Куинн

— Эй! — крикнула Скаут, наклоняясь и без колебаний вытаскивая нож из своего ботинка. — Кто вы, чёрт возьми? Убирайтесь от машины!

— Что за черт, Скаут? Откуда он у тебя?

— Из моего ботинка. А у тебя нет?

— Складного ножа? Нет, я не думала, что он мне понадобится, когда мы пошли по магазинам.

Она полезла в сумку, вытащила ещё один нож и протянула его мне.

— В какую чертовщину вы там влезли?

— В последнее время были кое-какие проблемы, так что я решила быть более подготовленной.

Мы подошли ближе, и парни оторвались от машины.

— Ну, ни один из вас не Рэнсом. Где он?

— Райдер? — сказала я, узнав его с той ночи гонок. Он выглядел уже не так. Взгляд стал безумнее. Всё в нём стало более тревожным, чем обаятельным.

— Рэнсом? Кто это? — спросила Скаут голосом таким сладким и невинным, будто она ничего не знала.

— Ты прекрасно, блять, знаешь, кто такой Рэнсом, маленькая сучка, и мы знаем, что это его машина. Где он?

— Его здесь нет. А теперь отойдите, — спокойно сказала Скаут, будто такая стычка — обычное дело.

— Ну, тебя мы знаем, — сказал тот, что покрупнее, указывая на Скаут. — А кто это? Рэнсом нашёл себе девчонку?

Я крепче сжала нож в одной руке и потянулась за ключами другой.

— Нет, — сказала я. — А теперь отойдите.

Я старалась говорить ровно и спокойно.

— Она врёт, — сказал Райдер. — Это та самая девчонка, из-за которой я заставил Рэнсома гоняться со мной. Он бесился, что она со мной болтала, и предложил гонку за неё.

— Если вы не уйдёте, я позову всю нашу команду, и, думаю, вы знаете, что они доберутся сюда быстрее, чем ваши, — с улыбкой сказала Скаут, скрестив руки на груди.

Они приблизились, и запах пива с травкой ударил мне в нос.

— Обязательно передай им, что мы их ищем. Я бы с радостью поговорил с Рэнсомом или Фоксом. С любым из них.

— Уходи, Слотер, — сказала Скаут большому парню, и я посмотрела на неё. Имя звучало так, будто он сам себе его придумал, чтобы казаться крутым.

Он наклонился ко мне, и я отшатнулась.

— Очень приятно познакомиться, — сказал Слотер.

Райдер подошёл ближе, и я едва не задохнулась от вони.

— Рад снова тебя видеть. Предложение о покатушке всё ещё в силе. В любое время, детка, — подмигнул он, но это было далеко не мило. После пары банок пива им, конечно, казалось, что они обаятельны.

Они медленно удалились, растворяясь в темноте, оставляя нас в тревожной тишине.

— Быстрее, — крикнула Скаут, побежав к машине. — Открывай и поехали.

Я послушалась, разблокировала двери и запрыгнула внутрь, швырнув все пакеты на заднее сиденье, и завела мотор.

— Просто поехали. Как можно быстрее.

— Почему? Они гонятся за нами? — спросила я, включая передачу и резко стартуя.

— Не знаю, но не удивлюсь. Лучше уехать до того, как они решат вернуться.

Я выехала на шоссе рекордно быстро.

— Не вижу их. Думаю, мы в безопасности.

Я выдохнула.

— Что, чёрт возьми, это было?

— Это был Слотер. Главарь другой банды. Не знала, что Райдер теперь с ним. Это сильно разозлит наших. Весёленькая компания.

— Почему они охотятся за нашими? Они избили его на прошлой неделе? Райдер теперь враг?

— Я хочу тебе всё рассказать, но, думаю, Рэнсом должен это сделать сам. Наверняка у него есть причины пока молчать. Что касается Райдера — для меня это такое же потрясение, как и для тебя.

— Ну, думаю, все эти причины только что вылетели к чёрту, когда нам начали угрожать.

— Я согласна.

Я пронеслась по боковым дорогам, пока мы не добрались до гаража. Свет внутри всё ещё горел, ворота были открыты.

Он ждал.

Я резко свернула, поставив машину на парковку до того, как Скаут успела сказать хоть слово. Рэнсом и Фокс вышли навстречу, с улыбками… пока не увидели меня.

— Чёрт, чувак, тебе конец, — сказал Фокс, направляясь к Скаут.

Я была вне себя. Злость буквально пульсировала в висках, в груди, заставляя почти задыхаться, пока я шла к Рэнсому.

— Почему, чёрт возьми, на меня только что наехал тип по имени Слотер, когда мы выходили к машине? И почему с ним был Райдер?

— Что? Что случилось? — он сразу посмотрел на меня, потом на Скаут и машину за нашей спиной.

— Мы вышли из торгового центра и увидели Райдера с каким-то психом, облокотившимся на машину. Они спрашивали о тебе. О вас обоих.

— Слотер? — повторил Рэнсом, бросив взгляд на Скаут.

Она кивнула:

— Он и Райдер нас поджидали.

— Ждали, угрожали, искали вас. К счастью, Скаут с собой ножи таскает, но никто, блядь, не предупредил меня, что надо быть готовой к поножовщине, когда идёшь в торговый центр! — я тяжело дышала, ощущая, как дрожит всё тело от нервов и адреналина.

— Куинн. Всё уже хорошо. Успокойся. Прости меня. Ты в порядке? — спросил Рэнсом, делая шаг ко мне.

— Я в порядке. Но, думаю, я имею право знать, какого чёрта тут происходит?

Я глубоко вдохнула, пытаясь выровнять дыхание. Безуспешно.

— Можно на минутку? — он кивнул Фоксу и Скаут.

Они не стали спорить и ушли внутрь, даже не оборачиваясь.

Он обошёл меня, выключил двигатель и закрыл дверь машины.

— Тебе понравилось?

— До или после того, как какой-то ублюдок по имени Слотер пытался нас напугать?

— До, — его голос был удивительно мягким и спокойным.

— Это был лучший день за долгое время.

— Хорошо.

Он наклонился и поцеловал меня. Нежно. Так, что у меня подогнулись колени. Он пах мятой и кофе, и этот вкус был почти пьянящим. В этом поцелуе не было ни спешки, ни давления. Только тепло.

Моё тело снова предало меня — я потянулась навстречу, и его руки обняли меня, словно укрывая от всего мира.

— Прости, что не был рядом, — сказал он, целуя меня вновь.

Его губы были тёплыми, почти домашними, и мне пришлось собрать всю силу воли, чтобы отстраниться.

— Довольно, — прошептала я.

— Я знаю, ты сказала, что этого не может быть. Но я не могу иначе. Каждый раз, когда ты рядом… я должен тебя поцеловать. Рад, что вы обе в порядке.

Он улыбнулся, глядя на меня, и в его взгляде было что-то… что-то, что я не могла понять.

Я смотрела на него, и мне хотелось кричать. На него, на Слотера, на весь этот чёртов мир, в который я вдруг оказалась втянута.

— Ты должен был рассказать мне всё это с самого начала, — прошептала я.

— Я знаю. Я просто… Я не хотел, чтобы ты смотрела на меня, как все остальные. Как на преступника. Как на проблему. А ты — другая. С тобой… я тоже хочу быть другим.

Моё сердце сжалось. Он говорил это так тихо, так честно, что часть меня хотела поддаться, забыть всё, что я услышала. Но я не могла.

— Рэнсом, ты ввязался в серьёзные вещи. Тебе может грозить тюрьма. Вам всем.

— Да, я понимаю. Но мы не те пацаны, какими были тогда. Мы пытались вытащить себя из дерьма. Мы вылезли. Честно. А теперь это снова за нами тянется, будто у нас на лбу клеймо.

— А если они не отстанут? Что ты будешь делать?

Он посмотрел на меня в темноте, и в его глазах не было страха. Только усталость. И решимость.

— Защищать своих. Всех. Включая тебя.

Я отвела взгляд, не зная, как это переварить. Я не хотела быть его, но он уже каким-то образом стал моим. Эта лояльность, это безрассудство, эта чёртова преданность — всё это делало его опасным. И невыносимо привлекательным.

— Скажи мне одно, — выдохнула я. — Те деньги, которые ты дал мне… они не из этого?

— Нет. Клянусь. Это был мой выигрыш. У нас есть легальные гонки, призовые. Я бы никогда не дал тебе что-то, из-за чего ты могла бы пострадать.

Я кивнула, медленно. Мне хотелось верить. И, чёрт побери, я верила.

— Хорошо, — сказала я. — Но, если ты ещё хоть раз скроешь от меня что-то, что может повлиять на мою безопасность… я уйду. Навсегда. Понял?

Он не колебался.

— Понял.

Он взял меня за руку, и я позволила. Потому что, несмотря на всё, именно рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.

Но внутри меня уже зарождался страх. Если всё это только начало — насколько дальше он готов зайти, чтобы защитить своих?

— Хватит, Рэнсом. Ты должен рассказать мне, что происходит, — сказала я, отстраняясь от него.

— Знаю. Жаль, что это, скорее всего, разозлит тебя.

— Я не знаю, разозлит или нет, но ты всё равно должен рассказать. Сейчас.

— Да, ты права. Пошли.

Мы прошли в тёмный угол заднего двора, и он посветил фонариком телефона на какие-то детали от машины.

— Что это? — спросила я, не понимая.

Он тяжело вздохнул.

— Примерно три-четыре года назад я, Фокс и Джакс начали работать здесь с Лукой. Данте тогда ещё не был с нами. Мы не были механиками, но быстро учились и любили машины. Через несколько месяцев мы поняли, что у Луки дела идут совсем плохо. Бизнес катился к чертям, и он сказал, что через пару месяцев мы все останемся без работы. А нам было некуда идти после этого места, так что мы решили что-то с этим сделать.

Мой желудок сжался в свинцовую глыбу, чувство, будто меня вот-вот вырвет.

— Что вы сделали?

— Мы начали угонять машины. Не слишком много, но несколько гоночных машин среднего уровня. Мы привозили их сюда, разбирали и продавали запчасти, чтобы на эти деньги легально покупать машины и собирать свои гоночные.

— Я думала, ты говорил, что вы не автоворы, — сказала я, пытаясь держать эмоции под контролем.

— Мы не автоворы. Мы не занимались этим уже много лет, не после того как Лука узнал. Слотер и его ребята поймали нас с деталями от одной из их машин. Лука всё уладил, но сказал нам либо завязать, либо убираться отсюда. На тот момент дела начали идти лучше, так что мы остановились.

— Сколько машин вы угнали?

— Тринадцать.

— И, я полагаю, их стоимость была немаленькой.

— Все вместе они тянули бы на несколько сотен тысяч долларов. Мы старались вернуть деньги, когда могли.

— Чёрт, Рэнсом, — сказала я, отступая на шаг, не в силах даже осознать такие суммы.

— После того как мы остановились, всё успокоилось. Но теперь всё начинается снова.

У меня сжалось сердце. Неужели они действительно снова этим занимаются? Неужели те деньги, которые он мне дал, пришли оттуда?

— И?..

— И Слотер сразу начал обвинять нас. Мы пытались объяснить, что это не мы, но после всего, что мы натворили, нам уже не верят. Он знает, что я был зачинщиком в прошлый раз, и он прав. Это я предложил идею. Мы все участвовали, кроме Скаут. Она была младше, и мы знали, что ей не понравится то, чем мы занимаемся. Кай тоже участвовал, о чём я жалею. Он с Скаут одного возраста, но мы всё равно позволили ему учавствовать в этом. Теперь это ему не в помощь — он вляпывается в неприятности каждый месяц.

— Но на этот раз это не вы? Вы не делаете этого снова?

— Нет. Клянусь, не мы. Мы на правильном пути с того самого дня, как Лука поставил нам ультиматум.

— И вы не знаете, кто теперь этим занимается?

— Нет. Мы уже несколько недель пытаемся выяснить, пока сами боимся стать следующими. Некоторые мастерские лишались по три-четыре машины за одну ночь. Такое провернуть незаметно непросто. Это должен быть кто-то, кто уже делал подобное раньше.

Я понимаю, что потеря такого количества машин может разрушить бизнес.

— Поэтому все думают, что это вы?

— Да.

— Почему ты не рассказал мне об этом раньше?

— Сначала я думал, ты веришь другим слухам и снова начнёшь меня ненавидеть из-за этого. Потом я не был уверен, поверишь ли ты, если я скажу правду. Это как будто ты увидела бы всё самое худшее во мне, и я не хотел давать тебе ещё одну причину ненавидеть меня. А потом я просто не хотел втягивать тебя в наши проблемы. Как ты видишь, ничего хорошего в этом нет, и всё становится всё опаснее. Мы стараемся держаться вместе, но иногда это невозможно. Кажется, за нами довольно хорошо следят, когда могут.

— И это те, кто напал на тебя на днях? Когда ты вернулся сюда весь избитый?

— Ага. Просто совпадение, что они меня подловили. По крайней мере, я думаю, что это было совпадение.

Я ничего не ответила. Целый день занятий, потом вечер с Скаут, а теперь ещё и всё это… Я ощущала, как усталость наваливается с такой силой, будто я вот-вот рухну с ног.

— Ты расстроена?

— Нет. То есть да, но не… не совсем. — Я покачала головой, каждая мысль становилась всё более размытой, — Ночь была долгой. Я не знаю, что и думать. Мы можем поговорить об этом завтра?

— Конечно. Пошли, я отвезу тебя домой.

— Не надо, всё в порядке. Я попрошу Фокса.

— Нет, позволь мне. Пожалуйста. — Он взял меня за руку и потянул к машине.

Тихая мольба в его голосе заставила меня уступить и позволить вести себя за собой.

Скаут выбежала, бросившись к Рэнсому с объятиями:

— Ну, раз всё закончилось, я просто хотела сказать спасибо. Вечер был потрясающий. И у меня теперь новое платье!

Рэнсом простонал:

— Ещё одно?

— Говорят, оно даже всё прикрывает, — усмехнулся Фокс, прислонившись к стене.

— Ну тогда давай посмотрим.

Скаут достала из машины чехол с платьем, расстегнула его и подняла вверх — перед нами сверкнуло зелёное платье.

— Оно потрясающе смотрится на ней, — сказала я.

Они оба нахмурились.

— И зачем тебе такое… потрясающее платье? — осторожно спросил Фокс.

— Я решила, что в этом году пойду на выпускной.

— Что? — воскликнули они одновременно. — С кем?

— Пока ни с кем.

— Я подумала, что один из вас мог бы пойти с ней, — сказала я, обернувшись к ним. Их лица ясно дали понять: на школьный бал они не хотят ни за что.

— Кай ведь всё ещё учится? Может, он пойдёт с ней? — спросила я.

— Я бы предпочёл, чтобы ты пошла с Кайем, чем с кем-то из этих идиотов в твоей школе, — сказал Рэнсом, и Фокс согласно кивнул.

— Я знаю, что происходит на выпускных. Ты ни с кем из них не пойдёшь, — добавил Фокс.

— Вы, ребята… — прошипела я, пытаясь остановить их, пока они не зашли слишком далеко.

Скаут бросила на меня взгляд, губы плотно сжаты:

— Посмотрим. Но вообще-то это решаю я — с кем идти, — сказала она, указав на каждого из нас.

— Ладно, пора отвозить тебя домой, — Фокс взял пакет с её туфлями. — У тебя там и тиара есть, принцесса?

— Нет, но это была бы умная покупка, — усмехнулась она, застёгивая чехол с платьем, а затем обняла меня. — Спасибо, Куинн.

— И тебе спасибо.

— Ах да, Рэнсом, — сказала она, усаживаясь в машину Фокса. — Я заставила Куинн купить себе новую куртку. Она утверждала, что ей ничего не нужно, но это неправда. Убедись, что она тебе её покажет. — Она хлопнула дверью, и они уехали.

Рэнсом закрыл последнюю дверь гаража и запер её.

— Ну, я жду.

— Чего ты ждёшь?

— Хочу увидеть куртку.

Я фыркнула, обошла машину, подождав, пока он сядет, но он остался сидеть на капоте.

— Ладно. Да, куртка классная. И я верну тебе за неё каждый цент.

— Мне не нужны деньги. Я просто хочу увидеть тебя в ней.

Я полезла в машину, достала пакет и, выпрямившись, повернулась к нему.

Он улыбнулся:

— Ты выглядишь потрясающе.

— Потрясающе? — закатила я глаза. — Ты просто пытаешься мне льстить.

— Ты выглядишь так, будто можешь водить мою машину и набить кому-то морду.

— То есть выгляжу как ты? — сморщила я нос.

— Нет, даже близко нет. Ты выглядишь гораздо лучше.

Он подошёл ближе, будто собирался прикоснуться ко мне, но остановился. Казалось, он ждал моего разрешения. Я дала его, схватила его за рубашку и потянула к себе.

Он обхватил меня, поднял и посадил на капот машины.

— В джинсы попасть сложнее.

— В этом и была суть, — прошептала я, целуя его.

Его язык скользнул по моим губам, и я застонала.

— Ты не можешь выглядеть вот так и издавать такие звуки. Я хочу раздеть тебя и взять прямо здесь. Я был на взводе с тех пор, как видел, как ты уезжаешь отсюда, такая деловая, как будто всё умеешь.

— Я и правда всё умела.

— Конечно, Котенок, — усмехнулся он, прижимаясь губами к моим, а потом оставляя дорожку поцелуев вдоль челюсти и шеи.

Его рука скользнула между моих бёдер.

— Эти джинсы нужно снять.

— Оргазм не заставит меня забыть, что только что произошло.

— Я и не пытался это сделать.

Мысль о его признании в угонах тут же всплыла в голове. Всё это теперь ставило под угрозу и его, и остальных, и меня. Я чуть оттолкнула его.

— Может, тебе стоит отвезти меня домой, — прошептала я.

— А можно я отвезу тебя к себе? Тебе бы понравилась моя кровать, обещаю.

Одна только мысль о доме Рэнсома, его кровати, о нём — голом в ней — вызвала трепет в животе. Это звучало, как чистое блаженство.

— Ты ведь об этом сейчас думаешь, да? — спросил он. — Признаешь, что хочешь поехать со мной? Лечь со мной в постель?

— Я ничего не признаю. И мой ответ — нет. Отвези меня домой.

Он застонал надо мной, прижал к себе и поднял, вставая.

— Ты сведёшь меня с ума. Мы завтра всё ещё поговорим?

— Да, — ответила я, когда он уткнулся лицом в мою шею, неся меня к пассажирской двери. Я чувствовала, как сильно он возбужден, и это заставляло меня сомневаться, стоит ли ехать домой.

— Во сколько ты придёшь?

— В смысле?

— Завтра — первая суббота месяца. Мы все собираемся на барбекю. Никто из нас тебе не говорил?

— Нет. А мне точно стоит приходить?

— Почему нет? — удивился он. — Ты теперь одна из нас. Похоже, хочешь ты этого или нет — особенно с учётом того, как сильно ты понравилась Скаут.

Он упомянул только Скаут. Себя в этот список он не включил. Я знала, что он хочет переспать со мной, но не была уверена, есть ли за этим что-то ещё.

— Во сколько мне быть? Мне что-то нужно принести?

Он аккуратно опустил меня на землю и помог сесть в машину. Потом обошёл её и сам сел за руль. Когда двигатель завёлся, я удивилась, насколько родным стал этот звук.

— Нет, ничего приносить не нужно. Приходи, когда сможешь. Мы обычно начинаем около часу или двух, но ты можешь появиться в любое время.

Мы ехали к моему общежитию молча. Он остановился у входа.

— Ладно. Я приду. Я всё ещё не понимаю, что об этом всём думать… но спасибо, что сказал правду.

Он кивнул.

— Спасибо, что не сбежала сразу.

Он наблюдал, как я вытаскивала два пакета из багажника. В одном лежала куртка, а второй он выхватил у меня из рук на лету.

— Что это? Я знаю этот магазин, — сказал он, поднимая на меня глаза с озорной улыбкой.

— Эй, это личное. — Я потянулась за пакетом, в котором лежал новый бюстгальтер и пять пар трусиков, купленных на мои собственные деньги.

Рэнсом заглянул внутрь и вытащил мои любимые — кружевные, алого цвета.

— Чёрт, — выдохнул он, откинув голову назад. — Пожалуйста, прости меня за всё, что я сделал… и за всё, за что ты можешь меня ненавидеть, только дай мне увидеть их на тебе.

Я выхватила пакет и бельё, выпрыгнув из машины.

— Посмотрим, как я буду себя чувствовать завтра, — сказала я, захлопнув дверь. Но он опустил окно.

— Лучше приходи пораньше. Тебе нужно как следует понять, насколько сильно ты меня хочешь, до того, как начнётся вечеринка.

Я обернулась, улыбнулась… и захлопнула дверь общежития, тут же заперев замок.

Рэнсом сведёт меня с ума.