Куинн

Выражение на лице Скаут, когда она открыла дверь, стоило всего — и ключей от машины Рэнсома, и пачки его денег. Всё это было ради неё. А значит, оно того стоило. Я не видела её такой счастливой с самого момента нашей встречи — и это о многом говорило.

Её глаза сразу уставились на ключи в моей руке, и рот приоткрылся.

— Это… ключи от машины Рэнсома?

Рэнсом прислонился к капоту, наблюдая за мной. Лицо — спокойное, ничего не выражающее.

— Да?.. — пробормотала я, чувствуя, как щеки заливает жар, когда все в гараже повернулись ко мне. — Нам нужна была машина, чтобы съездить…

Теперь я была неуверена в каждом слове.

— Чёрт, чувак, — фыркнул Фокс с широкой улыбкой. — Всё хуже и хуже для тебя, да?

Я бросила взгляд на Рэнсома, не понимая, о чём он. Тот по-прежнему не двигался, его лицо оставалось холодным, непроницаемым.

— Ты никогда не давал мне сесть за руль! — выкрикнула Скаут. — Я просила и просила!

— И продолжишь просить, — спокойно ответил Рэнсом. — Сегодня не ты за рулём. У тебя был тяжёлый день, и мы решили, что тебе нужно проветриться… без нас.

— Быстрее бы проветрилась, если бы вела я, — парировала она, уперев руки в бока.

Рэнсом покачал головой:

— Может, в другой раз. А пока — давай, девчачьи штуки, улыбки и прощение.

— Ладно. Но только потому, что я хочу провести вечер с Куинн.

Остальные подошли к Скаут, обняли её, каждый по-своему извинился. Рэнсом наклонился ко мне, и прошептал:

— Потрать на неё столько, чтобы она забыла, что я не даю ей водить мою машину.

Я тихо рассмеялась:

— Думаю, мне понадобятся ещё сотни три.

Он уже потянулся к карману, но я остановила его.

— Шучу, не надо!

— Только не угробь мою машину, — сказал он, его губы почти касались моего уха. Его дыхание обжигало кожу, и я в тот момент готова была выбросить из головы решение держаться от него подальше — просто чтобы притянуть его и поцеловать.

— Я могу отдать ключи прямо сейчас.

— Нет. Вы с ней едете. Не волнуйся. В этом есть и немного эгоизма.

— Эгоизма?

— Смотреть, как ты уезжаешь на моей машине, — самое горячее, что я видел за всю неделю… если не считать момента, когда ты кончила мне на руку.

Мои глаза расширились, челюсть отвисла. Я резко обернулась к нему, радуясь, что нас никто не слышал.

— Рэнсом, — процедила я сквозь зубы. — Не произноси такие вещи вслух.

— Почему? Ты уже мокрая? Хочешь, чтобы я тебя высушил?

— Господи, — выдохнула я, злясь на себя за то, что внутри всё вспыхнуло. — Скаут, ты готова?! — закричала я, качая головой на Рэнсома.

Он лишь усмехнулся и вышел из гаража, ведя меня к своей машине, чтобы объяснить, какие кнопки за что отвечают. Слава богу, Скаут знала большинство, так что мне не пришлось всё запоминать в одиночку.

К счастью, я умела водить механику — моя старая, раздолбанная машина была как раз такой. Я не была профи, но, по крайней мере, не собиралась угробить его малышку с первой попытки.

Он застегнул на мне ремень безопасности — гоночный, с крепким хищным щелчком. Его руки задержались на моей груди чуть дольше, чем нужно.

— Осторожнее. Эта машина летит даже при лёгком нажатии на газ.

— Ты точно уверен в этом? — спросила я, устраиваясь в водительском кресле. Скаут села рядом, глаза её сияли, как у ребёнка на Рождество.

— Рано или поздно тебе придётся научиться. Почему бы не сделать это сейчас? Наслаждайся.

Он закрыл дверь, и Скаут тут же повернулась ко мне:

— Боже, что, чёрт возьми, между вами происходит?! — она захлопала меня по плечу, сияя от восторга.

У меня сердце колотилось.

— Если ты поможешь мне выехать отсюда, не врезавшись ни во что, я расскажу тебе всё, что хочешь.

— Идёт.

Она направила меня, шаг за шагом, пока я аккуратно не вырулила на край парковки, словно делала это каждый день.

— Хочешь его напугать? — Скаут прищурилась и выдала озорную улыбку.

— Конечно, но не ценой машины.

— Когда будешь выезжать, нажми на газ чуть сильнее. Потом, когда почувствуешь, что зад заносит, резко крути руль в другую сторону и выравнивай. Главное — не бойся.

— А если не получится?

— Тогда Рэнсом примчится и убьёт нас обеих.

Я рассмеялась. Если он уже дал мне ключи от своей машины, грех не повеселиться. Я сделала, как она сказала, в точности следуя её быстрым командам. Машину повело в сторону, потом я резко выровняла, и вот мы уже мчались по дороге.

— Я сделала это! — закричала я.

Скаут завизжала от восторга, высунувшись из окна, чтобы крикнуть в сторону гаража. Я обернулась — все махали и кричали нам вслед, кроме Рэнсома, который стоял, скрестив руки на груди, и медленно покачивал головой. Улыбка сама появилась на моём лице. Я чувствовала себя такой лёгкой, свободной. Управляя этой машиной, я будто управляла своей жизнью. Наконец-то.

* * *

Мы поехали в торговый центр. Фильм показался скучной идеей, хотя там были и магазины, и рестораны.

— Я никогда не ходила по магазинам вот так — с подругой, — сказала Скаут, выпрыгивая из машины.

— А я никогда не водила такую машину, — улыбнулась я, глубоко вдохнув воздух. Это ощущение скорости, контроля, движения… Будто я летела. И мне не хотелось приземляться.

— Ты шикарно справилась. Серьёзно. Не верится, что ты до этого водила только свою драндулетину.

— Неужели все запомнили эту кошмарную машину?

Скаут пожала плечами:

— Когда ты в автомобильном мире, машины запоминаешь лучше, чем лица. К тому же Рэнсом каждый день бурчал, как ненавидит твою развалюху.

— Что?! — я замерла, растерянная.

— Да, он терпеть не мог её. — Скаут пожала плечами. — Не понимаю почему. Она была такая же, как у всех. Ну, кроме наших машин и тех, что у мажоров.

Я уже собиралась спросить у него напрямую, когда заметила на экране четыре новых сообщения.

Рэнсом:Ты пытаешься довести меня до инфаркта?

Рэнсом: Хотя… Ладно. Это было идеально.

Рэнсом: И чертовски горячо.

Рэнсом: Каждая секунда паники стоила того. Сейчас, наверное, пойду дрочить под эту картину в голове. Напиши, когда доедете. Хочу знать, что вы все трое живы.

Я закатила глаза, но моё тело меня предало — жар мгновенно разлился между ног. Одна только мысль о том, как он кончает, представляя меня за рулём его машины, заставляла сердце бешено колотиться. Но мне нужно было перестать думать об этом. Срочно.

Скаут взяла меня за руку и потащила к прилавку:

— Начнём с кофе, потом — в тот магазин, о котором я тебе рассказывала.

Пока мы стояли в очереди, я печатала, стараясь выглядеть максимально невозмутимо.

Куинн: Если не прекратишь, я не верну тебе машину. Мы доехали. ВСЕ трое целы.

Ответ не заставил себя ждать:

Рэнсом: Хорошо.

Я поколебалась, а потом всё же написала:

Куинн:Почему ты ненавидел мою старую машину?

Рэнсом:Что?

Куинн:Скаут сказала, что ты постоянно о ней говорил. И ты сам как-то недавно вспомнил. Почему?

Рэнсом: Чёрт… Я совсем забыл, что, если вы вдвоём уйдёте тусить, она разболтает тебе обо мне всё, что знает.

Типичный Рэнсом — снова уходит от прямого ответа. На экране замелькали точки — он набирал что-то, стирал, потом снова начинал печатать.

И, наконец, сообщение пришло:

Рэнсом: Потому что ты заслуживала машину, как у нас. Не этот хлам, на котором ты ездила. Я всё думал, что ты однажды зайдёшь в наш гараж или купишь нормальную тачку — особенно после того, как не отрывала взгляда от наших.

Мой ответ был мгновенным:

Куинн: Я смотрела не на машины.

Ответ был молниеносным. Как будто он ждал:

Рэнсом: Я знаю.

Смелость, которую давала переписка, становилась опасной. Она раздвигала границы, и я не была уверена, готова ли я перейти эту черту… или уже сделала это.

Рэнсом: Если скажешь, что смотрела на Фокса, я пойду и набью ему морду прямо сейчас.

Я рассмеялась, зная, что он шутит, но в этот момент особенно остро почувствовала, как сильно люблю эту сторону Рэнсома. Шутливую, честную. Такой я всегда хотела его видеть. Но я знала — у каждого есть две стороны. И я боялась, что ненавижу ту, которую он пока скрывает.

Куинн: Это был не Фокс. Не трогай его. У него слишком красивое лицо.

Рэнсом:А у меня нет?

Куинн:Ты вообще видел свой синяк? Он только-только начал заживать.

Рэнсом:То есть, если это был не Фокс, ты смотрела на меня?

Куинн: Каждый день.

У меня внутри было столько слов, столько вопросов, на которые я отчаянно нуждалась в ответах. Хотела знать — ненавидел ли он меня в школе? Что он думает сейчас? Только вот… я не знала, к чему приведёт эта правда. Мы стояли на какой-то грани, и я боялась сорваться в любой момент.

Рэнсом: Я могу собрать тебе машину.

Я покачала головой. Он уже дал мне деньги, новые сапоги, разрешил взять его машину. А теперь предлагал собрать машину для меня? Я надеялась, что он шутит… но начинала понимать, что нет.

Куинн: Очень смешно. Я напишу тебе, когда мы закончим, чтобы ты знал, когда твоя драгоценная машина вернётся.

Рэнсом: Я не шутил.

Я наконец подняла глаза — Скаут смотрела на меня с открытым ртом.

— Что? — спросила я, оглядываясь.

— Ты переписываешься с Рэнсомом! И не надо отнекиваться — я видела его имя. Ты флиртуешь с Рэнсомом по переписке! — сказала она, уже громче.

— Потише, пожалуйста? С чего ты вообще взяла, что я флиртую?

— Я видела эту улыбку. Это была флиртующая улыбка. Он отвечает?

— Отвечает? Ты думаешь, это я всё начинаю? Он флирует каждый чёртов день, и тут же отступает назад.

— А ты, значит, нет? — усмехнулась она, поддевая меня.

— Ладно, может, я и правда делаю то же самое, но у меня есть уважительные причины.

— Эй, я тебя не виню. Рэнсом — тот ещё орешек. Не пойми неправильно, я его обожаю, но, чёрт возьми, ему бы хоть немного убавить с этим взглядом.

Я не смогла сдержать смех.

— Я вообще никогда не могу понять, о чём он думает, когда так смотрит.

— Каждый из них — и лучший, и худший одновременно, — сказала она. — О, я хочу зайти в этот магазин!

Мы зашли внутрь, меряя наряд за нарядом, пока я буквально не сгибалась от смеха.

Скаут оказалась забавной и лёгкой в общении. С ней было ощущение, будто мы дружили всю жизнь.

Это заставило меня задуматься, как сильно мы с Джози начали меняться.

Каждый раз, когда я была рядом с ней, казалось, будто я соревнуюсь — за её внимание, за её деньги, за то, чтобы соответствовать её идеалу «крутости». Как будто я была не той, кем она хотела меня видеть, и я отчаянно боялась снова её разочаровать.

А рядом со Скаут я чувствовала себя спокойно и счастливо.

Я поняла, что начинаю ощущать то же самое и рядом с Рэнсомом. И вообще со всей их компанией.

Скаут вышла из примерочной в блестящем зелёном платье в пол. Оттенок идеально подчёркивал её глаза.

— Ты как кинозвезда, — выдохнула я, на мгновение поражённая и удивлённая, что она вообще решилась его надеть. — Это на что?

— У нас танцы на Хэллоуин в выходные.

— В следующем месяце?

— Ага. Я думала пойти, но надеть было нечего.

— Ну, это платье — просто идеально. Ты выглядишь потрясающе.

— Теперь, когда я в нём, понимаю, что идти-то не с кем.

Я закатила глаза.

— У тебя целый автопарк красивых парней, которые бы с радостью пошли с тобой.

— Но ни один из них уже не учится в школе. Есть один парень, который мне вроде нравится из школы. Не тот, что был груб со мной.

Я пожала плечами.

— Можешь всегда появиться с горячим старшим парнем. Пусть завидуют. Так кто он?

— Единственный, с кем я никогда не разговаривала. Он увлекается машинами и иногда ходит на гонки. Но, как я уже сказала, мы не разговаривали.

— Так поговори с ним. Я точно знаю — ты будешь жалеть, если не попробуешь. Я вот с Рэнсомом ни разу не заговорила, и постоянно об этом думала.

— Но что, если он такой же, как другие? Они могут быть жестокими.

— Тогда выбери кого-то из своей команды. Любой из них согласится и проведёт с тобой этот вечер. К тому же они все достаточно симпатичные, чтобы злить местных девчонок, а может, и сам тот парень задумается и подойдёт.

Она тяжело вздохнула.

— Может, ты и права. Может, стоит попробовать с ним заговорить.

— Я с Рэнсомом так и не поговорила. И слишком долго потом гадала, что было бы, если бы я всё-таки сделала это.

— Не могу поверить, что ты так и не подошла. Мы были бы милыми.

Я приподняла бровь.

— Ну ладно, я была бы милой. Как думаешь, мне реально стоит звать парня?

— В этом платье? Он сделает всё, что ты захочешь.

Она повернулась к зеркалу.

— Ты правда так думаешь?

— Я бы не говорила, если бы это было не так. Я здесь как подруга, а не чтобы выставить тебя дурой. Позови его, а если он откажет — выбирай любого из своей компании. Я бы предложила Фокса. Он горячий и вроде бы достаточно воспитанный, чтобы продержаться один вечер.

Её улыбка снова расплылась.

— Хороший аргумент. Ну ладно, тогда переходим к следующей проблеме.

— Какой?

— Это платье стоит четыреста долларов. А мне ещё нужны туфли.

— Проблема решена, — сказала я, доставая наличные, которые дал Рэнсом. — Угощает Рэнсом. Ну, или, скорее, все они — за то, что были с тобой грубы. Но Рэнсом сказал, что мы можем купить всё, что захотим.

— Что? — Её рот открылся так же, как у меня тогда. — И он просто так дал тебе деньги?

— Ага. Он сказал что-то вроде: «Пожалуйста, возьми Скаут и купи ей всё, что она захочет, чтобы она нас простила». — Я улыбнулась. — А это значит, что ты можешь купить платье и убийственные туфли в придачу.

Она всё ещё смотрела в зеркало.

— Они заботятся обо мне с самого детства.

— Да, Рэнсом сказал, что вы как семья с самого начала.

— Каждый раз, когда мне нужна была одежда или обувь — кто-то из них вёз меня в магазин, давал деньги или карточку, когда стали постарше. Я никогда особо ни в чём не нуждалась — благодаря им. Я работаю у них всего пару часов в день, а они дают мне так много. Мой отец — пьяница, мама ушла, и кроме них, у меня никого не было.

Я улыбнулась, узнав себя в этих словах.

— Понимаю. У меня наоборот: отца нет, а мама пьёт, — сказала я и подняла руку. — Тебе повезло, что они были рядом.

— Я знаю. Я понимаю, как мне повезло даже сейчас. А кто воспитывал тебя?

— Наверное, я сама? У меня не было никого, кто бы взял на себя ответственность, так что я просто справлялась. Это был, наверное, шок всей жизни, когда Рэнсом купил мне новые ботинки. Хотя, думаю, ещё больший шок — это когда он вручил мне сегодня всю эту наличку.

— Я вроде видела коробку из-под новых ботинок в офисе. Подумала: чей это размер стал меньше?

Я рассмеялась.

— Да, это было мило с его стороны.

— Они вообще милые. — Она повернулась ко мне, будто читая мои мысли. — С виду они кажутся жуткой компанией, но на самом деле — просто кучка размазни. Смотри на меня: я стою в самом красивом платье, и только что узнала, что могу его купить, потому что они чувствуют вину за то, что расстроили меня. Большие. Тупые. Размазни, — сказала она с нежной улыбкой.

— Так что, ты возьмёшь с собой кого-то из них? Или решишься пригласить своего таинственного краша?

Она тяжело выдохнула, откидывая волосы с лица.

— Сначала давай разберёмся с платьем, потом с туфлями, а уже потом решим, с кем я пойду.

— Ладно, — сказала я, вскакивая, пока она переодевалась. — Я просто рада, что ты берёшь его.

— А тебе что купим? — прокричала она из примерочной.

— Ничего? Мне ничего не нужно.

— Должно же быть хоть что-то.

— Не особо.

— Куинн, ну давай! У нас деньги жгут карманы. Давай сожжём их!

Я покачала головой с улыбкой.

— Ты — плохое влияние, Скаут. — Я глубоко вздохнула, понимая, что она не отстанет. — Ладно. Если найду что-нибудь, что хочу — скажу тебе.

Она радостно закричала из примерочной и вышла с платьем в руках.

Мы расплатились и отправились за туфлями, а после остановились у одного из магазинов и уставились в витрину.

На манекене красовалась кожаная куртка — точно в цвет моих новых ботинок.

— Это то, что ты хочешь?

— Что? Нет, она слишком дорогая.

— Нет, не дорогая. Я вижу ценник отсюда. Сто пятьдесят долларов. У нас ещё остались.

— Но я должна что-то вернуть Рэнсому.

— Нет, — сказала она, покачав головой. — Я всё ещё злюсь на них. Пошли.

Она втянула меня в магазин и не остановилась, пока я не оказалась перед зеркалом в куртке. Она была потрясающей — кожа мягкая, удобная, но при этом совершенно новая.

— Всё, берём, — сказала Скаут. — Она идеально подходит к ботинкам!

— Нет. Нет, нет, нет, — пробормотала я.

— Ну давай. Рэнсому она понравится. — Я посмотрела на неё, и она поняла, что уже победила. — Ты выглядишь в ней потрясающе. Ты заслужила её после того, как сегодня с ними разобралась.

— В ней я и правда чувствую себя круто.

— Тогда решено. Как я должна была купить платье и разобраться с парнем, так ты должна купить куртку и разобраться с Рэнсомом.

— Разобраться с Рэнсомом?

— Я знаю, что между вами что-то происходит. И когда вы оба будете готовы это признать, тебе захочется выглядеть сногсшибательно. Ботинки и куртка помогут.

Не знаю, что на меня нашло, но я больше не сопротивлялась. Мы оплатили куртку, и она потащила меня в другие магазины. Мы даже зашли купить новое бельё. Мне было неприятно признать, насколько мне нужно новое нижнее бельё — лифчик и трусы. Все мои деньги уходили на оплату колледжа, но теперь я чувствовала себя намного свободнее и спокойнее, позволяя себе хоть что-то.

Мы вышли к машине, руки ломило от пакетов, а на лицах расплывались улыбки.

— Не помню, когда в последний раз так веселилась.

— Я тоже, — сказала Скаут. — Не пойми неправильно, я обожаю гонки и проводить время с ребятами, но это было идеально. Надеюсь, мы сможем делать такое чаще.

— Может, хотя бы раз в два месяца?

— Да! — крикнула она, прижимаясь ко мне плечом на секунду.

Мы свернули в ряд парковки и увидели двух мужчин, облокотившихся о машину Рэнсома.

Сердце забилось быстрее при мысли, что Рэнсом и Фокс приехали за нами, потому что мы слишком долго не возвращались.

Но когда мы подошли ближе, и свет осветил лица, уставившиеся на нас с яростью, меня накрыла паника — это были не они.