Худрос, взгляд со стороны

Основная часть команды, однако же, сошла на берег. Худрос предоставил им очень сочные перспективы. Безвластие хорошо тем, что даёт возможности сильным. А кто мог быть более сильным, чем имперский Хранитель и его команда, заслужившая признание самогó кайзера Наратэя Третьего, выдавшего им патент?

Необходимые для продолжения плавания товары покупались со стопроцентной скидкой, услуги плотников и мастеров оплачивались сугубо «после завершения работы», провиант требовал обязательной проверки на месте, а все недовольные получали исключительно один предупреждающий удар.

— Не нравится⁈ — скалился Хиггинз. На предплечье виднелась татуировка разбитого якоря — знак человека, пережившего кораблекрушение. — Так иди позови стражу!

Мощный пинок под рёбра вызвал ощутимый хруст. Охрана купеческой лавки уже лежала рядом переломанными куклами.

— Парни! Вытаскивайте во-о-от эти тюки. Аккуратнее, сучьи дети, а то глаз на жопу натяну!

Не вся команда «Сломанного ветра», конечно, вела себя грубо. Штурман Барбас Зокли, владелец Запретного Плода управления голосом, всегда был спокойным и немного отстранённым. Он предпочитал платить, чтобы не создавать проблем. Однако когда какие-то проходимцы решили осадить бордель, где он только-только снял понравившуюся ему девицу, Зокли одним решительным словом превратил десяток головорезов в истекающие кровью куски мяса.

— Уберите их, — шепнул он, — и побыстрее. Если они отобьют мне желание, я очень расстроюсь.

Юный шкипер Тулио Бромбон остановился возле неприметного полуподвального помещения, почесал затылок, вздохнул и зашёл внутрь. Он не был уверен в своём поступке. Сомневался.

Обстановка одного из десятков филиалов Ордена Безмятежности демонстрировала серьёзность и собранность. Она, казалось бы, говорила: «Неважно, что происходит в мире, мы находимся вне политики». И это была абсолютная ложь. Ты можешь игнорировать политику, но она никогда не станет игнорировать тебя.

Тулио, впрочем, не думал о столь сложных вещах. Не думал он и том, почему филиалы Ордена так редко грабят и захватывают. Ему было плевать, он пришёл за ответами.

— Хочу купить информацию, — чуть замявшись, сказал он. — О Ведьме. Вертране Каустиль.

Эта девушка запала ему в душу и не уходила оттуда на протяжении всего их путешествия в Худрос.

— «Купить»? Приятно это слышать, — улыбнулся худощавый мужчина, обмахиваясь веером от жары. — Даже не ожидал такого от представителя команды «Сломанного ветра». Не примите за оскорбление!

— Может, и приму, — насупился Тулио.

— Э-э… сделаю скидку, — промямлил сотрудник. — Присаживайтесь, прошу!

Он имел право так говорить, поскольку в большинстве случаев команда Хранителя пользовалась беззаконием по полной. Будучи достаточно сильными и не забывая про набор правил, крепко вбитый Юманом в их головы, — например, не расходиться поодиночке, — они чувствовали себя в Худросе как рыба в воде.

Почему бы и нет, если ситуация не просто позволяла, а едва ли не требовала⁈ Законы перестали работать в этом месте, а любые попытки навести порядок, казалось, проваливались не успев даже начаться. Словно кто-то ставил палки в колёса всем начинаниям, позволяя городу всё глубже и глубже падать на дно.

В конечном итоге перестали убирать даже трупы с улиц — слишком уж быстро они появлялись. Однако ожидаемой заразы от быстро гниющего на солнце мяса не возникло. Мухи пожирали тела за считаные часы, справляясь с этим столь эффективно, что не оставалось даже костей.

По первости жители очень боялись этих весьма крупных и даже на вид опасных созданий, но быстро поняли, что те относительно неагрессивны и питаются исключительно падалью, игнорируя живых. Если, конечно, не пытаться на них напасть…

И пусть некоторые жители били в тревогу, считая, что, расплодив популяцию «кровавых мух», они подпишут себе смертный приговор, основная масса игнорировала их, погружённая в более, на их взгляд, серьёзные вещи. Например, как бы выжить.

Единственное, что продолжало работать в Худросе как часы, — закупка продуктов. Купцы не собирались отдавать столь ценное направление, позволяющее им драть цены втридорога, обеспечивая население товарами первой необходимости.

Даже гнилые овощи и фрукты сметались с прилавков. Вода, которую тоже начали продавать, уходила здоровенными бочками, кои запасали и прятали на случай «если станет ещё хуже».

Смеющиеся над этими неудачниками и паникёрами горожане быстро осознавали, что всегда есть куда хуже. Население столь стремительно нищало и теряло последние средства существования, что люди массово бродили по свалкам, выискивая хоть намёки на что-то полезное. Сотни человек добровольно шли в банды и трущобы, готовые на любую работу, лишь бы не умереть с голоду.

Однорукий Хорбо, Серебряный Воробей и Нилла Крылатая вцепились друг другу в глотки в отчаянной борьбе за право назваться сильнейшей бандой города. Массово вербуя людей и посылая их на самоубийственные задания, они раз за разом проверяли границы, пробуя оппонента на зуб.

Кровь лилась в Худросе в куда большем объёме, нежели драгоценная вода, и один лишь Наршгал знал, к чему это приведёт.

Благо мало кому из команды «Сломанного ветра» было до этого дело. К вечеру все они собрались в «Последней капле», лучшей таверне Худроса, где радостно горланили песни, хвастаясь подвигами, заказывая всё, на что падёт взгляд, и периодически таская служанок в верхние комнаты.

Немногие посетители, всё ещё способные позволить себе еду и воду, моментально покинули ставшее столь опасным место. Сбежала даже часть охраны, опасаясь, что кто-то из пьяных головорезов решит помериться с ними силой.

Матиас, владелец и по совместительству управляющий таверны, раздражённо улыбался, давя гнев. Не для того он нанимал охрану и удержал «Последнюю каплю» на плаву в такой ситуации, чтобы своим поведением спровоцировать кого-то из опаснейших афридов на погром своего детища! Приходилось натягивать улыбку, тихо обещать сотрудницам двойную — а то и тройную! — ставку, останавливать остатки охраны, желающей проучить морской сброд, и максимально сглаживать любые конфликты.

С каждым часом, впрочем, делать вид, что всё хорошо, становилось чуточку труднее. Но он не зря считал себя профессионалом.

К тому же Камбииз внёс аванс…

Сам Монсо Юман пил вино, слишком кислое для своей цены, но всё же лучше воды, отдающей ржавчиной. Он позволил себе роскошь расслабить плечи — впервые за месяцы плавания. Стресс, постоянный подсчёт рейтинга, выискивание афридов с наградой за голову, отслеживание ситуации с остальными Хранителями…

«Клятый Умерший Бог! И надо же было тебе так не вовремя оказать помощь целому Серебряному Легиону!»

Успех соперника вызывал раздражение. К счастью, поимка Ведьмы — а значит, и благодарность «Гильдии купцов Каустиля» — должна выправить положение.

Компанию Камбиизу составляли сразу три прелестные спутницы, а до смерти надоевшие подчинённые в кои-то веки были предоставлены самим себе.

— Расскажи последние слухи, — обратился он к светловолосой блондинке в платье с глубоким вырезом, пытавшейся изображать целомудрие и скромность.

— А? — захлопала та ресницами.

— Слишком сложно? — Монсо обернулся к двум другим девушкам.

— Я… позвольте, я позову управляющего… — пролепетала рыжая.

Камбииз скривился.

«Красивые, но тупые. Или это страх? Боятся сказать что-то лишнее?» — мимоходом подумал он. Заниматься делами не хотелось, а «управляющий» — это дела. Лишний человек за столом, который будет напрягать и раздражать.

— Зови, — всё-таки решился Хранитель. Желание узнать новости победило. Всё-таки он не так давно посещал Худрос, который выглядел как совершенно обычный город-порт. Что именно столь сильно изменило его? Кто взял на себя такую ответственность?

«Возможно, стоит задержаться и убить его? — размышлял Юман. — Лишние баллы рейтинга на дороге не валяются».

Когда появился трактирщик Матиас, чья походка была откровенно деревянной, а улыбка приклеенной, Монсо коротким жестом усадил его за стол.

— Выпей, — приказал он. Тот не посмел отказаться.

— Ч-что…

— Худрос, — коротко сказал Хранитель, постучав пальцами по столу. — Что случилось?

Управляющий моргнул, пытаясь сообразить, о чём идёт речь.

— Так это… мэр Ройм погиб. И капитан стражи Тразз. И крупнейший купец Худроса Ибрам Сота. И городской судья Хедрикс. И…

— Мне не интересно перечисление фамилий, — оборвал его Монсо.

— Но ведь это и есть причина, — возмутился его собеседник, но тут же заткнул себе рот, осознав, в каком тоне говорит с «уважаемым человеком». — Простите!

— Я ненавижу, — прищурился Камбииз, — излишнее пресмыкательство. Говори по делу и соберись, чёрт тебя дери! Я саркарнский Хранитель, а не вшивый африд!

— Про… кхм… конечно, господин! Позвольте… э-э… пояснить.

Поправив резко ставший узким воротник, Матиас откашлялся и продолжил:

— Мэр и остальные… э-э… фамилии, которые я перечислил, по сути, управляли Худросом. Без них началась… э-э… сумятица.

— Сумятица, — повторил Юман.

— Э-э… да… Так вот, сразу несколько сторон начали делить власть. Наследники Соты передрались за право возглавить его гильдию, офицеры Тразза — за должность капитана, чиновники в магистрате — за кресло мэра, и так везде и всюду. А ещё народ… это самое… заволновался…

— Заволновался.

— Да-да, так и есть, — закивал трактирщик. — Люди на бунты пошли. Погромы устроили. Жрать, дескать, нечего, — он нервно хихикнул. — Склады зачем-то подожгли. А там ведь еда и это… ну… хранилась.

— Хранилась, значит.

— Угу, верно-верно. Поговаривают, из трущоб, значится, дело пошло. Вроде как Прóклятый объявился, который волшбой какой народ честной убивать может.

— Это какой такой? — собрал Камбииз руки в замóк.

— Ядом. На расстоянии. Дескать, смотрит на тебя, а потом — бац! Человек умирает. Так с Сотой было. И так с Хедриксом. И с Траззом. И с…

— Мэром. Ближе к делу!

— А вот тут вы ошибаетесь! — широко улыбнулся Матиас, погрозив Юману пальцем. Миг спустя осознал ошибку, побледнел, затрясся.

Монсо нахмурился. Его собеседник побледнел ещё пуще. Сидящая рядом девица толкнула его локтем. Трактирщик словно бы очнулся, утирая холодный пот со лба.

— Мэра, — вмешалась черноволосая девушка, осознав, что хозяин «Последней капли» временно недоступен, — убили по-другому.

— И как же? — Хранитель приподнял бровь.

— Зарубили. Прямо в доме. Вместе со всей семьёй, стражей и слугами. А потом подожгли дом.

— А ведь у него Жернов служил, — брякнула блондинка. — Сюда периодически захаживал. Опасный был, сильный!.. — она мечтательно закатила глаза.

— С Аурой, господин, — подобострастно добавил трактирщик. — Личный телохранитель Роймов. И да, поговаривают, силён был.

— Силён, значит.

— А дом подожгли, чтобы следы затереть, — брюнетка подалась вперёд и понизила голос. — В это же время сюда заходил когг Эрзы Семь Узлов с богатым уловом. Не знаю, что там и как, но слышала, будто бы аж сто тысяч золотых за груз предлагали!

— Так Ибрам Сота и предлагал, — добавила блондинка. — Но его убили.

— Его позже убили, дура.

— Сама ты дура, это мэра потом убили, а Сота груз ждал, трёх гонцов направил, все пропали.

Девушки уставились друг на друга, но миг спустя осознали, перед кем сидят, и привычно изобразили коровий взгляд.

Камбииз слабо улыбнулся.

— Кто взял ответственность? — задал он ключевой вопрос.

— Никто, господин, — ответил Матиас. — Потому все и передрались друг с другом. Словно рок какой на Худрос сошёл!

— Так, может, этого неизвестный и хотел добиться? — Юман постучал пальцем по столу. — Сумятицы, как ты сказал.

— Может… — неуверенно согласился его собеседник.

К столу подошёл лоцман Колтор Берг.

— Капитан, — пьяно улыбнулся он. — Там какой-то хер хочет… ик… с вами поговорить.

Успевшие нажраться матросы горланили песню — невпопад, коверкая и забывая слова, зато очень старательно, — заглушая все возможные звуки. Камбииз порадовался, что Аура Наблюдения позволяет контролировать обстановку даже без участия собственных ушей.

— Какой? — лаконично уточнил Хранитель.

— Невысокий такой, — провёл Колтор ребром ладони себе по грудь. — Во!

Девушки за столом переглянулись, сдерживая улыбки. Трактирщик изображал статую. Монсо мысленно выругался. Воздух вокруг него слегка задрожал, в помещении откуда ни возьмись появились песчинки, наполнившие пространство, словно поднятая неосторожным движением пыль.

Матиас замер. Его нутро сжалось ледяной хваткой. Девушки побледнели.

— Проводи, — наконец кивнул Юман. — Мы как раз закончили.

Уловив намёк, трактирщик резво поднялся, хотел было поклониться, припомнил слова Хранителя, поэтому успел остановить своё дёрганое движение, которое выглядело оборванно и жалко. Сам осознал это, поморщился, на миг задумался, стоит ли повторить его или ничего не делать, застыл на месте и, наконец, просто сбежал.

Камбииз выругался вслух.

— Нам уйти? — спросила рыжая, хлопая глазками.

— Пока нет. — Монсо отпил вина, прикидывая, отпустят ли его дела хотя бы в момент отдыха, и не нашёл, что на это ответить.

— Господин, — к столу подошёл невысокий юнец с раскосыми глазами. — У меня для вас письмо. Он протянул плотно запечатанный конверт.

Юман покосился на него, не спеша брать в руки. Ему было известно, что иной раз в таких мог находиться яд. Слишком круто? Да, но он всё-таки не какой-то нищий африд, а полноценный Хранитель. Конкурентов и недоброжелателей хватает. С другой стороны, его способность обращения в песок нивелировала любой вред, который мог бы причинить яд.

«Если, конечно, он не содержит примеси Хриосы, — припомнил он редкий материал, подавляющий силы Запретного Плода. — А может, алхимики ещё какую дрянь придумали, кто их знает? Или из Аномалии чего достали».

Ощупав конверт Аурой Наблюдения, Камбииз обнаружил лишь намёк на чужое высокомерие.

Мысленно колеблясь, Хранитель изобразил решительность, с которой взял протянутое письмо.

«В этом месте у меня нет противников», — с толикой неуверенности подумал он.

— Из Куфо⁈ — широко открыла глаза блондинка, заметив характерную сургучную печать с гербом наместника Миизара.

— А ты и правда тупая, — презрительно бросил ей капитан команды афридов, заставив девушку испуганно застыть, сообразив, что не стоило открывать рот, даже если узнала отправителя. Если в письме будет что-то важное, то Юман может просто убить её. Всех, кто мог что-то услышать.

Две остальные девицы взбледнули, тоже осознав перспективы. Один лишь гонец не выразил никаких эмоций. То ли он и сам всё знал, то ли был непрошибаем, то ли просто не понял, что произошло.

Хранитель покосился на него. Невысокий паренёк ответил невозмутимым взглядом.

— Мне нужно будет сообщить ответ, — сказал он.

Монсо поморщился. Он не любил решать такие вопросы на ходу. Любая ситуация, кроме непосредственного боя, по мнению Камбииза, должна быть в должной мере обдумана.

Тем не менее он вскрыл сургучную печать с гербом наместника, мысленно посетовав, что отправитель идиот, ведь спалил самого себя.

«Ежели, конечно, в этом не состоял его план», — мелькнула у него небрежная мысль. Но ведь тогда получается, что неведомый отправитель специально подставил наместника Вермитракса. Не слишком ли это хитро?

Он предпочёл не думать, а узнать наверняка.

«Хранителю Монсо Юману, капитану 'Сломанного Ветра», — начиналось письмо, и это сразу не понравилось Камбиизу. Звучало слишком официально.

'У меня есть предложение, касающееся вашей нынешней подопечной. Куда более прибыльное и надёжное, чем любая награда, которую могли пообещать горячие головы.

Сегодня вечером, в восьмом часу, ожидаю вас в поместье Лиордана в северном квартале. Любезный хозяин устраивает приём, гости которого могут рассчитывать на уединённость и покой. Приглашение и сопровождение обеспечит гонец.

С уважением, Р. Силиват'.