У Мириам есть один пряный кекс, ужасно напоминающий мне что-то японское, но я не знаю, что именно. Что-то из детства. Может, самодельные леденцы с японской корицей, которых больше не достать? Мириам признается, что многие люди – ливанцы и иностранцы – говорят ей то же самое. На самом деле, это пирог из ее детства, который готовила бабушка: рецепт потерялся, а потом его прислала Мириам тетя из Канады…

Но вкус этого кекса не ограничивается ее личной историей. Я вдруг осознаю: порой ностальгируешь по тому, чего никогда не знал, но такая ностальгия обретает твердую почву, когда разделяешь ее с кем-то.