Итак, можно сказать, что совокупность местных легенд, надписей, текстов и археологических данных делает Шанцю образцовым примером того, как в Китае поддерживалась непрерывность традиции. Мы видим, как ученые, прорицатели и жрецы прежних государств передавали потомкам представления о государственности и историческом процессе, подкрепляя их легитимность ссылками на царственных предков. После падения Шан правители государства Чжоу вписали оставшихся в живых представителей поверженной фамилии в свою трактовку природы царской власти и способов ее передачи. Более того, недавно обнаруженное в окрестностях Шанцю крайне любопытное и на сегодняшний день уникальное захоронение, относящееся к периоду, который наступил сразу после падения Шан, демонстрирует описанную преемственность в сфере материальной культуры. Здесь в большой могиле, составлявшей пятьдесят метров в длину и восемь в ширину, был захоронен человек по имени Чанцзыкоу^{‹‹14››} — бывший шанский чиновник, попавший на службу к Чжоу. В погребении перемешались как старые шанские, так и новые чжоуские традиции. На месте было найдено четыреста артефактов, в том числе изделия из бронзы, нефрита, керамики и ракушек, шанские костяные флейты, сосуды для вина, а также колокольчики. Шестидесятилетний усопший после воцарения Чжоу служил при дворе правителей нового государства, но похоронен был с соблюдением традиций рода Шан, включая человеческое жертвоприношение: вместе с ним были погребены тринадцать человек, а также собака, которую закопали под одним из гробов. Вероятно, Чанцзыкоу был последним представителем шанской знати.

Идеалы, которые формировали шанское государство на протяжении пятисот лет его существования и которые нашли полное выражение в надписях на гадальных костях, продолжат оказывать подспудное влияние на китайскую историю. Победившая династия чжоуских правителей Цзы привнесла в позднейшие представления о государственной власти многое, но фундамент был заложен еще правителями Шан. Шанское наследие будет напоминать о себе во многих областях — в обычаях, ритуалах, верованиях. Ниже мы увидим, что даже Конфуций, величайший культурный авторитет китайской цивилизации, будет заявлять о своем происхождении из рода Вэй-цзы в Шанцю. Пять столетий спустя он скажет: «Основания Чжоу в церемониях Инь [Шан]; можно видеть, что они добавили к ним и от чего отказались».