Помнится, в школе, когда мы читали о Второй мировой войне, нас больше всего поразил голод. Дети, которым было нечего есть, женщины, которые выменивали по деревням свои кимоно на картошку, солдаты, возвращавшиеся домой худыми, как скелеты… Мужчины и женщины, дети и взрослые – память о том голоде впечаталась во все эти рассказы. Для меня – и, думается, не для меня одной, – война означает не только смерть, но и воцарившийся в стране голод.

Минако Саито пишет в своей книге Рецепты войны: «Мы склонны думать, что война – это сражения и авианалеты. Но сражения – лишь ее часть, львиную долю составляет „административная работа“: снабжение, транспорт, распределение продуктов. Японские государство и армия недооценили эти составляющие <…>. Продуктов не хватает не потому, что идет война. Нехватка продуктов и есть суть войны. В этом смысле жизнь японцев в те времена нельзя назвать „жизнью в тылу“ или „жизнью военного времени“ – это была сама „война“ как она есть».