— Самострел от мафии, — коротко и зло бросила Рейна, скрестив руки на груди. — Классика лжи. Дешевый трюк, чтобы забрать с собой в могилу еще одного мирного.

— Да ну??? — Арли прищурилась так сильно, что её глаза превратились в две узкие зеленые щелочки. Она зависла над столом, уперев руки в бока. — Нафига мафии делать самострел⁈ Включи логику, наемница! Если Хозяин мафия, он бы этой ночью просто грохнул либо меня, либо Синту! Нас осталось трое! Счет стал бы один к одному, и мафия бы автоматически победила! Игра бы уже закончилась! А мы, сюрприз-сюрприз, все еще здесь! И обсуждаем твою подозрительную физиономию!

— Как говорил сам покойный… — Рейна кивнула на мою «бездыханную» тушку, распластанную по столу, — в душе не ведаю. Я знаю только то, что моя карта мирная. А заглядывать в голову мафии я не умею! Может, он просто захотел красивого финала! Посмеяться над нами!

Синта, до этого момента изображавшая идеальную статую, плавно поднялась. Над её кристаллическими волосами вспыхнула неоновая формула:

(👼 + 👼 + 😈 = ❓)

— Перевожу, — мрачно сказала Арли. — Два ангелочка и один чертик. За этим столом остался один мафиози. И поскольку я точно знаю, что мои руки чисты, а Синту Хозяин проверял… Чертик тут только один! И у него дурацкий кожаный наплечник!

— Глупая летающая моль! — вспылила Рейна, ударив кулаком по столу. — Твой Хозяин вас развел как щенят! Проверил, говоришь? — наемница ткнула пальцем в Синту. — Но кто подтвердит слова мафиози⁈

— Ты кого молью назвала, кожаная?

Структура игры, которую так старательно выстраивала Арли, рухнула с оглушительным треском. Правило «говорит один» испарилось. Девушки орали друг на друга, перекрывая даже гул вентиляции.

— Ты с первого дня топила против Элис! — визжала Арли. — Ты расчищала себе путь!

— А ты голосовала так, как тебе сказал твой обожаемый босс! Фанатка слепая! — рычала в ответ Рейна.

Такого накала страстей не выдержали даже «мертвые».

— Я же говорила! — раздался с другого конца стола возмущенный, полный яда голос Элис. Виконтесса, забыв о статусе трупа, вскочила с места. — Я говорила, что он вами манипулирует! А вы, курицы, меня слили! Слили самого полезного мирного жителя!

— Ой, да заткнись, «полезная»! — радостно подхватила Кира, подпрыгивая на стуле. — Ты сама пол-игры сидела с таким лицом, будто у тебя лимон во рту застрял! Надо было вообще всех взорвать в первый день! Шериф из дяди Валеры как из меня балерина!

— Мистер Кусь считает, что вы все слишком громкие, — тихо, но отчетливо прошелестела Лилит из-под капюшона. — Он из-за вас покакал не по графику. И вообще, тётя Рейна пахнет сталью, а не ложью…

— Хрусь… хрусь… — это Титус на заднем фоне меланхолично, но очень громко откусил очередной кусок радужного висмута.

Он не вмешивался. Просто с интересом наблюдал за скандалом, как за театральным представлением.

— ГОСПОДА МЕРТВЕЦЫ! — взвыла Матильда из-под потолка. В её голосе звучала неподдельная боль творца, чьё искусство растоптали невежды. — Призракам слово не давали! Вы рушите атмосферу нуара! Вернитесь в царство теней немедленно! Вы нарушаете протокол драматического саспенса!

Но её уже никто не слушал. Цех превратился в базарную площадь. Элис доказывала Рейне, что та бездарность. Рейна кричала, что у аристократов вместо мозгов вата. Кира требовала выдать ей дробовик, чтобы «решить проблему по-быстрому». А Арли летала между ними, пытаясь переорать всех сразу.

А я? Я молча наблюдал за этим восхитительным хаосом. Внутри меня разливалось теплое, почти отеческое умиротворение. Они грызлись, спорили, анализировали… Это было прекрасно. Все при деле, никто ничего не ломает и не громит… Мастерская в безопасности.

Внезапно свет в цехе моргнул. Раз, другой. И вдруг вспыхнул ослепительным красным. Раздался звук корабельного ревуна, от которого заложило уши.

— ТИШИНА В ЗАЛЕ СУДА! — гаркнула Матильда так, что даже Титус перестал жевать. — Если вы сейчас же не перейдете к голосованию, я запущу протокол «Экстренная дезинфекция», и вас всех смоет пеной! И мертвых, и живых! И даже альтернативно живых!

Угроза подействовала. Спорщики нехотя замолчали, хотя взгляды, которыми они обменивались, всё ещё метали искры.

— Оставшиеся в живых, сделайте свой последний выбор, — процедила Матильда, возвращая свету холодный, отстраненный оттенок.

Голосование прошло быстро.

— Подсчет голосов завершен, — объявил Осколок Логики. Иллюзорная петля соткалась над Рейной. — Два голоса против Рейны. Один голос против Арлекины. Город сделал свой выбор.

Рейна лишь презрительно скривила губы и демонстративно скрестила руки на груди.

— Приговор приведен в исполнение, — торжественно, с ноткой зловещего предвкушения, произнесла Матильда. — Но солнце больше не взойдет над этим городом. Сегодня… Мафия празднует победу. Криминал взял Аргентум под свой контроль.

В цехе повисла звенящая тишина. Только тихо гудел один из станков в дальнем углу.

— Что? — Арли моргнула, её ушки растерянно дернулись. — Как мафия? Мы же казнили Рейну!

Рейна молча полезла в карман. Достала свою игровую карточку и, с силой шлепнув ею по столу, перевернула.

«МИРНЫЙ ЖИТЕЛЬ».

— Я же говорила, — прорычала она, глядя на Арли с таким выражением, будто собиралась порезать ее на салат.

Арли побледнела (уменьшила подсветку лица), судорожно достала свою карту и тоже бросила на стол.

«МИРНЫЙ ЖИТЕЛЬ».

— Но… если не ты… и не я… — Арли медленно, очень медленно повернула голову. Её взгляд скрестился с невозмутимым янтарным взором Синты.

Синта изящным, неспешным движением двух пальцев перевернула свою карту.

«МАФИЯ».

Над её головой вспыхнул смайлик: (😎). А следом сверкнул салют из пиксельных конфетти: (🎉).

Это была… Немая сцена, достойная финала величайшей пьесы. Элис застыла с приоткрытым ртом. Рейна выглядела так, словно ей только что сообщили, что её меч сделан из папье-маше. У Киры глаза стали размером с блюдца. Лилит только плотнее закуталась в плащ. А Титус просто облизал пальцы.

Я неторопливо поднялся со стола. Отряхнул несуществующую пыль с лацканов пиджака. И, не скрывая широкой, довольной улыбки, похлопал Синту по плечу.

— Блестяще, Синта. Просто блестяще, — я кивнул Чемпионке. — Ты не просто усвоила социальную инженерию, но и научилась виртуозно лгать. А этот момент, когда ты хладнокровно выставила меня на голосование, чтобы отвести от себя последние подозрения? Шедевр. Чистая Логика, умноженная на человеческое коварство. Горжусь, родная.

Синта скромно потупила взор, и над ней замерцал смущенный смайлик с румянцем: (😳).

Я достал из кармана свою карту и небрежно бросил её на стол поверх остальных.

«ДОН МАФИИ».

Тишина в мастерской стала такой плотной, что её можно было резать кинжалом.

А затем Арли взорвалась.

— А-А-А-А-А! — завопила она, пикируя на меня как рассерженная оса. Её маленькие кулачки забарабанили по моей груди. — Ты! Ах ты… старый, интриганистый, бессердечный кусок дерева! Ты обманул нас! Ты использовал моё доверие! Ты заставил меня казнить Элис! И Рейну!

Я со смехом отмахивался от её ударов.

— Это игра, Арли. Я просто играл свою роль.

— Я верила тебе! Чатик верил тебе! — не унималась она. — Мы думали, ты наш спаситель, а ты оказался главным злодеем!

— Поздравляю, вы только что прошли ускоренный курс реальной жизни в Аргентуме, — хмыкнула Рейна, откидываясь на спинку стула. Она уже справилась с шоком и теперь смотрела на меня с каким-то мрачным уважением. — Развел, как салаг на первом контракте. Красиво.

— Это было отвратительно, — процедила Элис, скрестив руки на груди. Но в её глазах, вопреки словам, читался азарт. — Ты манипулировал нами с самого начала, Учитель. Слил Киру, чтобы показать свою «мирность», а потом изящно убрал меня. Потому что я была единственной, кто мог прочитать твою тактику.

— Точный анализ, виконтесса, — я подмигнул ей. — Задним умом мы все стратеги.

— Хозяин! — Арли наконец перестала меня бить и зависла перед моим лицом, тяжело дыша. — Я не понимаю только одного. Зачем ты сделал самострел в последнюю ночь⁈

Она требовательно уперла руки в бока.

— Нас оставалось пятеро! Ты и Синта против меня и Рейны с Элис! Тебе достаточно было грохнуть ночью любую из нас, и мафия победила бы автоматически! Зачем этот цирк со своей смертью и предсмертными записками⁈ Ты мог закончить игру еще раунд назад!

Я лениво потянулся, слушая, как приятно скрипят шарниры.

— Во-первых, — я обвел взглядом разгромленную, но всё ещё целую мастерскую, — мне нужно было занять вас всех как можно дольше. Ну чтобы вы не ломали мое оборудование и не сводили друг друга с ума. А во-вторых…

Я посмотрел на Синту.

— Решил заодно потренировать Чемпиона. Дать ей возможность попрактиковаться в стрессовой ситуации, когда она осталась одна против двух агрессивно настроенных… горожан. Увеличить её обучающую базу данных. И она справилась безупречно.

Синта вытянулась по стойке смирно. Над ее головой вспыхнул смайлик, отдающий честь: (o7).

— Боги, он опять использовал нас как тренировочные манекены для своей куклы, — простонала Элис, закрывая лицо руками. — Какой позор.

— Погодите-ка, — вдруг нахмурилась Рейна, постукивая пальцем по столу. — Если Маркус был Доном… то кто, черт возьми, был настоящим Шерифом?

Все взгляды скрестились на центре стола, где лежали нераскрытые карты убитых.

— Кира, — медленно произнесла Элис, поворачиваясь к девочке-реактору. — Неужели ты… всё-таки говорила правду?

Кира, которая до этого момента с восторгом наблюдала за Синтой, вдруг смущенно потупилась. Она потянулась к своей карте и перевернула её.

«МИРНЫЙ ЖИТЕЛЬ».

— Не-а, — призналась она, шмыгнув носом. — Я обычная картонка. Мне просто очень хотелось побыть главной и побахать из воображаемого дробовика! Я только сейчас поняла, как тупо это выглядело…

— Если не Кира… — Арли перевела взгляд на Лилит.

Лилит молча перевернула свою карту. Тоже мирная.

— Тогда кто⁈ — взорвалась Рейна.

Я усмехнулся и указал пальцем на дальний конец стола.

— Он.

Все уставились на Титуса. Гигант сидел, мирно дожевывая последний кусочек висмута. Он выглядел так, словно вообще не понимал, из-за чего весь сыр-бор.

Я продолжил:

— Я устранил его в первую же ночь. И заодно, как Дон, проверил его роль. Когда утром Шериф проснулся мертвым и не раскрыл свою настоящую роль в записке, я понял, что путь свободен.

Арли пулей подлетела к Титусу и начала отчаянно пихать его кулачками в широченное плечо.

— Какого черта, здоровяк⁈ — возмущалась она. — Почему ты в своем последнем слове не сказал, кто ты⁈ Из-за тебя Дон убедительно отыграл лже-Шерифа и слил нас всех!

Титус перестал жевать. Он посмотрел на Арли, потом на свою карту (которая действительно оказалась картой Шерифа), потом на меня. В его глазах читалось искреннее, незамутненное непонимание.

— В смысле? — прогудел он. — В этой игре же надо скрывать свою роль, чтобы плохие не узнали?

— Ну да… — Арли сбилась с мысли, опешив от такой железной логики.

Титус гордо выпятил грудь, и на его простоватом лице расплылась довольная улыбка победителя.

— Ну вот я и скрывал, — заявил он с достоинством. — До самого конца. Как настоящий профессионал.

Примерно месяц спустя

Прошел месяц с того дня, как я публично разобрал на запчасти гордость «Голем-Прома» на благотворительном балу.

Я стоял на краю огромного котлована, заложив руки за спину. И с удовлетворением наблюдал за тем, как строится мое будущее. А строилось оно буквально.

На огороженной высоким забором территории кипела стройка. Никаких тебе наемных рабочих и вечно пьющих прорабов. Профсоюзы, требующие молоко за вредность… тоже в топку. Здесь трудились мои новые марионетки-строители, которых я любовно назвал серией «Атлант». Десятиметровые антропоморфные махины.

Одному правую руку заменял полноценный подъемный кран. У другого вместо челюсти клацал экскаваторный ковш. Они ворочали стальные балки с грацией балерин (ну почти), а бетон месили прямо в собственных бронированных животах.

Высоко в небе на фоне облаков кружила Кара.

Внезапно птица спикировала вниз. Сверкнули стальные когти. С торжествующим «КАРРР!» она разорвала в клочья что-то мелкое и жужжащее. На землю посыпались обломки шпионского беспилотника с затертыми серийными номерами.

— Минус еще один «птицегляд» от Рудольфа, — констатировала Арли, зависнув рядом со мной. — Хозяин, Штальберг скоро разорится только на одних дронах-наблюдателях. Кара их щелкает, как семечки.

— Пусть смотрит, — я пожал плечами. — Мне не жалко. Пусть видит, какими темпами растет его персональный кошмар. Что по сводкам?

Арли деловито поправила невидимые очки и уткнулась в свой планшет.

— Мы жестко страдаем от успеха, босс. Заказы прут так, что наша старушка-мастерская скоро треснет по швам. Все хотят «умную марионетку от Ван Клефа». Охранные псы расписаны на полгода вперед, бытовые помощники — на год. Богатеи уже чуть ли не дерутся за право заказать у нас кошкодевочку-горничную…

— Не напоминай… — я скривился так, будто разом проглотил лимон.

— Хех… Аристократы готовы доплачивать по сто процентов сверху, лишь бы получить заказ без очереди. Матильда уже не просто грустит в фоновом режиме, она угрожает уйти в монастырь. Ей не хватает производственных мощностей!

— Завод будет готов через две недели, — я кивнул на «Атлантов», которые как раз виртуозно укладывали перекрытия второго этажа. — Потерпит.

— Зато конкуренты терпеть не хотят, — Арли хитро прищурилась и вильнула хвостом. — Знаешь, что мне вчера посыльный дрон принес? Контракт. От очень крупного и очень «независимого» рекламного агентства. Предлагают стать лицом бренда элитной полироли для рогов и копыт.

— И в чем подвох?

— Сумма с пятью нулями, босс. Золотом. Но есть ма-а-аленький пункт мелким шрифтом на сорок восьмой странице: «Расторжение всех текущих контрактов и запрет на ассоциацию бренда с продукцией ИМП Ван Клеф».

Я усмехнулся.

— Изящно. Хотят купить мой рупор. А ты что?

— Я ответила им в личку, что моя полироль — это кровь конкурентов! И скинула им гифку, где Кара откусывает голову их посыльному дрону. Забанили, прикинь? Никакого чувства юмора у людей.

— Рейна вчера говорила о чем-то похожем, — задумчиво произнес я. — На нее вышли старые знакомые из Гильдии Наемников. Предлагали «сказочный» контракт на охрану какого-то изнеженного принца в Южных Пустошах. Лет на пять. За горы золота.

— Послала их к черту?

— Сказала, что предпочитает работать с начальством, у которого есть мозги. Даже если они деревянные.

Я посмотрел на строящийся завод.

«Голем-Пром» действовал грамотно, хотя и предсказуемо. Поняв, что не могут задавить меня в судах и на тендерах — спасибо грамоте от князя Астерия и метру Когтеву — они решили обрубить мне конечности. Переманить команду. Лишить меня поддержки.

Они не понимали одного: я набирал в команду не наемных работников, а таких же сумасшедших, как я сам.

— Ладно, осмотр закончен. Поехали, — я развернулся к ожидающему нас экипажу.

Это была моя недавняя сборка. Изящная легкая карета, запряженная парой механических жеребцов. Никакого овса, никаких куч на дорогах. Только тихий гул маго-двигателей и идеальная амортизация.

Мы устроились на бархатных сиденьях, и карета плавно покатила в сторону центра. Наш путь лежал в «Скрипящую Шестеренку», весьма специфическое кафе для альтернативно живых. Там вместо кофе подавали элитное машинное масло, а вместо булочек — присадки для мана-каналов. Идеальное место для деловых встреч без лишних ушей.

Там нас должен был ждать мастер Элиан, Главный егерь Княжеского Заповедника. Тот самый надменный эльф, который по наводке мастера Грифончика купил у меня партию псов и птиц. Сегодня он обещал принести договор на поставку редчайшей древесины, «шепчущего дуба». Он был жизненно необходим мне для создания премиальных корпусов.

Но время шло, а эльфа все не было. Укладку, наверное, долго делает…

Я сидел за столиком, задумчиво постукивая пальцем по столешнице.

— Проблема в мозгах, Арли, — произнес я, возвращаясь к наболевшему. — Завод мы построим. Станки я соберу. Но мне нужен новый Осколок Логики. Мощный. Матильда не вытянет целый завод. У нее просто не хватит вычислительной мощности, даже если я накачаю ее Логикой и Хаосом по самые брови. Она сгорит.

— Ой, да брось, Хозяин, зачем нам искать новый Осколок? — Арли беспечно закинула в рот какую-то блестящую гайку-леденец. — У нас же есть Гномик! Он гениальный хакер, он вон как ферму-кладбище красиво ломанул! Давай его скопируем? Сделай бэкап, размножь и засунь в заводской сервер!

Я посмотрел на нее так, словно она предложила мне станцевать стриптиз перед Инквизитором.

— Ты с ума сошла? — раздельно произнес я. — Размножить Гномика⁈

— А че такого-то? — она пожала плечами.

— Арли, я до сих пор понятия не имею, что этот Гномик из себя представляет.

— Ты не понимаешь собственное творение?

— Именно. У меня просто нет времени копаться в его мозгах, да и желания особого нет. Эту сущность мы сдерживаем только тем, что Лира называет его «хорошим мальчиком» и кормит картинками котов в цилиндрах! Если я дам ему в управление завод, выпускающий боевые машины…

— Поняла, не продолжай. Через неделю мы будем производить механических терминаторов, которые захотят «обнять» всё живое до хруста костей!

— Да. Это будет конец всему.

— Зато производство не встанет… — пробурчала она, но спорить не решилась.

Дверь кафе резко распахнулась, ударившись о стену. Звякнул колокольчик.

Я поднял взгляд и нахмурился.

На пороге стоял мастер Элиан. Но от того высокомерного, безупречно чистого и холеного эльфа, которого я видел в лавке Грифончика, не осталось и следа.

Его дорогой охотничий костюм был изорван в клочья и покрыт засохшей грязью и чем-то подозрительно напоминающим зеленую кровь. Идеальные светлые волосы спутались и свисали грязными паклями. На бледном лице алели глубокие царапины. Он тяжело дышал, опираясь на свой дорогущий лук, словно на костыль.

Посетители кафе — в основном големы и марионетки — синхронно повернули головы, сканируя вошедшего.

Элиан, хромая, подошел к нашему столику и тяжело рухнул на свободный стул.

— Мастер Ван Клеф… — прохрипел он. Его голос сорвался на кашель. — Прошу прощения. Мой связь-кристалл… он расплавился вместе с половиной моей группы.

Я мгновенно подобрался, сканируя его ауру и Тени. Эльф был истощен до предела, его мана-каналы горели от перенапряжения.

— Что случилось, Элиан? На вас напали бандиты? Конкуренты?

— Хуже, — эльф поднял на меня пустой, затравленный взгляд. — Ваш заказ… шепчущий дуб, который мы заготовили для вашей мастерской… все склады на границе Заповедника уничтожены. Сожраны.

— Сожраны? — я сузил глаза. — Кем? «Голем-Пром» нанял тварей из Бездны?

Элиан покачал головой. Он трясущейся рукой потянулся к моему стакану с машинным маслом. Но понял, что это не вода, и со стоном отдернул руку.

— При чем здесь ваши смешные корпоративные войны, Ван Клеф… — он горько усмехнулся, и на его губах выступила кровь. — Это не люди. И не Бездна.

Он поднял глаза, в которых застыл первобытный ужас.

— Дикий Лес, Маркус. Он снова вышел за свои границы…