Илья Мажников оказался человеком не болтливым. Пока они не сели в машину и не отъехали от здания прокуратуры, он не проронил ни слова. Только на пути к управлению внутренних дел молодой сотрудник прокуратуры спросил, в чем состоит проблема, которую им предстоит решить. Гуров снова, второй раз за это утро, рассказал о событиях вчерашней ночи, о странной гибели двух бандитов и о задержании того самого человека, который оказал неоценимую помощь следствию, то есть охранника Тимофея Вострикова.

— Необходимо добиться его освобождения, — заявил Гуров, заканчивая свой рассказ. — Я не могу смириться с тем, что он сейчас находится под стражей. Это задержание, предъявление ему обвинения в убийстве — чистейшее издевательство над законом и здравым смыслом. Затем, уже во вторую очередь, надо заняться расследованием обстоятельств гибели двух бандитов, которые вчера были задержаны. Но это я беру на себя, тут мне ваша помощь не потребуется.

— Я обязательно сделаю все, что только смогу, — отреагировал на это молодой человек. — Может быть, и с этими двумя бандитами смогу чем-то помочь вам, Лев Иванович.

Приехав в управление, Гуров и Мажников поднялись в кабинет майора Колесова. Тот уже был на месте, сидел за столом и что-то писал.

Полковник шагнул за порог и спросил:

— Скажи, майор, на каком основании был задержан гражданин Тимофей Востриков?

Сперва сердитый взгляд Колесова остановился на молодом сотруднике прокуратуры, потом он перевел его на Гурова и произнес:

— Что-то я вас не понимаю, товарищ полковник. Вы так говорите, словно в чем-то меня обвиняете. Для задержания указанного вами гражданина имеются веские основания. Кажется, капитан Семенов их вам уже изложил. Еще я не понимаю, зачем вы привезли с собой представителя прокуратуры. У нас проводится проверка?

— Вообще-то я тебе, майор, ни на какие вопросы отвечать не должен, — сказал Гуров. — Но так уж и быть, слушай. Отвечаю по порядку. Да, я тебя обвиняю в халатности, в разгильдяйстве, благодаря которым вчерашняя операция по задержанию двух бандитов фактически была провалена. Семенов действительно назвал мне те причины, по которым ты приказал задержать Вострикова и доставить его сюда. Но я считаю эти основания совершенно надуманными, поэтому и привез с собой представителя прокуратуры. Он поможет мне восстановить законность и справедливость.

— Я являюсь помощником прокурора области Геннадия Александровича Прошина, — сказал спутник сыщика. — Моя фамилия Мажников. Требую предъявить мне документы на задержанного гражданина, чтобы я мог сформировать позицию прокуратуры по данному вопросу.

Колесов некоторое время молча переводил взгляд с Гурова на Мажникова и обратно, затем сказал:

— Что ж, вы имеете такое право. Хорошо, вот вам представление в суд на гражданина Вострикова. В нем изложены основания для помещения его под стражу. — Он протянул сотруднику прокуратуры стопку листов, сколотых степлером.

Мажников, не садясь, внимательно прочитал это представление, после чего вернул его майору и заявил:

— Я не вижу здесь достаточных оснований для помещения гражданина Вострикова под стражу. Мотивы для проверки его действий имеются, хотя они, на мой взгляд, весьма шаткие. На период этой проверки гражданин Востриков может находиться в домашних условиях, под подпиской о невыезде. А сейчас его необходимо освободить из-под стражи.

— Но я с ним еще не закончил! — сказал Колесов, лицо которого покраснело от гнева, распиравшего его. — Он будет находиться здесь, в камере, пока я не разберусь с этим делом!

— Нет, не будет! — резко проговорил Гуров. — Позицию прокуратуры тебе изложили. А я как старший по званию требую немедленно выполнить указание сотрудника прокуратуры и освободить задержанного. Пиши ему бумагу о невыезде и дай указание немедленно отпустить его. Или прикажешь мне идти с этим вопросом к генералу Полякову?

Лицо Колесова побагровело еще сильнее.

Некоторое время он молчал, видимо, стараясь сдержать свою ярость, потом процедил:

— Ладно, полковник, если считаете нужным, то освобождайте вашего Вострикова. Но только потом пеняйте на себя! Вот сбежит он из-под подписки, тогда вы и пожалеете! — Он быстро составил нужный документ и протянул его Гурову.

Сыщик взял бумагу и молча покинул кабинет. Мажников двинулся за ним.

Они спустились в подвальное помещение, где располагался изолятор временного содержания, и Гуров приказал дежурному лейтенанту привести Вострикова.

Спустя несколько минут Лев Иванович увидел того самого человека, который так помог ему минувшей ночью. К искреннему удивлению сыщика, лицо Тимофея Вострикова не выражало ни злобы, ни страха. Охранник был олимпийски спокоен, словно находился не в ИВС с перспективой перевода в СИЗО, а где-нибудь в санатории.

— Здравствуй, Тимофей Павлович, — сказал ему Гуров. — Извини, что так получилось. Ты пострадал из-за того, что мне помог. Но сотруднику прокуратуры Мажникову удалось добиться твоего освобождения. Ступай домой, можешь ходить на работу, жить обычной жизнью. Только из города пока не уезжай.

— Спасибо, что не забыли, помогли, — сказал в ответ Востриков. — А извиняться вам не за что. Чего только в жизни не бывает! Не зря же русская пословица говорит: «От сумы да от тюрьмы не зарекайся». Вот тюрьма кончилась, пойду домой. А из города я и так уже много лет никуда не уезжаю.

Гуров, Мажников и Востриков вместе вышли из управления, после чего расстались. Охранник пошел на остановку маршрутки, чтобы ехать домой, а сыщик и прокурор направились к моргу.

Войдя в здание криминалистической службы, где находилось это заведение, Лев Иванович заметил возбуждение, царившее здесь. Дверь в кабинет начальника службы Аркадия Степанцева стояла открытой. Туда то и дело вбегали сотрудники и мигом вылетали обратно.

Гуровым овладело нехорошее предчувствие, и он тоже поспешил войти в кабинет.

Аркадий Степанцев стоял возле стола и разговаривал с двумя своими подчиненными.

Увидев Гурова и Мажникова, он всплеснул руками и воскликнул:

— Так я и знал! Вот уже и прокуратура пожаловала! Вы, конечно, тоже меня спросите, как такое могло случиться. А я не знаю, что сказать. Решительно не имею понятия!

— Как я понял, у вас случилось нечто чрезвычайное, — произнес сыщик. — Давайте, поскорее успокойтесь и расскажите по порядку, что именно тут произошло.

— Хорошо, я попробую, — произнес главный криминалист. — Пусть при моем рассказе присутствуют вот эти мои сотрудники. — Он указал на людей, стоявших рядом с ним. — Никита дежурил ночью, при нем привезли тела. А Игорь первый утром обнаружил это ЧП.

— Хорошо, пусть присутствуют и Никита, и Игорь, — сказал Гуров. — Давайте все сядем. Так нам будет спокойнее. Итак, рассказывайте.

— Около четырех часов к нам поступили тела двух мужчин, — начал свой рассказ главный криминалист. — Обоих привезли патрульные машины. В это время дежурил наш сотрудник Никита Попов. Он поместил их в морг. Один покойник был зарегистрирован как Олег Викторов, второй — как неизвестный мужчина.

— Почему же неизвестный? — спросил Гуров. — Разве при нем не было никаких документов?

— Про это я ничего не знаю, — ответил Степанцев. — Вы же знаете, что к документам мы не имеем отношения, мы занимаемся телами. Конечно, наши специалисты могут изучать и бумаги, если они поступят к нам в лабораторию на экспертизу, но это уже совсем другой случай. Про документы вы спросите патрульного, который привез этого человека.

— Хорошо, я выясню, кто это сделал, и узнаю насчет документов, — проговорил Гуров.

Тут в разговор вмешался Никита Попов, дежуривший ночью.

— А вам и выяснять ничего не надо, я все скажу, — сказал он. — Это тело привезла машина, в которой находился майор Колесов Николай Васильевич. За рулем там был какой-то сержант, я его не знаю, но командовал Колесов.

— Понятно, — буркнул Гуров, затем повернулся к руководителю центра и спросил: — Значит, вы зарегистрировали эти два трупа, и что было потом?

— Да именно потом все и случилось! — воскликнул Степанцев. — Никита принял тела, положил их в морг. В семь часов утра он, как обычно, сдал дежурство сменщику, Игорю, вот он сидит. Тот вошел в морг и обнаружил…

— Нет, Аркадий Владимирович, я не сразу обнаружил, — перебил руководителя сотрудник. — Это я уже потом…

— А давай ты сам все и расскажешь, — предложил Гуров. — Так быстрее будет.

— Хорошо, — сказал Игорь. — Значит, я принял дежурство, тут же, как это положено, обошел все лаборатории, проверил, все ли заперто. Потом отправился в морг, начал осматривать его. Вначале ничего не заметил, потом смотрю — дверца одной ячейки вроде приоткрыта. Это такие боксы, в которых хранятся тела.

— Я в курсе, как хранятся тела в моргах, — сказал Гуров. — Значит, ты увидел, что ячейка открыта, и что?

— Вообще-то у нас все ячейки стоят закрытыми, даже пустые, — продолжал Игорь. — То есть тут был явный непорядок. Я подошел, посмотрел, увидел, что ячейка пустая. Но почему-то рядом с ней на полу грязь какая-то. Словно кто-то ходил и не убрал за собой. А у нас везде идеальная чистота поддерживается. Я заинтересовался, чье тело в последний раз было в этой ячейке, посмотрел в журнале. Там было записано, что в эту ячейку всего три часа назад положили тело неизвестного гражданина, которое привезла патрульная машина. Никто это тело не забирал, если верить книге записей. Но на месте его не было. Я сразу кинулся звонить Аркадию Владимировичу…

— Игорь позвонил мне домой, когда я еще только встал, даже побриться не успел, — продолжил рассказ руководитель лаборатории. — Я сразу понял, что случилось нечто чрезвычайное, и тут же поехал на работу. Мы вместе с Игорем обошли весь морг, осмотрели все ячейки и обнаружили, что отсутствует еще и тело Олега Викторова, поступившее ночью.

— Скажите, в морге есть вторая дверь, запасный выход? — спросил Гуров.

— Никакой второй двери нет, — ответил Степанцев. — Вот он, вход и выход, первый и единственный.

Сыщик повернулся к Никите Попову.

— Ну-ка, давай, вспомни, как все было, когда ты принял эти пропавшие тела, — сказал он. — Кто их заносил, клал в ячейки? Кого привезли первым?

— Сначала привезли человека, у которого были при себе документы, то есть Викторова, — ответил сотрудник лаборатории. — Его привез капитан Семенов.

— Семенов, говоришь? — произнес Гуров. — Это странно. В машине, которая сопровождала Викторова, капитана не было. Ладно, рассказывай дальше. Кто нес тело? Ведь капитан не один его тащил.

— Капитан его вообще не касался, — ответил Попов. — Тело несли два рядовых сотрудника, их имена я не знаю. Они положили его на стол. Капитан отдал мне документы, я осмотрел тело, как это и положено, констатировал смерть от неизвестной причины, потом…

— От неизвестной причины? Это означает, что на теле не было следов ранения или удушения? — перебил его Гуров.

— Да, при беглом осмотре я не заметил следов насильственной смерти, — ответил Попов. — Но это не значит, что таковых нет вообще. Чтобы сделать научное заключение о причинах смерти человека, нужно проводить подробный осмотр. Передо мной такая задача не стояла.

— Хорошо, это я понял, — сказал Гуров. — Что было потом?

— Собственно, больше ничего интересного тогда не произошло, — ответил Никита. — После завершения осмотра полицейские поместили тело в ячейку и ушли.

— А что было со вторым трупом? — продолжал допытываться сыщик. — Когда его привезли?

— Вскоре после первого, — ответил криминалист. — Минут через пятнадцать. Этот труп отличался от первого. На нем имелись следы трех огнестрельных ранений, этот человек потерял много крови. Собственно, когда его внесли в морг, она все еще текла. Ее следы остались на полу, на фартуках санитаров.

— То есть этого убитого несли не полицейские, а санитары?

— Да. Ведь этого человека привез майор Колесов. Он приехал вдвоем с водителем. Не будет же майор сам таскать тело! Я позвал санитаров, и они отнесли.

— Этого покойника ты тоже осматривал?

— Конечно. Я обнаружил следы от трех пуль. Санитары положили тело в ячейку и ушли. Колесов немного задержался. Он уговаривал меня, чтобы я немедленно дал заключение о состоянии тела, о характере ранений, полученных этим человеком. Я ответил, что не являюсь патологоанатомом, не могу делать чужую работу и мое заключение не будет иметь доказательной силы. В конце концов мне удалось убедить майора в своей правоте, и он ушел. Я обошел морг еще раз, все осмотрел, после чего запер помещение и пошел проверять лаборатории.

— А потом, когда все обошел, что стал делать? Лег спать?

— Нет, не лег! — сердито ответил Никита. — Спать нам не полагается, да и возможности такой не имеется. В дежурном помещении нет ни дивана, ни даже кушетки. Кроме того, ночью нас то и дело беспокоят, то трупы привозят, то просят срочно сформировать бригаду криминалистов на выезд. В общем, дежурный в основном сидит на телефоне. Вот и я так до утра. В семь часов пришел Игорь, я сдал ему смену.

— А где ты сидел на телефоне? — поинтересовался Гуров.

— В кабинете Аркадия Владимировича, — ответил Никита.

— Это на втором этаже?

— Ну да.

— Значит, если бы кто-то открыл дверь морга и вынес тело, ты вряд ли услышал бы хоть какой-то шум?

— Не знаю, — растерянно произнес Попов. — Раньше такого никогда не случалось. Кому может понадобиться тело? Да и входная дверь тоже заперта была. Ключи от нее всегда есть только у дежурного и у Аркадия Владимировича.

— Но ведь при большом желании можно изготовить дубликаты, — заметил Гуров, повернулся к Игорю, второму криминалисту, и спросил: — А ты, значит, пришел в семь утра и почти сразу обнаружил пропажу двух тел. Так оно было?

— Да, пропажу тел и следы на полу, — ответил Игорь.

— Стало быть, эти покойники кому-то понадобились, — заявил Гуров. — Этот кто-то обладал ключами или их дубликатами и не боялся наследить за собой. Вот, пожалуй, и все, что мы про него сейчас можем сказать. Ну да ничего, постараемся узнать побольше. — Затем сыщик повернулся к Мажникову и сказал: — Извините меня, Илья Игоревич, за то, что я потащил вас сюда с собой. Как видите, никто мне здесь палки в колеса не вставлял, ваша помощь не потребовалась. Вот трупы бандитов куда-то делись. Такая незадача!.. Но тут прокурорская поддержка мне не требуется. Все, больше не буду отнимать ваше время.

— Никаких извинений не нужно, Лев Иванович, — ответил молодой сотрудник прокуратуры. — Я совсем не считаю, что явился сюда напрасно и потерял время. Я познакомился со спецификой работы вашей службы, понял, в какие сложные ситуации вы попадаете. Я действительно пойду. Надеюсь, вы справитесь с этой задачей. Но как только у вас возникнет необходимость, сразу обращайтесь ко мне. Я отложу все дела и постараюсь вам помочь. Да, наша машина остается в вашем распоряжении. Водителя, если что, зовут Костя.