Речь на заседании 7 июня 1949 года
Перед нами стоят по существу два вопроса, – эти вопросы советская делегация сформулировала две недели тому назад. Речь идет о восстановлении общеберлинского магистрата и о восстановлении межсоюзной комендатуры Берлина,
Известно, что берлинский магистрат был избран в 1946 году на основании положения о выборах, которое было утверждено представителями четырех оккупирующих держав, и действовал до осени 1948 года. В основе деятельности магистрата лежала так называемая временная конституция Большого Берлина, также утвержденная в четырехстороннем порядке.
Прекращение деятельности общеберлинского магистрата, несомненно, отрицательно отозвалось на жизни Берлина, значение которого как столицы Германии не требует особых пояснений. Делегация СССР предложила восстановить общеберлинский магистрат, поручив четырем союзным комендантам провести в Берлине свободные общегородские выборы под четырехсторонним контролем, имея в виду, – с чем согласились и остальные три делегации в Совете министров иностранных дел, – что этот контроль должен проводиться в таком же порядке, в каком он проводился при выборах в октябре 1946 г.
Однако в представленных 6 июня Совету министров иностранных дел предложениях США по поводу выборной процедуры говорится лишь о том, что для надзора за выборами будет назначен союзный орган в четырехстороннем составе. В этих предложениях обходится вопрос о том, что этот контроль будет осуществляться в том же порядке, в каком он осуществлялся при выборах 1946 г.
Поскольку ко времени выборов не будет существовать магистрат, для проведения выборов в Берлине должна быть образована комиссия из немцев. Делегация СССР считает, что такая комиссия должна быть образована на паритетных началах, т. е. на основе равного представительства советского сектора, с «одной стороны, и западных секторов, с другой. Такой принцип образования комиссии является вполне целесообразным и справедливым, поскольку в результате проведенных тремя западными державами мероприятий Берлин фактически расколот на две части, каждая из которых и должна быть представлена в комиссии по проведению выборов. Предложение США о том, чтобы комиссия по выборам была составлена из равного числа представителей комендантов каждого из секторов Берлина, советская делегация не может принять. Такое предложение продиктовано явным стремлением обеспечить властям трех западных секторов преимущественное положение при подготовке выборов и при проведении самих выборов в городское собрание и в общеберлинский магистрат. С такими домогательствами, разумеется, нельзя согласиться, так как они лишены всякого основания.
Какой круг лиц должен пользоваться избирательным правом? Делегация СССР считает необходимым пересмотреть соответствующие статьи положения о выборах 1946 года с тем, чтобы сузить круг лиц, лишенных избирательных прав. Советская делегация считает необходимым предоставить избирательные права бывшим членам нацистской партии и других нацистских организаций, за исключением тех, кто был лишен этих прав по суду.
Это важный вопрос, и здесь нужна полная ясность. Между тем в предложениях США по этому поводу глухо говорится лишь о том, что закон о выборах 1946 г. относительно необходимых условий участия в голосовании может быть изменен единогласным соглашением комендантов. В этих предложениях умалчивается о том, в каком направлении могут быть произведены изменения. Таким образом, важный принципиальный вопрос оставляется открытым, между тем, возникает законный вопрос – почему бы по этому поводу не договориться уже сейчас в Совете министров иностранных дел.
При проведении выборов большое значение имеет право выдвижения кандидатов. В этом отношении положение о выборах 1946 г. также является недостаточным и требует некоторого изменения. Статья 8-я этого положения право выдвигать кандидатов предоставляет лишь разрешенным в Большом Берлине политическим партиям. Таким образом, крупнейшие общественные организации, такие, как культурбунд, демократический женский союз и другие, а также профессиональные союзы лишены права выдвигать кандидатов как самостоятельно, так и в блоке с политическими партиями. Это ничем не оправданное ограничение свободы выборов противоречит демократическим принципам и направлено на то, чтобй ограничить инициативу избирателей и снизить участие в выборах широких масс населения Берлина, организованного в профессиональные союзы и другие общественные организации.
Делегация Советского Союза поэтому настаивает на том, чтобы статья 8-я положения о выборах 1946 г. была изменена так, чтобы выдвигать кандидатов на выборах могли все разрешенные в Большом Берлине политические партии, а также все общественные организации, разрешенные межсоюзной комендатурой.
В предложениях делегации США, представленных 6 июня, значительное место уделено вопросу о свободе личности, свободе слова, религии, печати, радио и т. д., защита которых должна составлять одну из основных функций властей Большого Берлина.
Надо сказать, что эти принципы были установлены почти четыре года тому назад Потсдамским соглашением. В этом соглашении прямо говорится об уважении свободы слова, печати, религии и т. п. Все это повторяется теперь в предложениях США. Но почему же в американских предложениях ничего не сказано о свободе выборов, о том, что эта свобода должна быть обеспечена, о том, что не должно быть ограничений свободы выборов, нарушающих элементарные демократические принципы? Почему в этих предложениях ничего не сказано о том, что население, организованное в профессиональные союзы и другие общественные организации, должно иметь беспрепятственное право выдвигать своих кандидатов и бороться за то, чтобы эти кандидаты были избраны в городское собрание депутатов, а затем и в магистрат? Это – существенный пробел, и делегация СССР своим предложением об изменениях статьи 8 положения о выборах стремится устранить этот пробел.
Делегация США настаивает на исключении из утвержденной в 1946 г. временной конституции Большого Берлина статьи 36-й. В этой статье говорится, что все постановления, принятые городским собранием депутатов, а также постановления и распоряжения, издаваемые городским магистратом, должны находиться в соответствии с законами и приказами союзных властей в Германии, союзной комендатуры Большого Берлина и должны утверждаться последней.
Советская делегация не может согласиться с предложением делегации США об исключении статьи 36-й. Это предложение означает отказ от права межсоюзной комендатуры утверждать мероприятия берлинского магистрата, что умаляет роль межсоюзной комендатуры в управлении Берлином и не соответствует значению этой комендатуры как органа, несущего ответственность за состояние Берлина и за его управление.
Делегация СССР, настаивая на сохранении статьи 36 временной конституции Большого Берлина, считает необходимым внести в эту статью изменения, вытекающие из расширения функций общеберлинского магистрата и ограничения функций межсоюзной комендатуры. Согласно советскому предложению, утверждению межсоюзной комендатуры подлежат лишь те постановления городского собрания и магистрата, которые приняты по вопросам, относящимся к компетенции межсоюзной комендатуры, а таких вопросов немного. Кроме того, утверждение межсоюзной комендатуры, согласно советским предложениям, требуется для тех постановлений городского собрания или магистрата, которые будут опротестованы перед межсоюзной комендатурой комендантом какого-либо сектора. Надо полагать, что и таких случаев будет, конечно, немного.
Мы считаем необходимым статью 36-ю с указанным выше изменением оставить в силе. Этого требуют интересы дела и сознание лежащей на оккупационных властях ответственности за обеспечение нормальной жизни Берлина.
Делегация СССР предлагает оставить за городским собранием депутатов и общеберлинским магистратом весь объем вопросов, относящихся к муниципальной, в широком смысле этого слова, жизни Берлина. К компетенции городского собрания и магистрата отнесены, в частности: вопросы снабжения; общегородских финансов, включая общегородской бюджет, кредит, цены и налоги; топливо; городской траспорт; связь (почта, телеграф, телефон); полиция и поддержание общественного порядка; внешнеторговые операции; назначение, увольнение и перемещение руководящего состава общеберлинских органов управления; жилищностроительные дела; местные дела; вопросы культуры; правовые вопросы; вопросы образования и искусства; здравоохранения; труд; кадры, социальное обеспечение; коммунальное хозяйство и городские предприятия; торговля и промышленность.
Многие из этих вопросов, согласно предложениям делегации СССР, должны быть отнесены к исключительной компетенции городского собрания и общеберлинского магистрата. Межсоюзная комендатура может рассматривать такие вопросы лишь в том случае, если на решение городского собрания или общеберлинского магистрата поступит возражение со стороны кого-либо из четырех комендантов; в таком случае опротестованное решение вступает в силу лишь после утверждения его межсоюзной комендатурой. Делегация СССР к этому пункту вносит дополнение в том смысле, что в случае разногласий в межсоюзной комендатуре по поводу протестов на решение магистрата или городского собрания решение вопроса должно быть перенесено на рассмотрение вышестоящей инстанции и не будет приводиться в исполнение до достижения соглашения. Это в точности соответствует статье 3-й устава межсоюзной комендатуры Берлина 1946 г., предусматривающей такой порядок.
Мы хотим, таким образом, сохранить это уставное положение. Какие основания ломать устав межсоюзной комендатуры, утвержденный почти 3 года назад и полностью оправдавший себя на практике? Никаких! Однако три делегации предлагают нам произвести такую ломку.
Делегация США предлагает распространить на Берлин порядок, применяемый в Австрии. В Австрии действия австрийского правительства считаются одобренными, если со стороны союзных властей не последует неодобрения в течение определенного срока. Делегация США предложила, чтобы законодательные постановления и распоряжения властей Большого Берлина, относящиеся к широкому кругу вопросов, также автоматически вступали в силу, если они не будут опротестованы межсоюзной комендатурой в течение 21 дня с момента их представления комендатуре.
С таким предложением нельзя согласиться, так как условия, существующие в Австрии, отличаются от условий, существующих в Германии. В отличие от Германии, как известно, Австрия не рассматривается как побежденная вражеская страна; и к моменту заключения в 1946 году соглашения о контрольном механизме в Австрии там уже имелось правительство, признанное Советским Союзом, Соединенными Штатами, Англией и Францией. Этим и объясняется отличие в организации Союзного Контрольного механизма в Австрии от организации Союзного Контрольного механизма в Германии. Этот механизм, в том числе и в Берлине, был построен на иной основе, чем контрольный механизм в Австрии. Это, в частности, отражено в уставе межсоюзной комендатуры Берлина и в конституции Берлина 1946 г. Согласно этим положениям единогласное решение межсоюзной комендатуры требуется не для отмены постановлений магистрата, а для введения в действие этих постановлений. Поэтому должно быть ясно, что правило союзнического соглашения по Австрии совершенно неприменимо к Германии, и в частности к Берлину. Оно находится в полном противоречии с уставом межсоюзной комендатуры 1946 г. и с временной конституцией Берлина. Оно превратно изображает задачи межсоюзной комендатуры Берлина и отношения, которые должны существовать между межсоюзной комендатурой Берлина, с одной стороны, и общеберлинским магистратом и городским собранием депутатов, с другой стороны.
В американских предложениях говорится, что вновь избранное городское собрание Берлина будет уполномочено подготовить проект новой конституции для Большого Берлина. Мы считаем, – сказал он, – что в этом случае оно должно действовать в соответствии со статьей 35-й временной конституции Берлина, предусматривающей выработку новой конституции и вовсе не предполагающей закрепить на неопределенно долгий срок особое положение Берлина. Поэтому советская делегация предлагает средактировать соответствующий пункт постановления Совета министров иностранных дел по берлинскому вопросу следующим образом: «Вновь избранное городское собрание Берлина будет уполномочено подготовить проект новой конституции для Большого Берлина в соответствии с положениями статьи 35 конституции Берлина 1946 года».
Таковы вопросы, касающиеся общегородского магистрата Берлина и городского собрания, на которых делегация СССР считала необходимым сегодня остановиться.
Делегация СССР предложила восстановить межсоюзную комендатуру. Это необходимо для того, чтобы можно было координировать общегородские мероприятия по управлению Берлином и обеспечить нормальную жизнь Берлина в целом. С этой задачей связан вопрос о функциях межсоюзной комендатуры. Делегация СССР в этом случае исходит также из устава межсоюзной комендатуры, на основе которого до осени 1948 г. строились отношения между городским собранием и магистратом, с одной стороны, и межсоюзной комендатурой, с другой.
Делегация СССР для осуществления указанных целей координации и обеспечения нормальной жизни Берлина предлагает ограничить функции межсоюзной комендатуры, отнеся подавляющее большинство вопросов к компетенции городского собрания и магистрата. Таковы вопросы, относящиеся к снабжению Берлина, городскому транспорту, финансам, включая и бюджет, кредиты, цены, налоги, топливу, электроэнергии, связи, назначению и увольнению руководящего состава общеберлинских органов управления, полиции и поддержанию общественного порядка и др. Все такие вопросы относятся к компетенции городского собрания депутатов и общеберлинского магистрата и подведомственны межсоюзной комендатуре лишь в части контроля за деятельностью берлинского муниципалитета в соответствующих областях.
К компетенции межсоюзной комендатуры, – можно было бы сказать – к исключительной компетенции межсоюзной комендатуры, – относятся лишь вопросы о контроле за соблюдением временной конституции 1946 г., надзор за содержанием военных преступников, осужденных нюрнбергским Международным Трибуналом, некоторые вопросы общественной безопасности и те вопросы экономического и административного характера, решение которых связано с мероприятиями, проводимыми оккупационными властями.
Стоит только сравнить изложенные предложения делегации СССР о функциях межсоюзной комендатуры с предложениями делегации США, чтобы убедиться в том, что американская делегация и поддерживающие ее английская и французская делегации домогаются придать межсоюзной комендатуре другой характер, когда они включают в компетенцию межсоюзной комендатуры такие вопросы, как демилитаризация, деконцентрация, декартелизация, репарации, реституция ит.д. – вопросы, относящиеся к компетенции Контрольного совета, и не включают в компетенцию этой комендатуры вопросы, связанные с контролем за обеспечением Берлина топливом, продовольствием, транспортом, связью, электроэнергией и т. д. При таком положении становится ясным, насколько беспочвенны и лишены всякого основания попытки американской делегации возражать против советских предложений, ссылаясь на то, что будто бы согласно этим предложениям ни один вопрос в Берлине не может быть решен без союзной комендатуры.
Мы уже показали выше, какой широкий круг вопросов отнесен предложениями делегации СССР к компетенции общеберлинского магистрата, который имеет право по всем этим вопросам действовать самостоятельно, без предварительного утверждения его решений межсоюзной комендатурой.
Делегация СССР стоит на том, что все решения комендатуры, как это предусмотрено статьей 3 устава межсоюзной комендатуры Берлина 1946 г., должны приниматься единогласно. Единогласные решения необходимы по всем вопросам, входящим в компетенцию межсоюзной комендатуры. Они необходимы при утверждении постановлений городского собрания депутатов и общеберлинского магистрата. Они необходимы при рассмотрении протестов на решения местных берлинских властей – городского собрания и магистрата. Только при единогласном утверждении таких решений будет обеспечено нормальное течение жизни в Берлине.
Делегация СССР исходит из необходимости добиваться сокращения оккупационных расходов по Берлину до минимума методами, которые подлежат согласованию на четырехсторонней основе.