Следующую пару часов бабуля отпаивала меня чаем с пустырником. Как-то не по себе мне было от мысли, что Сони больше нет. Я видела её только пару раз, но легче от этого не становилось. Сейчас от Моора зависели не только наши жизни, но и жизни Марты, Дона и Лоры. Одна жизнь и так уже трагически оборвалась, медлить больше было нельзя.

Я ждала деда и готовилась к ускоренному курсу молодого бойца. Ну, то есть чародея. Гном уже искал статую Моора, а Марта клятвенно пообещала не оставлять Дона и Лору наедине с Тимофеем. Сейчас им всем было лучше держаться вместе. Конечно, Лоре никто ничего не рассказывал. Вероятно, она бы просто сочла их за сумасшедших.

Первый рабочий день в новом году прошёл спокойно. Оставалось пережить следующие и желательно дожить до весны.

Бабушка осторожно дотронулась до моей руки.

– Дарунь, о чём думаешь?

Я посмотрела ей в глаза.

– Ба, а у Мирославы есть семья? – спросила я.

Она неопределённо повела плечами:

– Вроде бы брат был. Родители погибли, их двоих дед с бабкой подняли.

– А бабушку Аглаей звали?

Бабуля кивнула.

– А ты откуда знаешь? – удивилась она. – И Мирославу признала сразу…

– Мне дракон рассказал.

Я говорила спокойно. Эмоций не было, кажется, я их все растеряла.

– А он откуда знает? – спросила бабушка.

– Просто знает, – пожала я плечами.

Продолжать разговор я не хотела. Я всё равно не могла доказать свою правоту. Надо будет потом у Мирославы обо всём спросить.

– Ба, а как меня зовут?

– Даш, ты головой ударилась? Что за странные вопросы?

– Я про настоящее имя, про то, которое мне дедушка выбрал.

Бабуля улыбнулась и сказала:

– Богдана.

– Красивое.

– Дарусь, может, хочешь прогуляться? На город посмотреть…

Я согласилась. За почти неделю в городе драконов я ещё ни разу его не видела. Непорядок.

В этот раз глаза мне никто не завязывал. Мы вышли на улицу уже почти вечером. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая всё вокруг в багровые краски. Город выглядел величественно. Здесь узкие извилистые улочки, вымощенные каменными плитами, уходят вверх к вершинам холмов, где возвышаются древние здания с остроконечными крышами и резными балконами. В воздухе витают запахи пряностей и древесного дыма, смешиваясь с ароматом цветущих роз, которые в изобилии растут в садах и на террасах домов.

Бабушка привела меня на один из холмов, с которого открывается потрясающий вид на весь город. Там раскинулся каменный сад, украшенный статуями драконов. Эти статуи, вырезанные из чёрного гранита, выглядят так, словно драконы – живые. Они расставлены среди других камней и деревьев и создают ощущение, что драконы охраняют город от злых сил.

На одной из статуй, сидящей под раскидистым деревом, я заметила кулон в виде алого пламени. Тот самый, который утонул в снегу. Я вспомнила, как снег обжигал холодом мои босые ноги и как Моор замер, словно услышав мой окрик. Этот момент казался мне очень важным. Я чувствовала в нём невообразимую силу.

Если Моор всё время был рядом со мной, то кто тогда сидел здесь его немой статуей всё это время?

Моя рука потянулась вперёд, и я с трепетом прикоснулась к алому пламени. Кулон загорелся приятным тёплым светом, освещая лицо дракона.

– Это не он, – шёпотом сказала я, чувствуя, как кулон отзывается теплом на моё прикосновение.

На одном из камней сидела кошка с ярко-зелёными глазами, лениво наблюдая за нами. Бабушка, заметив её, улыбнулась и сказала:

– Это местная хранительница. Она следит за порядком в саду.

Я подошла к ней и осторожно погладила, прошептав:

– Это ты показала тому карпу врата дракона?

Она мурлыкнула и потёрлась о мою руку.

Я стояла и смотрела на эту красоту, ощущая, как лёгкий ветерок касается моего лица, принося с собой ароматы цветов и магии. Вдалеке, за горизонтом, уже начинали загораться первые звёзды, обещая спокойную ночь.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и город погрузился в мягкое вечернее освещение, подчёркивающее его величие и таинственность.

– Видишь тот дом? – указала бабушка на одно из зданий с резными балконами и высокими арочными окнами. – Там живёт наш кузнец. Он делает прекрасные вещи из металла. Тот кулон, который ты заметила, – как раз его работа.

Я кивнула, не отрывая взгляда от статуи, сидящей под деревом. Она не казалась мне живой, в отличие от других. Я повернулась к бабушке.

– Ба, а ты видела Моора?

Она покачала головой:

– Только на картинках и то давно.

Я ничего не ответила. Мне не хотелось доказывать, что эта статуя пустая, поэтому я спешно перевела тему:

– Это всё драконы?

– Наши воины… Много лет назад была война. Драконы, жившие в этих землях, были добрыми и мудрыми, они защищали людей от зла, но люди начали бояться их силы. Начались набеги на наши города. Драконы уходили всё дальше и дальше, оставляя людей одних.

Я слушала её, затаив дыхание и чувствуя, как холодок пробегает по моей спине. Бабушка продолжала:

– Когда отступать было уже некуда, один из верховных драконов спрятал город от человеческих глаз. Заклинание плелось долго, но это был единственный способ спасти остальных драконов. Пока верховный дракон плёл заклинание, алые воины защищали наших людей. К сожалению, после этого алых драконов не осталось. Этот сад стал символом нашей связи с древними воинами и с тем миром, в котором мы жили. И с тех пор, когда смотрю на этот сад, я вспоминаю, как алые драконы защищали нас, как их кровь смешивалась с землёй и как их имена становились легендами.

Я посмотрела на кошку, которая всё ещё наблюдала за нами. Её глаза, как два зелёных огонька, светились в темноте. Она тихо мяукнула, как будто знала, о чём я думаю, и подтверждала мои догадки.

Моор жив, а значит, и остальные драконы тоже могут проснуться. Это просто дело времени.

– Ба, а почему дракон проснулся? Разве это возможно? – спросила я.

– А почему нет? – ответила она. – Душа дракона бессмертна. Его же нашли замёрзшим во льдах, а значит, фактически он был жив. Возможно, всё это время он был в сознании.

– А эти драконы могут проснуться?

– Эти драконы больше не проснутся. Их окаменение – это навсегда запечатанные в каменных склепах души.

– Но если драконы бессмертны, почему они умерли?

– Это долгая история, и она связана с древней магией, которую всегда хранили драконы. Про это тебе лучше спросить у дракона.

Я задумалась на мгновение и снова посмотрела в сторону сидящего под деревом дракона. Интересно, а Мирослава знает, что этот дракон – не её брат?

– А что, если эти драконы не окаменели до конца, – тихо произнесла я, – а ждут подходящего момента, чтобы очнуться?

Я очень надеялась, что ошибаюсь, потому что если они пробудятся, то мы получим армию воинов, которая жаждет войны. Если один только Моор может стать опасностью для человечества, то что будет, если их станет так много?

Бабушка внимательно посмотрела на меня и слегка улыбнулась.

– Это сказки, Дарунь, – сказала она. – Эти драконы больше никогда не проснутся. А если это и произойдёт, то нам всё равно нечего бояться. Никто не будет воевать с людьми.

Я успокоилась.

На улице стемнело, и лёгкий ветер начал усиливаться, поэтому мы решили пойти домой. Из-за темноты и ветра дорога заняла больше времени, чем путь до каменного сада. Мы шли молча, прислушиваясь к голосу старого города. Ветер становился всё сильнее, и мне казалось, что он старается сказать мне нечто важное.

Я вспомнила легенду о карпе, который научился слушать ветер. Интересно, а меня тоже так научат или это всего лишь детская сказка?

Удивительно, но за время нашей прогулки я не увидела никого. Но это и понятно. В нашем мире, как оказалось, драконов осталось совсем немного.

– Мир изменился, – сказала бабушка. – После падения алого круга драконам пришлось нелегко. Многих чародеев потеряли, и верховным драконам пришлось адаптироваться. В условиях, когда владение стихией – не просто редкость, а нечто почти невозможное, требования к титулу стали менее жёсткими. С тех пор алый круг – это только провидение и целительство.

– Ба, а ты хотела стать драконом? – спросила я.

– Поначалу конечно, – ответила она. – Но передумала, когда поняла, что дракон – это не просто титул. Это огромная ответственность. Драконы – защитники. Они не просто сильные чародеи, но и очень мудрые. Только они способны принимать важные решения, которые не навредят нашему шаткому миру.

– А сейчас много драконов зелёного круга?

– Тринадцать.

– Я читала, что в первое полнолуние года будет посвящение, – это правда?

Бабушка устало вздохнула:

– У деда спросишь.

Солнце уже давно спряталось, оставив лишь слабый отсвет на горизонте. В воздухе витал аромат вечерних трав и пряностей, смешиваясь с запахами свежевыпеченного хлеба.

Дома было тепло и уютно. У окна в старом кресле сидел дедушка, его седая голова была склонена, а взгляд был устремлён в окно, словно он пытался уловить что-то в вечернем небе. Увидев нас, он с улыбкой поднялся. Его шаги были осторожными, словно он не хотел потревожить тишину дома.

– Где вы были, гулёны? – спросил он.

– В каменный сад её сводила, – ответила бабушка, и дедушка, заметив моё волнение, тепло улыбнулся.

– Дедуль, а правда, что скоро будет посвящение в драконы? – спросила я у него.

– Нет. В этом году драконов не ожидается.

– Снова никто не выполнил норматив? – обеспокоенно спросила бабушка.

– Никто, даже Василь не справился. А ведь я возлагал на него большие надежды… – Дед тяжело вздохнул. – Василь – это мой ученик. В прошлом году он почти выполнил норматив, но сил не хватило.

– А в прошлом году было посвящение?

– Пять лет уже посвящать некого, – махнул рукой дед. – Ещё пара лет – и снова придётся облегчать нормативы.

Он замолчал, снова опускаясь в кресло. Я заметила, что дед очень переживает. Кажется, драконы медленно вымирают. Много ли времени пройдёт, прежде чем последний существующий дракон окаменеет? А потом про них совсем забудут…

– Что у вас нового? – попытался перевести тему дед, и я с радостью поддержала его.

Рассказав ему про свою встречу с Соней в эфире и про нашу с бабушкой прогулку, я выдохнула. Дед нахмурился и, наклонив голову, сказал:

– Тебе ещё нельзя пользоваться силой.

Но бабушка тут же шикнула на него:

– Она уже восстановилась!

Дед снова замолчал, нахмурив брови.

– Ты многого не знаешь, Ядь, – прошептал он.

– Чего это я не знаю? – спросила она, уперев руки в бока. – Того, что она по изнанке гуляла?

Дед обеспокоенно глянул в мою сторону.

– Ты совсем меня за дуру не держи, – продолжала бабушка, садясь рядом со мной. – Думаешь, я энергию изнанки не узнала? Сама сколько раз по ней гуляла в молодости! Когда мы её нашли, я сразу всё поняла.

Дед выдохнул:

– Я чай заварил. А ещё пироги стынут. Давайте за столом поговорим?

Бабушка кивнула, и мы перекочевали за стол. Первое время ели молча, а потом дед сказал:

– Завтра со мной пойдёшь на тренировку. С Василем позанимаешься. Он, может, и слабенький, но чему-нибудь тебя научить сможет. Я буду контролировать и, если что, подсказывать.

– А как же?..

Бабушка замолчала, растерявшись. Я поняла, что она имеет в виду мой внешний вид. Заглянуть в зеркало хотелось очень сильно, но мне строго-настрого запретили. Жить мне хотелось сильнее, чем посмотреть, ровно ли я убрала волосы в «хвост», поэтому я была послушной.

– Туда пойдёт в «шёпоте», а Василь переживёт.

– В «шёпоте»?..

Я видела это понятие в текстах, но так и не поняла, что оно значит.

– Это такой плащ, Дарунь, – пояснила мне бабушка. – Он скрывает сущность, а значит, и «розу» твою тоже скроет.

Перспектива начать тренировки меня очень радовала.

– Говоришь, за ней немой ходит? – спросил дедушка.

Бабушка кивнула.

– Завтра с этого и начнём. Василь расскажет тебе, как погружаться в энергетический мир. Попробуешь посмотреть, кто за тобой следует.