Лиззи смотрела на него и пыталась понять, действительно он верит в то дерьмо, о котором говорит, или просто исполняет свою роль, чтобы не оказаться в немилости придурка на каблуках, который здесь был главным психопатом. Конор был похож на одного из сектантов, которых показывали в документальных фильмах, декламирующих религиозную чепуху, которую вдолбили ему в голову их духовные лидеры. Но в отличие от других сектантских лидеров, о которых она слышала, типа Мэнсона, Эпплуайта и Джима Джонса, Доктор Полночь не добивался секса, денег или влияния. Здесь проповедовался культ боли – один Столб Душ говорил о безумии психопата, который здесь окопался со своими последователями. Это больше походило на зверства маньяков, таких как Альберт Фиш или Джеффри Дамер, чем на учения поехавших сектантов. Для того чтобы собрать себе последователей, одной харизмы было мало. Тем более харизмы Доктора Полночь, которой даже у крокодила было больше, чем у него. Но Конор, очевидно, веровал в его учение, как и остальные, обитающие в этом жутком месте.
Конор напоминал ей отца, и все же он не хотел причинять ей боли в отличие от ее папаши, который получал от этого удовольствие. Она не знала Конора до того, как он попал сюда, поэтому девушке было неизвестно, как повлияло на него пребывание здесь, какое влияние оказал на него Доктор Полночь. Стал он лучшим человеком, чем был, или наоборот, ожесточился, и его милосердие к ней всего лишь отголоски тех чувств, которые он мог испытывать в своей прошлой жизни до попадания в этот ад?
Лиззи никогда ни во что не верила, никому не доверяла. Но почему-то именно в этот момент ей захотелось довериться этому парню. Просто плыть по течению, и посмотреть, куда оно ее выведет. Все, о чем говорил Конор, было полной ерундой, но его слова убедили ее не горячиться. Возможно, рано или поздно, ей удастся выбраться отсюда, а покончить с собой она сможет в любой момент своего пребывания среди психопатов. Если раньше не сойдет с ума, конечно.
А еще смешнее получится, если она найдет здесь свое место. Возможно, она такая же испорченная, как и все остальные здесь, и именно здесь ее место.
Лиззи выдохнула, только тогда осознав, что задерживала дыхание.
- Ты прав. Я просто... растерялась. Я хочу присоединиться к вам.
Улыбка Конора стала шире. Он кивнул ей.
- Замечательно. Давай начнем.
Девушка последовала за Конором к ближайшему столу. Она не заметила, что к нему уже был привязан обнаженный мужчина. Ему заткнули рот и связали руки, но не завязали глаза, и он выпучил их в панике при их приближении. От него воняло мочой. Судя по небольшой щетине и коротким ногтям, он пробыл здесь недолго.
По указанию Конора Лиззи обошла стол и встала сбоку по другую его сторону, наблюдая за выражением лица пленника. Ей было интересно, как он здесь оказался, но совершенно было наплевать, кем он был.
Конор прищепил два металлических зажима на волосатых сосках мужчины. Пленник вскрикнул под кляпом. Зажимы соединялись проводами со старым аппаратом, стоящим на металлической тележке. На аппарате были циферблаты и, как она догадалась, индикатор мощности. Лиззи вспомнила, что видела подобный прибор на уроках естествознания в средней школе.
На небольшой высоте висел плоский монитор, прикрученный к одной из стальных опорных балок и наклоненный под углом вниз для оптимального просмотра. Темный экран внезапно ожил, заполнившись изображением скрытого маской лица Доктора. У Лиззи участилось сердцебиение, едва она его увидела.
В тот же момент Конор схватил ее за задницу, сжал одну из ее ягодиц и пошло застонал. Лиззи напряглась, вздрогнув.
- Возьми скальпель, пожалуйста. - Голос Доктора звучал приглушенно через динамики плоского экрана.
Конор сжал ее ягодицу сильнее. Лиззи дернулась, пытаясь оттолкнуть его, но он, наслаждаясь властью над ней, усилил хватку. Если Доктор и заметил его приставания к ней, то никак не подала виду. Она изо всех сил старалась не обращать внимания на грязные пощипывания Конора и сосредоточилась на пошаговых инструкциях Доктора Полночь.
Дыхание девушки участилось, сердце забилось быстрее, когда она прижала лезвие скальпеля к грудине мужчины. После секундного колебания она погрузила лезвие в плоть. У нее свело живот, когда кровь хлынула из раны, но через мгновение это ощущение исчезло, когда Конор начал поглаживать ее клитор и половые губы, попутно засовывая сразу четыре пальца ей во влагалище. Одновременно его большой палец нежно прощупывал ее анус.
Она тяжело задышала, но не отстранилась.
Вместо этого девушка продолжила кромсать мужчину, поражаясь, как податлива человеческая плоть.
Каждый раз, спускаясь в подземное царство Доктора Полночь, Скаг испытывал трепет. Нынешний поход не был исключением.
Гакс на плече Джакса судорожно всхлипнул.
- Не нравится мне здесь внизу, - сказала Гретч.
- Мне тоже, - признался Скаг. – Одному бы мне понравилось здесь еще меньше, поэтому я и взял вас с собой.
- Люди Доктора, они... - Джакс сделал паузу, обдумывая следующее слово, - опасны.
- Как и мы, - напомнил ему Скаг.
- Но они не такие, как мы. - Гретч дернула за подол платья Скага. - Они меня пугают.
Скаг нахмурился. В действительности Доктор Полночь и его аколиты[17] пугали и его. Однако он не стал бы признаваться в этом вслух. Он был лидером. Патриархом. Им нужно было восстановить семью, и он был полон решимости добиться этого.
Именно поэтому они сейчас занимали этот торговый центр вместе с Доктором и ему подобными.
- Ты должна бояться, - сказал ей Скаг. - Но не Доктора. Бойся того, что может произойти. Сегодня слишком многое происходит.
- Человек из "Босман-Клайн"? - спросил Джекс.
- Нет, он не был опасен, - ответил Скаг. - Но все те люди, которые появились после него... Кто-нибудь из вас помнит, чтобы в торговом центре было так много народу?
Джакс и Гретч покачали головами. Гакс хмыкнул.
- Такое количество людей... - продолжал Скаг, - все может быстро выйти из-под контроля. Больше людей - больше шансов, что кто-то из них сбежит. Последнее, что нам нужно, это чтобы кто-то из них сбежал и рассказал о том, что здесь происходит. Нам это не нужно. И Доктору тоже.
Джекс нахмурился.
- Зачем вообще нам здесь оставаться? Мы могли бы найти себе другой дом.
- Пока нет. - Скаг покачал головой. - Мы еще недостаточно сильны.
- Прошло уже одиннадцать лет...
- Да, - согласился Скаг, - но не все дети растут так же быстро, как Лорок. Нам нужно восстановиться, прежде чем мы снова начнем действовать самостоятельно. Когда мы будем готовы, тогда поселимся вдали от городов и пригородов. На ферме. Хорошей ферме. Нашей собственной. А пока нам нужен Полночь. А мы нужны ему. Мы приводим ему скот для его проектов, а он позволяет нам жить здесь.
- Но они не такие, как мы, - повторила Гретч.
Первым желанием Скага было ударить ее, но он сдержался и сохранил спокойный тон.
- Нет, они не похожи на нас. Некоторые из них даже не люди. Но они сильны, и вместе с ними мы здесь в безопасности. И они заманивают много добычи.
Гакс пробормотал что-то нечленораздельное.
- Что он сказал? - спросил Скаг.
Джакс перевел:
- Он спросил, если люди Доктора добывают ему чужаков, то зачем мы ему нужны?
Скаг не ответил, потому что сам этого не знал. Доктор Полночь был большой загадкой, и причины, по которым он разрешил им жить здесь, были ему неизвестны. Он сам понимал, что добыча, которую они ему поставляли, по численности не шла ни в какое сравнение с тем количеством, которое поставляла ему его паства. И условие, которое Доктор поставил им, позволив здесь поселиться, было скорее завуалированным мотивом, разгадать который Скаг был пока не в силах.
Источник финансового состояния Полночь было еще одной загадкой. За все годы жизни под Филадельфией Скаг и его люди не соприкасались с деньгами, но с тех пор они научились приспосабливаться. Теперь Скаг понимал ценность денег и силу, которую они дают. Богатство Полночь должно быть весьма значительно. Его с лихвой хватило, например, на покупку нескольких автомобилей, которыми пользовались более нормальные на вид приспешники Доктора. К тому-же кому-то из энергетической компании платили за то, чтобы электричество поступало в торговый центр.
Он даже не знал ни настоящего имени этого человека, ни кем он был на самом деле. Однажды Скаг мельком увидел его лицо под сдвинувшейся маской – обычное лицо, не изображенное никаким уродством. Возможно, смысл ношения маски заключался в поддерживании атмосферы таинственности и запугивания. Но если так, тогда почему именно эта маска? Скаг не знал тогда еще, кто такой Ричард Никсон, когда они прибыли сюда. Полночь объяснил ему это в своей снисходительной манере, но даже после этого Скаг так и не понял символизма. Может быть, он и не должен был понимать.
Скаг также не понимал проектов этого человека. Он и его семья охотились, чтобы прокормить себя, добыть одежду или же обороняясь. Полночь и его люди убивали чужаков по иным причинам. Например, башня на подземной стоянке, к которой пришили скот живьем. Какова была ее цель - или цель любой другой деятельности, которой занимались Доктор и его последователи? Все это казалось таким... расточительным. А Скаг ненавидел расточительность.
Однако у Скага была догадка. Он подозревал, что Полночь служит какому-то темному богу или сущностям. Хотя до прихода сюда Скаг не знал о деньгах и кино, он многое знал о старых богах. Его народ с незапамятных времен почитал Тринадцать Древних, особенно Оби и Мибла. Говорили, что Мибл даже являлся прадеду Скага в видениях.
Но Доктор и его последователи? Они поклонялись чему-то другому.
Он просто не знал, чему именно.
- Скаг? - Джакс осторожно коснулся его плеча пальцем, похожим на сосиску.
- Я слышал тебя. - Вздохнув еще раз, Скаг разгладил складки на своем платье, остановившись, и смахнул крошечный осколок черепа риэлтора с плеча. - Именно это мы и собираемся выяснить сегодня вечером. Безопасно ли нам здесь оставаться.
Они остановились у двустворчатой двери, ведущей на подземную парковку. Стоны скота были слышны даже сквозь толстые стены. Скаг скрипнул зубами, раздраженный этим шумом.
- Ладно, - сказал он, повернувшись к своим сопровождающим. – Молчите, говорить буду я.
Затем он взял себя в руки и толкнул двери.
Две машины, припаркованные возле фургона "Затерянные места", стояли пустыми, но у самого фургона были тонированные стекла, и Тара не могла видеть, есть ли кто внутри.
Пожалуйста, - молила она. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Она попробовала открыть дверь со стороны водителя, но та была заперта. Девушка постучала ладонью по окну, но ответа не последовало. Она ударила по фургону сильнее, надеясь активировать сигнализацию и привлечь того, кто приехал на этой машине и, возможно, находился неподалеку, но и это не сработало. Таре хотелось орать от досады, но горло саднило и болело, а когда она сплюнула, мокрота была с примесью крови.
Всхлипывая, она опустилась на корточки рядом с машиной и протерла глаза. На ее ладонях остались следы черной туши. Ей пришла в голову тревожная мысль:
Что, если все водители и пассажиры этих автомобилей внутри торгового центра?
Девушка огляделась вокруг и не увидела своих преследователей. Она была одна на парковке. Но это не успокоило ее, наоборот, пустота большой парковки только усилила паранойю Тары и ощущение изоляции и безнадежности.
Девушка поднялась и привалилась к фургону. Снова оглянувшись, она обошла фургон, дергая остальные двери, обнаружив, что все они заперты. В отчаянии Тара пнула задний бампер, поцарапав выцветшую наклейку "Берни Сандерс за президента". Затем она решила проверить БМВ. Это была последняя модель, и в ней должна была быть сигнализация, но она решила, что это не имеет значения. Даже если она активирует сигнализацию, вряд ли ее кто-нибудь не услышит. Ну, если только ее преследователи.
Она осторожно подергала двери и обнаружила, что они тоже заперты. Тара стояла, раздумывая, что делать дальше. Нельзя было задерживаться здесь, но ей хотелось побыть еще немного в тишине и покое. По привычке она потянулась за телефоном, но потом вспомнила, что тот разбит.
Может, помолиться?
Однако девушка понимала, что это было так же бесполезно, как и звонить по сломанному телефону. Тара не верила в Бога, но верила в созидательную силу - силу, которая давала надежду даже в самые, казалось бы, безнадежные моменты. Эта сила не отвечала на молитвы. Не наказывала. Она просто существовала. Вселенная была ни хорошей, ни плохой по своей природе. Ею не управляла какая-то невидимая разумная сила. Нет, Вселенная была нейтральной. Только живые существа, живущие в ней, были хорошими или плохими.
Она вспомнила слова своей бабушки - Бог помогает тем, кто помогает себе сам...
Молитва не поможет, но решимость и ум могут помочь. Ведь до сих пор они помогали.
На этом транспорте она отсюда не скроется. Даже если она выбьет окно, то не сможет завести ни один из автомобилей. Хотя можно было спрятаться в одном из них до рассвета или, возможно, найти оружие для самозащиты, но гарантий не было.
Однако прежде чем прибегать к порче имущества, Тара решила попробовать открыть красный Шевроле. Девушка дернула дверь со стороны пассажира и ахнула, когда та распахнулась. Петли скрипнули. В замке зажигания не было ключей, но, возможно, можно будет найти что-нибудь полезное. Тара заглянула в салон. Приборная панель была припорошена пылью, грязью и тушками мертвых насекомых настолько, что на ней можно было бы рисовать пальцем. На полу валялись пустые бутылки из-под прохладительных напитков и обертки от фастфуда. Рычаг переключения передач был облеплен какой-то липкой гадостью. Она опустила козырьки над лобовым стеклом и проверила бардачок, но нашла там только множество скомканных квитанций и других бумаг.