Инженер, бледный как мел, стоял, судорожно сжимая свой треснувший детектор. Прибор беспомощно мигал, словно разделяя растерянность хозяина.

Грохот приближался, и теперь к нему добавились голоса – хриплые, надрывные, неразборчиво поющие что-то. Из-за деревьев показалась процессия. Пять человек в лохмотьях, сшитых из всего подряд – брезента, клеенки, даже кусков автомобильных покрышек. На головах у троих красовались «шлемы» из перевернутых ведер с прорезанными глазницами. Но больше всего Инженера поразило их поведение. Один лупил железкой по висевшему на шее пластиковому ободку. Двое других стучали обрезками труб по баклажкам из-под воды. А впереди шел высокий мужчина с «барабаном» из натянутой на обруч кожи какого-то мутанта и отбивал сложный ритм.

– Цирк уехал, а клоуны остались, – пробормотал Рубин, прищурившись.

– Мы не в цирке. Мы на какой-то гигантской свалке посреди Черного леса, – грустно протянул Инженер.

Те люди двигались странной походкой – не прячась, но и не спеша, будто совершая некий омерзительный ритуал. Их песня то затихала, то занималась очередными криками:

– Нет боли! Нет Зоны! Всё – сон под куполом!

– Проснись, спящий! Разорви пелену!

– Код лжив! Мы – вирусы в системе!

Инженер не мог оторвать глаз от зрелища.

– Они серьезно верят в то, что говорят? – потрясенно спросил он.

Рубин скривился, не отводя взгляда от процессии.

– В Зоне есть три типа психов. Первые слишком верят в ее правила. Вторые отрицают их. А третьи, – он кивнул в сторону шествия, – выблевывают из недр больного мозга свои правила. Самые опасные – именно они.

Один из сектантов вдруг резко остановился и, восторженно вскрикнув, наступил на слабо выраженную, но заметную электрическую аномалию. Раздался хлопок, искры брызнули во все стороны – однако мужчина лишь засмеялся и продолжил совершать пассы руками как ни в чем не бывало.

– Видишь? – Рубин хмыкнул. – Они убедили себя, что боль – иллюзия.

– Но это же…

– Смертельно опасно? Да. Особенно для окружающих.

Рубин нахмурился, заметив, как процессия внезапно изменила направление. Сектанты развернулись и теперь целенаправленно шли к их укрытию, продолжая бить в свои «инструменты». Их завывания стали более агрессивными.

– Охренеть, – пробормотал Рубин, хватаясь за пистолет. – Кажется, мы стали частью их спектакля.

– Может, они не опасны? – неуверенно предположил Инженер.

Сталкер бросил на него взгляд, полный сарказма.

– В Зоне опасен каждый, кто не ты. Особенно если он бьет в самодельный барабан и кричит, что ты в Матрице.

Передний сектант, высокий и тощий, с ведром на голове, остановился в десятке шагов от них. Его глаза, видневшиеся в прорезях «шлема», угрожающе поблескивали. Он медленно поднял руку, указывая на Рубина и Инженера дрожащим пальцем.

– Еще фрагменты симуляции, – провозгласил псих, обращаясь к своим. – Они посланы, чтобы удерживать нас во сне!

– Мы должны их стереть! – радостно завопил «барабанщик», ударив в свою конструкцию так, что та затрещала.

– Вот и ответ, – вздохнул Рубин, поднимая пистолет.

Инженер схватил его за руку:

– Ты что, просто так стрелять будешь?

– Нет, по торжественному случаю. – Рубин прицелился. – Они нас собираются «стереть», если ты не заметил.

Сектанты ринулись вперед с криками. Рубин выстрелил. Пуля попала «барабанщику» в плечо, но тот лишь засмеялся и продолжил бежать.

– Боль – это ложь! Страх – программа! Зоны нет! – выкрикнул он, размахивая окровавленной рукой.

– Ну конечно, тратьте мои патроны, – проворчал Рубин, стреляя еще раз. На сей раз «барабанщик» рухнул, но остальные даже не замедлились. Они словно не заметили утраты бойца.

– Бежим! – резюмировал Рубин, хватая Инженера за рукав. Тот наконец очнулся и рванул.

Сектанты, на удивление, их не преследовали. Они все же остановились около тела своего товарища и начали странный ритуал – били в свои «инструменты» и скандировали:

– Истребление – единственная правда! Зона уничтожит нас, если мы не нанесем первый удар!

Их голоса смешивались с грохотом, образуя ужасную какофонию, которая постепенно затихала по мере того, как Рубин и Инженер удалялись.

– Что с ними не так?! – грустно спросил Антон, остановившись за очередными зарослями.

– Они выбрали легкий способ не заморачиваться – объявить жизнь сном.

– Идиотизм.

– Да. Но попробуй их переубедить.

Рубин перезарядил пистолет.

– Иногда сектанты опаснее бандитов. Потому что им нечего терять. Ни боли, ни страха, только вёдра на башке.

Инженер молчал, глядя в сторону, где остались сумасшедшие. В его глазах читалось странное сочетание тревоги и понимания.

– Что будем делать? – спросил он наконец.

– Снимать штаны и бегать, – съязвил сталкер в ответ. – Где такие экземпляры бродят, там обычно целое поселение. – Рубин сжал зубы, чувствуя, как ноют раны, и добавил: – Если они нас снова заметят, появится повод узнать друг друга поближе.

– Ты о чем? – не понял его подопечный.

– Слушай, где вас таких выращивают? – покачал головой Рубин. – Погнали.

Инженер нерешительно кивнул. Рубин сплюнул и продолжил насмешливо:

– Вот и славно. А то я уже было решил, ты хочешь остаться с ними, побарабанить немного.

– Может, еще не поздно? – Инженер натянуто улыбнулся.

– Нет, дружище. Ты теперь мой. Будешь меня терпеть.

Они двинулись вперед, оставляя за спиной безумные крики и грохот «музыки», которая, казалось, звучала все тише.

Но Зона никогда не отпускает без последствий.

Тень скользнула между деревьями, быстрая и почти бесшумная. Рубин почувствовал неладное раньше, чем увидел: спину пронзил холодный укол инстинкта. Хотя, возможно, его толкнул Инженер. Сталкер резко развернулся, привычно вскинув пистолет, но поздно.

Из-за кустов выпрыгнул один из сектантов. На голове у него болталось нечто среднее между кастрюлей и шлемом.

– Вы тоже часть Симуляции, – прошептал он, протягивая дрожащую руку. – Но вы еще не проснулись. Давайте с нами! Мы покажем вам Истину.

– Отвали, – резко бросил Рубин, отступая так, чтобы прикрыть Инженера.

Тот, однако, замер, разглядывая сектанта с болезненным любопытством.

– А что за Истина? – не удержался Инженер.

– Не разговаривай с ним! – рявкнул Рубин.

Сектант затрясся.

– Все вокруг – ложь! – воскликнул он. – Боль, страх – всего лишь код! Надо переписать его.

Его взгляд упал на детектор в руках Инженера.

– У-у-у-устройство контроля! – завизжал сектант. – Они следят за нами через него!

– Кто «они»? Нет, это обычный детектор аномалий, – попытался соврать Инженер, однако сумасшедший уже сделал свои выводы.

– Дай мне его! Я уничтожу прибор. Затем – тебя. Я твой скальпель, ты – тянущийся к правде гибискус!

Рубин врезал хилому сектанту кулаком в грудь, отшвырнув его назад. Тот в ответ харкнул желтой мокротой и вытер рот рукавом.

– Ты один из них! – прохрипел сектант.

Лезвие блеснуло в его руке – короткое, грязное, зато острое. Псих оказался быстрым, как убегающий от монстра сталкер. Даже Рубин с его сноровкой не успел увернуться. Нож вонзился аккурат в старую рану на боку – на конкурсе подлого применения холодного оружия сектант получил бы гран-при. Боль, острая и жгучая, разлилась по телу Рубина. Он рухнул на колено, сжимая зубы, чтобы не закричать.

– Рубин! – завопил Инженер, бросаясь к нему.

Сектант занес нож для второго удара.

Но тут раздался выстрел. Сектант замер, потом медленно, словно отказываясь верить в случившееся, опустил голову, посмотрел на свою грудь, где стремительно расплывалось темное пятно.

– Боль… это всего лишь иллюзия, – пробормотал сектант и рухнул лицом в грязь.

Инженер стоял, трясущимися руками сжимая свой пистолет. Рубин с трудом поднял голову.

– Ты стреляешь как девчонка, – заявил он.

– Я никогда не стрелял в людей! – тихо ответил парень.

– Ну вот. – Рубин в очередной раз попытался встать, но мир поплыл перед глазами. – Поздравляю. Теперь стрелял.

Инженер, словно очнувшись, бросился к нему, судорожно нащупывая аптечку.

– Ты истекаешь кровью!

– Спасибо, я бы не заметил сам. – Рубин позволил ему наложить повязку. Боль казалась почти нестерпимой.

– Нам нужно двигаться, – пробормотал он, цепляясь за Инженера. – Остальные могли слышать выстрел.

– Ты не можешь ходить!

– Что ты предлагаешь-то?! – фыркнул Рубин, поднимаясь. – Сидеть тут и ждать, пока они нас найдут?

Инженер молчал, но его руки дрожали.

– Ладно, – в конце концов смирился он. – Но если ты рухнешь – я тебя не потащу.

Рубин хрипло рассмеялся:

– А вот и сталкерский настрой! Добро пожаловать в Зону, Инжир.

– Называй меня Инженером. Привык вроде. Неплохое прозвище.

– Не тебе решать, Инженер. Посмотрим, прилипнет ли к тебе кликуха. Или чего похуже прилипнет.

Они зашагали прочь от тела сектанта и его разбитого «шлема», в прорези которого навсегда застыли уверенные в своей правоте глаза.

Метров через двести Рубин оставил Инженера на вахте, так как сам нуждался в отдыхе. Парень даже не сопротивлялся, только без устали ворчал. Сталкер провалился в сон, перед глазами всплыли картины недавнего прошлого.

* * *

Земля под ногами обращалась в липкую, вонючую кашу. Рубин стоял под навесом и глядел, как прибывшие наемники разгружали джип с трофеями: ящики с патронами, несколько автоматов, мешки с провизией. Его пока ни к чему не припрягли. Лагерь кишел людьми – одни чистили оружие, другие отдыхали у костра, третьи играли в карты на перевернутых бочках.

Он находился здесь третий день. После того как прежний отряд разбежался, чуть не сожрав друг друга из-за пары артефактов, Рубин решил не связываться больше с «романтиками» и податься к наемникам. Здесь хотя бы платили.

– Эй.

Голос прозвучал сзади – спокойный, чуть с хрипотцой. Рубин обернулся.

Перед ним стоял высокий, жилистый мужчина с лицом, покрытым шрамами. Один из них пересекал левую бровь, делая взгляд словно постоянно прищуренным. На незнакомце ладно сидела потертая куртка без знаков различия, но по тому, как другие наемники косились на мужчину, становилось очевидно – человек этот здесь играет не последнюю роль.

– Меня зовут Ганди, – представился он, не протягивая руки. – Говорят, ты умеешь стрелять.

Рубин усмехнулся:

– Говорят много чего.

– Мне не нужны брехуны. Мне нужны те, кто делает.

– И что же нужно сделать, чтобы тебя впечатлить? – с иронией спросил Рубин.

Ганди молча достал из кармана помятый листок бумаги и протянул Рубину. Тот развернул – там была схема какого-то убежища, испещренная крестами и цифрами.

– Завтра идем сюда. Там лежит кое-что ценное. Нужны люди, которые не сдохнут по дороге, – коротко объяснил Ганди.

Рубин посмотрел на карту, потом на наемника.

– Почему я?

– Потому что остальные либо трусы, либо идиоты. А ты пока не показал себя ни в том, ни в другом качестве.

В его голосе не чувствовалось ни лести, ни угрозы. Сухое предположение. Рубин свернул бумагу и отдал обратно.

– И сколько платят?

– Двести за выход. Плюс процент с добычи.

– Маловато.

– Тогда оставайся здесь. Мокни под дождем.

Ганди развернулся, чтобы уйти.

– Ладно, – бросил ему вдогонку Рубин. – Но если там окажется какая-то хрень, я тебя пристрелю.

Ганди даже не обернулся, только махнул рукой:

– Выход на рассвете.

В четыре часа утра туман стелился по земле, скрывая неровности рельефа. Сквозь пелену едва виднелось зеленое Солнце. Отряд из шести человек двигался без лишнего шума, обходя известные аномалии. Рубин шел вторым, за Ганди, внимательно изучая, как тот определяет дорогу – без колебаний, уверенно.

– Ты раньше здесь бывал? – тихо спросил Рубин.

– Бывал.

– И что в убежище?

– Оружие. Боеприпасы. Может, что еще.

– Ты не уверен?

– Может, даже здоровенный мертвый йети.

– Не слышал о таких, – честно признался Рубин.

Ганди на секунду остановился, обернулся.

– Если бы я знал наверняка, мне бы не была нужна подмога.

Рубин хмыкнул. Хотя бы честно.

Через полчаса отряд подобрался к убежищу – низкому бетонному сооружению, наполовину засыпанному землей. Вход был закрыт ржавой дверью с массивным замком.

– Джерк, – кивнул Ганди одному из наемников.

Коренастый мужик с какой-то штуковиной в руках подошел к двери и принялся возиться с замком. Через минуту раздался щелчок.

– Готово.

Ганди первым вошел внутрь. Фонарь выхватил из темноты коридор, заваленный мусором. Воздух был спертым, ощутимо пахнуло плесенью и чем-то еще – сладковатым, химическим.

– Маски, – тихо сказал Ганди.

Рубин натянул респиратор. Они двинулись вперед, проверяя каждую дверь. Первые несколько помещений оказались пустыми – только сгнившие ящики да ржавые койки.

И вдруг – голоса.

Ганди резко поднял руку, сигнализируя остановиться. Где-то впереди, за поворотом, слышались шаги и бормотание.

– Бандиты, – прошептал Джерк. – Какого хрена им здесь надо?

Ганди не ответил. Он медленно снял с плеча автомат и жестом подал условный сигнал. Только вот какой?

Рубин достал гранату из разгрузки. Почему бы не поугрожать? Ганди посмотрел на него, потом коротко мотнул головой – нет. Удивившись, Рубин подчинился. Ганди рявкнул в сторону бандитов:

– Стоять! Бросайте оружие! Руки за голову. Я отчаянный, пристрелю – не моргну.

В свете софитов на сцену вышли трое – грязные, в рваной одежде. Они явно не готовились встречать гостей.

– Тут наша территория! – выпалил один, поднимая обрез.

Ганди выстрелил первым. В голову. Еще двое бандитов даже не успели среагировать: наемники Ганди открыли огонь. Через три секунды все было кончено.

– Зачем?! – в полный голос спросил Рубин, когда дым рассеялся. – Можно ж было просто шугануть!

Ганди перезаряжал магазин, даже не глядя на трупы.

– Если оставляешь врага за спиной – рано или поздно получишь пулю в затылок. Враг в Зоне – любой, с кем ты познакомился не по своей воле.

Рубин хотел что-то ответить, но в этот момент Джерк, обыскивавший бандитов, вскрикнул:

– Гля-я-я!

Все обернулись. В руках у наемника красовались проводки.

– Они, похоже, тут фейерверков понаставили!

Ганди не дрогнул:

– Где?

– Откуда я знаю-то?

– Разминируй.

– Но я не…

– Ты же сапер! – В голосе Ганди слышалась холодная ярость.

Джерк нехотя кивнул.

Пока тот возился с проводами, Рубин стоял на стреме. Ганди подошел к нему.

– Ты не стрелял. Почему?

Тот пожал плечами:

– Не было необходимости.

– Ошибаешься. В Зоне необходимо делать все, что стоит между твоей жизнью и смертью.

Рубин хотел было ответить, но в этот момент раздалось радостное восклицание Джерка:

– Готово!

Ганди, прищурившись, хрустнул шеей.

– Идем.

Они забрали то, за чем пришли: несколько ящиков с оружием и боеприпасами, запечатанных в полиэтилен. В идеальном состоянии. На обратной дороге Ганди выдал:

– Ты неплох. Для новичка.

– Ты делаешь мне комплимент? – улыбнулся Рубин. – Я же ни хрена не сделал.

– Ты выжил, – констатировал главарь наемников. – Завтра планируется еще один выход. Ты с нами?

– Сколько платят? – невозмутимо поинтересовался сталкер.

Ганди ухмыльнулся. Впервые за весь период их знакомства.

– Двести пятьдесят.

– Ладно. Но если снова мины, я пас.

– Мин не будет. Кстати, Джерк психанул и отправился своей дорогой. Мы тут никого не держим. Но и без него справимся.

– Откуда такая уверенность?

Тот посмотрел куда-то вдаль и ответил:

– Джерк не единственный сапер в Зоне. Есть на примете еще один неплохой специалист, погоняло Шор. Надо бы его переманить к нам в команду.

Рубин кивнул:

– Тогда по рукам. Приятно познакомиться, Ганди.

– Кстати, почему тебя называют Рубином?

– Я раньше хабар прятал в телевизоре «Рубин». Слыхал о таком? Здоровенная бандура.

– Успешно прятал-то?

– Пока один подонок за мной не проследил. Я ему отомстил, конечно, но теперь ситуация шаткая. Иначе бы к вам не подался. Торговал бы помаленьку сам… – В голосе Рубина просквозила досада.