На пороге стоял Василь. Он поклонился деду.

– Мастер, Ядвига Валентиновна – у мамы. Вы срочно нужны там. Девочка умирает.

– За Дарой присмотри, – велел дед Василю и вылетел из дома, оставив растерянную меня и бледного Василя.

– Что там произошло? – спросила я, всё ещё чувствуя тревогу.

Василь коротко склонился передо мной, прежде чем заговорить.

– Я и сам не знаю, но тебе туда нельзя.

Я закивала, уже понимая, что произошло. Марта. Что-то внутри меня оглушительно громко кричало. Там умирала Марта.

– Ей помогут? – спросила я у своего учителя.

– Два сильных мага и дракон зелёного круга – уже гарантия выживаемости, а там ещё и донор сильный. Он её подпитывает, так что всё должно быть хорошо.

Я опустилась на ступеньки. Сердце разрывалось от боли, в глазах потемнело. Сила пульсировала внутри меня.

– Василь, – тихо сказала я, – если я снова исчезну, не поднимай панику, пожалуйста.

– Я тебя никуда не отпущу, – сказал Василь, положив свою ладонь мне на плечо, – тем более в таком состоянии.

– Я боюсь, нас с тобой никто не будет спрашивать… Я вернусь к каменному саду, честное слово.

Я зажмурилась и в следующую секунду ощутила обжигающий порыв ледяного ветра. Склон. Зима. И он, снова стоящий на краю. Ветер свистел между острыми скалами. Его волнистые чёрные волосы были собраны в тугой пучок. Алая шерстяная накидка на плечах ярко выделалась на фоне кристального снега. Я сделала шаг в его сторону, но боль в сердце всё ещё сковывала мои движения. Я упала на снег, и он больно обжёг мои руки. Я больше не могла сдерживать слёзы.

Ёлка должна быть сильной. Ёлке нельзя плакать. Ёлка со всем справится.

Что-то тёплое легло мне на плечи, и меня затрясло.

– Ты следишь за мной? – спросил голос Моора.

Я замотала головой. Он аккуратно поднял меня на ноги. Летние туфли не спасали от пробирающего до костей холода.

– Почему ты здесь, да ещё в таком виде?

Слов не было, они застряли где-то в горле, уступив место слезам. Он взял меня на руки, и я отключилась то ли от холода, то ли от боли, которая так и не отпустила меня ни на секунду.

Передо мной была только темнота. Не было звуков, запахов, а самое главное – боли. Сколько прошло времени, я не знаю. В этом месте оно идёт как-то странно, неестественно. Но, по ощущениям, пара вечностей прошли точно.

Глаза я открыла не дома. И даже не в своём мире. Я лежала на деревянной кровати в маленьком домике. В печке ярко горел огонёк. Ещё здесь были стол и стул – вот и всё убранство домика.

Я встала. Сердце ещё немного покалывало, но уже терпимее.

– Проснулась? – спросил Моор, которого я до этого почему-то не замечала.

– Да, – неуверенно и тихо отозвалась я.

– Кто ты? Почему я постоянно вижу тебя где-то неподалёку?

Я выдохнула. Эмоций уже не осталось.

– Ты призрак? – продолжал парень. – Хотя нет… Ангел?

Я удивлённо посмотрела ему в глаза.

– Ангел, у тебя есть имя?

– Дара, – сказала я. – Меня зовут Дара.

– Красивое имя. А меня зовут Дэян.

– Дэян? – удивилась я.

Я впервые услышала имя, под которым Моора знают в деревне драконов.

– Что-то не так?

– Просто очень необычное имя.

– Бабушка выбирала, – сказал он с гордостью.

– Аглая?

– Ты знаешь мою бабушку?

– Только по рассказам. – Я постаралась перевести тему. – А мне имя дедушка выбрал. Только не это, а… настоящее.

– Ты чародейка?

– Пожалуй, да. Недавно ею стала.

– Я тоже чародей, – улыбнулся он.

– Дракон, – поправила я его.

– По мне видно?

Он сел рядом со мной. Я не ответила – нечего было. Я не знала, как выглядят другие драконы, меня от них прятали. Мирослава, Василь и дедушка – единственные, кого я видела в деревне, а ведь они не драконы.

– Я не знаю, как выглядят драконы, – призналась я.

– Ты смешная, – рассмеялся он. – Теперь знаешь. Ты же видишь меня.

Я кивнула.

– Дара, посмотри на меня, пожалуйста.

Я послушно повернулась и попалась в его ловушку. Я не могла перестать смотреть в его глаза.

– Ты правда не следишь за мной?

– Правда, – сказала я.

Врать чародею, который смотрит тебе в глаза, – бессмысленно. Это я поняла ещё с Василем.

– Кто ты?

– Чародейка зелёного круга, наверное.

– Ты не знаешь свой круг?

– Нет. Меня растили далеко от чародеев. Я даже не знала, что я чародейка.

Он удивлённо посмотрел на меня:

– Я не знал, что такое бывает.

– Бывает.

Сила снова начала закипать внутри меня. После снятия «Чёрной розы» я наконец-то начала ощущать свою силу на полную. Не знала, что мои перемещения так ощущаются. Горячее, обжигающее изнутри сердце с силой ударялось о рёбра.

Я схватила дракона за руку.

– Дэян, мне нужно идти.

– Куда ты собралась, Дара? Я позвал сестру, она из зелёного круга. Сейчас она посмотрит тебя, и мы вместе что-нибудь придумаем, чтобы ты больше не падала в обморок посреди бурана в летнем платье, хорошо?

– Мы ещё встретимся, – сказала я, слегка коснувшись пальцами его щеки. – Прости.

Яркая вспышка – и мне снова стало тепло. Я стояла на крыльце бабушкиного дома. Внутри было темно, а значит, они ещё не вернулись. Светало.

Дэян… Я видела его там, я чувствовала его. Интересно, он правда забыл меня или это просто плод моего воображения?

Ноги сами понесли меня к каменному саду – я же обещала Василю, что появлюсь там. Уверенность в том, что он ждёт меня там, была железной. По-другому и быть не могло.

Ступенька за ступенькой я поднималась на кладбище алых драконов… Или не только алых? Интересно, сколько там драконов из других кругов? А сколько вообще в деревне драконов? Почему я никого ни разу не встречала? А дети? Здесь есть дети? У чародеев же они рождаются?

Предчувствие не обмануло, Василь и правда ждал меня в саду. Он поднялся на ноги и за два шага приблизился ко мне.

– Ёлка, где ты была? – спросил он строго, схватив меня за руку, но уже через секунду отпустил, отстранился и склонился в легком поклоне. – Прости меня. Просто я переживал.

– Что происходит? – спросила я у него.

– О чём ты?

Теперь он держался ровно, спокойно.

– Поклоны, извинения… Что происходит?

– Ты обручена с драконом, а значит, выше меня по статусу, – отводя взгляд, ответил Василь.

– Ты поверил в единение? Дедушка сказал, что это сказки.

– Я верю. Я вижу силу алого дракона за твоей спиной. Ты под его защитой.

Я обернулась, но ничего там не увидела.

– Не старайся, это моя сила. У каждого чародея есть уникальная способность. Моя – видеть чужие силы.

– А свою ты не видишь?

– Нет, не вижу. Но знаю, что её недостаточно для того, чтобы стать драконом.

Я обняла его:

– Василь, у тебя достаточно силы, просто ты ещё об этом не знаешь.

– В смысле?

– Твой круг – не зелёный. Просто тебе нужно время, чтобы в тебе проснулась другая магия.

– Боюсь, ты ошибаешься. Уже третье перерождение. Я чародей зелёного круга.

– Я чувствую, что не ошибаюсь, а дедушка говорит, что своей чуйке надо верить. Не спорь со мной! – Я по-детски показала ему язык, и он рассмеялся. – Василь, а ты знал Дэяна?

– Дядю? – удивился он. – Больше по рассказам. А что?

– Он был хорошим?

– Для меня – лучшим, – улыбнулся Василь. – Я обожал его. Гордился им даже больше, чем собственным отцом, когда тот был ещё жив.

– Твой отец тоже был алым драконом?

– Да. Все думали, что я унаследую его силу, а я, вон, в маму пошёл. Всё время чувствую себя так, будто не оправдал ожиданий. Если бы я был алым, то смог бы встать на защиту деревни, а так… И зелёным драконом стать не могу, и алый из меня не вышел.

– Почему я никого не вижу в городе? Где все драконы?

– Готовятся к празднику, – пожал плечами Василь. – Туда четыре часа пути. После Ночи Дракона все вернутся.

– А дети здесь есть?

– Конечно. Я, кстати, не единственный ребёнок в семье. Мама вышла замуж во второй раз, и у меня появились два брата и сестрёнка.

– Ого! – восторженно выдохнула я. – Я бы не подумала! А где они сейчас?

– Тоже на праздновании. И я скоро туда отправлюсь проходить испытание… Правда, маму вызвали обратно в город, когда тебе плохо стало…

Я села на землю и посмотрела на Василя.

– Как-то неловко.

Он сел рядом:

– Почему?

– Я лишила твою маму веселья.

– Да брось, она рада, что может помочь. Они с твоей бабушкой очень близкие подруги. – Он помолчал, о чём-то задумавшись, а потом добавил: – Ты извини её. Я не знаю, что она тебе такого сказала, но она хорошая. Иногда, правда, с заботой перебарщивает.

– Знаю, – улыбнулась я. – Ты тоже не сердись на неё. Она тебя любит. – Я положила голову ему на плечо. – У неё правда не было другого выбора.

– О чём ты?

– Это не моя тайна. Она сама тебе обо всём расскажет. Я не хочу вмешиваться.

– Это как-то связано с моим дядей?

– Частично.

Мы замолчали. Василь нарушил молчание первым:

– Твой дедушка сегодня назвал тебя Дарой, и я вспомнил, что так звали девушку, о которой часто рассказывал дядя. Он говорил, что она была его ангелом.

– Ангелом?.. – переспросила я.

– Да. Я принёс тебе его рисунок. – Василь протянул мне сложенный вдвое листок. – Вы с ней даже немного похожи. Она была не из чародейской деревни, и дядя всегда так смешно рассказывал о встрече с ней. Жаль, что он не может рассказать о ней тебе, а у меня так смешно не получится.

Я развернула листок. Тот самый вырванный из его дневника последний листок. «Мой ангел Дара» – было подписано его рукой. Мои руки затряслись, а к глазам подступили слёзы. Я очень пыталась взять себя в руки, но получалось довольно плохо. Это я? Он нарисовал меня?

– Ты знаешь, – задумчиво продолжил Василь, – мы с дядей были очень близки до его смерти, а сейчас я не чувствую никакой связи с его статуей. – Он показал в сторону сидящего под деревом дракона. – Я к нему даже подойти не могу, отторжение какое-то чувствую. А вот с тобой я чувствую именно ту связь, которая была у меня с ним. Это так странно…

Я посмотрела на окаменевшего дракона.

– А что, если этот дракон под деревом – не Дэян? – спросила я у Василя.

– Мама не разрешает мне даже думать об этом. Она верит, что это он.

Я посмотрела на свою руку и тяжело вздохнула.

– Это благословение дракона? – спросил Василь.

– Ага.

– Покажешь?

Я протянула руку. Он долго всматривался в замысловатые узоры на моём предплечье, а потом сказал:

– Красивое. Я всегда мечтал, что кого-нибудь из моих родных благословят.

– А почему не тебя самого?

– Благословить могут только чародейку и дракона, а я ещё не дракон. И я не представляю, как надо любить, чтобы появилась эта метка.

– Смерти и времени назло, – шёпотом сказала я.

– Как это?

Я подняла голову с его плеча и посмотрела ему в глаза.

– Мой дракон умер дважды. В первый раз – задолго до моего рождения, а во второй – по моей вине. Если есть хотя бы крошечный шанс, я вытащу его из изнаночного мира.

– Ты смелая. Я надеюсь, у тебя всё получится.

– Я тоже надеюсь.

Какое-то время мы ещё посидели, просто глядя в небо. Как там Марта? Мысли о ней вернулись с новой силой, хотя я старалась отгонять их.

Я посмотрела в сторону водопада. Интересно, что сейчас делает Моор? Он же не уйдёт обратно в изнаночный мир?

– Василь, я отойду ненадолго. Хочу подойти к водопаду.

– Конечно. Только будь осторожна.

Я встала и направилась по тропинке вдоль ручья вниз, к тому месту, где вечером я вошла в водную гладь. Я осторожно приложила руку к водному зеркалу с безграничной нежностью и трепетом в душе. Вода откликнулась на моё прикосновение мягким голубым светом, словно подтверждение его присутствия.

– Я скоро вернусь. Ты только подожди меня немного.

Моё сердце билось так громко, как будто водопад сам по себе – моё эхо. В этот миг мне казалось невозможным представить свою жизнь без него. Если не будет Моора, то и меня не будет. Осознание этого накатило внезапно, необычайно сильно.

– Если бы я знала, что такое путь единения, я бы прошла его снова, – прошептала я алой тени за моей спиной, которая всё ещё сомневалась.

Я медленно отошла от воды и направилась обратно к Василю, но в душе оставалась какая-то пустота. Как будто часть меня осталась там, у водопада.

– Нам пора, – сказал Василь, и я согласно кивнула.

– Мы можем зайти к твоей маме? Я хочу поговорить с ней.

– Конечно. Тренировки сегодня, наверное, не будет, – улыбнулся он. – Да и завтра уже Ночь Дракона, а перед ней нужно отдохнуть.

Я закрыла глаза:

– Как думаешь, Марта в порядке?

– Не думай сейчас об этом.

Я всеми силами старалась не думать, но получалось крайне плохо. Внутри клокотала ярость. Сначала Моор, потом Соня, и вот теперь Марта!

Голова закружилась, в глазах потемнело. Яркая вспышка боли в груди заставила меня согнуться вдвое.

«Ярость – плохая эмоция», – услышала я голос в голове и почувствовала прикосновение призрачной руки.

Надо будет спросить у кого-нибудь, почему аура дракона и сам дракон гуляют отдельно друг от друга.

– Я знаю, что плохая, – шёпотом отозвалась я.

– Что?

Василь недоумённо посмотрел на меня. Я прикрыла глаза и ответила:

– Ярость – плохая эмоция, я знаю. Но поделать с собой ничего не могу.

Ответ был не только для Василя, я хотела, чтобы призрак тоже услышал. С тех пор как он заговорил со мной, немым я его называть уже не могла.

– О чём ты?

– Ты не знаешь, почему алая аура дракона гуляет отдельно от своего владельца? – спросила я у Василя – вдруг он знает.

Он осторожно покосился куда-то за моё правое плечо.

– Это не аура, это и есть дракон, его физическое воплощение.

– А почему он здесь, а не с хозяином?

– У него нет хозяина. Человек и дракон связаны, они одно целое. Сейчас он тебя защищает.

– Я думала, что если дракон умирает, то полностью.

– Так и есть. Но твоему дракону что-то не даёт умереть, поэтому он тебя защищает.

– Понятно, – вздохнула я. – Он со мной разговаривает. Я слышу его голос у себя в голове.

Василь удивлённо посмотрел на меня.

– Никогда не слышал о такой сильной связи. – Он помолчал, но в этот раз первым завёл новый разговор: – Ты знаешь имя своего дракона?

– Теперь знаю, – кивнула я. – Раньше только истинное знала.

– Мама переживает, что он чужак. Она боится за деревню. Мой отец… – он замялся, – приёмный отец… сражался плечом к плечу с алыми, несмотря на жёлтый круг. Он рассказывал, что на стороне людей были другие драконы.

– Он не такой, – помотала я головой. – Но это не мои секреты, я не знаю, могу ли я тебе рассказать.

– Я понимаю, – кивнул Василь. – Но и ты пойми её, пожалуйста. Она переживает.

– Я бы тоже переживала на её месте, – сказала я, улыбаясь.

Дом Мирославы встретил нас горящим светом. Большая сгорбленная фигура стояла перед дверями, не шевелясь. «Дон», – промелькнуло у меня в голове. Я замерла, словно передо мной появилась стена, через которую не пройти. Василь осторожно подошёл к нему и положил руку ему на плечо.

– Как она? – спросил он.

– Говорят, что уже лучше.

Обычно громкий голос Дона сейчас казался тусклым и безжизненным.

– Они помогут ей, – заверил его Василь.

На крыльце показался дедушка.

– Василь, Ян ждёт – зайди, пожалуйста.

– Это отец, – одними губами прошептал мне Василь. – Не убегай.

Я кивнула.

– Дару нашёл? – спросил дед.

– Нашёл, – кивнул Василь, показывая в мою сторону. – Но она совсем плоха.

Дед посмотрел в мою сторону. Я так и стояла на том же месте, прижимая руку к груди. Боль не отпускала, но я к ней почти привыкла.

– Я разберусь, иди.

Василь поклонился и скрылся за деревянными дверями, а дед в несколько шагов подошёл ко мне и осторожно взял за руку.

– Дарочка, ты как?

– Терпимо, – выдохнула я.

– Где болит?

Я показала на сердце.

Я снова почувствовала призрачные прикосновения дракона, только в этот раз две руки были на моих плечах. Голова снова закружилась. Наверное, я бы упала, если бы не призрак за моей спиной.

«Ты должна взять себя в руки, долго я тебя не удержу», – снова сказал мой защитник.

– Я пытаюсь, – шёпотом ответила я.

Дед внимательно смотрел на меня, словно что-то увидев.

– Что с тобой происходит, девочка моя? – спросил он.

– Всё хорошо… Как Марта?

– Жить будет, – махнул рукой дед.

– С ней всё в порядке?

Глухой голос Дона заставил меня вздрогнуть.

– Всё хорошо. Ты молодец, если бы не твоя сила, то она не дожила бы до деревни.

Дон выдохнул, сел на ступеньки и заплакал. Я дёрнулась к нему, но снова почувствовала горячие пальцы призрака на плече.

«Не надо, – сказал он. – На нём тёмные отметины. Прикоснёшься – станешь для него маяком. Он придёт сюда и всех убьёт».

Я молча отошла от Дона подальше и посмотрела в сторону узкой тропы, по которой ушла в непроходимый лес. Сейчас деревья казались ещё выше, а ветви переплетали свои силуэты друг с другом так плотно, что казалось, будто лес поглощён самым тёмным злом.

Внутри меня тоже царило зло. Мысли роились у меня в голове. Я пыталась придумать, что же мне делать дальше, как принять правильное решение.

«У этой задачи нет правильного решения, – сказал голос в моей голове. – Ваша с ним встреча предопределена. Он всё равно найдёт вас, когда я вернусь в мир живых».

– Какие у нас шансы? – спросила я.

«Сразу после пробуждения я буду очень слаб».

– А он как раз поднабрал силы… – задумчиво протянула я.

«Твоя подруга выжила, а значит, сегодня ночью погибнет кто-то другой. Или он тоже будет слаб».

– Я могу рассказать про тебя Мирославе и Яну? Тогда они встанут на нашу сторону. Ян сражался вместе с тобой.

«Я не могу вмешиваться в человеческие дела. Тебе нужно спрашивать у второй моей половины».

– Я могу связаться с ним?

«Можешь. Через сон. Другого варианта я тебе не позволю».

Я кивнула. Я давно поняла, что это существо лучше слушаться. Без его помощи я бы уже давно была мертва.

– Дед, можно мне домой? Я вообще не спала.

– Я провожу… – начал было он, но я его остановила:

– Не нужно, я сама дойду.

– Уверена?

– Да. Передай, пожалуйста, Дону, что я рядом.

Он удивлённо посмотрел на меня.

– А сама?

– Нельзя. Дракона ещё нет, мы не выстоим в схватке, а на нём чёрная метка. Прикоснусь – стану маяком, – процитировала я слова призрака.

Дед многозначительно посмотрел на меня, но я его взгляда не поняла.

– Иди, – сказал он, – мы тут сами.

Я кивнула.

– Только пообещай, что ты всё расскажешь сперва мне, а уже потом бабушке, – улыбнулся он.

– Постараюсь, – шёпотом ответила я.

Тяжёлая тишина давила на затылок. До деревни я бежала, почти не останавливаясь.

«Мне будет проще защищать тебя, если ты будешь дома в кровати, чем если ты уснёшь посреди леса или улицы», – сказал мне призрак.

Я согласилась. Всё-таки он был прав.

Дом встретил меня холодом и полутьмой, однако, несмотря на это, я чувствовала себя в безопасности. Мою комнату на мансардном этаже уже освещало утреннее солнышко.

Не люблю, конечно, спать днём, но выбора сейчас не было. Я распустила «хвост» и упала головой на подушку. Тёплое прикосновение руки к голове – и я отключилась.