Еще не доходя до главных ворот, они услышали гул толпы. Госпожа Сюй что-то рассказывала присутствующим, и те одобрительно голосили в ответ. Хань Юньси встревоженно посмотрела на Мужун Ваньжу и императорскую наложницу И.
– Желаю счастья наложнице, – слабо улыбнулась принцесса, поклонившись.
Управляющий Ся собирался доложить о происходящем наложнице И, но, завидев его высочество и принцессу, так и не успел ввести ее в курс дела. Наложница И хотела спросить у невестки, что происходит, но ее опередила Мужун Ваньжу:
– Сестрица, ты куда-то уезжала? Я несколько раз приходила к тебе, но так и не смогла увидеть!
– Уезжала? – Мать Лун Фэйе перевела удивленный взгляд с приемной дочери на Хань Юньси.
Принцесса подчинялась наложнице И и должна была сообщать о любых отлучках из дворца. Неужели что-то случилось? Может быть, она гостила у вдовствующей императрицы? С тех самых пор, как Хань Юньси была приглашена на обед к вдовствующей императрице, наложница И особенно тщательно следила за любыми передвижениями девушки и даже попросила Мужун Ваньжу тайно приглядывать за ней. Та не могла ослушаться приемной матери и, как наказано, наблюдала за принцессой. В последний раз она видела, что Хань Юньси уехала куда-то вместе с Му Цину и пропала. Мужун Ваньжу, не имевшая доступа к павильону Лун Фэйе, не осмелилась расспрашивать кого-то о делах великого князя, но зато внимательно следила за делами в усадьбе Хань. Как только принцесса пропала, Мужун Ваньжу отправила людей туда, чтобы разузнать о планах соперницы.
Оказалось, Хань Юньси пообещала родственникам устроить им встречу с главой семейства. Вчера, в назначенное время, госпожа Сюй пришла во дворец великого князя, где и встретила Мужун Ваньжу.
Хань Юньси прекрасно понимала, что пропустила обещанный день, но раз ее похищение было связано со шпионами из Северного Ли, не могла разглашать детали этого дела. Оставалось только придумывать оправдания…
– Я простудилась и эти несколько дней провела не во дворце. Но сейчас мне значительно лучше.
Услышав это, Мужун Ваньжу спросила нарочито взволнованным тоном:
– Несколько дней! Сестрица, должно быть, ты серьезно простудилась… Тебе нужно больше отдыхать!
Хань Юньси не желала больше вести пустые разговоры с этой девицей. Не обратив на слова Мужун Ваньжу никакого внимания, принцесса повернулась к императорской наложнице И:
– Матушка, снаружи что-то происходит. Я разберусь!
– Если тебя все эти дни не было дома, что ты можешь сделать? Или все эти люди пришли сюда из-за тебя? – холодно отозвалась она.
Хань Юньси удивленно посмотрела на нее. Редко когда императорская наложница И не знала, что происходит во дворце или за его пределами. Значит ли это, что за сегодняшним переполохом стоит не она и не Мужун Ваньжу?
– Это просто недоразумение. Не волнуйтесь, матушка, я со всем разберусь.
– Сестрица, люди снаружи ругаются. Кто-то пришел к главным воротам дворца великого князя и учинил там скандал! Кого ты посмела оскорбить на этот раз? Пожалуй, тебе и правда лучше пойти одной!
Есть что-то, что никогда не меняется в этом мире… Мужун Ваньжу, ядовитый лотос, мастер лить сладкие речи, которые в действительности только разжигают любопытство и гнев ее матери!
Не успела Хань Юньси открыть рот, как услышала слова императорской наложницы И:
– Я хочу посмотреть на того, кто осмелился прийти к воротам дворца великого князя и устроить этот скандал! – Женщина махнула рукавами и направилась туда, откуда доносились крики толпы.
Про себя принцесса проклинала Мужун Ваньжу. Неужели эта девчонка умрет, если хотя бы раз не будет сеять раздор внутри семьи? В глазах Хань Юньси вспыхнул гнев. Пока она бежала до главных ворот, в ее голове билась одна-единственная мысль: «Коль счастье – так не горе, а коль горе – так что поделать?»[6] В конце концов, даже если вторая тетушка Сюй осмелилась прийти ко дворцу великого князя, она не станет поднимать шум. Ведь все, что тетушке нужно, – это ключ от склада. Наверняка родственница хочет, чтобы принцесса выполнила свое обещание и отвела ее к Хань Цунъаню, а это Хань Юньси может исполнить хоть сейчас!
Подойдя к воротам, принцесса поняла, что сильно недооценила госпожу Сюй, которая пришла не одна, а в компании с несколькими голосистыми старушками. Как заведенные, они кричали во все горло:
– Эй, разве могут быть у замужней дочери какие-то благие намерения, когда она возвращается в родительский дом и вмешивается в его дела?
– Ключ от склада нашей семьи Хань – символ главы. Если в семье Хань есть несколько молодых наследников, как ключ может быть у старшей дочери?
– Что значит – господин дал ей ключ от склада и попросил временно оставить его себе, а затем самостоятельно выбрать главу семьи? Подумайте сами, неужели это может быть правдой? Вы можете в это поверить? Хань Юньси – не глава семьи Хань. Или все считают, что мой супруг выжил из ума?
– Господин не сошел с ума, у него просто не было выбора! Иначе как такая важная вещь могла очутиться у замужней дочери?
Госпожа Сюй, свахи и повитухи, которых она привела с собой, продолжали неистово причитать, окруженные толпой зевак.
– Это бессмыслица. Даже если госпожа Хань – принцесса Цинь, она не имеет права вмешиваться в дела своей семьи. Это просто смешно!
– Дочь, вышедшая замуж, ха-ха, возвращается в родительский дом, чтобы бороться за наследство?
– Не может такого быть! Как дворец Цинь будет управлять собственностью семьи Хань?
– Что происходит? Неужели императорская наложница И лишила Хань Юньси жалованья и теперь у той просто-напросто нет денег?
Все это время Мужун Ваньжу вместе с приемной матерью скрывались за воротами дворца, и чем больше наложница И слышала пустых пересудов, тем страшнее становилось выражение ее лица.
Хань Юньси вздохнула. Она не ожидала, что ситуация совершенно выйдет из-под контроля. Эта женщина пришла сюда не для того, чтобы попросить у нее ключ от семейного склада. Тетушка хотела устроить здесь целое представление. Помимо всего прочего, приплела к этой истории и мать великого князя. Если принцесса, не подумав, накинулась бы на нее с упреками, то госпожа Сюй обязательно воспользовалась этой возможностью и обвинила ее в попытке завладеть наследством семьи Хань.
– Матушка, это все недоразумение. Я выйду и все проясню, – сказала Хань Юньси и хотела было открыть дверь, однако наложница И остановила ее.
– Слушай! – стиснув зубы, прошипела она.
– Матушка, я… – хотела объяснить Хань Юньси, но наложница И, не сдержав гнева, закричала:
– Закрой рот!
На мгновение девушка остолбенела и затихла. Не смея ослушаться приказа наложницы, она продолжила слушать вздор, который выкрикивали люди госпожи Сюй.
– Айя! Хотя дворец Цинь богат и могуществен, он не заботится о скромном достоянии семьи Хань. Должно быть, их интересуют редкие лечебные травы, которые хранятся на складе семьи Хань. В наши дни сложно купить их, даже если у тебя есть серебро!
– Хе-хе, возможно. Слышал, что принцесса в тот день пошла в родительский дом и специально заглянула на склад. Не знаю уж, прихватила ли она с собой какие-нибудь травы или нет…
– Цэ-цэ-цэ, разве может замужняя дочь заходить на семейный склад? Дворец Цинь никого не щадит! Думаю, кто-то там подкупил людей в управлении наказаний! Господин Хань не мог согласиться на подобное!
– Госпожа Сюй, разве не ваш отец назначил нового начальника управления наказаний? Разве вы не знаете, что произошло с господином Хань?
Женщина всхлипнула:
– Поскольку моего супруга заключили в тюрьму, никто из нас, членов семьи Хань, не может встретиться с ним. Совершенно не важно, что мой отец назначил нового начальника, за тем человеком стоит кто-то более могущественный!
После этих слов по толпе прокатился вздох негодования. Никто в столице не знал, что Хань Юньси спасла принца. Девушке не доверяли, и ее мнение не принималось во внимание. Большинство подозревало, что истинным вдохновителем этих событий была императорская наложница И.
Внезапно кто-то из толпы крикнул:
– Так кто же за всем этим стоит? Принцесса не может влиять на решения начальника управления наказаний, она еще не настолько могущественна!
– Возможно, кто-то подговорил ее вернуться в родительский дом, чтобы бороться за наследство?
Даже глупец понял бы, что все эти саркастические и колкие слова были адресованы императорской наложнице И. Мать великого князя, слушая все эти бредни, дрожала от страха. Глаза женщины потемнели, она чуть не лишилась чувств. С самого раннего детства наложница И жила в роскоши, считалась благородной женщиной и никогда не нуждалась в деньгах. Даже после смерти покойного императора она не забрала с собой все его дары. Наложница И никогда не жаждала императорских сокровищ, не говоря уже об имуществе семьи Хань. И вот теперь, несмотря на все благородные поступки и помыслы, ее оклеветали! В столь солидном возрасте императорская наложница И впервые потеряла лицо перед столькими людьми! Как ей теперь жить с этим позором?! Если дело дойдет до дворца, до вдовствующей императрицы, супруги императора и до знатных дам, как наложница И сможет смотреть им в глаза? Невыносимо!
Женщина, которую поддерживала Мужун Ваньжу, нервно растирала рукой лоб, пытаясь прийти в себя. Пронзительный и огненный, как у феникса, взгляд, готовый в любой момент испепелить невестку, был прикован к Хань Юньси. Принцессу передернуло от жестокости, сквозившей в глазах этой женщины. Наконец, набравшись смелости, наложница И развернулась и открыла дверь.
– Кто-нибудь, выведите ее! – задыхаясь от гнева, прокричала женщина.
Она могла бы отдать приказ разогнать зевак у главных ворот, пригрозив расправой, но тогда ее репутация будет еще сильнее испорчена. Кто знает, какие слухи распространятся дальше? Раз дело касалось Хань Юньси, она должна сделать все, чтобы эти люди получили желаемое.
Дверь медленно отворилась, и шумная толпа, которая еще мгновение назад выкрикивала скабрезные шутки, тут же затихла. Вопреки ожиданиям, рядом с воротами дворца собралось действительно немало людей. Госпожа Сюй и несколько пожилых женщин обращались к толпе, разжигая недовольство собравшихся. Как только дверь за их спинами заскрипела, вторая наложница обернулась.
Му Лююэ, прятавшаяся в толпе и наблюдавшая за происходящим, презрительно усмехнулась. Приближался день, когда будет решаться исход их спора. Все это время она не виделась с отцом и братом, поэтому не могла разузнать о ходе расследования, но от Мужун Ваньжу узнала, что принцесса несколько дней отсутствовала во дворце. Му Лююэ была полна решимости помешать Хань Юньси добраться до истины. Всего три дня! Если эта девчонка навлечет на себя гнев народа, то у нее не останется возможности распутать дело об отравителях брата. В конце концов она будет вынуждена раздеться до нижнего платья и в таком виде пройтись по улицам столицы. На этот раз никто не спасет ее!
Госпожа Сюй удивленно посмотрела на родственницу. Женщина рассчитывала встретиться с Хань Цунъанем и попросить у того ключ от склада. Когда назначенный день настал, а Хань Юньси так и не появилась, вторая наложница решила действовать. Она планировала распространить слухи по всей столице, нанеся тем самым удар по репутации принцессы.
В тот самый момент Хань Жосюэ и познакомила ее с Му Лююэ и Мужун Ваньжу. Вместе они придумали план, согласно которому она вместе с повитухами и свахами придет к главным воротам дворца, чтобы очернить не только Хань Юньси, но и императорскую наложницу И. Сама бы госпожа Сюй не решилась на этот серьезный шаг, но Мужун Ваньжу и Му Лююэ заверили ее в своей защите.