[1]Ниже этой пометы еще два адреса: 1) «Долгомостьев, по Невскому Проспекту, против Знамения, дом Кохендерфера, 77, кварт. №22» и 2) «Аксаков, Hôtel de France, №63. На среднем дворе с Большой Миллионной». Все эти записи современны: вписаны карандашом. Аксаков Иван Сергеевич в то время был в Петербурге. — Прим. Н. Б. [2]О наследстве после Куманиной, о ссоре Достоевских из-за этого и об участии Ф. М. в этом процессе см. дополнительно в воспоминаниях Люб. Фед. Достоевской «Достоевский в изображении его дочери». Перевод с немецк. Л. Я. Круковской. под ред. и с предисловием А. А. Горнфельда. М. П., 1923, стр. 94–98; также см. недавно опубликованные письма Ф. М. к А. Н. Майкову в сб. «Ф. М. Достоевский». Статьи и материалы. Под ред. А. С. Долинина. П. 1922, стр. 430 и сл. [3]Иначе смотрел на вещи, напр., И. С. Аксаков, если только нельзя заподозревать искренность тона его письма к жене, А. Г., урожденной Тютчевой: «с трудом поверишь, — писал он 14 июня 1880 г., — что собственно я несравненно сильнее интересуюсь общим значением этих пережитых дней, чем тою ролью, которая выпала мне лично на долю…» («Р. Архив» 1891 г., кн. 2-я, стр. 90). [4]П. Бартенев сохранил такой любопытный штрих в воспоминаниях: хотя содержание речи Ф. М. никому не было известно до ее произнесения, однако в одном из заседаний приготовительной комиссии едва было не постановили не допускать Д. к чтению чего-либо на Пушкинском празднике. Некоторые члены комиссии настаивали на таком недопущении, потому что Д. якобы нанес Тургеневу обиду, спросив его прямо и во всеуслышание, на одном из петербургских общественных обедов, чего именно хочет он от наших студентов, и тем приведя знаменитого друга молодежи в неловкое положение и смущение. На этот раз большинство членов комиссии не допустило такого остракизма; но прения были горячие («Р. Архив» 1891 г., кн. 2, стр. 97, примечание). [5]Автограф находится среди писем Я. П. Полонского к Ф. М. Д., изданных нами в книге: «Из архива Достоевского. — Письма русских писателей». Под ред. И. К. Пиксанова, изд. Центрархива М. 1923, стр. 81. [6]См. подр. «Венок на памятник Пушкина», СПБ. 1880 г., стр. 143 и др. [7]Курсив подлинника здесь и далее Н. Б. [8]«Ф. Достоевский и Пушкин». Под ред. А. Л. Волынского. Парфенон. П. 1921 г., стр. 13–14. [9]«Ф. Достоевский и Пушкин». Под ред. А. Л. Волынского. Парфенон. П. 1921 г., стр. 16–19. [10]Соч. т. 6-й. П. 1901, стр. 378–379. [11]К. Н. Юханцев был судим 23–25 января 1879 г. в СПБ. в Окружном суде за растрату крупной суммы О-ва Взаимного Поземельного Кредита (подр. см. А. Ф. Кони «Судебные речи» 1868–1888 г., стр. 447–465). [12]Николай Федорович Бельчиков — советский литературовед, специалист по истории русской революционно-демократической литературы и общественной мысли XIX века, археограф, текстолог. Заслуженный деятель науки РСФСР. Доктор филологических наук. [13]Застрахованное. Ред. [14]Анна Григорьевна в копии своей сделала приписку: «Писана в 1871 году в Дрездене. Федор Михайлович иногда оставлял записки ночью на столе, не желая будить домашних и имея необходимость что-либо им сообщить. [15]Очевидно, детское название письма. — Прим. ред. [16]План см. здесь.  — Прим. ред. [17]Очевидно, описка — 1 сентября должно быть. — Прим. Н. Б. [18]Первоначально: «не обижай». Затем другими чернилами зачеркнуто «не», а «обижай» переправлено на: «уважай». В подлиннике было еще одно слово, которое густо зачеркнуто и потому не разобрано. [19]Т.е. я стою в №7 (номер комнаты, а не дома). — Прим. Ф. М. Достоевского. [20]Я, пожалуй, пришлю конверт для улики. — Прим. Ф. М. Достоевского. [21]Таков счет стаканов (5 и 6) в оригинале; Д. допустил ошибку. [22]а не 16-го в Понедельник, пошло 17 во Вторник. — Прим. Ф. М. Достоевского. [23]Книгопродавец. [24]Вл. Долгоруков — ген.-губернатор Москвы. [25]Заглавие принадлежит А. Г. Достоевской. [26]Первоначально было: «Звала приехать Ф. М.». Затем А. Г. переделала, вставив над строкой: «Я очень приглашал Ф. М. в этот день к обеду». [27]Ошибка в дате; должно быть 22 февраля. — Прим. ред. [28]Ошибка в отчестве; Огарева звали Николаем Платоновичем. — Прим. ред. [29]См. далее примеч. 72. — Прим. ред. [30]В настоящее время в Старую Руссу можно попасть через 8 часов. В тогдашние же времена на эту поездку приходилось затрачивать не менее полутора суток. Обыкновенно отправлялись по Николаевской железной дороге до станции Чудово (Соснинка), ждали там несколько часов и затем по Волхову на пароходе доезжали до Новгорода. Здесь приходилось через город переезжать на другой пароход, который по озеру Ильменю и реке Полисти доставлял путешественников в Руссу. Но это было только в первой половине лета. Когда река Полисть мелела, пароходу приходилось доезжать до Кривого Колена (верст — цифра не обозначена А. Г. Достоевской— до города), а оттуда ехали уже на извозчике. Затем, по мере понижения воды, пароход доходил только до Звада, деревни на озере (верст 30 от Руссы), оттуда путешественники ехали уже на трешкоте, то есть большой барке, по-черепашьи двигавшейся по реке. Езда на трешкоте, в жаркий день, в низкой и душной набитой пассажирской каюте, представляла истинное мучение. Обратное путешествие из Старой Русы в конце августа или в сентябре (а мы старались подольше здесь оставаться) представляло большие трудности. Пароход уже не доходил до Руссы, а останавливался на озере, в виду рыбачьей деревни Устрики. Они отстоят верстах в 18 от города, и приходилось туда ехать на тарантасе. В деревне не было пристани, а нужно было подъезжать к пароходу на лодках; но и лодки, по мелководью, не подходили к самому берегу, а потому храбрые шли к лодке, шагов 15–20, прямо по воде, а осторожных, особенно дам, до лодки переносили на своих спинах рыбачки-бабы. Осенью пароход очень качало, и, приставая к пароходу, мы рисковали уронить в воду детей, которые, разумеется, боялись, плакали и бились в наших руках. В Новгороде приходилось ждать парохода, а затем в Чудове позднею ночью переходить через железнодорожный путь и на другой стороне станции ожидать прихода московского поезда. Не могу забыть случая, бывшего в одно из наших возвращений из Руссы. Моя Люба (которой было года 4), увидев в темную ночь в Чудове приблизившийся поезд с двумя ярко сияющими фонарями впереди, страшно испугалась, прижалась к нам и вскрикнула: «Папочка, мамочка, что с нами теперь будет». Ф. М. тотчас взял ее на руки и стал утешать. Бедненькой представилось, что на нас идет страшное чудовище с двумя горящими глазами и с пылающим пламенем ртом, которое, наверно, нас всех поглотит. Вообще, надо сказать, что в те времена поездка в Старую Руссу и обратно представляла собой целое путешествие, полное всевозможных приключений и неожиданностей. Я так подробно описываю поездки в Руссу потому, что во многих своих письмах Ф. М. упоминает о своих приездах туда. Кроме того, озеро Ильмень, сама деревня Устрики и нравы ее обитателей живо изображены в ром. «Бесы» (Смерть Степана Трофимовича Верховенского). [31]М. Г. Сватковская вместе с своим мужем Павлом Григорьевичем и двумя детьми в ноябре 1871 г. уехала за границу, оставив двоих младших детей в Пет. В феврале 1872 г. она поселилась в Риме; здесь она заразилась возвратным тифом, прохворала около двух месяцев и умерла 1 мая 1872 г. Ее муж по каким-то причинам не нашел нужным написать кому-либо об ее кончине, а сообщил телеграммами своей сестре, жившей с детьми, о своем скором возвращении домой. [32]«Новое Время», 1909 г., №12118 (иллюстрированное приложение); ср. В. Е. Чешихин-Ветринский — «Достоевский», стр. 162–163. [33]Кроме этого заголовка в рукописи имеется еще заголовок, выставленный позднее карандашом: (глава). «Лето 1875 года». [34]Даты А. Г. Достоевская здесь не выставила. Но по другим сведениям эта дата устанавливается более или менее точно, именно 10 августа. — Прим. Н. Б. [35]В каких письмах — А. Гр. Достоевская не отметила, хотя и поставила знак для примечания. — Прим. Н. Б. [36]Существует и поныне в том же виде. — Это примечание сделано Анной Григорьевной во время составления примечаний. Н. Б. [37]Ф. М. сам купил его для детей. Теперь принадлежит моим и его внукам. [38]Автора. [39]Эта глава произвела громадное впечатление на Некрасова, о чем Федор Михайлович сообщает мне в письме от 9 февраля 1875 г. [40]Она описана в «Братьях Карамазовых в виде магазина, где Митя Карамазов закупал гостинцы, отправляясь в Мокрое. [41]Ф. М. очень дорожил Прохоровной за ее горячую любовь к нашему мальчику. О ней Ф. М. часто упоминал в письмах и выставил ее в романе «Братья Карамазовы» в виде старушки в «Верующих бабах». [42]Кстати, о картах. В том обществе (преимущественно литературном), где вращался Ф. М., не было обыкновения играть в карты. За всю нашу 14-летнюю совместную жизнь Ф. М. один раз играл в преферанс у моих родственников и, несмотря на то что не брал в руки карт более 10 лет, играл превосходно и даже обыграл партнеров на несколько рублей, чем был очень сконфужен. [43]Т.е. такой большой. — Прим. Ф. М. Достоевского. [44]Мнение Н. Н. Страхова, высказанное в статье. — Прим. А. Г. Достоевской. [45]Высшая цена по тому времени. [46]К сожалению, все дела б. м. жандармск. управления за эти годы уничтожены еще самим ведомством, и в архиве их нет. Таким образом, список этот видеть невозможно. — Прим. Н. Б. [47]Подписи Долгорукова нет, так как документ оставлен в деле в писарской копии. [48]Трудно решить, какая цифра (6 или 7) была раньше поставлена.