О роли в этой войне Висенти Мендеса Масиэла, отца Антониу Висенти Мендеса Масиэла (Консельейру), достоверных известий нет. Современники характеризуют его как «вспыльчивого, но доброго характером человека, в чем-то мечтательного, в чем-то мнительного, но настолько способного, что, даже будучи неграмотным, он превосходно вел дела на фазенде, все расчеты держал в уме с необыкновенной точностью и даже обходился без расписок от должников».

Сын, благодаря дисциплине своего отца, человека кристально честного и строгого, получил образование, которое в некотором роде спасло его от бурной истории семьи. Знакомые, некоторые из которых еще живы, говорят о нем как о юноше спокойном и скромном, не отличавшемся воодушевлением молодости; он мало шутил и редко покидал место работы отца в Кишерамобине, полностью посвятив себя мастерству эконома, не замечая, как мимо, ничем не наполненные, проходят его двадцать лет. Он часто слушал истории, точнее, как водится среди жителей сертанов, преувеличенные легенды, героями которых были его родственники, так что он с юных лет знал об их извечной и редкостной отваге. Тем не менее красноречие этих рассказов энергично умерялось рассудительностью старика Мендеса Масиэла, и, таким образом, они не бередили души мальчика. Быть может, сила этих историй оставалась в латентном состоянии, готовая вспыхнуть в более подходящих обстоятельствах. Так или иначе, после смерти отца в 1855 году, двадцать лет спустя после описанных нами трагических событий, Антониу Масиэл продолжал вести ту же спокойную и праведную жизнь.

Он самоотверженно воспитывал трех сестер; лишь выдав их замуж, он начал искать своего счастья; но тот союз, который он себе нашел, не пошел ему на благо.