В 1830–1840-х годах увлечение археологией в России достигло небывалой силы – организовывались экспедиции из студентов, преподавателей, всех, кто увлекался археологией. Они уезжали на восток, где уже было обнаружено «сарматское золото», а потом и на юг – в южных частях Малороссии, в Приазовье и Новороссии были обнаружены захоронения скифов – раскопки велись в курганах. Один из курганов стал любимым местом для Сергея Григорьевича, он бывал там неоднократно. У сарматов находили в основном женские украшения, луки, пояса, кольца, браслеты, и даже было мнение, что там некогда обитали амазонки.

Из книги «Знаменитые россияне XVIII–XIX веков»:

«Окончив курс в Институте путей сообщения, С. Г. Строганов поступил в военную службу; в 1811 г. он получил первый офицерский чин, в 1812 г. участвовал в Отечественной войне, с 1813 по 1815 г. в Заграничных походах; он принимал также участие в турецкой войне 1828 г. И наконец, в Севастопольской кампании. Военный мундир он носил до конца дней своих и умер в чине генерала от кавалерии и в звании генерал-адъютанта, но имя его принадлежит не столько военной истории, сколько истории русского просвещения. На этом поприще деятельность его началась с 1826 г. В качестве члена Комитета устройства учебных заведений. В работах Комитета он принимал энергичное участие. Всего лучше свой серьезный интерес делом просвещения, административные способности, независимость и вместе с тем тактичность граф С. Г. Строганов выказал на посту попечителя Московского учебного округа, который он занял после недолговременного исполнения обязанностей военного губернатора в Риге и Минске. Время управления Строганова Московским учебным округом и старейшим в империи университетом (1835–1847) составило в истории последнего эпоху, именуемую “строгановским временем”. Правда, ко времени вступления Строганова в управление округом университет уже доживал “архаический” период своего существования: в студенческой среде закипала новая жизнь, на кафедрах появлялись профессора, отмеченные истинным дарованием, но тем более ума, такта и независимости требовалось по тем временам от попечителя. Граф Строганов умел находить, поощрять и поддерживать таланты: Бодянский, Буслаев, Грановский, Кавелин, Кудрявцев, Соловьев… вот университетские профессора “строгановского времени”… Понимание Строгановым необходимости высшего образования сказалось и в его резком ответе министру на предложение последнего ограничить доступ в университеты лицам низших сословий. Близко принимая к сердцу нужды просвещения, Строганов пробовал бороться и с цензурными стеснениями. Заботы Строганова об укреплении высшего образования шли у него рука об руку с принятием мер к улучшению гимназий и низшей школы: он составил “Положение о городских начальных училищах в Москве”. Несогласия с министром Уваровым побудили Строганова оставить пост попечителя. В эпоху графа Д. А. Толстого граф Строганов был сторонником его реформ и между прочим энергично поддерживал принцип разделения средней школы на реальную и классическую. Исчерпывая служебный формуляр графа Строганова, упомянем, что он был около полугода (1859 и 1860 гг.) московским генерал-губернатором, а с половины 1860 г. до кончины наследника цесаревича Николая Александровича в 1865 г. – главным руководителем воспитания его императорского высочества. В заключение нельзя не отметить глубокой и серьезной любви графа Строганова к археологии, которая была его любимым занятием. Ему много обязано Общество истории и древностей российских, коего он был в течение 37 лет председателем (1837–1874) и которому исходатайствовал титул императорского и постоянную субсидию. Ему же обязана своим возникновением Археологическая комиссия. Под его руководством и отчасти на его средства напечатаны “Древности Российского государства” и ряд других трудов по археологии, в которой он выступал и в качестве автора: так, ему принадлежит археологическое описание Дмитриевского собора во Владимире-на-Клязьме, древности которого реставрированы на средства графа. Кроме того, граф Сергей Григорьевич был отличный знаток русской нумизматики и иконописи, обладавший богатейшими коллекциями. Любитель искусств вообще, и в особенности живописи и скульптуры, он оставил по себе память не только как собиратель, приумноживший известную свою фамильную галерею, но и как основатель в Москве (в 1825 г.) первой рисовальной школы (Строгановского училища)».