Они собирались убить противника в его же укреплениях. Тот был обескуражен. Он увидел бессилие бомбардировки, бесконечных атак и даже крайней меры – динамита. Присутствия духа почти не осталось. Командование утратило способность влиять на боевые действия. Горны пронзали воздух противоречивыми, нестройными командами, которые никто не понимал. Их нельзя было слушаться, поскольку тактические условия менялись каждую минуту, на каждом шагу. В одной и той же роте взводы то наступали, то отступали, то останавливались на месте; дробились на каждом углу; смешивались с отрядами других соединений; наталкивались на дома, или обходили их, или расходились, встречаясь с другими взводами, чтобы, сделав несколько шагов, повторить те же наступления, и те же отступления, и то же рассредоточение. Таким образом, в конце концов они начинали беспорядочно метаться, сбившись в группы, где перемешивались рядовые из самых разных батальонов.