В центре всех обсуждений ранних лет Marvel Comics находятся три имени: сценариста/редактора Стэна Ли и художников Джека Кирби и Стива Дитко. Я уже не раз упоминал их, эти ребята так и будут мелькать в книге, так что, думаю, стоит подробнее изучить, кем они были, чем занимались и как работали вместе.
К началу 1960-х все трое уже имели значительный опыт работы в комиксах. Кирби и его бывший партнер Саймон создали несколько успешных персонажей: помимо Капитана Америка особенно выделялись «Мальчишки-коммандос» для National Comics. Запустив в 1947 году серию «Юная романтика» (Young Romance), дуэт тем самым основал романтические комиксы как жанр. Если бы Кирби покинул мир комиксов в 1960-м, то его, вероятнее всего, помнили бы лишь самые преданные поклонники, и то в качестве интересной фигуры, сыгравшей значимую роль в формировании ранних комиксов, как Гарднера Фокса или Шелдона Майера[174].
Ли работал главным редактором множества комиксов в издательстве Мартина Гудмана с момента своего возвращения с военной службы в 1945 году. В тот период он писал бесконечное количество сценариев, в основном в юмористических и вестерн жанрах. Если бы он ушел из индустрии в 1960-м, его бы запомнили только те, кто всерьез исследует комиксы, как поденного рабочего с парой интересных связей, вроде Джо Гилла[175] или Боба Монтаны[176].
На момент выхода Amazing Adult Fantasy № 7 (первой полноценной совместной работы с Ли, опубликованной спустя месяц после выхода «Фантастической Четверки» № 1) Дитко не был таким успешным, как Ли и Кирби. Его карьера в комиксах началась в 1953 году, но была прервана на долгое время из-за туберкулеза.
Кирби был невероятно продуктивным и разносторонним художником. До того как супергерои захватили большую часть линейки комиксов Marvel, он рисовал в жанрах научной фантастики, хоррора, романтики, вестерна, военных комиксов и т. д. С 1961-го по 1969 год не было и месяца, когда бы Кирби не нарисовал минимум 40 страниц для Marvel, а иногда и втрое больше.
Дитко тоже был очень плодовит, но не являлся сотрудником компании, в отличие от Кирби. В период пика работы с Marvel он также сотрудничал с ее конкурентом из более дешевого рыночного сегмента – Charlton Comics. Для этого издательства он рисовал короткие научно-фантастические комиксы, серии о монстрах Konga («Конга») и Gorgo («Горго») и незабываемый супергеройский комикс Captain Atom («Капитан Атом»). Герои Дитко всегда были не слишком симпатичными и немного гротескными, он почти не работал в жанрах вестерна или военных комиксов, а в романтических историях был безнадежен. Тем не менее он обладал природным даром изящного рассказчика и был знатоком в делах ужасов и страха. Благодаря его мастерству в раскадровке, ритме и языке тела героев вполне достаточно одного взгляда на нарисованную Дитко страницу, чтобы точно понять, что на ней происходит.
Ли, покинувший наш мир в 2018 году, прожил дольше всех из них троих, и был единственной по-настоящему публичной фигурой. Его репутация идет впереди него самого. Иногда Стэна (ошибочно) считают главным творческим гением Marvel, иногда (так же ошибочно) – халтурщиком, который присвоил себе чужие заслуги. Вопрос о его реальных достижениях связан с другим, особенно часто поднимаемым во время обсуждения комиксов Marvel 1960-х: кто их на самом деле создавал?
Этот вопрос вводит в заблуждение, поскольку частично опирается на некорректное предположение, что комиксы создаются посредством «написания», что в них всё устроено так же, как в прозе, и лишь один человек может быть реальным «автором». Многие люди, чаще читающие прозу, чем комиксы, думают, что история создается только посредством написания, использования языка, а это отсылает нас только к работе Ли. Создатели комиксов редко используют термин «иллюстратор» по отношению к художникам или «писатель» по отношению к сценаристам. Эти понятия предполагают, что рисунок находится в подчинении слова, но в нашем случае всё не так[177].
До массового использования цифровых технологий в конце 1990-х порядок создания мейнстримных комиксов обычно начинался со сценариста, который полностью придумывал сюжет с описанием действий на каждой панели, а также подписи и диалоги. Потом художник рисовал всё в карандаше, художник-шрифтовик (леттерер) вписывал текст, а контуровщик завершал рисунки чернилами[178], колорист обозначал расположение цветов. Затем комикс печатался на четырехцветном печатном прессе.
В Marvel процесс строился немного иначе. В начале 1960-х Ли разработал технику, которую впоследствии назвали «методом Marvel»: вместо написания полного сценария он подготавливал набросок сюжета для художника, который будет работать над историей (или изображал его в лицах, или рассказывал о тех идеях, которые он хотел бы реализовать, или просто оставлял это на усмотрение художника), потом добавлял диалоги и подписи на стадии рисунка карандашом. Это экономило Ли много времени и предоставляло художникам по карандашу большую творческую свободу в плане визуального рассказа. С другой стороны, это означало, что на них сваливается неоплачиваемая работа в огромных объемах[179]. «Метод Marvel» предполагал, что Ли привносит свой вклад в сюжеты в качестве редактора, но иногда ему даже это не приходилось делать.
Ли не был творческим провидцем, как Кирби и Дитко, зато природа наделила его даром ясно доносить свои мысли. Он как никто другой мог усиливать и прояснять видение художников. На протяжении 1960-х Ли был редактором, рекрутером, арт-директором, главным специалистом по связям с общественностью и писал невообразимое количество сценариев. Иногда их число доходило до двенадцати в месяц, и написаны они были живым, певучим, хлестким и трескучим языком – так, словно он не мог остановиться. Он дружелюбно относился к читателям Marvel, обращался к ним «эфенди», «неистовые», «истинно верующие». Читатели, которые замечали ошибки и выдумывали объяснения, почему это на самом деле не ошибка, получали «не-приз» – красивый дорогой конверт, в котором ничего не было.
Демонстративные дружелюбие и общительность Ли, тем не менее, не были наигранными от начала и до конца: если бы «загон», в котором зависали все творцы Marvel, и правда не существовал, то заведомо ложное обещание принять особо ретивых читателей в это сообщество не было бы исполнено. В колонке с письмами 1960-х и начала 1970-х часто повторяются одни и те же имена, будто мы читаем обращения знакомых. Впоследствии они будут печататься в списках создателей комиксов и займут значимое место в других областях поп-культуры[180]. Ли постоянно использовал имена создателей, с которыми работал, делая их продающим брендом точно так же, как и свое собственное.
Дитко не нравилось то, как Стэн пытался обратить на него всеобщее внимание, и первым покинул триумвират творцов в 1966 году. Он стал преданным поклонником объективизма в духе Айн Рэнд[181] и прославился тем, что не появлялся на публике и в прессе в последние десятилетия своей жизни. Из-за этого у него была репутация затворника, хотя на деле это было совсем не так: он продолжал регулярно писать, рисовать и публиковать комиксы следующие пятьдесят лет, номер его студии был напечатан в телефонной книге, и, похоже, он отвечал на каждое полученное письмо. Дитко просто не хотел давать интервью или появляться на фотографиях, как не хотел (после 1966-го) рисовать Человека-Паука и Доктора Стрэнджа[182].
Кирби резко покинул компанию в 1970 году[183]. Ли не уходил никогда, но после 1972-го он, по большому счету, оставил писательство и редактуру на ежемесячной основе и провел оставшуюся часть жизни в качестве улыбчивого и добродушного публичного лица Marvel. Титульный лист каждого комикса Marvel десятилетиями гласил: «Стэн Ли представляет», – хотя все прекрасно знали, что большинство выпусков он даже не читает. Позднее в полном тексте одного из договоров его называют не иначе как «Председатель Эмеритус» и указывают как единственного исполнительного продюсера всех фильмов Marvel (в большинстве из которых он появлялся в шаблонных камео). За пределами комикс-индустрии он считался главной силой, стоящей позади героев и стиля Marvel. В комиксах же тот факт, что единственным героем, которого Ли создал самостоятельно, был «Стэн Ли», воспринимался как прописная истина. Ли считал, что изображать из себя человека, страдающего манией величия, просто уморительно. В любом случае в чем-то он сам был таким и далеко не всегда поправлял тех, кто приписывал ему бо́льшую роль, чем он сыграл в действительности.
То, что люди воспринимали Ли как творческую фигуру № 1, очень не нравилось Кирби, который впоследствии настаивал, что всё значимое в комиксах, приписываемое «Ли и Кирби», на самом деле было создано им в одиночку. В интервью 1989 года с Гэри Гротом для The Comics Journal Кирби заявил: «Стэн Ли и я ни разу не работали над чем-то совместно! Я ни разу не видел, чтобы Стэн Ли писал хоть что-нибудь… Стэн понятия не имел, о чем рассказывалось в историях». По сей день есть лагерь сторонников Ли и лагерь сторонников Кирби, а тот факт, что у этих легенд были разные представления о том, что значит «написать», совсем не помогает урегулировать противоречия. Если упрощать, то для Ли «написать» означало конкретные слова, в итоге напечатанные в комиксе, что было его вотчиной. Для Кирби же это значило создать повествование, нарратив, что было в большей степени его территорией, а не зоной творчества Ли[184].
Всё же сложно оспорить тот факт, что главные прорывы в творчестве Кирби и Дитко, как и других художников 1961–1971 годов, случились в период работы с Ли. Судя по тому, что позднее говорили о нем коллеги, можно подумать, будто у него полдюжины личностей: человек, который вытащил их имена из тьмы безвестности на свет; человек, что украл у них славу и то, что принадлежало им по праву; тот, кто исказил и заглушил их голоса; тот, кто полировал их работы до блеска. Джин Колан, художник-ветеран, чей стиль стал куда более гибким и четким во время работы с Ли над «Сорвиголовой», «Подводником» и «Капитаном Америка», восторженно отзывался о Стэне и «методе Marvel» в интервью 1998 года с Кевином Холлом. Он говорил, что рисование без сценария «дает большую свободу, я могу делать то, что хочу… Знаешь, Стэн сам и линии не мог нарисовать, но знал об искусстве очень многое. Он оказал на меня огромное влияние… Он был чудесным».
Джон Ромита-старший, работавший с Ли над «Удивительным Человеком-Пауком» с 1966-го по 1972-й, описывал свои рабочие отношения с ним в журнале Comic Book Artist в 1999 году: «Ой, да он жулик, но он умел работать. Все, кто говорит, что это не так, просто не в курсе фактов. Уж поверьте мне, он заработал всё, что имеет. Поэтому я никогда не завидовал тому, что ему приписывают все заслуги. К тому же, насколько мне известно, он может в любой момент использовать свое имя над всем, что было мной создано, стоит ему лишь захотеть». Жулик, который делает свое дело, – прекрасное описание Стэна Ли.