Их встречали два больших внедорожника с офицерами ФСБ. Старшим был невысокий кряжистый широкоплечий подполковник Дархаан Тингеев. Густые брови, характерное азиатское лицо выдавало в нем якута. Он крепко пожал руки всем приехавшим. Тингеев был одним из тех, кто проводил расследование в Иркутске и Листвянке. По предложению Максимова решено было сразу отправиться в поселок. Тингеев сидел за рулем, Максимов разместился рядом. Джоан и Дронго устроились на заднем сиденье.

Начинало светать. Дорога была достаточно удобной. Дронго задумчиво смотрел в сторону. Неожиданно обратился к подполковнику:

— В Листвянке много отелей?

— Хватает. Это туристический центр. Отсюда идут паромы по Байкалу, — ответил Тингеев.

— Я имею в виду не пансионы и мотели, — уточнил Дронго.

— Почему мотели? — удивился подполковник. — У нас есть хорошие отели с видом на Байкал.

Максимов обернулся. Он понял, почему эксперт задал такой вопрос.

— Мы проверяли, — сообщил он. — В отелях Листвянки были свободные места. Но Ашфорд предпочел гостиницу в Иркутске…

— Вам не кажется это достаточно странным, — сказал Дронго, — выезжать ночью из Иркутска, чтобы встретить рассвет на Байкале. Тогда как в этом поселке были достаточно комфортабельные отели.

— Да. Бывают иностранцы, — подтвердил Тингеев, — в «Сибирской резиденции», «Крестовой пади», «Легенде Байкала». Есть большой и современный отель «Иркутск». Мы проверяли все отели. В некоторых были иностранцы, даже две пары пожилых американцев. Но они были из Чикаго и никогда с Ашфордом не встречались. И конечно, отель «Маяк» — самый известный в городе.

Там круглая башня в виде маяка и примыкающее к ней шестиэтажное здание. Иностранцы его очень любят.

— Столько отелей в небольшом поселке, — уточнила Джоан.

— У нас здесь не просто поселок. Это настоящий туристический центр, — пояснил подполковник. — Есть свой нерпинарий, музей, большая байкальская тропа, канатная дорога, обсерватория. Раньше Листвянка считалась частью Октябрьского района города Иркутска. Здесь такие красивые места. Сами увидите. Сюда даже Высоцкий приезжал… А недалеко отсюда в Ангаре утонул Александр Вампилов.

Джоан вопросительно взглянула на Дронго. Она не слышала этих имен.

— Высоцкий был очень известным поэтом, бардом, актером, — тихо пояснил Дронго. — Умер больше сорока лет назад, а Вампилов местный уроженец, драматург. Тоже достаточно известный в России человек.

Джоан кивнула.

— Об этих местах писал Антон Павлович. Он даже сравнивал Листвянку с Крымом, — добавил Тангеев.

— Подполковник говорит о Чехове, — уточнила Джоан.

— Для американки вы поразительно начитаны, — заметил Дронго.

— Нужно быть совсем ограниченным человеком, чтобы владеть русским языком и не любить Чехова, — отрезала Джоан. — Вот Достоевского я не люблю, он выворачивает людей наизнанку. А Лев Толстой, по-моему, просто пророк. Такой гений на все времена. Неужели Чехов тоже бывал в этом поселке? — спросила она у Тингеева.

— Приезжал и писал, — кивнул подполковник. — И наш поселок еще упоминается в романе Жюля Верна «Михаил Строгов».

— Поразительно. С населением в две тысячи человек, — сказала Джоан, — понимаю, почему Ашфорда так тянуло в эти места. Но мне кажется очень резонным вопрос. Почему он не оставался в Листвянке, если здесь есть столько хороших отелей.

— Инерция мышления, — пояснил Тингеев. — Многим приехавшим гостям кажется, что лучше снимать отель в большом Иркутске, а здесь не будет подходящих условий для отдыха. Небольшой поселок и столько первоклассных отелей. Но потом убеждаются, что это не так…

— Да. Но он бывал здесь и раньше, — напомнил Дронго. — Значит, эта причина никак не подходит.

— Мы думали и об этом, — сказал Максимов, не поворачивая головы.

— Действительно, почему? — спросила Джоан. — Ведь он приезжал в эти места уже в третий раз.

— Может, у него были свои знакомые в Иркутске? — предположил Дронго. — Или он хотел с кем-то встретиться?

— Он ни с кем не встречался, — обернулся Максимов. — Мы все тщательно проверили.

— Тогда почему он остановился в Иркутске, если собирался встречать рассвет на Байкале? — не унимался Дронго.

— Если бы мы знали, — в сердцах пробормотал полковник.

— Он гулял по Иркутску. Ходил в музеи, — пояснил Тингеев. — По несколько часов проводил в музее Сукачева в Иркутске.

— Интересный музей? — уточнил Дронго.

— Очень. Там полотна Репина, Айвазовского, Верещагина, Рериха, Серова, Рокотова. Он всегда заходил в этот музей. Я сам проверял.

— Эстет и романтик в свои годы, — не очень довольно произнес Дронго. — Встречать рассвет на Байкале, ходить в музеи, чтобы посмотреть картины художников. Скажите, Джоан, это новая категория американских шпионов?

— Он давно был на пенсии, — напомнила она. — У нас пенсионеры ведут достаточно активный образ жизни. Я думала, что вы об этом знаете.

— В прошлом году был в новом музее лекарственных трав и минералов, — добавил Тингеев. — И еще ходил в музей декабристов. В дом Трубецких на улице Дзержинского.

Дронго улыбнулся.

— Современные реалии, — заметил он. — Трубецкие и Дзержинский. Такое сочетание. Вы там тоже были?

— Я лично проверял все места, где он побывал во время своих визитов в Листвянку. В Иркутске он даже заходил в библиотеку. Но на тропу он раньше не поднимался, — пояснил Тингеев.

— Вы сравнивали, в какие музеи он ходил раньше? — уточнил Дронго.

— Конечно. В музей Сукачева он заходил каждый раз. Мы там тоже все проверили. Всех сотрудников музея. Все картины. Я их выучил почти наизусть.

— Ашфорд погиб на Большой байкальской тропе, — напомнила Джоан. — Вы сможете показать нам это место?

— Мы туда едем, — сообщил Тингеев. — Но непосредственно на место преступления придется подниматься пешком. Вашего соотечественника ударили ножом и сбросили вниз. Тропа достаточно большая. Больше двадцати с лишним километров. Там такая панорама на другой берег Байкала. Озеро и горы. Столько иностранцев приезжают, чтобы увидеть эту красоту. Саму тропу и весь маршрут помогали строить американцы и немцы еще двадцать пять лет назад. Приезжали специалисты из США и Германии.

— Ашфорда там не было, — сразу сказал Максимов, — и его знакомых тоже. Но мы все равно послали все запросы и проверяем биографии всех, кто работал на этой тропе. Хотя прошло много лет.

— Мы проверили всю тропу, — добавил Тингеев. — Искали оружие преступления. Думали, что его могли выбросить. Пускали собак. Но ничего не обнаружили. Погибший оставил машину внизу и поднимался пешком.

— Он был здесь уже в третий раз, — напомнил Дронго, — и все равно решил оставаться в Иркутске. Нужно будет вернуться в город и понять, почему он предпочитал оставаться там. Ведь ему ничего не мешало приехать на один день в Листвянку и снова вернуться в Иркутск.

— Мы проверяли отель, в котором он жил. Проверяли все, что могли. Он ни с кем не контактировал.

— А где он обедал? — неожиданно спросил Дронго.

Максимов взглянул на Тингеева.

— Один раз в ресторане «Миша», — сразу сообщил Тингеев. — А в другой раз в ресторане охотников. Мы узнали, что он заказывал столик в ресторане «Миша», но потом отменил свой заказ…

— Заказывал на одного? — сразу спросил Дронго.

— Нет, на двоих. Но потом отменил свой заказ, — повторил подполковник.

— А кто мог быть вторым? У него не было знакомых в Иркутске? Или были?

— Не было. Мы проверяли. Но он отменил свой заказ.

— Значит, знакомый был.

— Мы проверяли все телефонные звонки из его номера. И звонки с его телефона. Он никому из местных не звонил и ни с кем не общался. Когда его тело сбросили вниз, телефон был при нем. Он разбился. Но мы смогли проверить все звонки с его телефона. Входящие и исходящие. Никаких посторонних звонков не было.

— Это был американский номер?

— Да.

— Может, у него была своя сим-карта? Российская?

— Мы ее не нашли. Возможно, не было. Сейчас сложно зарегистрировать телефон на чужое имя.

— Но столик был на двоих. И он его отменил, — упрямо произнес Дронго.

— Мы разговаривали с менеджером ресторана. Им не очень нравится, когда заказывают резервацию на одного. Обычно заказывают на двоих, даже когда приходит один. Он достаточно откровенно сказал нам об этом.

— И все-таки знакомый мог быть, — раздумывая произнес Дронго. — Телефон выпал при падении?

— Да. Его нашли в кустах. Недалеко от тела погибшего.

— Может, там была и небольшая сим-карта?

— Мы очень тщательно все обыскали. Ничего не нашли.

Джоан молчала. Она снова смотрела в окно и не вмешивалась в разговор.

— Мы все очень тщательно проверили, — повторил Тингеев, — на достаточно большом расстоянии. Не было ничего подозрительного. Наши специалисты проверяли и его телефоны. Если бы он менял карты, мы бы обратили внимание на пропуски в его разговорах. Но этого не было.

— Вы провели потрясающую работу, — согласился Дронго, — но всегда важен конкретный результат…

— Которого не получилось, — угрюмо согласился Тингеев.

— Вы бы все равно ничего не нашли, — неожиданно произнес Дронго. — Я убежден в этом.

Джоан повернула голову и взглянула на него.

— Почему вы так уверены? — уточнила она.

— Каждый раз, когда я провожу расследование, я исхожу из психотипа людей, с которыми сталкиваюсь в этом процессе, — пояснил Дронго. — Бывший сотрудник ЦРУ и дипломат наверняка не стал бы покупать российскую сим-карту, даже на подставное имя. Понимая, что его смогут вычислить при любых звонках с его телефона, который мог быть под контролем российских спецслужб. Он бы избрал другой способ общения.

Джоан, ничего не сказав, снова отвернулась. Дронго продолжал:

— И еще один момент, на который я обратил внимание. В Иркутске есть несколько пятизвездочных отелей. Дом барона фон Таубе, отель «Амурский», гранд-отель «Родина». И почти все в центре.

Но американский гость все три раза оставался в отеле «Европа», который находится достаточно далеко от центра города. Кажется, в двух километрах.

Тингеев усмехнулся. Джоан снова повернула голову к ним.

— Вы так хорошо подготовились, — с заметным воодушевлением произнес подполковник Тингеев. — Или вы раньше бывали в Иркутске?

— Никогда не бывал. Но сейчас все можно проверить по интернету. Вплоть до названий улицы и карт, которые можно вывести даже на свой телефон. Все три раза он оставался достаточно далеко от центра Иркутска. Почему?

— Может, ему так просто нравилось, — ответил Тингеев. — Рядом находится новый рынок.

— Американец прилетал в Сибирь, чтобы попасть на рынок, — покачал головой Дронго. — Я в это не верю. Я думаю, что и вы почти наверняка не верите. Ему нравилась эта гостиница? Возможно. Тогда вспомните, где именно он заказывал для себя машину?

— Это место в переулке Богданова. Там есть контора по прокату автомобилей. Он взял внедорожник, как это обычно делают американцы, — ответил Тингеев.

— И какое расстояние между его отелем и этим местом?

Тингеев взглянул на Максимова. Нахмурился.

— Достаточно большое, — согласился он. — Минут тридцать пешком, если не больше.

— В переулке Богданова есть отели?

— Есть «Централ-отель», — еще более мрачным тоном сообщил подполковник. Он уже понял, что на этот фактор они не обратили внимания. Джоан с интересом следила за их разговором. Но не вмешивалась.

— И он не останавливался там, а предпочитал жить достаточно далеко, — подвел неутешительный итог Дронго. — Тогда почему? Если бы он прилетел в первый раз, то мог бы и не знать, что там рядом находится отель. Но он прилетал в город уже в третий раз подряд. И в третий раз брал машину и ездил в Листвянку. Все правильно?

— Да. — Тингеев снова посмотрел на Максимова. Но тот молчал.

— Наверно, ему там нравилось, — уже не совсем уверенно произнес подполковник.

— Хороший обзор? Вид из окна?

— Нет, — еще более мрачно ответил подполковник.

Максимов заерзал на своем месте.

— Значит, нужно понять, почему он оставался так далеко от центра проката машин. Давайте забудем про рынок, — предложил Дронго. — Вряд ли он прилетал в Иркутск, чтобы пойти на рынок и купить себе местные продукты.

Тингеев нахмурился. Ему было неприятно, что в присутствии зарубежной гостьи этот непонятный эксперт задавал такие не очень удобные вопросы. Максимов снова обернулся.

— Мы очень тщательно все проверяли в отеле, где жил Ашфорд. Проверили всех, кто там работал, кто в это время там жил. Абсолютно всех. Даже курьера, который приносил в соседние номера пиццу.

— Трижды в одном отеле, — упрямо повторил Дронго, — и так далеко от аэропорта и от центра города. В том числе от офиса проката автомобилей.

Джоан наконец улыбнулась.

— Вы опасный человек, — тихо произнесла она по-английски, — я начинаю вас бояться. После того как вы проявили такие удивительные познания в женских прическах, теперь вы демонстрируете такие знания по городу, в котором никогда не бывали.

— Это моя профессия. Я готовился к нашей поездке.

Оба автомобиля выехали на набережную, проезжая дальше. Было уже достаточно светло. Начала работать паромная переправа. Около нее уже толпились люди.

— Убийца мог приехать на пароме, — предположила Джоан, обращаясь к Максимову. — Вы проверяли этот вариант?

— Безусловно. Там есть камеры на входе, и мы просмотрели всех, кто был в тот момент на пароме. Ввели специальную программу по опознанию лиц, в попытке обнаружить неизвестных, которых мы не смогли бы идентифицировать. Ничего не обнаружили… Слынцов составил списки всех, кто прибыл первым рейсом в Листвянку.

— Здесь действительно очень красиво, — произнесла Джоан, глядя на озеро.

— На тропе будет еще красивее, — сообщил Тингеев.

Они остановились через пятнадцать минут и вышли из обеих машин. Их уже ждали двое сотрудников полиции.

— Вам не будет холодно? — обратился Тингеев к женщинам. — Если хотите, у нас есть дубленки?

— Нет, — ответила Джоан — я не думала, что в Сибири будет так комфортно.

Тимохина просто покачала головой.

— Благодаря озеру у нас такой климат, — пояснил Тингеев. — Если бы вы оказались на Севере, то изменили бы свое мнение. В некоторых местах сейчас уже минус двадцать.

— Это я как раз и имела в виду, — сказала Джоан. — Но здесь достаточно тепло. Пока во всяком случае.

Они пошли подниматься по тропе. Тингеев шел первым. Максимов, Джоан и Дронго шли следом. За ними поднимались Слынцов, Тимохина и еще два сотрудника ФСБ. Такой большой группой они шли по тропе, поднимаясь все выше. Еще через десять минут Тингеев остановился и показал в сторону противоположного берега. Зрелище было невероятным. Ровная водная гладь и заснеженные горы на другом берегу.

— Кажется, я начинаю понимать, почему он сюда прилетал, — сказала Джоан. — Просто невероятные места. Очень красиво.

— Вот отсюда сбросили тело Ашфорда, — показал Тингеев, — ударили ножом и сбросили вниз. На траве и листьях были капли крови. Экспертиза подтвердила, что это была кровь Ашфорда. Рано утром никого не было. Никто ничего не слышал и не видел.

— Здесь достаточно высоко, — заметила Джоан, глядя вниз. — Тогда возникает вопрос. Зачем нужно было убивать, если можно было просто столкнуть. Человек бы гарантированно разбился.

— В этом все и дело, — пробормотал Максимов. — Мы тоже ничего не можем понять. Почему нужно было бить ножом? Чтобы мы не сомневались, что это убийство? Ведь если бы кто-то столкнул Ашфорда и он бы разбился, мы вполне могли допустить, что иностранный турист просто оступился и полетел вниз. Тем более что ничего не пропало. Телефон, деньги, карты, документы. Но его ударили ножом.

— Если это грабеж, то все идеально совпало, — задумчиво произнесла Джоан. — Подошел неизвестный к иностранцу и потребовал денег. Но убив его, он мог бы достать из кармана деньги или документы. Но вы сообщали, что у Ашфорда ничего не пропало. Тогда в чем дело? А может, убийца нанес удар и не успел ничего взять? Кто-то его спугнул, и он столкнул тело убитого вниз. Такую версию вы рассматривали? И почему собака не взяла след?

— У нас пока только такая версия, — сообщил Тингеев. — Но если бы это был местный грабитель, мы бы его вычислили. А как найти неизвестного, который здесь не живет? И еще ничего из вещей убитого не пропало. У него были достаточно дорогие часы. Кстати, они не разбились при падении.

Джоан снова взглянула на другой берег.

— В таком чудесном месте и такая невероятная смерть, — печально вздохнула она. — Мы можем спуститься туда, куда упал его труп.

— Это будет достаточно долго, — предупредил Тингеев, — не меньше часа ходьбы. Здесь достаточно прохладно. Вы можете простудиться.

— Идемте, — попросила Джоан. — Мы для этого сюда прилетели. Чтобы все увидеть на месте.

— Мы там ничего не найдем, — вставил Максимов. — Все давно натоптано и осмотрено. Не забывайте, что мы работаем уже два месяца и там много раз были наши специалисты.

— Я хотела бы сама осмотреть это место, — упрямо произнесла Джоан.

— Для этого мы и приехали, — кивнул Максимов. — Если вы так считаете, то давайте пойдем. Вы не устали?

— Нет. Я думаю, что смогу выдержать.

Максимов взглянул на Тингеева, и тот пожал плечами. Дронго усмехнулся. Прибывшая американка показывала свой характер. Ей обязательно хотелось побывать на месте падения убитого соотечественника. В конце концов именно поэтому она так долго летела. Тингеев пошел первым, и они двинулись следом за ним.