Наконец-то все было готово к отлету. Ну, или почти все. Оставалась одна маленькая, но очень важная деталь – забрать у Космофлота «гантель». Так я иногда называю переместитель. А доктор Нейфах обозвал его телепортатором. Это артефакт Хозяев, который может перемещать людей и предметы силой мысли. Достаточно навести его на то, что хочешь переместить, представить в голове место назначения (только из тех, что ты видел лично) и провести большим пальцем по рукояти. Классная штука. Она и впрямь смахивает на гантель, отлитую из зеленого металла. Три года назад я отдал ее Космофлоту, и вот теперь она снова вернется ко мне. На время.

В кабинете начальника я должен был подписать кипу бумаг. Сроки, ограничения, обязательства и все такое. Лишь после этого он передал мне черный металлический кейс.

– Но, Сергей Петрович, – сказал доктор Нейфах, – только давайте без хулиганства.

Мы оба понимали, о чем идет речь: не использовать артефакт для несанкционированных перемещений вне объекта, к которому мы направляемся.

– Буду сдерживаться изо всех сил, – постарался отшутиться я.

Было, конечно, неловко оттого, что мне напомнили о моем преступном прошлом в качестве черного ксеноархеолога. Что поделать, приходится терпеть.

– Я рассчитываю на вас, – с нажимом произнес Терентий Егорыч, смотря таким взглядом, будто я был гранатой с выдернутой чекой.

– Вы не будете разочарованы, – заверил я и быстренько ретировался, пока не заставили подписать еще что-нибудь.

Зайдя в свой кабинет, я закрыл дверь на ключ. Затем уселся в кресло, водрузил кейс на стол, ввел код и откинул крышку. Ну вот и она! Лежит, зелененькая, на черном бархате. Красота, да и только! Так и манит к себе. С замиранием сердца я коснулся холодного металла, извлек древнюю вещь. Просто подержать ее в руке, вспомнить, каково это…

Меня охватила ностальгия. Скольких людей я переместил с ее помощью! Вспомнился Крикс, тот громила, что работал на Босса. Главный его костолом. Интересно, как он поживает? Смогли ли врачи пришить ему и остальным пострадавшим при штурме руки и ноги? Надеюсь, что да. Забавно было бы снова на него взглянуть теперь… Я машинально провел большим пальцем по гладкой перемычке артефакта. Затем помотал головой.

«Чушь какая! К чему мне его видеть?»

И рядом раздался низкий хриплый голос:

– Что за?.. – послышалась ругань. – Где я?

Подняв глаза, я едва не вскрикнул от неожиданности. Передо мной стоял Крикс собственной персоной! Целый и невредимый, если не считать легкого недоумения на лице.

– Молодой Босс… это вы?

– Мистер Крикс?

Удивление во мне быстро сменилось страхом. Когда мы виделись в прошлый раз, таэды по моему приказу отрезали ему руки и ноги. И то же самое сделали с Сидни, девушкой, которая ему нравилась. Звучит так, будто я чудовище. На самом же деле все произошло словно само собой, так сложились обстоятельства. Я просто заранее приказал таэдам обезвредить, но не убивать всех, кто будет сопротивляться, не зная, к чему это приведет. Только с точки зрения Крикса, это, наверное, выглядело и впрямь чудовищно. Руки-ноги у него, как оказалось, снова на месте, и он вполне мог использовать их для того, чтобы существенно ухудшить мое здоровье. Не хотелось проверять на собственной шкуре, насколько хорошо ему их пришили обратно.

Но как он здесь оказался?

– Вы перенесли меня к себе с помощью этой штуковины? – спросил мрачный здоровяк, кивнув на артефакт в моей руке.

«Бандит догадался быстрее ученого», – заметил Гемелл.

– Да, – произнес я, сжимая «гантель» вспотевшей ладонью.

При первых признаках агрессии я тут же перемещу Крикса отсюда… вот только куда?

«Значит, эта вещь может не только убирать объекты, но и приносить их ко мне?»

«Только то, что уже перемещалось через нее. Все остается в памяти устройства».

Мой нежданный гость тем временем с любопытством осматривался.

«А почему ты раньше мне об этом не сказал?»

«Это казалось очевидным. Ты же сам назвал его переместителем. Переместитель может перемещать в обе стороны».

– Значит, вы теперь здесь работаете? – поинтересовался Крикс. – Какая-то научная хрень?

– Да, это именно она.

Агрессии он не проявлял, отчего мне стало даже как-то любопытно.

– Присаживайтесь, – предложил я, указывая на стул с другой стороны стола. – Извините, что так внезапно вырвал вас.

– Да ничего. – Он усмехнулся, плюхаясь на стул. – Меня везли на один разговор, который мне вряд ли бы понравился. Наверное, те, кто вез, сильно удивились.

Крикс хохотнул, и смех его звучал так же грубо, как выглядел он сам.

– Рад, что ваши руки и ноги снова на месте, – осторожно сказал я.

– А уж я-то как рад! – Еще одна усмешка.

Крикс сидел напротив, и в его манере держаться, в расслабленности мощных плеч читалось глубокое спокойствие. Он, кажется, был в хорошем настроении, так что я решил затронуть еще один щекотливый вопрос:

– Надеюсь, у Сидни все хорошо?

– Конечно! – Его грубое лицо озарилось изнутри. – Стала моей женой!

– Ого! Поздравляю!

– Спасибо! А, вы это… про ее руки-ноги спрашиваете? Все на месте, врачи пришили. Ничего не перепутали. Единственное, шрамы ей не нравятся. Но что поделать? Ее ведь никто не заставлял стрелять вам в спину. Она понимает. Мы реально вам благодарны, босс. Я-то еще раньше на нее запал, но шансов не было, а когда мы вместе реабилитацию в больничке проходили, тут-то все и срослось, понимаете? Уже и мелкую родили. Шейла.

– Здорово! – Я действительно был рад за них.

Последний вопрос я задать не решался, но Крикс и сам все понял:

– С криминалом завязал. Тот ваш штурм особняка старого Босса мне хорошо мозги прочистил. Я подумал, что если в этой теме останусь, то в следующий раз уже башку могут отрезать, а ее-то обратно не пришьешь. Ну и когда с Сидни стало налаживаться, это окончательно меня на другой путь толкнуло. Когда живешь не только для себя, приоритеты меняются.

– Замечательное решение!

Я не ожидал, что человек, казавшийся воплощением преступных позывов, грубой силы и простых решений, способен на такую перемену.

– Я вам для чего-то нужен? – спросил он.

– Э-э… нет, ничего конкретного, – признался я, чувствуя себя неловко. – Просто вот тестировал артефакт и вспомнил вас…

– А я уж думал, решили долг взыскать. Я помню, что ваш должник, поэтому, если потребуется что-то, – обращайтесь.

– Хорошо. Тут есть одна загвоздка… как вас теперь вернуть обратно? Дело в том, что я могу переносить только в те места, которые видел. И если вы вдруг поселились в колонии, где я никогда не был…

– Мы в Гостиваре живем. Мне понравился город. Очень зеленый.

– Это да! Ну, тогда… в парк?

– Ага. К той же липе, что и в прошлый раз.

Мы улыбнулись друг другу, как старые приятели, способные делиться шутками, понятными только им.

– Рад был увидеться, мистер Крикс.

– Взаимно, Босс.

Я навел на него «гантель» и, погладив основание большим пальцем, вспомнил ту самую липу, весь тот уголок парка, залитый солнцем…

Стул, на котором только что сидел здоровяк, опустел. А я откинулся в кресле и подумал об этой странной встрече. О человеке, которого когда-то боялся и ненавидел, считая квинтэссенцией всего темного, что было в той жизни. Никогда бы не подумал, что наше общение может быть столь светлым.

Отчасти это из-за того, что им пришили обратно отрезанные конечности. Меня угнетала мысль, что я мог сделать их калеками на всю жизнь. А еще из-за того, что он не злится на меня. Ну и вообще приятно, что их с Сидни жизнь повернулась к лучшему.

Невольно вспомнился Келли. Мой бывший лучший друг. Увы, с ним мы так легко не поговорим. Мистер Крикс, в принципе, просто выполнял свою работу. Он меня не предавал. А Келли предал, и не только меня. Предал так глубоко, что шрам от этого останется навсегда. Из-за него Лира чуть не погибла. Я не хочу его видеть и, надеюсь, не увижу никогда.

«Ты же говорил, что простил его».

– Да. В том смысле, что не желаю ему ничего плохого. Но как прежде между нами уже никогда не будет. Не может быть.

«Ты признавал, что в случившемся есть часть и твоей вины».

– Да. Небольшая часть. Но я его все-таки не предавал.

Гемелл захотел поспорить, однако я предпочел отбросить мысли о Келли и задумался над тем, как можно использовать новооткрытую функцию переместителя. Составил список всех, кого я когда-либо перемещал с его помощью. Он оказался невелик – бандиты Босса и таэды. Десять имен, пять людей и пять пришельцев. На мгновение я задумался: а что будет, если вызвать убитого Ыауи?

«Появится его разложившийся труп. Переместитель не возвращает из прошлого, он оперирует объектами в их текущем состоянии».

В текущем состоянии мне никто из этого списка не был нужен. И тут меня осенило: я могу добавить в память артефакта Лиру! Вот кто мне действительно может понадобиться! Упаковав «гантель» в кейс, я помчался домой.

«Начальник же велел тебе не хулиганить с артефактом», – напомнил Гемелл, когда я заходил в лифт.

«Да, но это не хулиганство! Это наука! Прорыв!»

Двери лифта закрылись, и он двинулся вверх.

«Тогда отчего бы тебе не согласовать это с начальством?»

«Терентий Егорыч завален работой, не хочу отвлекать. Сообщу постфактум, по возвращении».

Выйдя из лифта, я устремился к проходной.

«Ты опять считаешь, что знаешь лучше всех, как надо поступать. Самонадеянность – порождение гордыни. Ни к чему хорошему она тебя не привела в прошлом, ни к чему хорошему не приведет и в будущем».

«Слушай, Гемелл, отлично сказано! – Я кивнул охраннику на выходе. – Прямо афоризм. Если когда-нибудь у меня появится куча свободного времени, надо будет обязательно записать твои изречения. Эти перлы духовной мудрости не должны пропасть втуне».

«Опять паясничаешь».

За годы сосуществования я нашел некоторые приемы, позволяющие заткнуть моего дорогого, но чересчур назидательного друга, не вступая с ним в спор. Переспорить Гемелла было невозможно, а вот прекратить дискуссию – вполне.

Зайдя домой, я нашел Лиру на кухне. Она пришла в восторг от новой функции переместителя и от моей идеи.

– Конечно я хочу добавиться в память артефакта! Так ты сможешь вызвать меня на «Отчаянный», когда вы соберетесь отправиться на объект.

Супруга увидела в этом возможность обойти запрет доктора Нейфаха на ее участие в экспедиции. Но такое уж точно было бы хулиганством, и я объяснил, что появление нового участника определенно бросится в глаза капитану Варме, равно как и всем остальным.

– Ладно, тогда вызовешь меня сразу после того, как вернетесь с объекта. В своей каюте, и расскажешь мне все. Так никто не увидит.

– Ты готова? – спросил я, наводя на нее «гантель».

– Готовее некуда.

Я мысленно представил комнату Драганы, бархатистый полумрак над балдахином кроватки и провел пальцем по артефакту. Лира исчезла. А через несколько секунд дверь детской открылась, и жена тихо вышла оттуда.

– Спит, – сообщила она.

– Ну, вот ты и в памяти переместителя. Знаешь, может статься, я перемещу тебя еще по пути на объект. Когда буду один в своей каюте.

– Зачем? – непонимающе нахмурилась она.

– Когда разлука станет настолько нестерпимой, что погасить ее сможет лишь единение наших душ… и тел.

Я улыбнулся и поиграл бровями.

– А, ты про это… – Она скептически поджала губы.

Но не сказала «нет», что я счел обнадеживающим знаком.

Как же я потом пожалел о том, что внес ее в память этого проклятого артефакта! И ведь на самом деле исключительно из-за похоти внес. Не ради науки или самой Лиры…