Если следовать этой гипотезе, воображаемый мир путей, пройденных Юем, стал рамочным культурным нарративом, объединяющим ранние государственные образования Китая. Претерпев множество изменений, исправлений и переписываний в течение железного века, он превратился в базовый миф^{‹‹20››}: «Как прекрасны деяния Юя! Долговременны свершения его блистательной добродетели. Если бы не Юй, мы стали бы рыбами!» — говорится в одном тексте VI в. до н. э. «Велики и прославлены были мои почтенные предки, получившие Небесный мандат и вставшие на путь Юя». С тех пор Срединная равнина — чжунго — стала театральной площадкой, на которой создавалась история Китая.

Но может ли за мифом скрываться память о реальной природной катастрофе? Совсем недавно и совершенно неожиданно археология предоставила нам свидетельство о реальных событиях, которые могли найти свое далекое отражение в этих позднейших мифах об истоках.

В 2016 г. команда геологов, геоморфологов и археологов обнаружила следы масштабного наводнения в ущелье Цзиши^{‹‹21››} в провинции Цинхай, более чем в 1600 километрах вверх по течению Хуанхэ от того места, где она выходит на равнину. Здесь река извивается, подобно змее, протекая по дну огромных каньонов под нависающими вершинами красных скал. В ущелье ученые обнаружили следы землетрясения, случившегося в доисторические времена. Оно стало причиной огромного оползня в точке, где река делает резкий поворот, следуя за изгибами каньонов. Там, где по краям ущелья до сих пор сохранились следы выноса осадочных пород, исследователи смогли выявить отложения оползня и идентифицировать оставленную им гигантскую и по-прежнему заметную борозду. Встретив препятствие высотой примерно 240 метров, вода накапливалась от шести до девяти месяцев, а затем вырвалась наружу, произведя бедствие, которое они назвали одним из крупнейших пресноводных наводнений голоцена.

По оценкам специалистов, потоп ощущался на расстоянии более 2000 километров вниз по течению, прорывая естественные преграды, сметая неолитические поселения земледельцев и вызывая серьезное изменение русла Хуанхэ на равнине. Точно датировать катастрофу помогли жилые пещеры в районе, расположенном чуть ниже речного затора, в деревне Лацзя, которая сперва была разрушена землетрясением, а меньше чем через год затоплена и полностью отрезана наводнением. Радиоуглеродный анализ^{‹‹22››} остатков жилищ и найденных скелетов указал на 1922 г. до н. э., плюс-минус 28 лет^{‹‹23››}.

Конечно, истории о катастрофических наводнениях встречаются во многих традициях — их можно найти в Месопотамии и Древней Греции, о них говорится в Библии. Легенда о Юе не обязательно сложилась в результате реального события, но в более поздние периоды китайской истории подобные бедствия хорошо задокументированы (такова, например, катастрофа 1048 г., которая подробно рассматривается здесь). Если подобный потоп действительно имел место, весьма вероятно, что воспоминания о нем сохранялись в коллективной памяти на протяжении столетий; кроме того, поразительным является то, что ранние тексты, такие как «Шуцзин» и «Шицзи», в которых возвышение первой династии связывается с успешной деятельностью мифического правителя Юя по углублению каналов после наводнения, сообщают, что оно началось в месте под названием Цзиши — а ведь именно так называется ущелье, откуда, по мнению ученых, пошел исторический потоп.

До полного введения в научный оборот всех новых находок мы можем сказать лишь одно: серия экологических кризисов, произошедших в период с 2300 по 1900 г. до н. э., одним из которых, вероятно, и было великое наводнение на Хуанхэ, примерно совпадает с важнейшими политическими изменениями на Срединной равнине. Сложившееся в эпоху Луншань общество пережило коренную социальную трансформацию, что привело к появлению первой династии. Это произошло в бассейне реки Ло (южного притока Хуанхэ), где элементы различных региональных культур, смешавшись, произвели на свет начальную монархию, прообраз всех позднейших династий Китая.