в том, что императорская наложница И, которая на дух не переносила невестку, с распростертыми объятиями встретит Дуаньму Яо и поможет ей завоевать расположение великого князя, но кто же мог подумать, что тот публично опозорит ее! Что произойдет, если слух об этом дойдет до императорской семьи Западного Чжоу?

Императрица нахмурилась. На ее лице читалась тревога. На мгновение она замялась, а затем прошептала:

– Матушка, думаю, надежда еще есть.

– Что ты имеешь в виду? – небрежно спросила вдовствующая императрица.

– Разве великий князь не отказывался несколько раз от брака с Хань Юньси? Он согласился только из-за указа императора, – женщина понизила голос.

Услышав это, вдовствующая императрица заметно расслабилась. Если бы ее невестка не заговорила об этом, она бы не вспомнила о событиях тех дней. Поразмыслив немного, вдовствующая императрица с досадой произнесла:

– Как можно сравнивать Хань Юньси с принцессой Чанлэ? Интересно, удастся ли убедить наложницу И… Пойдем и посмотрим.

Обе женщины понимали мысли друг друга: принцесса Цинь сама вышла из свадебного паланкина, нарушив тем самым все правила приличия. В отличие от нее, Дуаньму Яо принадлежала великому императорскому роду из Западного Чжоу. И несмотря на искренние чувства, которые она питала к великому князю, принцесса Чанлэ ни за что бы не пошла на подобное, став посмешищем на всем континенте Юнькун!

– Матушка, принцесса Чанлэ – младшая сестра Лун Фэйе. Хотя они никогда не были возлюбленными, но с самого детства знают друг друга. Если великий князь изменит свое решение и согласится на брак, то принцесса Чанлэ простит его за то, что произошло сегодня. Самое главное, чтобы никто не узнал о случившемся!

Вдовствующая императрица кивнула и вместе с невесткой последовала в восточное крыло дворца.

Тем временем Хань Юньси пыталась разобраться с пятном, оставшимся от пролитого супа. В ярко освещенной комнате она обнаружила, что никакие средства не помогут ей свести свидетельство позора Дуаньму Яо. К счастью, последовав наставлениям наложницы И, она захватила с собой комплект сменной одежды, который тетушка Чжао заботливо передала ей перед ужином.

– Служанка Сюй, пожалуйста, сходи за новым платьем.

– Принцесса-матушка, прошу вас, подождите немного. Я скоро вернусь.

– Не спеши, я устала и хочу немного отдохнуть.

Служанка вышла, закрыв за собой дверь, а Хань Юньси лениво откинулась на спинку маленькой кушетки. На самом деле она не чувствовала усталости, но не могла придумать иного предлога, чтобы подольше отсутствовать на праздничном ужине. В конце концов, после переполоха, устроенного Лун Фэйе, не было смысла торопиться с возвращением в банкетный зал. Наверняка великий князь, как и его мать, не будут в спешке покидать императорский дворец, поэтому в любом случае девушка должна была привести себя в порядок и спокойно вернуться к гостям.

На семейном ужине Лун Фэйе произнес всего несколько слов, но они произвели невиданный переполох… Девушка гадала, что предпримет император и как поступит с братом из-за его отказа. Но раз великий князь осмелился на подобное, то был уверен в своей безнаказанности? Размышляя об этом, Хань Юньси не заметила, как на ее губах расцвела едва заметная улыбка. Несмотря на все унижения, которым девушка подверглась на сегодняшнем ужине, настроение ее было прекрасным.

Девушка тихонько посмеивалась себе под нос, когда вдруг услышала громкий треск, доносившийся из соседней комнаты. Что происходит? Хань Юньси встала и внимательно прислушалась, но больше ничего не услышала. Странно…

Она быстро поднялась и, выйдя из комнаты, распахнула соседнюю дверь. Перед ее глазами предстала ужасная картина: стена декоративных полок рухнула, все драгоценные украшения разлетелись по полу… а среди осколков лицом вниз лежала принцесса Чанпин.

– Чанпин! – закричала Хань Юньси.

Не задумываясь, девушка бросилась ей на помощь. Сейчас, когда каждый миг мог стать рашающим, некогда было вспоминать обиды и разногласия между ними. Хань Юньси быстро перевернула принцессу и увидела, что рана на ее лбу кровоточит, а глаза плотно закрыты. Девушка собиралась остановить кровь, но в этот момент система сканирования издала предупреждающий сигнал: «Яд!» Разве она не упала? Могла ли она упасть после отравления? Как ее могли отравить? Кто ее отравил?

Раз сигнал прозвучал не сразу, значит, отравление принцессы было серьезным. Не теряя времени, Хань Юньси активировала систему сканирования, но спустя мгновение замерла. Лицо ее побледнело, а руки, все еще державшие Чанпин, неудержимо задрожали. Появилось системное уведомление: «Сканирование трупа». Императорская дочь была мертва!

– А! – закричала Хань Юньси и, инстинктивно оттолкнув принцессу, поспешно встала на ноги.

Как врач, она привыкла видеть смерть, поэтому человеческие тела, лишенные жизни, не внушали ей страха. Но сейчас перед ней лежала Чанпин… та самая принцесса, которая еще совсем недавно рьяно выступала против нее. Теперь она была мертва! Отравлена!

Хань Юньси бросилась спасать соперницу, даже не подумав, что та может оказаться мертва. Но почему? Как такое могло случиться? Будучи врачом, она, как никто другой, чувствовала подобные вещи, но в этот раз внутренний голос подвел ее. Девушка продолжала смотреть на тело принцессы, не видя его, пока из-за двери не донесся голос личной служанки Чанпин, Шуанхун:

– Принцесса, мы нашли все, что вы искали! Принцесса, вы еще не закончили? Скорее, что-то случилось на семейном банкете! Почему бы вам сначала не пойти и не проверить…

Хань Юньси машинально обернулась и увидела вбегающую Шуанхун. Они на мгновение застыли, в напряжении глядя друг на друга. Выйдя из оцепенения, служанка закричала:

– А-а-а-а-а! Помогите! Помогите!

Хань Юньси с колотящимся сердцем смотрела на Шуанхун, разум принцессы словно опустел. Спустя некоторое время служанка с криком бросилась в комнату и подхватила принцессу Чанпин на руки. Стоило Шуанхун коснуться холодной кожи хозяйки, как на нее нахлынула новая волна страха. Служанка осторожно поднесла дрожащие руки к лицу Чанпин и, наконец сообразив, в чем дело, оттолкнула ее бездыханное тело.

– А-а-а-а-а!!! Принцесса мертва! Мертва!

На крики Шуанхун сбежались остальные слуги. Увидев, что произошло, они машинально отступили от двери. На их побледневших лицах читался нескрываемый ужас. Только одна старая служанка, сохранив самообладание, послала за придворным лекарем и доложила обо всем вдовствующей императрице.

Добравшись до комнаты, Гу Бэйюэ увидел столпившихся слуг, а затем Хань Юньси. При виде нее в глазах лекаря мелькнула тень беспокойства.

Заметив Гу Бэйюэ, Шуанхун бросилась к нему, словно к спасительной соломинке.

– Лекарь Гу, принцесса… принцесса… У-у-у-у… Поторопитесь, спасите ее! Она не может умереть!

Неясно, испугалась ли служанка или просто не могла поверить в происходящее, но в такой критический момент не всем удавалось совладать с эмоциями. Гу Бэйюэ взглянул на Чанпин. Девушка неподвижно лежала на спине, губы ее совершенно побледнели, а на голове запеклась багряная кровь. С первого взгляда он понял, что принцессу уже не спасти. Лекарь шагнул вперед, чтобы окончательно убедиться в своих догадках, но в этот момент все присутствующие расступились, пропуская в комнату вдовствующую императрицу, наследного принца и его мать.

– Чанпин! Чанпин! – Императрица метнулась к дочери, но, увидев ее бездыханное тело, пошатнулась и чуть не лишилась сил.

К счастью, Лун Тяньмо успел поддержать мать. Лицо вдовствующей императрицы побелело, а тело дрожало так, что она едва могла стоять.

– Гу Бэйюэ, что происходит? – рявкнул Лун Тяньмо.

Лекарь Гу, сгорбившись, опустил глаза и, отойдя в сторону, встал на колени.

– Вдовствующая императрица, императрица, наследный принц… примите мои соболезнования!

– Что? – воскликнули женщины, задыхаясь от навалившегося на них горя. – Нет… нет! Этого не может быть! Ни за что! Вы несете чушь! Вздор!

Императрица сильно толкнула Гу Бэйюэ:

– Спасите ее! Спасите ее! Если не сможете спасти, я похороню вас вместе с ней!

Гу Бэйюэ снова склонил голову. Его голос был тяжелым:

– Я сожалею…

– Не верю! Не верю! Чанпин, дочь моя! Дочь моя! – Императрица вырвалась из рук Лун Тяньмо и бросилась к телу дочери.

Обняв ее, она изо всех сил оттолкнула Гу Бэйюэ, но, как бы она ни кричала, это не могло вернуть принцессу к жизни.

– Нет! Чанпин, как ты могла… как ты могла бросить мать! Чанпин, как же так? Моя дочь! Моя дочь… О-о-о-о-о!!!

Все присутствующие тут же опустились на колени и склонили головы, не в силах смотреть на рыдания императрицы.

– Гу Бэйюэ, как кто-то может умереть ни с того ни с сего? – не в силах поверить своим глазам, резко спросил Лун Тяньмо.

Принцесса была мертва, но в чем причина? Рана на ее лбу не могла стать смертельной…