Первый хлопок прозвучал глухо, отдалённо — где-то внизу, на тринадцатом этаже.

Архив Джоанны.

Второй — выше. Пятнадцатый. Узел связи.

Третий — ниже. Двенадцатый. Серверная.

Термитные заряды. Синхронизированные. Одновременно.

Всё по плану.

Секунда тишины. Здание замерло, словно не поверило в то, что только что произошло.

Потом завыла сирена.

Резкая. Пронзительная. Пожарная тревога — автоматическая система среагировала на дым, на жар, на огонь. Лампы в коридоре замигали красным.

Из кабинетов начали выбегать люди. Сначала один, потом двое, потом целая толпа. Сотрудники в костюмах, охранники в форме. Кто-то кричал, кто-то бежал к лестнице, кто-то просто стоял, не понимая, что делать.

Хаос. Именно то, что им нужно.

Пит прижался к стене, пропуская толпу. Никто не обращал на него внимания — просто ещё один человек в коридоре, ещё одна фигура в панике.

— Пожар! — кричал кто-то. — Тринадцатый этаж горит!

— Серверная! Серверная тоже!

— Узел связи! Там дым!

Охранники бежали к лестницам — вверх, к огню. Пытались попасть на этажи, откуда шёл дым. Но двери на площадках были закрыты — автоматическая система. Изолировать очаг. Не дать огню распространиться.

Они колотили в двери. Не открывались.

— Вскрывайте!

— Система заблокирована!

Пит двинулся к служебной лестнице — той, что вела на крышу. Против потока. Тихо. Незаметно.

— Лин, статус?

— Выхожу с двенадцатого, — ответила она. Голос спокойный, но чуть задыхающийся. — Серверная полыхает. Иду на крышу.

— Джоанна?

— Уже поднимаюсь. Архив горит красиво. Ты бы видел.

— Нова?

— На пути. Узел уничтожен. Минута до крыши.

— Хорошо. Встречаемся наверху.

***

На площадке пятнадцатого этажа пахло дымом. Едким, чёрным — он полз из-под двери, тянулся к потолку.

На последней площадке его встретил охранник.

Молодой. Растерянный. Автомат в руках. Поднялся сюда, не зная, что делать — вниз к огню или наверх для безопасности.

Увидел Пита. Автомат дёрнулся вверх.

— Стоять! Кто вы? Что здесь делаете?

Пит остановился. Руки в стороны. Ладони видны.

— Технический персонал. Иду проверить вентиляцию на крыше. Дым идёт через шахты.

Охранник колебался.

— Пропуск?

— Есть.

Пит медленно полез в карман. Не за пропуском.

Секунда.

Рывок вперёд. Сбил автомат ударом ладони, перехватил ствол, вырвал из рук. Удар прикладом в живот. Охранник согнулся. Ещё удар — в висок. Не сильно, но достаточно.

Охранник осел на пол. Пит оттащил его в угол. Дверь на крышу. Холодный воздух ударил в лицо. Ночь. Ветер. Огни Капитолия внизу.

Лин уже была здесь — стояла у парапета, планшет в руках. Джоанна вышла из-за вентиляционной шахты. Лицо закопчённое, но довольное. Нова появилась через тридцать секунд — спокойная, собранная.

Все на месте.

— Время? — спросил Пит.

— 04:56. Окно через четыре минуты. Гейл, слышишь?

— Слышу. Готов к вылету.

Пит посмотрел вниз. Здание бурлило — люди выбегали, скапливались на улице. Миротворцы пытались организовать толпу. Вдали выли сирены пожарных машин.

Но помощи уже не будет. Термит не тушить водой. Серверная, архив, узел связи — всё горит.

Система координации Капитолия умирает.

Внизу завыл новый звук. Не пожарная тревога — другая сирена. Более резкая.

— Что это? — спросила Джоанна.

Лин посмотрела на планшет:

— Сигнал тревоги. Они поняли. Кто-то в кабинете Бейна увидел тела.

— Поздно, — сказал Пит.

***

05:00

— Сбой пошёл! — Лин подняла голову от планшета. — Окно открыто! Гейл, давай!

Из темноты появился силуэт.

Чёрный, почти невидимый на фоне ночного неба. «Тень» шёл низко, бесшумно, как тень. Гейл вёл его точно — прямо к крыше.

— Вижу вас. Двадцать секунд до посадки.

Ховеркрафт опустился. Рампа открылась — тёмный проём, ведущий внутрь.

— Китнисс, Рейк — на борт!

Внизу кто-то закричал:

— На крыше! Там кто-то есть!

Прожектор ударил снизу — яркий луч резанул по темноте. Скользнул по парапету. Зацепил Джоанну.

— Они нас видят!

Выстрел. Пуля ударила в парапет рядом с Питом. Осколки бетона брызнули в стороны.

— Открыли огонь! — Нова бросилась к ховеркрафту.

Пит прикрыл отход. Выстрелил вниз — не целясь, не стремясь убить, просто заставить прижаться.

— Бегите! Я прикрываю!

Лин побежала к рампе. Джоанна за ней. Нова уже была внутри.

Китнисс с позиции на соседнем здании выстрелила. Стрела ударила в прожектор. Вспышка — короткое замыкание. Свет погас.

— Вырубила свет! Пит, беги!

Очередь по крыше. Пули звенели о металл вентиляционных шахт.

Пит отступил к ховеркрафту. Ещё два выстрела — прикрытие.

Рампа прямо перед ним. Нова протянула руку. Он прыгнул, схватился за край. Она втащила его внутрь. Следом забрали Китнисс.

— Все на борту? Гейл, уходим!

— Секунду! — Китнисс. — Рейк ещё снаружи!

Пит обернулся. Рейк бежал к ховеркрафту. Двадцать метров. Пятнадцать.

Дверь на крышу распахнулась. Трое миротворцев. Автоматы на изготовку.

— Стой!

Рейк не остановился. Миротворцы открыли огонь. Рейк дёрнулся. Рука прижалась к боку. Но он продолжал бежать.

Пит выстрелил. Попал первому в плечо. Китнисс — стрелой в ногу второму. Нова дала очередь, заставив третьего укрыться за проемом.

Рейк добежал. Джоанна схватила его, втащила внутрь.

— Все! Гейл, отрываемся!

Ховеркрафт рванул вверх. Рампа начала закрываться. Последнее, что видел Пит — горящее здание внизу, крыша с миротворцами, город, который только начинает понимать, что произошло.

***

05:05

Внутри ховеркрафта было темно и тесно. Двигатели гудели ровно.

Рейк сидел на полу, прижимая руку к боку. Кровь просачивалась сквозь пальцы. Лицо бледное, губы сжаты.

Джоанна присела рядом, осмотрела рану:

— Навылет. Повезло. Ещё чуть правее — задело бы что-то важное.

Она достала аптечку, начала обрабатывать. Рейк шипел сквозь зубы, но не кричал.

— Держись, малыш. Переживёшь.

Пит стоял у иллюминатора. Город уходил назад. Горящее здание становилось меньше — сначала яркая точка, потом просто слабое свечение вдали.

Гейл развернул ховеркрафт, пошёл на разворот — подобрать Китнисс.

Она прыгнула на рампу легко, без усилий. Лук на плече, колчан почти пуст. Лицо закопчённое, в волосах пыль.

Остановилась рядом с Питом. Не сказала ничего – просто стояла. Он кивнул ей коротко. Она ответила тем же.

Джоанна закончила перевязку, подошла к иллюминатору. Посмотрела назад — на слабое свечение огня.

Улыбнулась:

— Красиво горит.

— У тебя нездоровые отношения с огнём, — сказала Лин.

— Это огонь начал первым.

Нова сидела молча, чистила оружие. Лицо спокойное, без эмоций.

— Энергосеть восстановилась, — доложила Лин. — Окно закрылось. Но мы уже вне зоны ПВО.

— Сколько до Тринадцатого?

— Полтора часа, — ответил Гейл.

Пит отошёл от иллюминатора. Сел напротив Рейка:

— Как ты?

— Живой. — Рейк попытался улыбнуться. Получилось криво. — Это уже хорошо.

— Отработал чисто. Держал периметр без единого прокола.

— Спасибо. Я... старался.

Китнисс опустилась рядом с Питом. Плечо коснулось его плеча. Легко. Случайно. Или не случайно.

Пит не отстранился. Просто сидел. Чувствовал тепло её тела рядом. Слушал гул двигателей.

Живой. Они все живые. Работа сделана.

***

07:30

Ангар Тринадцатого встретил их тишиной.

Не той, что бывает в пустом помещении – она складывалась из людей, которые стоят и смотрят — на ховеркрафт, на рампу, на тех, кто возвращается.

«Тень» опустился на платформу мягко, идеально. Двигатели заглохли. Рампа начала опускаться.

Они вышли медленно. Рейк первым — Джоанна поддерживала его под локоть. Лин следом. Нова — молча. Китнисс последней.

Пит остался на мгновение. Посмотрел на отсек — пустые лавки, следы крови на полу, запах пота и пороха.

Ещё одна операция. Ещё один возврат.

Он вышел. Медики сразу подошли к Рейку:

— Навылет. Повезло. Немного в сторону — задело бы печень.

Рейк посмотрел на Пита:

— Ещё возьмёте?

— Возьмём. Отдыхай.

Медики увели его. Джоанна посмотрела вслед:

— Щенок вырос. Под пулями не запаниковал. Это уже что-то.

Хэймитч стоял у стены. Руки в карманах, лицо невозмутимое. Но глаза следили — считали, проверяли.

Пит подошёл:

— Задание выполнено.

— Вижу. Коин хочет видеть тебя. Командный зал. Сейчас.

— Дай хоть умыться.

— Она сказала сейчас.

Пит выдохнул.

Китнисс подошла ближе:

— Пойдёшь один?

— Да.

Она посмотрела на него — долго, внимательно. Потом кивнула:

— Увидимся.

— Увидимся.

***

Командный зал был почти пуст. Коин, Хэймитч, Плутарх, несколько офицеров у дальних консолей.

На главном экране — карта Капитолия. Красные метки там, где горело здание. Серые зоны — потеря связи, сбои в системе.

Коин стояла у стола. Руки за спиной. Лицо каменное.

— Мелларк. Докладывайте.

— Бейн устранён. Серверная уничтожена как физически, так и внедренным вирусом. Основной архив сгорел. Узел связи выведен из строя. Система координации северных веток развалена.

— Потери?

— Один раненый. Рейк. Навылет, не критично. Остальные целы.

— Обнаружение?

— На финальной стадии. Охрана заметила нас при эвакуации. Короткий обстрел. Оторвались чисто, нас не преследовали.

Коин кивнула.

— Плутарх. Данные.

Плутарх вывел на экран цифры, графики:

— Ущерб существенный. Координатор мёртв. База данных уничтожена. Архив не подлежит восстановлению.

Новая карта — транспортные маршруты.

— Сорок процентов военного снабжения — остановлено. Поезда стоят. Конвои скоро не будут знать, к какому составу они приписаны. Миротворцы в дистриктах начнут испытывать нехватку через три-четыре дня.

— Сколько им нужно на восстановление?

— Минимум две недели на назначение нового координатора. Ещё неделя на стабилизацию. Итого — три недели хаоса, но до конца они уже не восстановятся, лишь залатают основные дыры.

— Три недели, — повторила Коин. — Это даёт нам много возможностей.

Она посмотрела на Пита:

— Они поняли, что это было нападение?

— Да. Нашли тела. Но деталей нет. Камеры были отключены.

— Значит, они знают, что мы можем до них дотянуться. Но не знают как.

— Именно, — Хэймитч. — Это их напугает. Заставит усилить охрану. Отвлечёт ресурсы.

Коин прошлась вдоль стола. Посмотрела на экран — на горящее здание, на серые зоны. Она повернулась к Питу:

— Есть ещё две цели. «Наблюдение» — центр мониторинга. Оттуда они следят за дистриктами, перехватывают сообщения. Если вывести из строя — они ослепнут.

Плутарх переключил экран — схема здания.

— «Тюрьма» — лагерь для военнопленных. Там держат наших специалистов. Инженеров, аналитиков, шифровальщиков. Людей, которые нам нужны. А еще – родственников миротворцев, тех, что хотели бы, да не могут дезертировать.

Коин сложила руки на столе:

— Обе операции нужно провернуть в течение двух недель. Пока Капитолий в хаосе.

— Понял.

— Вопросы?

— Нет.

— Свободны. Отдыхайте. Следующий брифинг — через сорок восемь часов.

Пит повернулся к выходу.

— Мелларк.

Он остановился.

— Хорошая работа, — сказала Коин. Голос ровный. Просто констатация.

— Спасибо.

***

Коридор был пуст. Тихо. Только гул вентиляции и далёкие шаги.

Пит шёл медленно. Устал. Не физически — внутри. Каждая операция забирала кусок. Оставляла пустоту.

Бейн мёртв. Координатор северных веток. Человек, который просто делал свою работу. Координировал поезда, конвои, снабжение. Который, может, даже не верил в Капитолий — просто работал, потому что это была его работа.

Пит убил его. Хладнокровно. Без колебаний.

Потому что так надо. Потому что война. Потому что система держится не на тех, кто наверху — на таких, как Бейн. Винтиках. Звеньях цепи.

Он остановился у стены. Прислонился лбом к холодному бетону.

Вдох. Выдох.

Работа сделана. Капитолий ослаблен. Тринадцатый получил три недели преимущества.

Цена успеха — один мёртвый координатор. Несколько охранников. Техник в серверной, который, может, не успел выбраться.

Стоило ли?

Пит не знал ответа. Знал только одно — если не он, то кто-то другой. Хуже. Грязнее. С большей кровью.

Он оттолкнулся от стены. Пошёл дальше. Впереди ещё две операции. «Наблюдение». «Тюрьма». Ещё два удара по Капитолию. Ещё две цены, которые придётся заплатить.

Но сейчас — отдых. Душ. Сон. Потом — снова в строй. Война продолжалась.