Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. К счастью, плохое – тоже. И если не углубляться в философствования на тему моей судьбы и её интересных вывертов, что подарили мне за несколько дней кольца главы рода, ликвидатора и сборщика осколков для непонятных и мутных личностей, имеющих аномальные даже по меркам магов способности и возможности, то можно сказать, что моя светлая полоса прошла. Наступила как минимум эпоха серых трудовых будней ликвидатора.

Стоило нам закупиться припасами, приобрести для меня запасной комплект экипировки, баночки и контейнеры для хранения возможной добычи и, самое главное, стратегический запас шоколада, как настало время прощаться с наставником.

Михаил не просто дворецкий, он мне и друг, и брат, и, можно сказать, отец… Он оберегал меня с самых пелёнок, был моей тенью в детстве и юности, наставником в последние годы. Я как-то подсознательно привык, что дядя Миша всегда рядом, что поможет, подскажет, объяснит в нужный момент. И теперь его зовёт долг и мною же принятый план действий. Он уедет не на день и не на два…

Сейчас тот самый момент, когда шакалы и крысы уже должны были сунуть свой нос в родовые дела и начать усиленно копать информацию на мою матушку. Впрочем, на всё это надо время. А влезать в родовое гнездо, полное воинственной гвардии, никто не станет без веских причин. Золотарёвы – богатый и сильный род со своими проблемами, тайнами, интригами и желаниями. И со своими верными людьми.

Не знаю, почему Законы рода столь жестоки к Берестьевым… Ну и что, что родовая сила не передалась ребёнку? Почему его нельзя сделать частью рода? Почему должна поддерживаться эта чистая, уникальная сила членов рода? Моих кровных родственников не так уж и мало в нашей стране и даже за её пределами, но они носят другие фамилии, воспитаны другими людьми… В них нет чувства привязанности к роду и обязанности его спасать.

Я не сомневаюсь в том, что мои предки были мудрыми людьми. Наверняка существуют обстоятельства, которые заставили так сильно ослабить наш род, и мне крайне любопытно, какие. Но чтобы разобраться с этим вопросом, надо стать более сильным магом.

Следующее рандеву с отцом, вернее с остатками его духа, вплетённого в магическую структуру печатки рода, состоится лишь на ранге Мастера. То есть мне надо сформировать ядро. А для этого необходимо научиться управлять своей силой и начать улучшать качество маны в источнике. Иными словами, предстоит как следует поработать.

И сейчас, пока мы едем обратно в Горлик, тепло попрощавшись с наставником, я сижу, размышляю, как бы мне это поскорее сделать. И мыслей светлых в голове, увы, не прибавляется… Много книг я прочитал, в которых описывались разные способы и методы, но это всё теория. К тому же не стоит забывать о том, что мне уже восемнадцать лет. В моём возрасте одарённые дворяне находятся как минимум на третьем ранге магического искусства, ведь начинают развиваться с детства. И этот разрыв мне до поступления в академию надо сократить как можно сильнее…

Несколько дней подготовки прошли в едином ключе, похожие друг на друга, словно близнецы: мы спали, мы ели, мы тренировались, мы закупались, со мной делились опытом…

Одно я сделал, когда выдалась возможность: прикупил себе дополнительные артефакты у местных ликвидаторов. Нашёл ту бабульку, что никак не могла продать щит и копьё. Пообщался с ней, поносил, помахал, поприкрывался и решил, что надо брать. Всё-таки ни магической защиты, ни энергии воителя у меня нет. Лишь мои «доспехи», которые не особо полезны против сильных тварей.

– Внучок, а ты какого рангу-то? Как воитель? Чой-та я от тебя силушку совсем не чую. Магией ты одарённый, эт всякому видать, у кого глаз намётанный, – пока я крутился с запасным оружием и щитом, решила выведать мои тайны бабулька, что была Воином Духа.

– Так не воитель я пока. Искра не пробудилась. Наставник называл меня Ветераном, но, как я думаю, льстил мне.

– Ох, ну не знаю… Телосложение-то у тебя отменное, да только тебя с такой-то статью любый гад решит в первую очерёдушку прикончить-то. Опасно. Мож, посиди тут у нас да обожди искрушку? Я Семёновну да Ильича позову, втемяшат они тебе, как управлять ею. Жалко ж будет, коли помрёшь… – неожиданно тепло ответила мне бабушка, что собиралась мигрировать из Горлика в ближайшее время, как только продаст достойному копьё и щит. За справедливую цену. И чтобы не были «с гнильцой» новые владельцы, как она сама выразилась.

Приятно осознавать, что она меня одобрила, как и Михаила, ещё в первую же нашу встречу. За прошедшие несколько дней к ней раз семь или восемь приезжали разные личности, в основном неместные, и надеялись выкупить довольно знаменитые, пусть и изрядно повидавшие на своём веку артефакты из иномирных материалов.

Мне этот большой щит, что закрывал половину моего тела, нравится. Весит навскидку килограммов двенадцать. Для одной руки не слишком много. Признаться, ожидал, что потяжелее будет. Но всё равно длительный бой против множества тварей с ним провести будет тяжело, это факт! Надо носить его постоянно, чтобы к тяжести привыкнуть. Но это если по цене, конечно, договоримся. У меня на счету денег немного, вряд ли хватит…

– Бабушка, а сколько ты за эти щит и копьё хочешь?

– Тебе, внучок, если поклянёсся своей силой и честью, что не станешь перепродавать заради выгоды, то за полцены отдам. Комплектом за мильон.

На это я мог лишь долго выдыхать полную грудь воздуха. Да тут и спорить не о чем. Справедливая цена. И слышал я, как вчера ей пять миллионов предлагали. Отказалась, хотя ей вроде как нужны деньги… Но даже так, если это чисто для пенсионного турне по нашей стране, то данных денег на пару лет путешествий хватит. И даже не придётся особо экономить.

– У меня сейчас есть восемьдесят тысяч… – признался я и сообщил обо всех своих накоплениях, полученных с момента отъезда из дома матери.

Может, и не стоило так подстраховываться, избегая движений на счету рода, но уже поздно что-либо менять. Тогда я выбрал почти всю наличность, что была в имении, а это было всего несколько тысяч рублей. Всё прочее лежит на счетах рода. И просто так не снимешь большие суммы: имперские ищейки быстро заметят.

– Внучок, я здесь ещё недельки две максимум. А там настанет пора мне в путь. Свадьба у сынули, да там и дед мой сейчас наши пенсионные накопления в Москве трынькает…

– Две недели максимум… У меня будут деньги! И, может, подскажете, к кому обратиться, чтобы защиту какую на тело найти, вся эта современная экипировка хороша, – похлопал я себя по груди и ляжкам, – но от опасных тварей не спасёт. Комфортно, удобно, но небезопасно.

– Не спасёт, внучок, это верно. Две недели? Хорошо… Верю я тебе, что ты не обманешь старенькую бабушку. Не буду никому продавать их. Жду тебя. А что насчёт защиты… Скажи мне, ты из брезгливых аль суеверных?

– Не из тех и не из других… – подумав, ответил я.

– Ну коль так, то давай сюда щит с копьём. Сходим в одно место.

Я прикинул, что времени до вечерней тренировки с Соколом ещё предостаточно, и согласился.

Щит и копьё оказались в руках у бабульки, и она перекинула их через забор на свой участок. Те упали в мягкий стог сена и утонули в нём под собственным весом.

– Люцик… Лю-ю-юцик! Люцифе-е-е-ер! – стала кричать бабуля в сторону своего двора, а на полном имени словно сам демон вселился в бабку, и мне в один миг стало страшновато здесь находиться.

Но тут выскочил здоровенный волкодав… Ну, имя оправдано… Если это не мутировавший пёс, то я не знаю, как он смог стать таким здоровенным.

– Вуф!

От его лая у меня едва душа не задрожала. И такой здоровый… Вот уж воистину хранитель. Не удивлюсь, если преисподней.

– Охраняй, Люцик. Я к Коленьке, – сообщила она волкодаву.

Пёс, как мне показалось, кивнул, затем глянул на меня как на какого-то таракана и, потеряв всякий интерес, лёг прямо возле стога сена.

Коленька был, как и все местные жители, воителем, но, скажем так, с придурью. Не знаю, какая у него была сила, но двор его, скрытый за высоким трёхметровым забором, оказался настоящей свалкой. Он тащил к себе всё, что находил и что плохо лежало в Сибири. Бабушка Нина, имя которой я выяснил благодаря соседям, что здоровались с ней каждые сто метров, сказала, что ему от монстра по голове прилетело, после чего и стал «интересным». Надеюсь, эта «интересность» не решит зарубить меня топором…

– Коленька! Оболтус ты наш, иди сюда! Помощь твоя нужна! – с ходу взяла быка за рога баба Нина.

– Что? Нинка, ты, что ль? Иду уже, бегу! Только это, штаны найду!.. – заявили из добротного кирпичного дома, сложенного умелыми руками, да только превращённого в музей своим нынешним хозяином. – Кому там какая помощь надобна?

– Помнишь ту безрукавку, что ты из Сибири притащил два года назад? У тебя она ещё?

– Ну ты что, Нин, это ж жемчужина моей коллекции! Я её только месяц назад латать закончил! А ты, поди, и сама знаешь об этом? Сидишь и уши целыми днями греешь. На що она тебе? – четырежды сменил своё настроение за время ответа Коленька.

Сперва он был горд, затем удивлён, завистлив и подозрителен в самом конце.

– Продай внучку. Он, искру не пробудивши, в Сибирь раз за разом прется. Хороший внучок. Богатырь вон яки.

– Сам, что ль? Совсем больной? Не, больному не продам и не отдам. Даже не проси! Выкину ж, считай.

– Прошу прощения, меня Мирославом зовут. Я с наставником до этого ходил, но ему срочно уехать пришлось, а я остался да в отряд Сокола вступил.

– Соколика? Этот жлоб мне косу старую, дедовскую, что нашёл в разрушенной деревушке, не подарил! Он, може, парень и толковый, да жлоб! – заявил дедок, что был лет на десять младше бабы Нины.

– Так ты, старый хрыч, всех задолбал: «Подари-подари»… Он тебе до этого рубаху подарил, точильный камень подарил, кузнечный молот тоже подарил, топорища принёс. Всё бесплатно отдал! А коса та у излома валялася столько лет! То была общая добыча и денег стоила всамделишных. Он подарит тебе, окаянному, а отряд жить за шо будеть? Ась? Ты и есть жлоб! Самый настоящий! Гони безрукавку! – заведясь, как трактор, приказным тоном начала давить на Коленьку бабулька.

Что ж за безрукавка-то такая? Даже интересно стало.

– Я жлоб?! А вот и шиш тебе, карга старая! За мульоны не отдам! Поняла?!

– Гонь безрукавку! Аль верни мне мои щипцы для стрижки овец и стамеску мою счастливую для соку берёзового, что брал в том году!

– Нема у меня!

– А не трынди! Если я молчала, не значит, что не знала, жлоб ты старый. Сдохнешь на своём мусоре, и толку?

– А вот не сдохну! Тебе назло жить буду! Ещё сто лет!

– Сколько-о-о?! Да я тебя сейчас сама прихлопну! Тащи свой, етить, экспонат, экскурсовод хренов!

Боже, как мило они ругаются… И всё ради безрукавки какой-то.

Отвлёкся всего на секунду и пропустил момент, когда они договорились.

– Дурак ты, сожрёт он тебя. У него рядом с идиётами аппетит взростает, – покачала головой бабулька и повернулась ко мне. – Держи свою безрукавку…

И в меня прилетел стальной свёрток. Поймал его, и у меня аж кости застонали.

– А ты смотри мне, Коленька. Если Люцика кому другому отдашь, пойду к Чумазой и понос на тебя нашлю!

Я с удивлением развернул свёрток и понял, что безрукавка – это кольчуга. И судя по отклику маны, из иномирного материала! В центре и правой части виднелись следы ремонта и грязь, которой, вполне возможно, была чья-то кровь. Ещё неравные рукава… Здесь, очевидно, Коленька просто сцепил звенья, не восстанавливая оторванные кем-то рукава. Ну да ладно.

– Ну, теперь полегче должно быть, внучок.

– Спасибо вам, бабушка Нина! Шикарный подарок. Я уж и не знаю теперь, как расплачиваться с вами… – признался я, оценивая кольчугу на прочность и лёгкость.

– А ты не помри раньше времени да слово своё сдержи, чтобы деда моего копьё и щит не попало в плохие руки. Понял?

– Обязательно всё сделаю! Чтоб мне без искры остаться.

– Ох… Яка клятва опасная-то. Ну, тогда буду ждать тебя.

Это моё решение купить экипировку было важнейшим и ярчайшим событием за всё время. Когда я буду готов, сам смогу бродить по Сибири и собирать её дары. И деньги мне вернутся сторицей! Главное – иметь достаточно средств для защиты и выживания в этих опасных местах.

Тренировки, сражения, интересные истории, рассказы и байки… Мы трижды ходили в ту сторону Сибири, где военных не было. Зато там было много ликвидаторов. Их следы, как и следы битв, очень часто виднелись, и я пытался воссоздать ход боя. Иногда и мы натыкались на мутантов, но с каждым разом для этого приходилось отправляться всё дальше и дальше. В день, когда мне должна была прийти оплата из Центра ликвидаторов и в магазинчик, где я стал постоянным покупателем, должны были привезти шоколад, мы встретили первого за четыре дня монстра. Да и то это была летающая тварь. Заприметили её сразу несколько групп, которые, объединившись, и прикончили ту прямо в воздухе.

Нашлись и снайперы, и маги с интересными способностями. Я вот, например, на километр по небольшой цели магией не ударю. Тем более так, чтобы летающий Прост-мутант сдох.

Я шлифовал свои знания и умения, познавал Сибирь, набирался опыта, но чувствовал, как утекает впустую моё время. Да и другие члены отряда были не очень довольны: за полмесяца они даже четвёртую часть своей месячной нормы не сделали по монстрам! Такими темпами они рискуют потерять в рейтинге. Пару раз такое повторится, и разного рода бонусы в городах нашей страны, такие как скидки в магазинах, автосалонах, гостиницах, исчезнут. Поэтому в отряде подняли волну обсуждений на тему «Как нам быть и что предпринять?».

В общем, решили немного рискнуть и отправиться в глубь сибирских лесов. Туда, куда только дорога займёт по меньшей мере неделю. И я, как член их команды, приветствовал это решение.

– Послезавтра пойдём в общий рейд на Лимагорский излом. Я нашу группу вписал. Ожидается лёгкая прогулка, так как, с учётом военных и последних тенденций, там будет желающих раза в два больше планируемого, – поделился ещё одной интересной новостью Сокол. – Мы пойдём во втором эшелоне, если первый не справится. Право на добычу будет предоставлено лишь в том случае, если мы вступим в бой. Если же с нашей стороны потребуется лишь прикрытие и обеспечение тыла с ранеными, то выплатят по две тысячи пятьсот рублей на каждого воителя в отряде и пять тысяч сто на каждого мага.

– А чего так мало? – тут же возмутились несколько человек.

– Потому что нас много, – пожал плечами Сокол. – И ещё им, видимо, лень по рангам разбивать вознаграждения. В прошлый раз они явно переплатили высокоранговым воителям и магам, что в тылу просидели и даже в излом не зашли. Экономят.

– Эх… Ну, зато мелкому повезло, – заявил Дуб и посмотрел на меня: – По старой схеме ты, как Новичок-маг и не воитель, получил бы две тысячи, и всё. А сейчас почти как Магистру денег отвалят.

Я лишь улыбнулся в ответ, ожидая возможности проверить свой банковский счёт. Если деньги уже пришли, то самое время вооружиться перед намечающейся активностью.

Кольчуга сидела на мне как влитая. Я её подчистил, поухаживал, отмыл и протестировал. Материал не только проводит ману и способен адаптироваться под используемые мной заклинания, но ещё и по прочности не уступает стали! А быть может, даже превосходит её. Точных тестов, увы, провести нет возможности.

В любом случае я рад изменениям. Всё же месть моя не ждёт, пусть это и блюдо, которое нужно подавать холодным. И мне хочешь не хочешь надо становиться сильнее…

Эти две недели без возможности экспериментировать с магией были не такими полезными, как одна неделя с Михаилом, но кое-что очень важное они мне всё-таки дали… Теперь я точно готов в одиночку идти в Сибирь. Сейчас мои шансы на выживание явно выше, чем две недели назад.

«Пум!»

Стоило мне выйти на улицу, как в голову прилетела шишка. И естественно, никого рядом уже не было…

– Иду я за шоколадкой, иду, партизан ты пушистый!..

И я ускорился, благодаря судьбу за то, что этот наглый щекастый паразит после того случая в отеле и моих занудных нравоучений больше ничего подобного не делал.

Надо бы заскочить на парковку. Там же в багажнике сидит ещё один вредный жучара, который то и дело клянчит у меня энергию… Но надо подкормить. Завтра отправляемся к излому, и я не знаю, когда вернусь. И совсем не факт, что Фома потащит его с собой.

Накупив всякого барахла и шоколадок, а также немного еды на вечер, я свернул на парковку. Вокруг шарились люди. Выждал момент, открыл багажник, увидел грустные глаза преданного мне Жужжи и начал кормить его эфиром. Когда закончил и похлопал жучару по панцирю, тот внезапно кинулся на сетку с картофелем в моих руках, словно кот на кошачью мяту.

– Видимо, драников мне сегодня не видать… Ну и гад же ты, Жужжа!

Я взглянул на часы и понял, что и к бабе Нине, и в магазин, и приготовить ужин уже не успеваю. Жучара как чувствовал… Я прикрыл крышку багажника, так как рядом проехал «кортеж» какого-то блатного выпендрёжника. Техника остановилась рядом с аптекой на другом краю парковки, после чего шумной и явно не самой трезвой толпой люди пошли внутрь.

Четыре премиумных, дорогих и усиленных внедорожника, которые прикрывала гвардия рода на десяти бронеавтомобилях пехоты, военный вездеход… Все одеты в чёрное, на спине символ в виде черепа.

Очередной отпрыск богатого рода отправился добывать геройством доказательства своей состоятельности и крутости. Знаем мы таких. Видели уже не раз. Дерьмо, которое с силой наёмных спецов да гвардии рода, состоящей из элитных воителей и магов, едет в Сибирь побряцать оружием и закрыть обязательство перед империей… Для таких, как они, это похоже на выезд на шашлыки. Они никогда не ездят в опасные места, а лишь такие, как наш Горлик, где уже всё вокруг вычищено на сотни километров… И в последнее время эта золотая молодёжь приезжает со своими друзьями развлекаться всё чаще и чаще.

Я снова открыл крышку багажника и едва не выругался от неожиданности.

– Пи! – Словно злой ребёнок, рядом с жуком показался хомяк, требуя свою долю вкусняшек.

Да уж… Тяжело с ними. А ведь этот зверинец я планирую расширить! И вот ещё интересно: когда я уже с хомяком договорюсь?.. Благо меня мои предки сейчас не видят. Только подумать, с шоколадным террористом справиться не могу!..

Недалеко началась какая-то суета, крики… Это из аптеки вылетели шумные и голосистые молодчики. Следом выбежала и девица в белом халате. Я напряг память и вспомнил, что там работала довольно молодая и относительно симпатичная девушка. По крайней мере, её улыбка была всегда приятна взгляду.

Что-то там произошло, и один из парней, развернувшись, сильной пощёчиной отправил продавщицу на асфальт. Полились оскорбления. Засранца оттянули свои же, и вся эта золотая молодёжь свалила, даже не подав руку бедной девушке.

А вот такого предыдущие группы не допускали… Эмблема на спине уехавших бойцов означала, что это одни из сильнейших наёмников в империи. Частное военное предприятие «Скелетон». И работают они обычно на самые богатые и влиятельные рода.

Любопытно, что за род так поверил в себя, что прилюдно ударил девушку-ликвидатора? Да, слабую, но одну из нас.

– Пи-пи… – схомячив целую плитку, требовательно протянул лапку за очередной порцией пушистый проглот.

– Ну уж нет. Хочешь вкусняшку? Заслужи!

– Пи?

– Сейчас расскажу, как… Есть для тебя работёнка прямо по твоему профилю… – коварно улыбнулся я и ощутил неописуемое чувство удовлетворения, наблюдая растерянность в глазах хомяка.